Свести несводимых

Чтобы проснуться с чувством тотальной неисправности. Просто удивительно, как только мир не разваливается на части, несмотря на то что ты сама чувствуешь себя эмоционально разбитой. Грация проснулась с чётким воспоминанием о том, ЧТО она делала этой ночью и с кем. И это осознание привело её в ужас. Нет, нет, нет! Всё совсем неправильно! А как же Мун?! Боги. Грация со стыдом прижала одеяло к лицу. Как она теперь будет смотреть в лицо Мун? Подруга переспала с её мужем. Дурдом. То есть будущим мужем. Нет, это всё равно малое, но предательство. Как же так? Неужели от алкоголя у неё совсем голова отказала? А Тоффи? Он тоже хорош! Какого черта он к ней пристал. Мы же женщины неуравновешенные и извращённые, а уж в алкогольном дурмане чего только не вытворяем с объектами своих фантазий. Кстати о Тоффи. Грация медленно повернулась назад. За её спиной мирно спал ящер. Его красивое аристократически тонкое лицо казалось таким безмятежным. Грация почувствовала укол в области сердца. А потом щеки её опалил жар. Она вспомнила в деталях что они с ним делали. Слабое желание зародилось внизу живота. Взгляд скользнул по его мускулистому торсу и ниже, сокрытому под одеялом. О боги, простите её грешную, но он был так хорош! Грация выдохнула и аккуратно села на кровати. Нужно было уходить, пока он не проснулся и не сказал какую-нибудь глупость. Что бы он о ней не думал, сейчас нужно исчезнуть. Грация не хотела с ним разговаривать или даже встречаться взглядом. Стыд перед Мун всё ещё лежал на поверхности. Тоже мне сводница, сама взяла и соблазнила главного злодея, хотя хотела сделать совсем наоборот! Ну вот и как она теперь будет выглядеть в глазах подруги, да и своим собственных? — Не уходи, — властный голос действовал не хуже, чем железная рука, обвившая её талию, заставившая повалиться обратно на кровать. — Я… — Дыхание перехватило. — Я, мне надо на работу, и вообще. — почти жалобно проблеяла Грация. — Я не хотела тебя беспокоить, я уже ухожу. Всё хорошо. Непонятно в чем хорошем она пыталась его убедить. Грация почувствовала, как горят её щеки, теперь уже от стыда за себя. — Ты останешься, — холодно оборвал ящер. Его жёлтый пронзительный взгляд пробирал до костей. — Но как же, разве это не всё? — прошептала Грация, спешно соображая, как бы так выкрутиться и уйти от него с наименьшими потерями для собственной гордости. — Всё? — ящер ухмыльнулся. — А ты хочешь ещё? — он приподнялся, опрокидывая Грацию на подушки, и нависнул над ней. Под его высокомерным взглядом она остро почувствовала себя голой. Усилием воли подавила желание прикрыться или позволить смущению лишить её здравых мыслей. — Ну нет, на самом деле я думаю, что такого больше не повторится, — она обеззаруживающе улыбнулась. — Чего только с нами не бывает по пьяни, верно? Можно даже обнаружить на утро себя в одной постели с человечишкой, вот умора! Тоффи не отреагировал, продолжая взглядом изучать её тело. Грация только сейчас, проследив за ним увидела следы укусов на груди. Они спускались и ниже, но дальше уже не разглядеть из-за одеяла. Видно, эта же мысль пришла в голову и Тоффи, потому что он отодвинулся и попытался скинуть его, но Грация в отчаянии воспротивилась, вцепившись что есть сил. — Нет, не надо! Если он сбросит с неё одеяло, она точно не сможет уйти отсюда на своих двоих. Либо они займутся сексом, либо она сгорит со стыда. И так, и так перспектива выходит нехорошая. — В чем дело? — Тоффи приподнял бровь. — Я ведь уже тебя видел. — Да, но больше-то зачем? — почти в отчаянии воскликнула Грация и тут же прикусила язык. Уже более спокойным тоном продолжила: — Мне было очень приятно, правда, но всё тело сейчас болит, и я уверенна, что успела тебе ужасно надоесть. Всё хорошо, — она вскинула руки. — Я понимаю. Я знаю своё место и ни на что не претендую. Поэтому сейчас просто встану и уйду. Спасибо за ночь, это было незабываемо, но мне лучше уйти, пока кто-нибудь не заподозрил генерала армии монстров в позорной связи с человеком. Мы ведь не