***
Почему спустя столько лет не забыла свои чувства? Почему они всё ещё бьются в груди, не думая замолкать? Тревожат, путают мысли, заставляют тяжело дышать? Тряхнула головой, прогоняя наваждение, натянула улыбку и выбежала из-за угла, словно ничего не заметила. — Ребята, я вас обыскалась! — выпалила она, переводя дыхание от бега, и поправила пакеты. — Лейон, ты бы попозже прибежала, что ли, — скривила губы Миина, недовольно глядя на художницу. — Имей уважение к её усилиям! — проворчал Каркат. — Может она с другого конца города бежала? Что там у тебя? — обратился к ней всё в том же тоне, отрезвляя Непету окончательно. — Секунду! — порылась в одном пакете, доставая ярко-розовую коробку с чёрной лентой, и протянула Миине. Та нахмурилась, открывая подарок, и за мгновение изменилась в лице. — Рыбная мать, это же те самые очки! — она нацепила на себя модные солнечные очки с блестящей оправой, на которой были выгравированы морские звёзды и маленькие рыбки. Посмотрела на себя через фронтальную камеру смартфона. — Я думала, их больше не продают! Лейон улыбалась искренне, хотя чувствовала странную печаль, которую глушила изо всех сил. — Тебе что, Поррим подсказала? — чуть припустила очки брюнетка, улыбаясь уже гораздо дружелюбнее. — Нет, у меня есть другой доверенный источник, — Лейон подмигнула. Затем сунула руку в другой пакет, достав оттуда длинную, узкую коробку. — Надеюсь, они будут полезны, — и протянула Вантасу. Тот принял коробку, недоуменно повертел в руках. — Так, нет, сначала мой! — схватила его за запястье Пейшес. — Так последовательность будет сохранена, — и подмигнула Непете, протягивая из сумочки Каркату конверт. Внутри лежал сертификат чёрно-белого цвета. Пробежался глазами по тексту, нахмурился. Помотал головой. — Так, стоп, нет, мы так не договаривались! — начал возмущение он. — Разве у нас с тобой был уговор? — скривила бровь Миина. — Ну-ка, давай, открывай коробку! Покрутив глазами, открыл подарок Непеты. Секунду не сводил взгляд, после чего агрессивно захлопнул. — Я, блядь, не понял, вы в сговоре, что ли? — процедил он. — Нахрена вы вообще решили это сделать?! — повысил голос. — Вы моей смерти хотите, да?! Непета в шоке смотрела на раскрасневшегося от злости Карката. — Шишкокрикун, остынь! — Миина хлопнула его по плечу, встав перед Вантасом, неосознанно закрывая собой Лейон. — Ты же мне все мозги прожужжал, что тебе плохо без гитары! — Нет! — выпалил Вантас. — Это наглое враньё, я в жизни такого не говорил! — Зато намекал так, что любому незнакомцу было понятно, что у тебя ломка по струнам! — покрутила глазами Пейшес. — Это во-первых! А во-вторых, поломка первой гитары ещё не конец света! — Ты же прекрасно знаешь, что я больше не хочу иметь с этим дело! — уже менее уверенно прошипел Каркат. — Ага, поэтому ты токсишь на всех, кто занимается музыкой, потому что у самого духу не хватает признать, что ты хочешь начать сначала! — подколола Миина. — Ребята, не стоит ругаться, — Непета подошла к ним со стороны, примирительно подняв руки. — Это же такой пустяк… хочешь, я его обменяю на что-нибудь другое, раз тебе не понравилось? Она потянулась было за коробкой, но Вантас увернулся и отпрыгнул. — Нет, я не собираюсь быть последней скотиной! Раз уж подарили, значит подарили, — пробубнил он, отведя взгляд. — Спасибо, — совсем тихо произнёс он. — Вот и отлично! — довольно заулыбалась Пейшес. — Тогда поехали прямо сейчас, пока ты не передумал! — и схватила парня за руку, потащив за собой в машину. — Неп, ты с нами? — Да! — закивала девушка и в несколько ловких прыжков оказалась у внедорожника. Пока девушки перекидывались словами и о чём-то смеялись, Каркат прибывал в собственных мыслях, разглядывая сертификат и содержимое коробки.***
Неужели он заслужил этот шанс? А действительно ли стоит начинать то, что поклялся закончить? Вантас ходил вдоль стоек, внимательно разглядывая инструменты. Касался гладкой поверхности, легонько трогал струны, ощущая, как от вибраций вибрируют струнки собственной души. Будто часть его, забытая, забитая снова поднимает голову. Несколько раз он уже пытался покинуть магазин в приступе отчаяния и злости. Но каждый раз Непета вставала на пути, а Миина хватала его за капюшон толстовки и ставила перед одним из инструментов, угрожая, что заставит выплатить от стоимости сертификата тысячу процентов. Несколько раз выбирал одну из гитар, но тут же отказывался, терзаемый сомнениями. На закатывание глаз Миины шипел: — Гитара — это тебе не безделушка! К её выбору нужно подходить с умом! Продавец скучающе подпёр рукой подбородок, ожидая, когда же клиент сделает выбор. Встав перед одним из классических инструментов, парень чертыхнулся, понимая, что это совсем не