Набедренная брошка.

***

      Чурлы, живущие на границе основной территории области Мондштадта и территории Драконьего хребта давно привыкли к холодным потокам ветра и морозному воздуху. Это было вполне обыденно для них и даже маленькие чурлы, которые рождались в небольших племенах, имели густой подшерсток, защищающий их от суровых условий. Они не так часто строили себе убежища и скорее вели кочевой образ жизни, стремясь не оставаться долгое время на одном месте. Лишь некоторые стайки этого вида занимали пещеры; племена с шаманами, которым нужна постоянная практика в управлении Крио-элементом и сосредоточенность; несколько Митачурлов и их младшие собратья, готовые к посвящению. Некоторые пещеры скорее были на общей территории. Как раз таки для посвящения в Шаманы и Митачурла, если хиличурл смог приобрести те или иные способности в этом скудном регионе. Здесь не так много мяса, которое можно легко добыть. Дичь либо быстро перебирается по сугробам, либо находится во льду.       В таких местах ценятся лучники, способные с большого расстояния поразить свою жертву стрелой; Митачурлы с огненными топорами, которые способны растопить лед с лаской, с древним кабаном или с лисой внутри этой ловушки.       Одинокие Лавачурлы, предпочитающие стайкам и племенам одиночество, занимают места близь окраин, дабы наблюдать за Мондом или Ли Юэ, мудро подмечая, что там существует около трех времен года: Цветущий, Зеленый и Опадающий. Они не видели там хлопьев снега, он шел только в области Хребта. Вздохнув что-то и буркнув себе под нос, те продолжали осматривать территории перед собой. Пусть они и живут в дали от остальных как отшельники, но своим громким ревом предупреждают о надвигающейся опасности. В большей части это были случайно забредшие Детеныши Геовишапов или Геовишапы со стороны владений Гео Архонта. Со стороны Мондштадта это были либо искатели приключений, решившие мериться силой с семейством Чурлов. Но они быстро шли на мясо, как бы страшно это ни звучало, либо занесенный шальным ветерком Глаз Бури. Эти три соперника были в отношении Чурлов значительно сильнее не только по строению и способностям, но и превосходя в скорости. Детеныши бешено крутились вокруг своей оси, отражая рикошетом стрелы от каменной чешуи, Геовишапы скатывали хиличурлов в кровавые блины, а Глаза Бури просто раскидывали и давили хиличурлов.       Детеныши Хиличурлов - маленькие Чурлики - мечтали увидеть весь Хребет, ведь из рассказов на собраниях племени иногда проскакивали и слова о местах со вкусным мясом. Ребятня еще в юном возрасте тренировались. Через игры правда, но вполне действенные. Прятки - если какой-то сильный монстр появится, Догонялки - если надо убежать или догнать кого-нибудь, - эти две игры особенно поощрялись Хиличурлами, Митачурлами и Шамачурлами.       Забредший на территорию одного из племени Лава любезно делился с подрастающим поколением своим небольшим путешествием - рассказывал про смену сезонов на других территориях, рассказывал про страшных каменных существах, что сидят или ходят по одному маршруту, про желтые листья на деревьях и что это даже не иголки, про вкусные фрукты, таки как Яблоко и Закатник, которые встречались чаще остальных.

