Любовь к перемещениям в пространстве обязательна

Стащить с себя штаны, когда сидишь на коленях у самого шикарного мужика во вселенной, – задача сложновыполнимая. Но Андрей все же взял себя в руки и оторвался от губ Данилы, чтобы приподняться и вслед за рубашкой откинуть подальше брюки. Сел обратно и, недовольно осмотрев его, цокнул: – Почему ты все еще так сильно одет? – и с этими словами потащил вверх толстовку вместе с футболкой. Грубая ткань чужих брюк натирала бедра, и Андрей предпринял очередную попытку оторваться от даниных губ в надежде, что делал это в последний раз за вечер. Им и так пришлось с препятствиями добираться до дивана, потому что игла все-таки промахнулась и закинула их не в комнату, а в непроглядно темный коридор, где Данила прижал его к стене и бесцеремонно залез огромными ладонями под рубашку, не переставая жадно целовать. Андрей то и дело зависал от его напора, понимая, что уже с полминуты держится за шею или давит ладонью на поясницу, хотя собирался опустить ее и сжать ягодицу, но отвлекся на середине движения. Он с трудом сдерживался, чтобы не начать тереться о просунутое между его ног мощное бедро, и, с усилием отлепившись от стены, все же утащил Данилу в комнату и усадил на диван. Избавив его от остатков одежды, Андрей подтолкнул Данилу, укладывая на спину, и с наслаждением растянулся сверху, прижался пахом между его бедер и медленно, влажно поцеловал. Сильные руки в ответ обшаривали его тело, словно изучая, легко проводили кончиками пальцев, прижимали ближе, и всего было слишком много, но этого так отчаянно не хватало. Не разрывая поцелуй, Андрей оперся на локти и стал двигать тазом, то и дело попадая своим членом по даниному, но этих касаний было мало, слишком мало. В последний раз проведя языком по кромке его зубов, Андрей поднялся, уперся рукой Даниле в грудь и обхватил сначала свой член, провел пару раз, чтобы отвлечься, и повторил то же самое с ним. Член у Данилы был чуть длиннее и толще, чем у него самого, но не настолько огромный, каким его рисовало воображение, пока Андрей терся о него сквозь одежду. Все еще опираясь о его грудь, Андрей посмотрел на него и залюбовался – на лице у Данилы проступил румянец, в глазах плескалось что-то настолько сильное и темное, что Андрей, не раздумывая обхватил оба члена – его ладони едва хватило – и стал быстро двигать ею, не отводя взгляд. У него уже мелко подрагивали бедра от возбуждения, и Данила не помогал – его ладонь тяжело давила на бедро, татуировка двигалась вместе с большим пальцем, которым он гладил нежную кожу, пальцами второй сжимал Андрею колено и на каждое движение его ладони старался подкинуть бедра. От всех ощущений вместе – горячих рук, трения члена о член, от его взгляда – Андрею казалось, что он сходит с ума. – Дань, я очень скоро… У него перехватило дыхание, но он не стонал, а только жадно хватал ртом воздух. – Я тоже, – Данила провел языком по пересохшим губам. Андрею очень сильно захотелось его поцеловать, и это оказалось той самой точкой, в которой он кончил, и Данила почти сразу за ним. Бессильно упав на него сверху, Андрей снова растянулся, пытаясь выровнять дыхание и унять дрожь в ногах. Надо бы в ванную за полотенцем, но идти он точно не мог. Ладно, сейчас полежит пять минуточек и встанет. Всю сонливость как рукой сняло, когда Андрей ощутил, что к щеке прижались чужие губы, а пальцы недвусмысленно провели по спине вниз до самых ягодиц. – Еще раз?.. – он постарался сказать это игриво, а не растерянно. – Обязательно, – Данила кивнул. – Только сначала в душ. – Туда игла не перемещает, а идти мне лень, – Андрей разнежился от легких касаний и подставлялся под них, сам того не замечая. – Тогда я тебя унесу. – Унеси. – Унесу, – Данила фыркнул и начал подниматься. Андрей осознал, что у него давно не было настолько потрясающего выходного, и решил, что Многомирье еще немного подождет.