Сводничество

Саске и Наруто дерутся, ругаются и убегают вперёд. Сакура пытается вклиниться в их диалог, встать на сторону Саске, но они беспросветно погружены друг в друга. Какаши замечает, как блестит на её пальце тонкое колечко, купленное на ярмарке за бесценок, когда она заправляет прядь волос у лица за ухо, лишь бы чем-то занять руки. Она морщится, понимая, что друзьям до неё сейчас совсем нет дела. Какаши подумал, что забавнее получиться не могло: из-за занятости Наруто и Саске друг другом, его собственным другом и наиболее частым собеседником в итоге стала Сакура. Будь это Саске, Какаши совершенно не удивился бы, но разговоры с ним были бы самым унылым и депрессивным явлением за день. Потому подростковые проблемы Сакуры немало развлекали его. Восприятие её в призме своей ученицы (что для кого-то вроде Гая приравнивалось к понятию семьи) автоматически переводило его мысли в русло сопереживания. — Они меня совсем не замечают, — капризно простонала она, опуская руки. Хатаке постоянно сравнивал себя в её возрасте и нынешнего: Саске и Наруто находились совершенно в иной системе чувств, чтобы заметить её обиду на подобные простые вещи. Даже если он вложит её руки в их, они побегут так быстро, сражаясь так по-мальчишески глупо и настырно, что и не заметят, как она останется позади. — Беги за ними, — тем не менее подначивает Хатаке. — Не хочу, — тут же откликнулась Сакура, — мне и одной хорошо. Какаши улыбнулся сам себе. Боже, ну что за принцесса. Сакура притормозила, когда Хатаке вдруг предложил ей свою руку. Она взглянула на ладонь в перчатке и резво в его лицо, будто не было маски и скрывающей второй глаз повязки. Насколько они обходили его за версту в первые недели, настолько сейчас они свободно пихали в бок и внаглую покушались на оплату общего обеда. — Пойдём тогда вместе, Сакура. Харуно улыбнулась и вложила свою маленькую в сравнении ладонь в его. Сжала крепче, чем он ожидал, и слегка покраснела. — Какаши-сенсей, вы слишком любите меня. — Она сказала это так незамысловато и без лукавства, что на секунду Хатаке снова ощутил себя на своём месте. Он ведь надеялся, что никогда не станет на место Минато. И вот она — Рин, к которой он так же добр, как и Минато когда-то. У Сакуры потели пальцы, на кончиках которых Какаши чувствовал ускоренный пульс, и немного чувствовал вину. Причиной её быстро бьющегося сердца должен быть ровесник, а не «доброй души» учитель. Но, кажется, она понимала, что он за человек. И волновалась, Какаши очень на то надеялся, от удивления, что кто-то вроде него способен на человеческие отношения и сопереживание такой, как она. — Извините, — вдруг пробормотала она, и Хатаке с удивлением отметил, какой яркой краской залились её уши и щёки, — я не то имела в виду. На секунду Какаши ослабил хватку и переплёл свой указательный палец и её мизинец. Она вытянула руку и спрятала лицо в сгибе противоположного плеча. К ним навстречу неслись помятые Наруто и Саске, о которых Сакура успела благополучно забыть. Какаши специально ничего не отвечал, только сжимал крепче её руку, чтобы Сакура продолжала не думать ни о чём, кроме их ладоней.