***

      Обходя территории лагеря, Митачурл смотрел в белые холмы вокруг себя, то и дело дергая ухом от неприятных дуновений ветра. Младшие по рангу собратья спали, а Шаманы врачевали недавно родившихся Чурликов, Хиличурлов с какими-либо травмами или болями в теле. Пройдя от выхода из лагеря несколько десятков метров вверх по склону, Мита уселся на одну из удобных позиций, с которой были видны сам лагерь и ближайшие от него области. Холодный ветер теребил шерстку и болезненно хлестал резкими порывами грудь, словно стараясь прогнать большого чурла. Было видно солнце, заходящее за горизонт и оставляя за собой только оранжевое небо. Становилось холоднее и вместе с этим снег начинал валить сильнее. Сугробы становились выше, но в тоже время и мягче, если упасть в один такой с Сосны или с уступа.       Медленно моргая и иногда стряхивая с себя появляющиеся "шапки", "наплечники", Мита продолжал свое ночное бдение, пока над головой не засияла Луна. Ну, или временное чутье не подсказало, что пора менять караульного. Где-то в метели замаячила большая темная фигура, приближающаяся к караульному и полурыком-полувздохом оповестило о своем прибытии на место Миты. Митачурл с Ледяным Щитом буркнул в ответ и, поднявшись с нагретого камня, направился вниз в лагерь. Ступая по ранее оставленным следам собрата и выдыхая из рта клубы пара, Щитовик спускался по тропе, порой останавливаясь на звуки, доносившиеся из-за сугробов или скал. Что-то да и пробивалось в ночной метели до его уха. Не зря они такие большие и улавливают звуки на большом расстояние. Это и плюс. Это и минус. Это и преимущество, это и слабость. Уши могли легко повредиться, обморозиться или пострадать во время битвы или обычного обхода ближайших территорий.       Раздумывая над сегодняшним закатом, Чурл высыпал остатки слизи и шишек из казана в овраг, что выполнял своеобразную функцию помойки или Грязного Места. Смесь из слизи и кедровых орешков, если ее перетолочь, вполне себе выполняла неплохую функцию кашицы для новорожденных членов племени и для переходящих в стадиях Чурлов. Обычно такое делали Шаманы, изредка делясь своими рецептами с другими на Советах. Только в крайних и отличительных случаях - катаклизмах или недавно прошедших бурях. Поставив казан на свое место и пройдясь вокруг него на наличие какого-либо мусора или остатка. Накидав в котлы немного снега на самое дно, Митачурл чуть придавил его своими лапами и так в несколько слоев, пока не дошло до середины. Убедившись, что в каждом котле есть по снегу, он во все из них добавил по три ломтика мяса, запорошив сверху раздробленными орешками, Мита двинулся к одному из больших строений. Как правило, там обычно спали забредшие Лавы или Митачурлы. Из-за своего размера и ранга им и требовались большие "палатки", но, в отличии от устойчивых к морозу и холоду Лавачурлов, Митачурлы не обладали такой мощи, пусть в основном и являлись по обыкновенному самыми сильными в лагерях. Они были сильнее обычных Хиличурлов и Стрелков, но мощь гигантских Лав превосходила по всем параметрам. Ложась на сплетение из Сосновых веток, запиханных в сшитые вместе шкуры Древних Кабанов, Мита чуть притоптал место у морды и со вздохом уложился на свой манер. Буквально распластавшись, Чурл перевернулся на спину и устремил взор на ночное небо, что было видно в дырах в потолке. Вдумчиво вглядываясь в кромешную тьму, до Миты, возможно, доходили умные мысли, о которых, возможно, не могли догадаться обычные исследователи или ученые.       На поляне затрубил горн, когда Чурл проснулся и первым, что он почувствовал - небывало сильных ветер, который бушевал, так сказать, снаружи убежища. Выскочив из домика, тот быстрыми шагами двигался к соплменникам, которые проводили своего рода "эвакуацию" на общие территории, где располагались пещеры и где, скорее всего, уже находились некоторые племена. Первыми шли Шамачурл и один из Митачурлов с Топором, в середине этой цепочки находился второй Топороносец, а в самом конце присоединился и Щитовик, внимательно осматривая на последок их поляну. Им еще предстояло сюда вернуться, но после Бури.       Шагая по снегу и сдавливая, цепочка Чурлов двигались по узкой и скрытой тропке в сторону скал. Издали первые уже увидели три такие тропинки, которые оставили первые три сюда пришедших из-за Бури племени. Сгрудившись толпой перед пещерой, Шамачурлы обменялись приветствиями, начиная впускать товарищей по несчастью. Последними зашли все четыре Шамана и каждый из них направился к своим соплеменникам. Подходя и осматривая каждого, те быстро что-то проговаривали и облегченно вздыхали, когда убеждались в целостности своего племени. Пещера прогрелась теплом тел, возведенным кострам. Маленькие Чурлы были сгруппированы в центре, где было теплее всего. Так распорядился самый сильный из Шаманов. Двум Митачурлам он приказал сесть около выхода из пещеры и предупредить остальных на случай внезапного вторжения, а оставшиеся десять Митачурлов были вынуждены следить за порядком в Хиличурлских кругах - если возник конфликт то сразу затушить очаг возгорания или успокоить только своим взглядом на беспредел. Как никак, а хиличурлов было больше чем Шаманов и Мит.       Усевшись близь одного из костров, Мита положил свой щит на камень, уставившись на детенышей, что сразу сгруппировались около него и использовали эту деревянную доску как горку или игрушку для биться. Каждый подходил и клал что-то на щит: ветвь Сосны, ягодку или мяту, которые ребятня срывала по пути. Было ощущение у Миты, что для них он был похож на Лавачурла, что его не радовало...