Самый чистый товар

В грязной дымной комнате Мэтт развалился в кресле. Пара его дружков курили, врубая музыку. – Эта шлюха меня бесит. Постоянно крутится рядом с новеньким. – он закинул ноги на стул. – А давай сгоняем на кухню. – его друг Шон предложил идею. – Зачем? – Мэтт бросил окурок мимо пепельницы. – Ну… Этот Оливер полоумный, все же знают. Вмазать мы ему точно не можем, Рейнгард нас порвёт. Давай его умоем чем-нибудь? – Шон поднялся, взяв банку с пивом, – Там на кухне столько дерьма и отходов вывозят каждый день. Мэтт ухмыльнулся. Скукота. Делать нечего, да и день сегодня тянется невооборазимо долго. Ему нужно было хоть каким-то образом выплеснуть свою злость, а лучше Оливера жертву и не сыщешь. *** Оливер шёл по коридору. Он хотел навестить Стеллу. Девушки в комнате не было. Мальчик подумал, возможно она ушла обедать в общий зал. Он направился на кухню, с интересом разглядывая узоры на тёмных обоях в коридоре. Раньше он их тоже не замечал. Завернув за поворот мальчик заметил знакомую фигуру. Около дверей стоял Шон, завидев его он тут же забежал в обеденный зал. Оливер ничего не подозревая, пошел дальше. Он приоткрыл дверь, входя в помещение. Тут же где-то сверху на него вылилось нечто отвратительное. Полный зал народа в предвкушении ожидали момента и в следующее мгновение все громко рассмеялись. Оливер вздрогнул. Он осторожно вытер лицо от чего-то слизкого и липкого, осматривая всех вокруг. Его снимали на камеру. Мэтт звонко свистнул, а Шон загоготал, хлопнув в ладоши. Оливер так и стоял, медленно отключаясь от реальности, без признаков движения. Сначала в голове мелькнула мысль – все хорошо, ведь они улыбаются и всем весело, но где-то на задворках сознания что-то больно кольнуло. Это не здорово. Совсем не здорово. Оливер медленно опустил голову, его белоснежная футболка была в каких-то помоях. На полу вокруг него в луже лежала протухшая еда, от запаха просто выворачивало. Мальчик вздернул подбородок, вновь уперев взгляд в сторону толпы. Так он в деталях запоминал каждое лицо, каждую улыбку или ухмылку отвращения. Одна девушка снимала его со вспышкой. Оливер заметил и ее. Она обратила внимание, как глаза его сменили оттенок, моментально чернея. Девушка тут же медленно опустила телефон, пряча его в карман. Липкое чувство страха пробежало по коже. Все вокруг так и смеялись, пока она беспокойно отступала назад, прячась за спинами людей. Оливер наконец подал признаки жизни и осторожно вышел из зала. Он шёл по коридору, пачкая бордовый ковёр. Ему хотелось опустить голову или спрятаться, но нет. Он выпрямил спину, расправив плечи, ведь так учил Джейк. Оливер встал у лифта, нажав кнопку. Тем временем дверь позади открылась и Бен вышел в холл. Он тут же остановился, заметив мальчика в таком виде. Бен уже хотел подойти к нему, но тот вошёл в лифт и кабина закрылась. Мужчина зашёл в обеденный зал. На входе все в грязи и гнилых просроченных продуктах, вонь отвратительная. Над дверью висит ведро. Он тут же смекнул что к чему. – Мэтт и Шон, тряпки в руки, пока я жрать вас не заставил это дерьмо, упыри безмозглые! Толпа тут же разбежалась, кто куда. Парни понуро пошли за чистящим средством и тряпками. Они вернулись со швабрами, разозлив Бена ещё больше. – Руками мыть будешь! – он выхватил швабру у Мэтта из рук, замахнувшись. Парни молча стали убирать за собой. Их это не особо унизило, они сделали то, что хотели и неплохо повеселились. *** Оливер вернулся к себе в комнату и разделся, забираясь в ванную. Долго смывал с себя всю грязь и этот тошнотворный запах. Он старательно перемывался несколько раз, нервно натираясь. Прошло полтора часа, когда он успокоился и выбрался из ванны. Оливер бездумно прошел к шкафу и переоделся в чистое. Затем вернулся в ванную и все так же спокойно вытирал полы тряпкой. Когда Оливер прибрался, он закрылся ванной изнутри на щеколду. Отошёл подальше от двери, встав около зеркала. Вспышка гнева, что капала на мозги последние полтора часа взорвалась в одну секунду. Оливер шумно засопел, прерывисто вздыхая. Какое горе. Хотелось выпустить эту ярость и обиду, сделать себе очень-очень больно и успокоиться. Ох нет, конечно нельзя. Ни в коем случае нельзя делать с собой