Я пишу тебе письмо

Одуванчик!

Ты ведь знаешь, что я люблю тебя сильно-сильно? Знаешь, конечно же, как иначе? Я ведь каждые пять минут…ай, ладно. Конечно, после этого письма ты вряд ли будешь относиться ко мне так, как раньше. Сама посуди: признаться в чём-то таком, да ещё и… Ой, не буду заранее говорить. Давай по порядку, хорошо? Ну, может, не совсем по порядку. Даже не знаю, с чего начать. Знаешь, как когда выпьешь слишком много, и голова кругом, и мысли путаются, и вообще. Хотя, честно говоря, я немножечко все-таки выпил. Ну ладно, хватит, наверное, вокруг да около. Я долго думал обо всём этом, одуванчик. Как-то раз даже спрашивал тебя, любила бы ты меня, будь я кем-то другим, помнишь? Ты тогда посмеялась и сказала, что, конечно, да, а ещё сказала, что у меня очень странное чувство юмора. Тогда я понял, что ты не ответишь серьёзно, потому что думаешь, что я шучу. Мне было так страшно продолжать тему, что я тоже просто посмеялся. Наверное, это было правильно. Я не хочу, чтобы ты считала меня сумасшедшим. Я так устал, честное слово. Знаешь, раньше я был всего лишь маленьким элементальным духом. Тебе, верно, будет странно читать это письмо. Я уже представляю, как ты хмуришься и мнешь пергамент в руках. Но я тебя понимаю. Конечно, не каждый день узнаешь такие вещи. Я вот как-то раз… Ой, о чем это я. Прости, я чуть не ушёл от темы. Все-таки не стоило так много пить. Так вот. Когда-то я был всего лишь элементальным духом. Это было давным-давно, ещё во времена Декарабиана. Ты ведь знаешь Декарабиана, правда? Ты же видела старый Мондштадт. Ну, его руины. Я сам их тебе показывал, помню. Хороший был денёк… Это очень долгая история, а времени у меня не так мало, так что расскажу коротенько. Когда свергли Декарабиана, я, по счастливой случайности, стал новым Архонтом. Но я ведь не мог представать перед людьми в форме духа, правда? Нет, то есть, конечно, мог, но это было бы…не очень презентабельно? Тогда я Мне пришлось Я взял Почему об этом так тяжело говорить, а? Я не хочу писать тебе такое, я хочу нарвать тебе букет сесилий и сочинить стихи, а потом сидеть с тобой на Утесе Звездолова и пить сидр, и чтобы всё было, как раньше, а как раньше уже не будет, и это так ужасно… Прости, я немножечко пьян. Мысли разбегаются. Одуванчик, облик, который ты видишь — не мой настоящий. Меня долго мучало это, знаешь. Кто я, в конце концов? Барбатос? Просто Венти? Может, я вообще всё ещё элементальный дух. Я не знаю, и от этого ещё тяжелее. Я больше не могу так обманывать тебя. Себя могу, а тебя — нет. Прости, одуванчик. Я очень-очень тебя люблю, и я хочу для тебя только лучшего. Поэтому…пожалуйста, не ищи меня. Хорошо? Ой, как много я написал… Знаешь, как будто перо не отрывается от бумаги. Я всё пишу, пишу, пишу, и останавливаться не хочется. Только лист кончается. Пора, наверное, заканчивать. Быть может, однажды мы снова встретимся. Я очень надеюсь. Прости меня. Очень люблю тебя. Твой Венти.