Valentine's Day sketches

Андреа инстинктивно повела плечами, когда ощутила прикосновение тонких, смуглых пальцев Мёрфи. — Готова, принцесса? — тембр его голоса — с лёгкой хрипотцой, насмешливый, но, в то же время, удивительно заботливый — отозвался где-то под сердцем мохнатым урчащим комком. Девушка обернулась, попадая под прицел пьянящих янтарных глаз, и кивнула для того, чтобы сказать секунду спустя: — Не думала, что ты знаешь про такой праздник, как День Влюблённых. — Я, может, и из Тартара, но в курсе всех этих ваших праздников, — Мёрфи быстрым движением облизнул верхнюю губу, являя ей и всему миру в придачу дразнящий оскал белоснежных клыков, притаившийся в уголках губ. А потом потянул за собой, не давая времени на то, чтобы вставить хотя бы слово. Подземный гараж Ньюманов приветливо мигнул сотнями глаз, отзываясь чуткими датчиками на торопливые шаги Мёрфи, идущего впереди. Остановившись у мотоцикла, что блестел хромированными дисками, Мёрфи протянул Андреа шлем. Тот самый, с острыми ушками. Сам же надел свой, с едва различимой гравировкой. Из-под тонированного визора донеслось глухое: — Держись крепче, принцесса. Хмыкнув, она уселась позади него, сцепив руки под грудью парня так, чтобы кончиками пальцев ощущать, как бьётся за костяной клеткой рёбер сердце стража Тартара. Выехав из гаража, Мёрфи прибавил скорость и, стремительно промчавшись по 10-й авеню, свернул в тоннель Линкольна в районе западной 39-й. — Нам на тот берег, — успел шепнуть он, прежде чем шум машин, следующих в том же направлении, не заглушил все остальные звуки, сливаясь в одно невнятное разноголосье звуков, прицельно бьющих по барабанным перепонкам. Тоннель закончился куда как быстрее, чем Андреа могла ожидать. Ещё пара минут, и мотоцикл с рёвом притормозил у входа в парк. Мёрфи что-то прикинул в уме, пока она оглядывалась по сторонам. После чего осторожно вкатился внутрь, останавливаясь под раскидистым деревом, чья роскошная крона терпеливо дарила свои листья попрошайке-ветру, заблудившемуся в переплетении ветвей. — Ну и где мы? — Андреа стащила шлем, тряхнув копной волос, мигом рассыпавшихся по плечам золотистой сетью спутавшихся прядей. — Предположительно, в Гамильтон парке, а что? — повесив шлем на руль, Мерфи шагнул к ней, втягивая воздух носом, словно изголодавшийся по свежему воздуху пес. — Тебя что-то не устраивает, принцесса? — почувствовав его ладони на своих бёдрах, девушка покачала головой, позволяя парню исследовать своё тело. — Ну вот и отлично, — тихо, но удивительно отчётливо шепнул он, снимая с себя куртку. Выступающая из-под тонкой ткани майки татуировка масляно блестела в лучах заката, медленно наплывавшего на парк. И, пока Андреа любовалась чернильными росчерками, расцветившими его кожу, Мёрфи потянул её на себя. — С Днём всех влюбленных, моя богиня, — горячие губы скользнули по шее, проводя влажную дорожку поцелуев к ключицам. Андреа податливо выгнулась в его ладонях, без остатка растворяясь в мигом потемневших глазах. — Ох, Мёрфи, это… — Самый лучший День святого Валентина в твоей жизни… Я прав? — тягуче прошептал он, позволяя её ладошке скользнуть под ремень его джинс. — Определённо лучший, — девушка рвано выдохнула, чувствуя, как он возится с застежками её бюстгальтера, как стягивает бретельки с плеч. О том, что было потом, Мёрфи не расскажет никому, лишь будет загадочно улыбаться в ответ на расспросы Джейсона о том, что же он подарил ей на День Святого Валентина.