такое. Он резко выдернул ящик из тумбы и стал колотить им по раковине. Она треснула и кусок фаянса откололся. Оливер бросил ящик куда-то в угол и тут же мертвой хваткой ухватился за зеркало на стене, отрывая от крепежей. В отражении пустой взгляд чёрных глаз, без капли внешнего проявления гнева. Зеркало звонко треснуло и разбилось, разрезая руки в кровь. Мальчик выдернул его, швыряя большие осколки в стену. *** Джейк приехал из города в особняк. Он забежал по ступеням, открывая двери в холл. Бен подошёл к нему. – Может не время, но я должен сказать. Оливер… Джейк резко остановился, в напряжении: – Оливер…? – Они снимали его на камеру. Вылили на него ведро с помоями, в обеденном зале. – Бен неловко опустил взгляд. – Кто? – Мэтт и Шон затеяли это. Там были все. Джейк быстрым шагом скрылся в коридоре. Нашёл комнату Мэтта и распахнул дверь. Парень резко вскочил с кровати, полуголая девица, что была с ним в одной постели тут же прикрылась одеялом. Джейк кратко кивнул ей в сторону двери. Она тут же вскочила и убежала. Мужчина захлопнул дверь, направляясь к нему. – Джейк, если ты на счёт этого… Мы уже все осознали и больше так не будем. Клянусь. – Мэтт нарочно говорил то, о чем на самом деле не сожалеет. Джейк схватил его за ухо, выкручивая. Парень весь скрючился, закричав. – Ай, да что я… Я больше не буду, Джейк! – Ты что, правда думаешь, будто тебе это сойдёт с рук? Думаешь, я тебе мозги на место не вправлю? – он сильнее закрутил ему ухо, аж хрящ хрустнул. Мэтт заревел, хватаясь за его руку и сгибаясь. – Джейк, умоляю… Я извинюсь. Извинюсь перед Оливером. Джейк отпустил его. Парень ухватился за багровеющее опухшее ухо со страхом глядя на мужчину. Джейк уже потерял самообладание и ударил его с кулака. Мэтт буквально с прямых ног завалился на спину. Кровь ручьём потекла из разбитого носа. Он еле поднялся, отползая к тумбе. – Я тебя предупреждал, засранец. Теперь на пару с Шоном будете драить толчки месяц и перебирать гнилье на кухне. А то я гляжу вам сегодня очень понравилось это делать. – Джейк с презрением оглядел весь бардак, – Свинарник свой тут убрал, сейчас же. И чтоб я здесь ни одной тёлки из здешних не видел. Мэтт вытер ладонью нос, размазывая кровь. Он нервно закивал, боясь встать с пола. Джейк вышел в коридор. Нашёл комнату Шона и так же вошёл без стука. Шон лежал в пенной ванне, закуривая сигарету. Джейк так же спокойно направился туда. Парень даже не успел сообразить, как его тут же окунули под воду. Он дёргался и колотил ногами об бортик, пока Джейк с задумчивым видом считал секунды, прикидывая сколько ещё можно его топить до того момента, как он захлебнется. Он вытащил его из воды за шею. Шон закашлялся, испуганно глядя на него и не успевая вдохнуть. Джейк снова окунул его под воду, крепко удерживая одной рукой. Парень хватался за его кофту, пытаясь подняться, что было совсем бесполезно. Он разбивал локти и колени об ванную, дрыгаясь из последних сил. Наконец Джейк отпустил его. Шон вылез из под воды, откинув голову на бортик и кашлял без конца, выплевывая воду. – Как дела? – Джейк спросил нарочно снисходительно. Шон открыл покрасневшие глаза, капилляры лопнули, он со страхом смотрел на него. – Джейк, не нужно больше, п-п-пожалуйста… Джейк с силой ударил его затылком об бортик. Шон обмяк, он ещё с минуту приходил в себя, медленно моргая. По шее сбежала струйка крови, растворяясь в воде. – Мэтт тебе скоро расскажет о ваших новых обязанностях. – Джейк склонился над ним. Парень держался за голову, поджав губы. Он опустил взгляд, боясь посмотреть на него и часто закивал: – Я всё понял. – Вот и чудненько. – Джейк развернулся, отряхивая пену и воду с одежды. Он поднялся на самый высокий этаж и вошёл в двадцать третью комнату. Сразу от внимания не ускользнула закрытая дверь в ванную. Джейк прошёл, дернув ручку. Конечно заперто. – Оливер, открой мне пожалуйста. – он терпеливо попросил. Послышался щелчок. Джейк осторожно открыл дверь. Он оглядел разрушенную ванную. На полу капли и разводы крови. Битое стекло, осколки зеркала и куски от разломанных ящиков тумбы. Оливер чуть улыбнулся, глаза его сверкали. Но не от радости. Это были слезы. – Тааак… – Джейк вошёл в ванную, без резких движений