хотим, чтобы твой авторитет пошатнулся, верно? — она мило улыбнулась. Одна нога уже свешивалась с кровати, и она ползком, ползком выбиралась из кровати. Грация вскрикнула, почувствовав, как ногу опутывает гибкий хвост и дёрнулась прочь, но Тоффи был быстрее. Молниеносно схватив Грацию, он пригвоздил её к кровати своим телом, не давая пошевелиться. Грация замерла в испуге. Сердце от прилива адреналина стучало как сумасшедшее. — Мой авторитет не настолько хрупок, чтобы пошатнуться от этого, — Тоффи недобро усмехнулся, смотря ей прямо в глаза. — И, если я сказал, что хочу тебя оставить, значит ты остаёшься. — Но зачем?! — жалобно воскликнула Грация и прикусила губу. Под одеялом хвост продолжал своё наступление на её бедро, поднимаясь всё выше. Грация чувствовала, что, когда он доберётся до места, она пропадёт. Точнее пропадёт её оставшаяся гордость. Или намерение уйти отсюда по добру по здорову. Какого черта её настолько заводит один лишь гребанный хвост?! — Ты мне понравилась. — Тоффи легонько, кончиком когтя погладил её по пылающей щеке. Там внизу точно так же вторя его движению погладил кончик хвоста по внутренней стороне бедра. Грация задрожала. Непроизвольно попыталась отползти от этого дурацкого хвоста, но лишь бесстыдно заерзала под Тоффи. — Разве нужно что-то ещё? — Тоффи наклонился, лизнул место укуса на шее. Грация порывисто вздохнула. — после всего что ты мне вчера наговорила, надеешься уйти без последствий? Ох, Грация широко распахнула глаза. А вот это уже серьёзное заявление. Она попыталась воссоздать в голове всё что вчера говорила, но это было слишком тяжело. Хоть от похмелья она и не страдала, но вот вчера в её голове было слишком много мыслей и какие она говорила вслух, а какие нет, Грация затруднялась ответить. Но всё же возмутилась. В любом случае вчера она не могла сказать ничего такого, что заслуживало внимания. Подумаешь раскритиковала его броню. И причёску. Но та действительно выглядит нелепо. — Я всё ещё считаю, что тебе не идёт чёлка, — чётко, прямо на ухо ящеру проговорила Грация и с удивлением увидела, как Тоффи вздрогнул. Он приподнялся над ней и взгляд у него загорелся недобрым огнём. Хвост с силой сжал бедро, а Тоффи впился в её губы грубым поцелуем. Надо было всё-таки почистить зубы. Мелькнула у Грации мысль. Сейчас от неё наверняка во всю разило кислым алкоголем. Во всяком случае именно этот вкус ощущала Грация на языке. Но к её удивлению Тоффи это не остановило. Внезапно потяжелев, он всем своим немалым весом вдавил её в кровать, и Грация застонала от боли сдавленных рёбер. Но он казалось не хотел прекращать! Мысли мчались как сумасшедшие. Грация усилием воли отвлеклась от ощущения как Тоффи кусает её губы, терзает её рот, язык, и попыталась придумать что делать. Но сколько бы она не скользила взглядом по доступной ей части палатки, на ум не приходило ничего полезного. Хуже того, под грубым напором Тоффи она снова начала возбуждаться. Вот уж чего не хватало. Стыд перед Мун враз охладил её желание. Спас её случай. — Генерал, вас король вызывает. Низкий, басовитый голос Растикора достиг разума Тоффи, и он остановился. Грация настороженно наблюдала как потемневший от какого-то чувства взгляд ящера блуждает по её телу. — Генерал? — Я понял. — Холодный ответ. Тоффи в раздражении прикрыл глаза на минуту. Грация с интересом наблюдала как меняется его лицо, пока он берет под контроль эмоции. Забавно, она ведь никогда не видела его поддавшегося чувствам. Злости или возбуждения. Вчера ночью было слишком темно, а она была слишком пьяна, чтобы запомнить что-то существенное. Только его пронзительные жёлтые глаза и хищная улыбка, а дальше темнота. Вдвойне забавно, что он что-то чувствовал прямо сейчас, раз ему понадобилось несколько минут, чтобы вернуться к прежнему холодному равнодушию. Нет. Грация едва заметно дёрнула подбородком. Сколько она за ним не наблюдала у него во всей фигуре читалась некая озлобленность. Постоянно. Словно он всегда был готов расплыться в улыбке, пока будет отрывать