Темные соблазн и риск.

Хогвартс: Кабинет пропах горелым запахом и ароматом корицы. Взрослый мужчина с короткой седой бородой сидел за столом, поедая лакричные палочки. Рядом стояла клетка, но она пустовала. По комнате летал феникс. Он только переродился и сейчас расправляя крылья, наслаждался полетом. —Держи, дружок.—мужчина вытянул вверх руку с лакомством. Птица подлетела и в полете перехватила угощение, поедая его. Огромная, каменная статуя того же Феникса стала шуметь. Обратив своё внимание на нее, он встал, сложив руки за спину в ожидании. Статуя покрутилась и исчезла где-то вверху. Появилась лестница и оттуда вышла взрослая, но на вид молодея женщина. Чёрные волосы, тонкие алые губы, заострённые скулы, и внимательный взгляд карих глаз. —Дамблдор.—с улыбкой поприветствовала его женщина, наклонив голову. —МакГонагалл.—с такой же улыбкой, повторил он, также склонив на секунду голову. Женщина прошла немного вперёд, поправляя мантию. Встав напротив по другую сторону стола, вытащила из мантии пергаменты, ставя на стол, и протягивая через него директору. —Позволь поинтересоваться, что это?—он берет по одной, раскрывая, и бегая взглядом по ним. —Меня больше интересуют не списки, и не сами пергаменты, а определенное имя…—протянув руку, указала пальцем на имя, что стояло во втором столбе, третьим. —Реддл.—протянул мужчина, поднимая взгляд на коллегу. —Да. Том Марлово Реддл. Меня смущает этот ребёнок.—потёрла руки друг о друга, слегка опуская взгляд. —Что с ним не так?—наклонил голову, удивляясь. —Как раз таки с ним все прекрасно. Он отличный ученик. Прилежный, воспитанный, тихий, внимательный, и…слишком идеальный. Я не видела чтоб он ел сладости, чтоб он играл с другими детьми, чтоб он смеялся, или улыбался. Он часто пропадает в библиотеке, после его долгих прогулок, регулярных, я иногда замечала что в запретной секции, кто-то присутствовал.—с какой-то виной говорила, пожимая плечами. Ей было неудобно намекать на то, что он возможно проникал в запретную секцию, намекать на то что он нарушал правила, учитывая каким хорошим и правильным был Том. Это все смущало женщину, но предупредить о возможной опасности от этого ребёнка, стоило. Дамблдор тихо и мягко рассмеялся, отодвигая пергаменты, ловя взгляд женщины. —При всем уважении, Минерва, это звучит смешно! Маленький ребёнок-злодей, и гроза Хогвартса? Я уверен тебе показалось, или это просто случайности—пожал плечами, вставая из-за стола, подходя к коллеге, ставя руку ей на плечо. —Ты превосходный педагог и самый верный друг! Но думаю что ты ошибаешься, мы все когда-то делаем ошибки—со снисходительной улыбкой, мягко произнес. —Альбус…и все же…—не договорив, устало кивнула. —Я проверю твою теорию, Минерва. Однако, не обращай на это много внимания, не отвлекайся. —Да, Дамблдор,—женщина мило улыбнулась, собрав листы, уходя к скрытной лестницы в статуи, кидая напоследок,—хорошего дня. —Хорошего дня—кивнул коллеге, садясь на место, и провожая ее дружелюбным взглядом. Особняк Реддла: —Убей их.—повторил Реддл, наслаждаясь ее реакцией. Эта фраза, эта интонация, это ей уже не забудется. Убить. Ей сказали убить их. Девушка медленно повернулась к жертвам, до боли сжав в руках кинжал. Она слышала прерывистое дыхание, гулкое сердцебиение, страх. От них веяло страхом, надеждой, мольбой. Прикрыв глаза, она сделала пару вдохов и выдохов. Покрутив в руках нож, подошла ближе, смотря на них сверху, жертвы сидели на коленях, связанными руками за спиной, и с мешком на голове. Хорошо она хотя бы не видит их лиц, не видит их мольбы в глазах. Пару секунд слабости, этих секунд хватило чтоб понять, что она хочет. Этого хватило чтоб понять, что она не против, что теперь она еле держится. Тиана быстрым шагом отошла от них, смотря на парня. —Зачем? Зачем убивать, если они не виноваты? Чего ты добиваешься?—теперь она ничего не слышала, только то как сильно бьется ее сердце и то, как она держится, чтобы не воткнуть нож им в сердце, по самую рукоять. —Так я хочу проверить, на что ты способна. Не беспомощна ли ты. Но видимо по твоим действиям и по тому как ты медлишь, вряд ли ты на что-то способна. Ты беспомощна. —он чётко произнёс каждое слово, сложив руки на груди, но особо резко произнёс последние слова "ты беспомощна". —Хорошо, если тебе так сильно хочется, наслаждайся…—сглотнув ком в горле, заставила себя произнести эти слова. Слова Реддла задели ее. Ее задело, то что ее считают беспомощной. Ее задело, то что она понимала, если не она, то заставят ее отца, а она не может допустить, чтоб его снова пропахали. Ее задело, то что она делает хоть что-то чтоб помочь отцу, но все равно слаба, все равно ее называют беспомощной, и все равно она слаба. Реддл довольно ухмыльнулся с ее слов. Подойдя к жертвам сзади, стянул с них мешки, наклонив голову, и изучая ее мимику. —Не хочу чтоб это было просто. Давай-ка, мы немного усложним тебе задачу.