прикасаясь к мальчику, дабы тот не заистерил. Джейк осторожно поднял его руки, ощупывая и осматривая. Оливер не сопротивлялся, ведь Джейк вёл себя спокойно и не проявлял негатива. Он прикоснулся к его запястьям, поворачивая их ладонями вверх. Глубокие порезы и мелкие осколки зеркала торчали из плоти. Джейк отвёл его в комнату, усаживая на стул около окна. Оливер молчал, ожидая пока Джейк найдёт аптечку в ванной. Он вернулся, поставив стул напротив него и стал осторожно доставать осколки из ран. Мальчик чуть вздрагивал от острой боли, дергая рукой, но терпеливо ждал, когда он закончит. – Зачем опять натворил это всё? – Я чувствую, что получился злой. Много-много злости… Не знаю, как это убрать от себя… Джейк хмуро глядел на него. Оливер вытер покрасневший глаз тыльной стороной руки. – Ты же обещал мне, что больше не сделаешь себе плохого. Не сдерживаешь обещания? – Сдерживаю. Я себе и не делал. Я не подумал, что от этого получится плохое самому Оливеру… – мальчик отвернулся к окну, тяжело вздыхая. Джейк промолчал. Он вытащил последний осколок и смочив перекисью бинт, осторожно прикладывал к ладоням. – Джейк... – Мм? – Почему мир совсем-совсем плохой? Джейк поднял хмурый взгляд, наблюдая за ним. Уголки раскрасневшихся губ опустились, крупные слезы повисли прозрачными бусинами на длинных ресницах. – Я уже говорил тебе, что не весь мир плохой. Плохой только здесь, в этом месте. – Почему тогда мы находимся тут? – Оливер спросил тихим хриплым голосом. – Так вышло. – Забери меня в другое место. – мальчик с надеждой попросил. – Не сейчас. Оливер так хотел узнать все-все. Хотел услышать от него обнадеживающие слова. Просто знать, что Джейк держит все под контролем и совершит любое чудо, как настоящий фокусник. Он спросил наивно: – А когда же? – Позже об этом поговорим. – Когда? – мальчик не унимался. – Замолчи! – он повысил голос, сердито уставившись на него. Оливер отдернул руку, поднимаясь со стула и побежал к кровати, заваливаясь и утыкаясь лицом в подушку. – Вернулся на место. Я дважды повторять не буду. – Джейк и так был рассержен и зол, долго сдерживаясь, но терпения явно не хватало. Оливер встал с кровати и вновь вернулся, присаживаясь на стул. Но руку подавать не хотел. Джейк схватил его за запястье, продолжая заматывать ладонь. – Ненавижу. Джейк невольно сжал до боли тонкую руку: – Ещё раз скажешь это слово? – Ненавижу. Тебя. И всех людей. – мальчик повторил, свирепо глядя ему в глаза. Джейк тут же ударил его ладонью по лицу. Оливер приложил руку к щеке, опустив голову. Он больше не плакал. Смотрел пустыми глазами куда-то в пол. Казалось, он даже дышать перестал. Мужчина резко поднялся. Достал пачку сигарет и прикурил, выдыхая дым в открытое окно. Мальчик так и сидел, прикрывая покрасневшую щеку ладонью и совсем не двигаясь. Джейк снова сорвался, не контролируя свои действия. Он снова поднял на него руку. Ему было совестно. Он все курил без остановки, сжигая сигарету дотла. Когда привычная нехватка кислорода ударила по мозгам и лёгкое головокружение расслабило тело, он наконец успокоился. – Оливер, прости меня. – Джейк подошёл к нему, присаживаясь на корточки, убирая его руку от лица. Оливер так и не шевелился. Он посмотрел на него, но взгляд его ушёл куда-то в другую сторону, будто сквозь стену. Джейк вспомнил их первые встречи здесь. Оливер был тогда точно таким же замкнутым и не мог смотреть прямо в глаза, избегая зрительного контакта. Мужчина взволновался. – Нет-нет. Посмотри на меня. – он погладил его по горящей щеке. Оливер вновь посмотрел на Джейка, но все же потерянный взгляд отвел куда-то за его плечо. – Но ты же меня слышишь… Я тебя не оставлю и заберу отсюда. Я обещаю. Осталось совсем немного… Оливер все ещё не замечал его, но в какой-то момент вдруг наклонился, обняв Джейка за шею. Мужчина так же обнял его в ответ. – Я буду спать. – мальчик прошептал ему в ухо и поднялся. Он попятился к постели, беспричинно обошёл её вокруг, теряясь в пространстве, вновь вернулся на место и прилёг, отворачиваясь к нему спиной. Джейк с тревогой наблюдал за ним. Он чувствовал себя не спокойно, как никогда прежде. Он снова не поддержал Оливера тогда, когда ему это было нужно больше всего.