тебе конечности. Тоффи встал и Грация смогла вздохнуть полной грудью. Она решила за благо подождать молча на кровати, пока он будет одеваться, а затем выскользнуть из палатки, как только тот уйдёт. — Я вернусь, — бросив на неё нечитаемый взгляд полностью одетый Тоффи ушёл. Грация восприняла это как сигнал к действию и порывисто вскочила с кровати, но тут же, ахнув, согнулась в три погибели, не зная за какую часть своего тела хвататься. Казалось, что болит каждый участок её кожи. Теперь она отчётливо видела куда вёл след из укусов, в виде синяков и кое где даже проколов. И всё это накладывалось на общую деревянность затёкших, перетруженных мышц. Грация попыталась выпрямиться и почувствовала тянущий дискомфорт между ног. Черт, а ведь это был её первый раз. Откинув одеяло, она глянула на кровать, но пятен крови не заметила. Хм, да и по воспоминаниям ей вчера было очень хорошо и совсем не больно, если не считать боли от укусов, конечно. Всё ещё сгорбившись и прижимая руку к низу живота Грация поковыляла к своим вещам, которые были разбросаны вокруг кровати. Кровать была самая настоящая, с каркасом и матрасом, набитым пухом. Вот что значит генерал. Остальным приходится ютиться на земле на набитых соломой тюфяках. Кое как одевшись Грация, воровато оглядываясь, выглянула из палатки и, никого не заметив, как мышка, во всяком случае она себя такой представляла, поплелась прочь из лагеря ящеров. Солнце уже стояло высоко в небе, а значит время приближалось к обеду. Грация ужаснулась. Тогда все точно её увидят, а уж Берси не забудет отметить, что Грация сегодня не пришла на кухню к завтраку. Она ведь никогда своей работы не пропускала! Грация успела пройти всего несколько шагов как от одной из стен палаток отделилась тень и подошла к ней. — Тебе помочь? — Растикор! — Грация вздрогнула, с удивлением и облегчением узнав друга. — А где Тоффи, ушёл? — с беспокойством оглядевшись, спросила она. Растикор кивнул. Он внимательно смотрел на Грацию своим единственным глазом, но в нём не было разочарования. Грация протянула ему руку. — Проводи меня пожалуйста, в палатку, пока кто-то ещё меня в таком состоянии не увидел. И желательно так, чтобы не столкнуться с Тоффи. Знаешь где он? — У короля. — Растикор протянул руку и Грация тут же на неё оперлась. — Чудненько, осталось только избегать его до конца этого дня, — почти весело подытожила Грация, усиленно семеня рядом с гигантским ящером. К тому что они гуляют вдвоём под ручку все уже давно привыкли, поэтому внимания на них обращали мало. — И пожалуйста, не спрашивай, что произошло. Всё фигово и я ужасно влипла. Дура была, знаю, не стоило так напиваться вчера ночью. — Ты напилась? — Растикор скосил на Грацию глаз. Та морщилась на каждом шаге и чертыхалась себе под нос. Даже попыталась спрятаться в поле его плаща, когда они проходили мимо большой шумной кампании монстров. — А то сам не видел, — буркнула Грация. — Ты же был вчера на вечеринке? Видел, как я там зажигала, как будто в последний раз в жизни. — Я видел, ты танцевала, — ответил Растикор. — Красиво. — Ой спасибо на добром слове, дорогой, — улыбнулась Грация. — Рада, что тебе понравилось, а то я думала, что ещё б немного и это дело сильно напоминало бы стриптиз. Растикор замолчал и остаток пути они прошли молча. За что Грация была ему благодарна. Никаких вопросов про Тоффи, или её болезненную походку. Растикор хороший парень, но это было бы слишком смущающе. Да и не могла Грация нормально ответить, что же всё-таки это было. Она для самой себя не могла дать чёткого ответа. Секс на одну ночь? Постоянная любовная связь? Тоффи теперь считает её своей любовницей? А как понять его слова: «Я вернусь»? Утром он определённо хотел продолжить, но ведь это глупо. Нельзя рассчитывать на милость такого злобного и непредсказуемого ящера как Тоффи. Если бы знала наверняка. Могла бы и потерпеть пару ночей. Засунула бы голос совести себе поглубже в глотку и делала что требуется. Вот только уверенности, что всё закончится нормально для неё