—с этими словами, отошёл подальше, ожидая ее действий. Пробежавшись взглядом по обоим, прикрыла глаза, успокаивая дыхание. Выбрав наугад, из двух одного, подошла к нему вплотную. Это был парень, вроде ещё подросток. У него голубые глаза, он белокурый, с тонкой линией губ, и острыми скулами. Красивый. Но его взгляд…Этот взгляд смотрел в душу, взгляд мольбы, просьба о пощаде. Его зрачки бегали туда-сюда, нижняя губа дрожала, парень боялся пискнуть. Он смотрел так пронзительно, заглядывая в душу, в самые тайные уголки, но он ещё не знает в какую душу смотрит. Повернув лезвие кинжала чтоб оно смотрело на него, она прижала к его горлу. Пару секунд, и не задевая сонную артерию, сделала глубокий порез. Чтоб он умирал медленно, долго, мучительно, ибо если перерезать сонную артерию, он сразу умрет, и не почувствует ничего. Парень кричал хрипло, так как мог, извивался из последних сил, хотя их почти не было. Вторая жертва стала дёргается, смотря на своего друга, видя как он мучается. Толкнув ногой первого в живот, чтоб он упал, и не мешал. Подошла ко второму. Это была девушка. Такая же молодая, красивая, хрупкая, нежная—как бабочка. Понадобилось пару секунд, чтоб понять, что они двойняшки. Девушка тоже была белокурой, с голубим глазами, острыми и утонченными скулами, тонкой линией губ. Вторая жертва не держалась, она кричала, пыталась встать, но Бейкер уложила ей руку на плечо, не давая встать с колен. Одно движение и нож в животе, полилось много крови, а белокурая стала извиваться, делая себе только хуже. Второе движение, и он в рёбрах, третье…в груди, в самом сердце, по самую рукоять. Кровь течёт, она дергается, издаёт последний писк и падает. Шатенка вытащила кинжал, и вместе с жертвой упал и он из рук. Девушка опускает взгляд на руки, они в крови. Запах крови, как алкоголь, дурманит. Перед глазами все размывается, она в тупую пялится на руки, на оружие что на полу, на мёртвые, все ещё тёплые тела. Как же…плохо! Нет…нет, хорошо. Очень хорошо, легко, просто, как будто добилась того, чего пыталась добиться всю свою жизнь! Правда её мысли, и чувства сразу испаряются, когда она чувствует мужскую ладонь на своем плече, и то как она одобрительно похлопывает. —Прекрасно. Уберите тела и сожгите. А ты, Тиана, молодец, умница, все как надо сделала. Иди на кухню и вымой руки, мы скоро вернёмся в Хогвартс. Надеюсь ты будешь уже более послушней и станешь убивать и на заданиях, если потребуется.—он говорил так противно, его холодный шёпот заставлял покрыться тело мурашками. И она его совсем не слушала, проклинала себя за слабость, пока не услышала про отца.—Твоему отцу я обеспечу хорошее лечение и он достаточно быстро поправится. Сколько сможет прожить не знаю, но ему будет куда лучше. Может я не зря сделал тебя одной из Пожирателей смерти. Повернув к нему голову, выслушала, и как зомбированная просто кивала, надеясь что он выполнит обещание. Как только пришла в себя, она быстрым шагом вышла из зала, направляясь в ванную мыть руки. Холодной водой она отмывала кровь, а затем успокаивала себя, пока пальцы рук не заледенели, чувствуя что не может двигать ими, выключила кран, возвращаясь в коридоры. Перед глазами пролетали моменты убийства, мимолетная улыбка на губах, которую она спрятала, кровь что текла по пальцам, состояние эйфории. Медленными шагами, дошла до общего зала, пожиратели что-то обсуждали. Найдя взглядом Реддла, подошла. В комнате всё ещё витал металлический запах крови, хотя жертв на полу уже не было, как и следов. —Я могу пойти? Я хочу в школу, пожалуйста, я могу уйти отсюда?—хрипло спросила. Чем больше она находилась в главном зале, тем больше ее тошнило, от удовольствия совершенного поступка. От того что посмела улыбнуться, от того что ей понравился крик жертв. От всего что она творит…от самой себя. Дав знак Пожирателям, он взял девушку за руку и трансгресировал ближе к границе Запретного леса. Оттуда они дошли до замка и слабо кивнув ей, он ушёл в немного другом направлении, нежели шатенка, он ушёл в Башню Старост. Она сразу направилась к себе, закрывая дверь. Прижавшись спиной к двери, сползла по ней, придвигая согнутые колени к себе, и начиная плакать. Она опять не выдержала, опять проиграла, опять не справилась. Заставив себя встать, прошла в ванную, заходя в душ, под холодную воду. Прийдя в себя, сидела на кровати, пялясь в окно. Завтра занятия, а она плохо мыслит, надо прийти в себя. Надо заставить себя стать адекватной, взять себя в руки. Всю ночь Тиана не спала, смотрела в потолок, а перед глазами всплывали отрывки этого дня. Вспоминалось чувство адреналина, вспоминалось чувство крови на руках, вспоминались взгляды жертв. —Проиграла…я проиграла—закрыв лицо руками, разрыдалась. Том: Парня охватило чувство удовольствия, победы, радости. Он с ухмылкой снял мешки с двойняшек, предварительно вручив ей кинжал. Отойдя подальше, сложил руки, облизав губы, и с бешенством в глазах, наблюдая за ней. Ее действия, ее реакция, ее методы, нравились юноше. Он был доволен. Впервые за достаточно долгое время. Когда она закончила, и уронила нож, он даже немного растерялся. Где весь этот огонь что был в ней? Через время она пришла со словами что хочет в Хогвартс, тогда он понял, что этот эффект временный. И работает только во время убийства. Я буду тренировать тебя. И буду это делать столько сколько понадобиться. Пока ты не будешь желать убивать, каждую секунду.