МАТУШКА

Миллионные колонны, древние статуи Как сервиз в шкафу, который не трогают И вокруг них сорняками висят петли В темноте они светлы, как звёзды ночью Это единственный свет в абсолютной Тьме, во всеобъемлющей темноте Дальше подступов ничего нет и не будет Вокруг старьё, а ты - лишь пыль или Клоп комнатный, может, и блохастый Пёс для всех, бездомный алкоголик Такое же желание вернуться обратно Пока по Россие-матушке катит телегу Свою куда подальше свирепая бездна Остаться ведь тогда человеком без кожи Не сложно, нужно прикоснуться к Солнцу Послесловию быть, нацарапав на двери "Тварь ли я дрожащая или право имею?" Лучше не понимай меня: убийство, как Взятка, гиперкомпенсация большому эгу Что за душой потирает грязные ручки И нарисую на своём первозданном лице Бабочку, которая появилась из гусеницы Знаменуя, якобы, что-то новое в себе Но трюк с бабочкой не выгорит, скорее Она самостоятельно сгорит, лик с ней Босыми ногами по раскалённым углям Шагать, проживая непринятые мгновенья В печке человеческие кости, пока гости Допивают чью-то кровь из зип-пакетов И готовятся забивать последние гвозди Тишина глыбой увеличивает громкость Глыбой тающей, словно то, что за спиной Что и по земле всегда за тобой, трагедия Безглазая - это знаменатель, кроющийся Лишь самим собой, сто лет одиночества Но уже сыпится на портрете яркое лицо Мрачное уныние вместо радужной ленты Сквозь терни книг, чертежей и приборов Которую приходится коротать до ужаса До расширенных зрачков, до кошмара Будто в глазах комара, чью кровь пьют Разрыв необычайно беспощадных тел Дабы обрести лишь часть дорогого себя Острые калитки в колючках растений На язык, по капельке в день, по острию Будет непроглядно то, что за горизонтом И не будет виден конец всего этого цикла Мы - просто потерянные клоуны цирка Ускакавшая дальше машины зимняя шина Потрясение: из головы через уши упадёт Всё настоящее, все неподдельные вещи Не верность - дыры и бугорки на матрасе Обоссанном по-пьяни, кубок с отравой Рано рады, чтоб до нас достали из рады Аккуратные усы, до блеска чист костюм И это резиновая оболочка для пустоты Коридоры длинны, как счастливая жизнь Та самая, которой и не может-то быть Преступление и наказание - морда Разорванная с улыбкой на живые части