не было. К тому же не стоит забывать, что, если она хочет сделать Тоффи королём, а Мун королевой, нужно всеми силами пытаться их свести. Если смотреть с этой стороны, то даже хорошо, что они с Тоффи переспали. Теперь Грация была уверена, что его сексуально привлекают люди. Да. Это же просто замечательная новость! Жаль, что с Мун такой приём не сработает, или точнее слава богам. Уж лучше и дальше смущать юный ум неискушённой принцессы разговорами про межвидовую связь, чем пытаться подложить под неё какого-нибудь ящера. Да. В палатке Грация уже совсем успокоилась. Ноющее тело требовало отдыха, но прежде чем лечь она растолкала мирно спящую Альку. Белка была единственной в палатке. Остальные, наверное, куда-то ушли. — Чего тебе, демон, не видишь, я сплю? — буркнула Алька и повернулась на другой бок. — Ну Ааалька, — жалобно протянула Грация. — Мне сейчас очень нужна твоя помощь. Видно неподдельные нотки страдания в голосе подруги заставили Альку забеспокоиться, и она недовольно приподнялась на локте, мутным взглядом уставилась на Грацию. — А чегой-то ты такая помятая, а? Хорошая ночка была? — белка усмехнулась. — Я серьёзно, мне сейчас просто ужас как плохо, помоги помыться, а? — Грация осторожно, стараясь не делать лишних движений, сняла с себя рубашку. Алька ахнула, увидев красноречивые следы на коже подруги. — Это кто ж тебя так отделал, а? — от возмущения повысила голос Алька. — Лучше тебе не знать, — поморщилась Грация. — Сходи за мазью к Крокид, а? Скажи, я ей потом отплачу. — Да не вопрос, подруга, я щас, мигом. Вот ублюдок то, а? Грация принялась медленно, скрипя зубами стягивать штаны, когда Алька протопала к выходу из палатки за её спиной и вдруг удивлённо вскрикнула. — А ты чего тут?! Грация обернулась, весьма вовремя, чтобы увидеть стоящего на пороге Растикора. Ящер держал в руках два ведра воды, но его взгляд был направлен поверх головы Альки прямо на полуголую Грацию. Он выглядел так, словно его камнем промеж глаз стукнули. Лицо ящера вытянулось от шока. — Эй, харе пялиться! — моментально взбеленилась Алька, — Это ты её так отделал, мерзавец? Так я тебя щас сама отделаю мало не покажется! — и воинственная белка двинулась на ящера. Полог вернулся на место. Грация сдавлено хихикнула в кулак. Черт, и смех и грех. Кому сказать. — Ах не ты? А знаешь кто? — бушевала у палатки Алька. — Я бы на твоём месте нашла этого мудака и все пальцы ему бы переломала, все зубы повыдирала. Один за другим! Ой, так ты воду принёс? Какой молодец. Так она же холодная, остолоп ты проклятый! Или думаешь женщина может нормально такой водой помыться, простудить её хотел, а?! Грация уже не сдерживаясь смеялась в голос. Всё же Алька бесподобна. Да и Растикор молодец, внезапно с нежностью подумала она, не бросил просто так. Помочь пытается. Вскоре вода была нагрета и принесена, Растикор был прощён, а Грация тщательно вымыта и намазана остро пахнущей мятным мазью и уложена в кровать с кружкой обеденного супа. Берси передала с поздравлением «Давно пора было оторваться». Когда пришли остальные жительницы палатки, Грация уже во всю дремала, с головой укрывшись тонким одеялом. Алька их встретила, коротко указала на Грацию и отвела в уголок, начав что-то шептать. До самого вечера подруги старались не шуметь и Грацию не беспокоить, за что она была им благодарна. На ужин Грация всё равно встала, несмотря на боль и отправилась на кухню. Берси встретила ей хитрым прищуром маленьких глаз, но молча указала на фартук. Отработав целую смену, Грация даже повеселела, тело более-менее расходилось, да и Тоффи поблизости видно не было. В лагере царила мирная дремота. Монстры ещё не отошли от прошлой вечеринки, поэтому передвигались медленно и лениво. Будь королева Мьюни чуть более коварной, обязательно воспользовалась возможностью нанести удар по потерявшему бдительность врагу. Во всяком случае так бы поступила на её месте Грация. — Ящерам еду пусть Греги отнесёт, — обернувшись на Грацию через плечо, буркнула Берси. Грация вздрогнула. — Хватит с