Железнодорожный роман

Не настолько глупа, чтоб шептать – «Будь со мной»

Света облегчённо вздохнула, кажется, всё прошло довольно хорошо, её доклад вызвал заметное оживление в учёном мире, сам Профессор пожал руку, и сказал, что она подающий большие надежды молодой специалист, и что ему хотелось бы видеть её научные работы в профессиональных журналах. Посоветовавшись с ним по теме будущей диссертации, Света сердечно поблагодарила коллег: «Хоть и далеко мне пришлось ехать, почти на край земли, но я ни капли не пожалела, что руководство сочло возможным моё присутствие на таком важном для меня научном форуме, спасибо всем огромное за тёплые слова в мой адрес, и такой дружественный приём!» И сейчас, сидя в купе, Света довольно улыбалась. Ехать на поезде до Питера, конечно долго, но Света боялась летать, и любила поезда, стук колёс, мелькание пейзажей за окном. В поезде хорошо думалось, мысли приводились в полный порядок и выстраивались в стройные ряды. Пристроив под усталую спину подушку, Света с удовольствием вытянула ноги, прикрыла глаза, подумав – пять минуточек, и стяну ненавистный костюм. Отдохнуть Свете не удалось, дверь с грохотом отъехала в сторону, и в купе ввалилось странное и довольно юное создание с гитарой наперевес. Чёрная кожаная куртка, джинсы, кроссовки, на голове кепарик, из-под которого торчали короткие рыжие пряди, на носу круглые (как у Гарри Поттера, подумала Света) очки в тонкой оправе. С первого взгляда и не поймёшь – девушка или парень. Создание буркнуло – здрасте, положило на верхнюю полку гитару, и, не снимая обуви, растянулось на нижней. В руках телефон, в ушах наушники. - Здравствуйте, - вежливо поздоровалась Света, но её никто не услышал, в наушниках грохотала музыка. Из-под прикрытых век Света разглядывала своего соседа или соседку по купе, нет, решила, всё-таки девушка, слишком тонкие кисти рук, девичьи. Тем временем соседка, вытащила из ушей наушники, положила на стол вместе с телефоном и вышла из купе. Света, чуть посидела, и, решив, что переодеться все-таки лучше в туалете, достала пакет с вещами, взяла мыльные принадлежности, направилась в конец вагона. Почти сразу, выйдя из купе, услышала в тамбуре непонятный шум возни, глухие удары, крик – это девка, валим. Света поспешила открыть дверь в тамбур, и увидела на полу свою попутчицу, нос разбит, на тонкой скуле под глазом наливался фингал. - За что они тебя так, - подала руку, помогая подняться. - Уроды потому что, – зло ответила девушка, но за Светину руку ухватилась. - Пойдём, я помогу тебе, - открыла дверь в туалет, приглашая девушку войти. - Я сама, не маленькая, - девушка зашла в туалет, заперев за собой дверь на задвижку. Света осталась стоять в тамбуре, боясь, что эти отморозки могут вернуться. Через несколько минут девчонка вышла, и они вместе вернулись в купе. Света протянула полотенце: «Вытри лицо, я сейчас перекись достану, ссадины помогу обработать». - Врач что ль? – хмыкнула девушка. - Да, хирург, - спокойно сказала Света. - Ого, круто! – присвистнула рыжеволосая. Света достала из сумки маленькую аптечку, протянула этому ершистому ёжику ватный диск, смоченный перекисью: «Или помочь?» - Ну, помогите, если не трудно. Смазывала ранки и дула на них чтобы не щипало, потом достала какую-то мазь и нанесла её толстым слоем на скулу, пояснила: «Это от синяка». Затем все аккуратно собрала, сложила в аптечку и убрала в дорожную сумку. Девушка во все глаза следила за перемещением её рук, тонкие кисти, очень красивые длинные пальцы, на безымянном колечко. Подумала: «Эх, жаль, замужем! Красивая, глаз не оторвать!» - Может проводнику сообщить о нападении? Они же в этом поезде едут? Пусть найдут их, - предложила Света, - ведь нельзя же вот так, избили девушку. - Я тоже одному знатно врезала, - ухмыльнулась девчонка, - забейте, не нужно никому ни о чём сообщать. Света подумала: «Маленький дикий волчонок», - а вслух спросила - Далеко едешь? - В Питер - Как же тебя одну в такую даль родители отпустили? - Я не маленькая, мне девятнадцать уже, я на конкурс студенческой песни ездила. А вы, в Питер? - Да, я