Игра без правил

— Разве не чудесное место? Разве не прекрасны эти мерцающие огни, готовые в любой момент прожечь твои глаза, этот лакированный, отпалированный до блеска паркет, по которому, даже без особого желания, можно навернуться и упасть? - не мог удержаться на месте парень, он был наполнен удивительной энергичностью, каждое движение было лёгким и непринуждённым. Любой, глядя на него, позавидовал бы такому позитивному настрою. — Вань, ты опять закинулся феном? Мы же с тобой это обсужд... — не успел закончить фразу из-за того, что его очень грубо притянули за плечи и обхватили их мертвой хваткой. — Слав, ну, не еби мозги. — процедил брюнет, посмотрев на собеседника своими пугающе расширенными зрачками, из-за чего Славе стало не по себе, нервничая, он поёжился, но всё таки, хоть и с трудом, убрал от себя руки друга. Ваня отвернулся, вздохнул, театрально поднимая и опуская руки, как бы показывая сам процесс вдоха и выдоха и продолжил, повернувшись обратно к собеседнику — Я тебя прекрасно понимаю, я обязательно брошу. Но не сейчас. Пока мы здесь, на этом острове, среди этих людей и этой атмосферы вседозволенности, я буду делать, что захочу, когда захочу и где захочу. Ты же сам знаешь, я всегда мечтал о чём-то подобном : собственный особняк, отвратительно безудержные вечеринки, море алкоголя, настолько доступные женщины, что они сами просятся сесть мне на лицо. Это не наш Хабаровск, грустный городок с улицами, наполненными унылыми челами, которые ебашут наркоту лишь бы забыться, уйти от ебучего тлена, бедности и безысходности. Вся эта никому нахуй ненужная суета, постоянные мысли о том, где бы взять деньги, чтобы просто не сдохнуть от голода. Слав, я тебе очень благодарен, без тебя мы бы здесь не оказались. Если бы ты тогда не наткнулся на кастинг на это шоу, я бы уже лежал в каком-нибудь переулке около... да где-нибудь в районе 5-ой площадки. Сам знаешь... Да и хрен с ним, забей, просто... Давай отдохнём, выиграем или проиграем это шоу - похуй, просто отдохнём, поднимем немного деньжат, а дальше... А дальше разберёмся, что делать дальше. — с некоторой надеждой в глазах обратился парень. После минутного молчания Слава решил ответить : — Хорошо, блять, твоя жизнь - делай, что хочешь, но, когда сдохнешь, обдолбавшись наркотой, знай, я даже близко не подойду к твоей могиле. Просто забуду, что у меня был такой друг. С советами больше лезть не стану, кому я с ними вообще сдался? Да? - тяжело вздохнул, проведя по своему лицу руками — Я пойду в нашу комнату, я устал и сильно хочу спать, единственная просьба: не переборщи сегодня - ничего больше он не смог сказать, поскольку его перебил шум и громкие аплодисменты ведущему этой вечеринки. — Дорогие дамы и господа, у нас для вас неожиданная новость, вы будете очень удивлены! Наш неожиданный участник, наверняка вы все его знаете, известный писатель, поэт и сценарист - Мирон Янович Фёдоров! - гам от толпы усилился, по всюду пронеслись удивлённые, воодушевленные возгласы и до ужаса громкие хлопки. Все повернулась по направлению к входу, откуда появился тот самый известный писатель. Все сразу побежали навстречу к нему, чтобы просто успеть первыми поприветствовать и возможно переговорить с ним, хотя бы пару минут. Слава уже почти ушёл, но внезапно увидел его. — Лысая карлица... - единственное, что смог выдавить из себя Слава, он был крайне опустошён после диалога с другом, а тут ещё и человек, о чьём творчестве, если его можно назвать творчеством, хотя, по-мнению Карелина, это лишь способ наглого выкачивания деньжат с глупеньких людишек, как человек, разбирающийся в поэзии и писательском искусстве, как только не отзывался Слава. Подойдя ближе, он поморщился от того, как все вокруг лебезнячали с Федоровым. Парень пару раз читал его книги и даже присылал на почту Яновича свои отзывы, возможно, с некоторой надеждой на изменения, ведь ещё в подростковом возрасте он был ярым фанатом раннего творчества писателя, когда тот ещё был полон некоторой дерзости. А ныне Слава постоянно упрекал мужчину в излишней сфокусированности на самом себе, что ни книга - всё о нём любимом. Мужчина решил осмотреться вокруг себя, но его глаз зацепился за уже знакомую фигуру. — О, и ты здесь... Карелин, если не ошибаюсь? — подошёл ближе, протянув руку. — Добрый вечер — пробормотал Слава, но руку решил не жать, переведя свой раздражённый взгляд на уже разошедшуюся по разным сторонам толпу. Вся эта картина блаженных и праздных вызывала у него явное отвращение. — Смотреть не могу на твоё унылое лицо. Вечеринка - не монастырь, сними свой нимб, остынь. — подал голос Мирон Янович. Всего одна эта короткая фраза вывела из себя парня, он решил высказаться о накопившемся за многие годы. — Знаешь, Янович, я помню, как узнал о тебе, тогда никто не знал, хоть убей, а теперь ты звезда. Но, что стоит твоя известность? Ты свой талант променял на пару монет. Разве в этом успех? Раньше ты был андерграундом, голос народа, а сейчас все твои книжонки покупают богатеи, лишь бы показать, что они разбираются в искусстве. Но они нихуя не разбираются, раз скупают твои работы и складывают их на пыльные полки. Я знаю точно, ты такой же пустой, как они! Ты ничего не стоишь, всё твоё творчество - пустой лепет! — глаза наполнились ненавистью, ещё бы чуть-чуть и он бы сорвался на крик. Все эти претензии вызвали у мужчины улыбку. — А ты сам чего стоишь? Уверен, ты бы продал весь свой гонор, если бы какой-нибудь лейбл предложил тебе своё гнездышко, но тебе никогда этого не предложат. Ты такой принципиальный? Поверь, пройдёт пару лет, и ты будешь носиться повсюду со своими никому ненужными треками с полтора слушателями за душой, а потом... хм.. чуть позже ты либо продашься, либо сдашься. Нет смысла в борьбе. А все твои предъявы, лишь пересказ монолога "Кем ты стал" из моего романа "Горгород". Не веришь? Перечитай. — Я читал. — ответив, ещё раз огляделся, найдя глазами своего друга и увидев, что тот уже нашёл себе компашку, решил удалиться в свою комнату до самого утра, пока не начнётся шоу, не оглядываясь назад.