Часть 15 (мир реальный)
1 октября 2022 г., 06:00
Наверное, не стоило так яростно трясти рукой сразу после пробуждения, но уж очень хотелось убедиться, что она не оказалась сломанной. Обошлось. На перелом было не похоже, но боль всё же чувствовалась. Вероятно, я получил что-то вроде растяжения, но учитывая обстоятельства, это был не самый худший вариант.
А ещё я беспокоился о Джейн, но в этот раз звонить ей не собирался. Даже моей фантазии не хватило бы на объяснения. Достаточно того, что в прошлый раз я проявил подозрительную осведомлённость.
Вместо завтрака я привычно устроился у ноутбука, фиксируя события прошлой ночи. Ликование до сих пор не покидало меня. Одно дело видеть победу своей команды в воспоминаниях Гарри, и совсем другое — участвовать в этом лично. Вот за такие эмоции я всегда и любил свою работу. В таком состоянии и писалось проще.
Написав черновую часть новой главы, я отправился на поиски мамы. Если кто и мог остудить моё беспокойство, то только она. Нашлась она на кухне, но не одна, а в компании отца.
— Что с рукой? — бдительность его порой пугала, а я всего-то прижал руку к себе, чтоб не болталась просто так.
— Вертелся во сне и упал с кровати, — выдал я заранее приготовленную отговорку. Благо без серьёзных увечий выкручиваться было проще, ведь падение с кровати вряд ли бы могло считаться причиной перелома.
Мама тут же засуетилась, накрывая для меня поздний завтрак.
— Джейн не звонила? — как бы между делом поинтересовался я, потягивая кофе. — У неё всё хорошо?
— Сегодня не звонила, — отозвалась мама. — Она должна позже зайти, обещала помочь с цветами.
Звучало вполне безобидно, и я выбросил это из головы до самого её прихода.
Когда Джейн пришла, то была заметно напряжена. Это её состояние не укрылось и от глаз родителей. Все тут же собрались в гостиной, и разговора при свидетелях было не избежать.
— Генри, я хочу, чтобы ты мне всё объяснил, — сразу перешла к делу она.
— О чём речь? — я мысленно перебирал варианты, но ничего подходящего не мог найти.
— Как ты снова узнал, что со мной что-то случилось? — зря она сделала акцент на слове «снова», отец тут же обратился в слух.
— Что ты имеешь в виду? — попытка прикинуться дураком никогда не срабатывала, но я надеялся, что Джейн хотя бы притормозит, и мы сможем всё обговорить тет-а-тет.
— Когда я позвонила твоей маме и сказала, что не смогу прийти, она упомянула, что ты интересовался моими делами. Ты знал, да? Откуда?
Джейн не обращала внимания ни на то, что мы были не одни в комнате, ни на мои попытки как-то уйти от объяснений. Просто нависала надо мной, мирно сидящим в кресле, и метала молнии глазами. Это был тот самый случай, когда проще было дать то, что она хотела, чем что-то объяснять.
— Приснилось, — честно сознался я.
— Ты издеваешься? — моя честность почему-то не возымела нужного эффекта, Джейн только сильнее распалялась.
— Я серьёзно. Считай это ценой пребывания в моём рассказе. Этой ночью Джинни отравилась, как и в тот раз, когда у тебя проявилась аллергия. Я не знаю, как это взаимосвязано, но это происходит.
В комнате воцарилась тишина. Какой реакции ждать от родных я не знал, и только молча следил за ними.
— Так что, ты говоришь, у тебя с рукой? — первым подал голос отец. Выглядел он напряжённым, видимо, уже догадывался, какой ответ получит.
— Упал с метлы, сломал руку, — вдаваться в подробности игры не было никакого желания. — К счастью, до конца «сна» мне успели срастить кости.
Мама побледнела, Джинни наконец села на диван, но взгляда от меня не отводила.
— А тогда, с порезом? — красноречивый жест в сторону моего многострадального бока.
— Да, пап, это тоже оттуда, — подтвердил я. — И прежде, чем ты спросишь, почему я молчал, представь себя на моём месте. Как такое вообще можно объяснить? Да с такими объяснениями прямая дорога в психушку.
Я ждал возражений, но их не последовало.
— Ты можешь больше туда не возвращаться? — мамин голос дрожал.
— Я не выбираю, что будет мне сниться. Никто, наверное, так не может.
— И что делать, если ты снова поранишься там? — отец любил точность и на службе, и в жизни, потому сразу перешёл к главному.
— Не знаю. Звонить Нику, наверное, — а про себя отметил, что с Ником было бы неплохо это обговорить заранее. — Во-первых, он врач и сможет оказать медицинскую помощь. Во-вторых, он читал то, что уже написано, и давно сделал выводы, так что объяснять ему ничего не придётся.