то. Чувствовал мозолями на пальцах, помнил движениями кистей, запахом в воспоминаниях. — Ладно, я подымлю, а ты пригляди, чтобы он не сбежал, окей? — попросила Пейшес. — Хорошо, я справлюсь, — кивнула Непета. Каркат посмотрел вслед удаляющейся брюнетке, перевёл взор на Лейон. Та пожала плечами и стала что-то печатать в смартфоне. Снова обратил взор к инструментам. Недолго рассматривая их, прикрыл глаза. Действительно ли это было ему нужно? Вспомнил, как сквозь боль и слёзы, недовольство и крики прорывались переливы звуков, которые с таким трудом давались в первые месяцы. В груди всё сжалось от удовольствия и сожаления. Открыл глаза и посмотрела туда, куда потянуло. Попросил подать светло-бежевую гитару с чёрным пятном вокруг резонаторного отверстия. Продавец оживился, выходя из-за кассовой стойки и дал парню инструмент. Вантас осторожно принял его, сел на ближайший стул, провёл по струнам пальцами. Вспомнились слова песни, когда-то заслушанной до дыр. Зажал аккорд, который, казалось, должен был забыть. Не забыл. Взял неуверенно, но чисто. — Разве ты способен хоть что-то сложнее сыграть? Поморщился, назло воспоминаниям зажал другой аккорд. Пальцы соскальзывали. Уверенности не хватало. Снова будет фальшь. Рыкнул, зажмуриваясь. Отложил инструмент, закрыл лицо руками. — Это твоя гитара, — вдруг подал голос продавец. Каркат поднял голову. — Попробуй снова! Шатен сжал челюсть, хватаясь за гриф и удобнее устраиваясь. Зажал аккорд. Снова чисто. Зажал другой. Фальшь. Ещё раз. Чисто. И ещё. Фальшь. Чисто. Чисто. Фальшь. Водил пальцами по струнам, сквозь боль от стали, царапавшей кожу. Пускай пойдёт кровь, пускай сотрутся до костей. Словно обезвоженный путник, глотающий воду литрами, Каркат впился в струны, вспомнив, казалось, давно забытую мелодию. Пальцы всё ещё помнили ноты, хотя в голове была пустота. — От твоей игры голова уже раскалывается! К глазам подкатывали слёзы. Его терзали противоречия, от которых не было спасения ни тогда, ни сейчас. Воспоминания одно за другим били по мозгам, скручивая серое вещество в трубочку. Но песня не оставляла в покое. Не давала сдаться. Не давала окончательно провалиться в безмолвие, в небытие. Совсем тихо, сипло напел себе под нос под аккорды: Я всё исправлю, Починю и налажу Если снег новогодний на прошлогодние грабли не ляжет. Сердце стучало так сильно и быстро, откликаясь на печаль и в тоже время, надежду этих слов. Так что я не замечу до боли знакомых зубцов под подошвой. Голос подрагивал, ком душил. Он снова был там, на мосту. Сломанный, выброшенный в пучины реки просто потому, что не сумел услышать своих желаний и стремлений. Если следующий год, как всегда, снова вдруг не окажется прошлым. И со всей силы провёл по струнам заключительный аккорд, оставляя на пальцах кровоточащие царапины. Не контролировал слёз, что потекли по щекам. Впервые за долгое время позволил себе улыбнуться. Взглянул на Непету, что тихо хлопала. На продавца, что готов был к отказу, явно уважая решение клиента. На вернувшуюся Миину, которая, видимо, услышала лишь концовку. На исцарапанные пальцы и следы крови, оставшиеся на струнах. И на инструмент, чей корпус словно потеплел в его руках, а струны вибрировали по инерции, ожидая, когда же он снова проведёт по ним. — Беру!***
— Так значит ты разбил ту гитару? — с печалью в голосе уточнила Лейон. — Вдребезги, — не отрывая глаз от крыши внедорожника ответил Каркат. — Может и не зря. Не думаю, что у меня были моральные силы продолжать. — Были, ты просто всегда слушал других, а не себя, — подколола Пейшес, переключив передачу. — Иди нахер, — отвернулся к окну, хотя по отражению было видно, как он улыбался. Новая гитара лежала на заднем сиденье, упакованная в чехол, за который доплатил из личных денег, настояв на том, что должен вложиться хоть сколько-нибудь, несмотря на то, что это подарок в честь Рождества. Доехали до улицы, где жила Лейон, без происшествий. Поблагодарив за поездку и компанию, девушка побежала к дому. Внедорожник резко стартовал, увозя их подальше от знакомых улиц. Каркат смотрел на пасмурное небо и хлопья снега. Когда они остановились у знакомого особняка и вышли из машины, девушка встала у него на пути. — Это всё здорово, но я жду благодарности, — усмехнулась она и показала на щеку. Вантас покрутил глазами, привставая на цыпочки и едва прикрыв глаза, почувствовал, как она его ухватила за плечи и впилась губами в его. Несколько шокированный таким поворотом, всё же поддался, хотя явно уступал Пейшес в страсти. — Похоже, ты уже всё решила, — шмыгнул носом Каркат, отпуская её. — Ага-а-а, — довольно протянула брюнетка. — Так что одним подарком ты не отделаешься, — и поиграла бровями, на что Каркат лишь цокнул.