тебя на сегодня. — Берси… Грация растерянно посмотрела на взявшего котелок Греги. Темные глазки монстра с любопытством поблёскивали из-под перьев. — Ну что стоишь, девчонка? Тебе ещё мешки с овощами надо пересчитать, — сказала Берси. — И наведи порядок в кладовке! Грация удивлённо посмотрела на барсучиху, но та уже отвернулась и крошила в кашу кусочки вяленого мяса. Делать нечего, пришлось идти. Грацию озадачило поведение Берси. Та зачем-то хотела её задержать на кухне подольше. На один только пересчёт мешков уйдёт целый час! А уж уборка предполагает полную инвентаризацию продуктов с подсчётом и ворочанием тяжеленых ящиков. Управилась Грация только к глубокой ночи. Руки и спина ныли от тяжёлой работы. Укусы саднили, а малейшее прикосновение к синякам отзывалось болью. Потирая поясницу, Грация медленно брела в сторону своей палатки. Навстречу ей попался Греги. Она мило улыбнулась птице-монстру и уже собиралась пройти дальше, как Греги махнул рукой-крылом, привлекая её внимание. — Грация, я это. Сказать чё хотел, — щупленький Греги словно испугавшись звука собственного голоса втянул голову в плечи, растопырив перья на шее. — Там в лагере, у ящеров этих, короче, там про тебя генерал спрашивал, вот. — Его маленькие черные глазки блестели, глядя на Грацию. Грация молчала, бездумно моргая. Греги был в общем-то хорошим пацаненком, даже младше Грации, он работал на кухне, потому что был слишком мал и слаб, чтобы держать в руках топор. Как и все поварята, собственно. Их Берси подбирала под свою защиту и нещадно нагружала тяжёлой работой. А работы у неё всегда было много, зато ели повара всегда самые первые. — Ну, ладно, наверное. — Потянула девушка. — Он что-то конкретное спрашивал? — Да не, — Греги мотнул головой. — Подошёл ко мне такой: «Где Грация?» и голосом таким холодным. А я ему, мол, в кладовке, работает. Берси её не отпускает, вот. Весь день работать там будет небось. Он такой взял и ушёл. Даже миску не взял, вот. — Ладно, — снова потянула Грация, не зная, как реагировать. — О, а Растикора ты видел? Как он там? — Растикор? — Греги моргнул вторым веком и по-птичьи резко склонил голову набок. — Эт зеленый который? Большой такой. Он нормально, миску взял и генералу отнёс, вот. Так что с голода тот не помрёт, я так думаю, вот. — Ох, спасибо Греги, — Грация вздохнула. Речь Греги, как и многих монстров здесь, порой утомляла. Ей было сложно воспринимать на слух исковерканные слова. Так и хотелось на автомате поправить. Вина ли в том другое строение гортани? У того же Греги вместо рта был большой и на удивление гибкий клюв. Да нет, глупости. Тоффи или Король Монстров разговаривали на чистейшем языке и проблем с выговариваем слов у них не возникало ни разу. На следующий день Грация отпросилась у Берси после обеда уйти погулять. Старая барсучиха фыркнула, но, с минуту подумав кивнула. — Тебе виднее. Освободившись от работы, Грация, старательно обходя по широкой дуге лагерь ящеров, вышла к дозору. Альку она заранее ещё утром предупредила, что собирается отправиться в город и остаться там переночевать. Подругу эта идея не впечатлила, но та на удивление охотно согласилась врать, если кто станет искать подругу. На границе в дозоре как всегда стоял Жабан. Он сдержанно кивнул Грации и демонстративно отвернулся, пока девушка, пыхтя и отдуваясь, перебиралась через защитные рвы, наглым образом нарушая приказ короля никуда из лагеря не соваться. Уж на что Жабан был исполнительным и верным солдатом, а всё-таки согласился закрывать глаза на такие вот безобидные вылазки за пределы лагеря. Грация не забывала его отблагодарить покупными вкусняшками из города. Быстрым пружинистым шагом Грация пересекла по знакомой тропке болото, затем небольшую полосу дикого леса, пока не наткнулась на горящий розовым барьер. Воровато оглядевшись, словно за ней мог кто-то устроить погоню, Грация без препятствий прошла сквозь барьер и оказалась в поле кукурузы. А там уже рукой было подать до города, над которым громадой острых шпилей высился замок.