— Не нравится он мне, — напомнил отец.
— А между прочим, именно его персонаж спас меня тогда, когда я получил ту рану. Он закрыл меня собой и большую часть удара принял на себя. А потом он реальный вылечил всё остальное.
Вывалив на близких шокирующую информацию, я покинул гостиную. Наблюдать за их волнениями и состоянием беспомощности не было никаких сил. Именно поэтому я и не хотел всего этого им рассказывать, они не могли ничего изменить, зато теперь будут волноваться.
Телефон мигнул, сигнализируя о полученном от Николаса сообщении: «Сегодня открытие выставки мистера Дэниэлса. Составишь мне компанию?»
Подгоняемый желанием оказаться подальше от дома, я совсем забыл о том, что так и не выяснил у Ника о его отношении к геям в целом и ко мне в частности. Да я и в своём отношении к этому вопросу не до конца разобрался, слишком много всего навалилось сразу.
— Сейчас я познакомлю тебя с одним очень эффектным человеком, — заговорщически прошептал мне на ухо Ник, а потом подхватил под локоть и повёл через толпу. — Именно его я первым делом вспомнил, когда читал первую главу.
Не было необходимости объяснять, о ком он говорил, потому что прямо передо мной появился настоящий Дамблдор. Седой старик в ярко фиолетовом пиджаке определённо выглядел очень эффектно. Даже борода у него имелась почти такая же длинная.
— Мистер Дэниэлс, позвольте вам представить Генри Портера.
— Рад знакомству, мой мальчик, — старик очень знакомо сверкнул глазами за стёклами очков. — И за тебя рад Николас, чудесный выбор.
— Спасибо, — усмехнулся Ник. — Но я не по этому. Вы помните Линду Уоррен? Рыжая девочка…
— Конечно, — обиделся старик. — Я прекрасно помню всех своих учеников.
— Генри — её сын.
— Вот как, — задумчиво протянул он и снова взглянул на меня. — Я помню и Линду, и её избранника. Красивая получилась пара, — он снова бросил взгляд на Ника. — Что ж, рад за вас.
— И что это должно значить? — уточнил я, когда мистер Дэниэлс нас покинул.
— Что я забыл об одной старой традиции, — смущённо признался Николас. — Когда мы учились, было принято знакомить мистера Дэниэлса со своей парой. Так Линда представляла ему когда-то твоего отца.
— Это значит, что он решил, что мы… — поражённо начал я, но слов не хватало.
— Да, можешь считать, что мы получили его благословение, — выглядел он при этом немного удивлённым, но довольным. Так, будто результат неожиданно превзошёл его ожидания. — Теперь можно и картины посмотреть.
Картины действительно стоили внимания. В живописи я не разбирался, но даже на мой непрофессиональный взгляд это было красиво. А ещё прослеживалось нечто общее в стиле с работами Николаса, что подкупало меня ещё больше.
— Как интересно, — раздался знакомый голос за спиной. — И давно вы вместе?
За нами появился чем-то очень довольный Луис.
— А должны были перед тобой отчитаться? — Ник даже не пытался отрицать. — Ты-то откуда здесь?
— Заглянул поприветствовать мистера Дэниэлса, и он мне рассказал, что ты себе очень хорошего мальчика нашёл. Мне даже любопытно стало, кто же тебя смог очаровать. Решил посмотреть, а тут такой сюрприз.
— Вы часто посещаете выставки? — никогда не любил вести светские беседы, но обсуждать свою личную жизнь хотелось ещё меньше.
— Время от времени, — улыбнулся Луис. — На таких мероприятиях можно найти много интересного. Например, учеников мистера Дэниэлса.
— И если очень постараться, то даже нанять их на работу, — закончил за него Николас.
— Некоторых не нанять, даже если очень стараться, — тяжело вздохнул Луис. — Чего я тебе только не предлагал, а работать на издательство ты так и не согласился.
— Если бы издательство было твоё, я бы, может, и подумал над твоим предложением, — Луис привычно нахмурился при упоминании семейного бизнеса. — А так буду рисовать для сказок Генри. И иногда для чужих работ по твоей личной просьбе.
Напомнив нам о грядущем юбилейном вечере издательства, Луис направился дальше, а мы с Ником снова остались вдвоём.
— Вы давно знакомы? — раньше я не задавался этим вопросом, но вдруг стало интересно.
— Лет десять, — пожал он плечами. — Познакомились на такой же выставке. Подружились. Луис всё пытается заманить меня в издательство, а я не соглашаюсь.
— Теперь все будут знать о нас? — наверное, это было не так уж и важно, но хотелось знать наверняка.
— Многие, — неопределённо ответил Николас. — Ты против?
— Нет, — честно признался я после недолгих раздумий. Его улыбка только уверила меня в правильности решения.
