Падение Снежного Занавеса 2. Визит в СССР

       Широко раскинув на 26 метров свои почти прозрачные крылья, легчайшая композитная «стрекоза» неторопливо плыла над просторами Эквестрии. Она проделала долгий путь, поднявшись в небо несколько недель назад в глубине Зебриканского континента. Высотный разведывательный беспилотник на солнечной энергии преодолел тысячи километров, неторопливо плывя со скоростью в 100 километров в час на 20-километровой высоте, рубя двумя саблевидными винтами разреженный воздух. На такой высоте высокоэффективным солнечным батареям не мешали облака и мелкие частицы, взвешенные в атмосфере у земли. Кроме того, здесь было много ультрафиолетового излучения — идеальные условия для солнечных батарей и эффективной зарядки сверхъемкого кристаллического аккумулятора.        Умная машина проделала свой долгий путь, используя не только инерциальную навигацию, здесь не было навигационных спутников и обычных наземных радиомаяков, но в районе предстоящей разведки шел интенсивный радиообмен, достаточный для пеленгатора, работающего в режиме радиокомпаса. Когда, по мнению электронного мозга крылатого разведчика, до района назначения оставалось несколько сот километров, он увеличил обороты пары бесколлекторных электрических двигателей и начал поднимать машину выше, выводя медлительный высотный планер на высоту в 22-25 километров. Она была рабочей в боевом режиме крылатой машины, призванной парить над полем высокотехнологичного боя, уповая на высоту и малую заметность.        Конечно, там, откуда эта машина была родом, срок ее жизни обычно исчислялся десятками минут, редко часами. Тут, в мире без высокотехнологичной ПВО, способной сбивать спутники на низкой орбите или десантные модули, у нее были хорошие шансы не только провести разведку, но и вернуться. Электронный мозг летающей машины не мыслил такими категориями, его задачей было провести съемку местности по трассе полета и целевого района в разных оптических диапазонах, записывать ведущиеся радиопередачи и параметры излучения РЛС если таковые там будут, после чего сжатыми пакетами, маскируемыми под естественные шумы, передать на удаленный командный пункт. В случае угрозы уничтожения — успеть передать всю накопленную информацию без маскировки одной высокоплотной передачей, после чего произвести самоликвидацию аппарата еще до попадания ракеты или иного снаряда противника. Аналогично самоуничтожение производилось в случае повреждения лазерным или плазменным ударом. Бортовая управляющая электроника не должна была попасть к противнику для изучения.        Высотная, почти прозрачная «стрекоза» на самом деле была очень малозаметной летающей машиной. Набор центроплана и каркас крыльев планера был выполнен из углепластиковых деталей малого сечения. Снаружи он был обтянут жесткой, прозрачной, стойкой к ультрафиолету пленкой, создающей нужные аэродинамические профили. Хвостовая балка была полой тонкой углепластиковой трубой с проложенными в ней коммуникациями, покрашенной снаружи серебристой краской. Хвостовое оперение было аналогичной конструкцией из прозрачной пленки на ажурном каркасе с небольшими рулевыми сервомашинками.        Саблевидные высокооборотные винты управляемого шага и мотогондолы электродвигателей тоже были углепластиковые, окрашенные серебристой краской, как и наружная поверхность размещенного внутри корпуса планера оборудования. Ячейки солнечных батарей в крыльях были полупрозрачными, словно серое мутное бутылочное стекло. В конструкции было использовано мизерное количество металла — только обмотки и корпуса бесколлекторных электродвигателей, силовая электропроводка, высоконагруженные элементы автоматов управления шагом винтов и сервомашинок управления рулевыми поверхностями, некоторые элементы разведывательного оборудования, где никак было не обойтись без металла. В сумме всего несколько килограммов из 30-ти килограммов общего взлетного веса аппарата.        Наконец бортовой мозг беспилотника, анализирующий информацию с оптико-телевизионного канала разведывательной аппаратуры, распознал техногенную инфраструктуру, и высотный крылатый разведчик приступил к той работе, ради которой он и был создан. Он вел разведку, снимая местность в видимом спектре, инфракрасном и ближнем ультрафиолете. Система радиоразведки фиксировала радиопередачи и иные излучения, специальные датчики проверяли наличие и параметры лазерного облучения лидаров и прицельных дальномеров, если они тут будут. Велась запись магнитных полей, колебаний гравитационного поля, радиационного излучения разного рода. А система управления записывала и сжимала информацию на своих электронных носителях, формируя пакеты данных и выстраивая их в очередь передачи согласно оценочной важности собранной информации.        В первую очередь будет передано самое важное, менее важное — позднее. Машина, не экономя, забирала заранее накопленную энергию из своего очень емкого аккумулятора для работы пассивной разведывательной аппаратуры. Оборудования для активного сканирования на борту не было, чтобы не привлекать внимания к высотному малозаметному аппарату. Но работала не только аппаратура пассивной разведки и система управления, начал работать радиопередающий комплекс, посылая в эфир сигналы, трудно отличимые от обычных радиошумов, вызываемых естественными грозовыми разрядами. Чтобы выявить отличие от естественных помех, эти сигналы надо было записать и подвергнуть очень глубокому анализу. Но даже если бы кто-то и записал эти импульсы, то не зная алгоритма шифрования и очень длинного ключа, расшифровка каждого пакета могла занять тысячи лет работы очень мощного суперкомпьютера.