домой, в Питер, - и Света при воспоминании о доме и любимом городе невольно улыбнулась, - выиграла? - Что? - Конкурс выиграла? - Первое место заняла. - Молодец! Можешь Светой меня называть, не на много я старше тебя, шесть лет всего. - Я Диана, - протянула руку, пожала, слегка задержав в своей, Светину ладошку, разглядывая колечко, - любимый подарил? - Ну, можно и так сказать. Близкий человек, - смутилась Света. - Споёшь? – Свете почему-то очень хотелось услышать, как эта рыжая бестия поёт, вот прямо до чёртиков. - Вот ещё, делать мне нечего первым встречным петь, - вскинулась Динка, вставила в уши наушники, легла на полку и закрыла глаза. - Ну, как хочешь, примирительно сказала Света, не понимая перемены в Динкином настроении. Устроилась поудобнее с книгой, и погрузилась в чтение. Строчки мельтешили перед глазами, Света постоянно сбивалась, перескакивая с одного предложения на другое, пытаясь сосредоточится на книге. Получалось плохо, взгляд всё время возвращался к лежащей напротив девушке. Внезапно Динка открыла глаза и посмотрела в упор на Свету, та не успела отвести взгляд, и смущенно покраснела. - Пойду, очки поищу, - сообщила Динка, пряча улыбку, отчего-то ей было приятно Светино смущение. - Я с тобой, - Света вскочила следом. - Ещё чего, и в туалет будешь меня теперь провожать? - Буду, - упрямо сказала Света. - Ну, как хочешь, - равнодушно пожала плечами Диана. Очки валялись в тамбуре поломанные, с разбитыми стёклами. - Чёрт, жалко как, дорогие были, - Динка осторожно собрала останки пострадавших в неравной схватке очков. - Нужно было всё-таки найти этих уродов! – с сожалением сказала Света заходя в купе. В дверь постучали, проводник принёс чай. - У меня печенье есть и бутерброды, будешь? - спросила Света, выкладывая на стол нехитрый ужин. Чай был жиденький и очень сладкий, но за неимением лучшего, пришлось довольствоваться этим. - Работаю за еду, - засмеялась Динка, расчехляя гитару, - я спою, только ты не смейся, у меня ещё не очень много песен. - Ты и пишешь сама? - удивилась Света. Девушка кивнула, ловко перебирая пальцами струны. - Меня кормит тоска, а тебя благодать. Мне бы было, где взять, а тебе что отдать. Чувств берёзовый сок, голос мой невысок. Напоишь допьяна, занавешен стеной. Не настолько глупа, чтоб шептать - "Будь со мной". Разлюбить не смогу, но в бреду имя твоё шептать не буду. Дней маета, ночей пустота, ненужность рта. Ну что, так устал? Чёрных стёкол броня твоя от меня. Половодья каприз - тебе вверх, а мне вниз, осиновый кол, молодец, что пришёл. Не смотри на часы, подскажет окно, когда уходить - будет темно. О чём я могу говорить? Будет жизнь пролетать, за собою маня, буду вечно искать наконечник копья. А ты уйдёшь, кого-то дразня и лишь иногда вспоминая меня. Меня кормит тоска, а тебя благодать. Мне бы было, где взять, а тебе что отдать. Напоишь допьяна, занавешен стеной. Как хотелось шептать - "Останься со мной". Как хотелось шептать - "Останься со мной". - Динка, это очень здорово, и мне кажется, талантливо, - Света смотрела на девушку с неподдельным восхищением. - Да ну, брось, так ерунда. Ну, всё, концерт окончен, спать давай. - Мне что-то не хочется ещё, я полежу, почитаю, тебе свет не будет мешать? - Не будет, я крепко сплю. Сняв наконец, костюм, Света натянула мягкую длинную футболку, разобрала постель, устроилась поудобнее, открыв книгу. Динкина песня разбередила Светкину душу, эта рыжая девчонка не выходила из головы, мысли постоянно возвращались к ней, отвлекая Свету от чтения, в конце концов, сдавшись, она погасила свет и закрыла глаза. Но так было ещё хуже, близость девушки волновала Свету. Казалось, протяни руку, и вот, она, вся такая угловатая, нелепая, но в тоже время хрупкая, беззащитная, тонкая. Хотелось гладить её и нежить в своих объятьях, а ещё защитить, закрыть собой от всех бед и невзгод. Давно Света не испытывала ничего подобного. «Мой маленький рыжий» - моментально сложились в голове слова и мелодия будущей песни, Света взяла блокнот и вышла в коридор, быстрым бисерным почерком записывая их на бумаге, чтобы на утро ничего не забыть.