pureté

      Ребята сели в ближайшее свободное купе “Хогвартс экспресса”. Купе, конечно, рассчитывались на четверых, но разместиться им всемером не составило особого труда. Кэтрин сидела на одном диванчике с Лили и Марлин по обе стороны, Джеймс с Римусом сидели напротив, а Питер с Сириусом расположились на полу. А с другой стороны, какой у них еще был выбор, если им хотелось провести побольше времени перед таким долгим расставанием на каникулы? Обычно они разъезжались двадцать пятого числа, идеально успевая на семейный рождественский ужин, но не в этот раз.       Всю дорогу ребята обсуждали планы на ближайшие дни. Завтра их ждало самое тяжелое испытание - похороны семьи Мэнсфилд. Как ни странно, Кэтрин держалась достойно, за всю дорогу она даже ни разу не всплакнула, лишь грустно улыбалась. Друзья ей дали слово быть завтра рядом, и она была им благодарна. Если бы не они, то она, наверное, уже бы сдалась.       Следующим главным событием было Рождество, они пообещали, что обязательно встретятся где-нибудь, если будет такая возможность. А беря в расчет военное положение, то это будет, как минимум, небезопасно.       Вдруг поезд загудел, оповещая всех о прибытии на Кингс Кросс. Толпы родителей ждали своих детей. Впервые Кэтрин никто не встречал. Она понимала, что к этому придется долго привыкать. Но она справится, обязательно справится. Девушка улыбнулась и пошла навстречу мистеру и миссис Поттер. Они стояли в ожидании троих ребят, хотя сын у них был всего один. Сириус был рад встрече больше, чем Джеймс. Он с такой любовью обнялся с Юфимией Поттер, что могло показаться, будто она его настоящая мать. Из-за своих отвратительных отношений в семье, Сириусу было тяжело хорошо общаться с кем-то, но семья Поттера пыталась помочь ему на протяжении двух лет.       — Здравствуйте, - мило улыбнулась Кэтрин.       — Здравствуй, дорогая, - миссис Поттер приветливо обняла девушку.       Да, Джеймса обняли последним, но он сильно не обижался. Еще в детстве его научили делиться. Правда, не предупреждали, что делиться придется родителями. И вот сейчас он смотрел на это со стороны, думая, что всегда мечтал о сестре или брате, но не такой ценой.       — Они тебе понравятся, - прошептал Сириус Кэтрин, на что она легонько кивнула головой.       В доме Поттеров для Кэтрин выделили отдельную комнату, в которой ей было слишком одиноко. Девушка разобрала свои вещи и, переодевшись в пижамные клетчатые штаны и огромную бесформенную футболку, вышла из комнаты.       — Как тебе твои апартаменты? - Джеймс хотел спуститься на кухню к родителям, но решил серьезно поговорить с подругой, пока выпала такая возможность.       — Все хорошо, спасибо, - Мэнсфилд теребила край своей футболки, пока что ей было не очень комфортно, - ты хотел о чем-то поговорить? - она увидела растерянный взгляд друга.       — Вообще-то да, - парень взъерошил свои волосы, - тут такое дело, Кэтс. Мои родители хотят стать твоими опекунами. Они считают, что из-за всей ситуации в мире, это лучшее, что мы можем для тебя сделать, - он говорил это, постоянно отводя взгляд и не зная, как именно отреагирует Кэтрин.       — Не переживай, - она обняла Джеймса за шею, - я не буду против стать твоей сестрой.       Вот так, обнимаясь, они простояли еще минуту, пока миссис Поттер не позвала их спуститься к ужину. Сегодня они сидели впятером за столом. Большая семья получается. Родители Джеймса относились к Сириусу так же, как к родному сыну, что очень умиляло Кэтрин. Если у него получилось обрести здесь новую семью, то чем она хуже? Да, она любила свою семью, но теперь никого из них не было. И они явно не хотели, чтобы Кэтрин горевала по ним всю оставшуюся жизнь. Да, когда-нибудь она отомстит за них, а сейчас ей хотелось просто жить.       На следующий день были похороны, где девушка уже не сдержалась. Она ревела у Римуса на плече, который, не зная что делать, просто обнимал ее. Кэтрин бесило, что каждый считал своим долгом выразить ей свои соболезнования или рассказать о том, какими были ее родители. Как будто она и без них не знала, что они ее любили и были прекрасными людьми.       Ночью этого же дня Кэтрин не могла уснуть, видя перед собой образы мертвых родителей. Все в доме уже давно спали, а она ворочалась на протяжении последних трех часов. От безысходности она решила спуститься на кухню и выпить чаю. Забыв палочку под подушкой, ей пришлось пробираться до кухни в кромешной темноте. И она справилась. Девушка достала кружку и поставила чайник на плиту. Кэтрин увидела на подоконнике пачку сигарет, оставленную Сириусом сегодня вечером. “Почему бы и нет?” пронеслось в голове Мэнсфилд и она подошла к окну. Достав одну сигарету и поджигая зажигалкой, любезно оставленной рядом, она открыла форточку и сделала первую затяжку.       — И почему ему нравится эта дрянь? - вслух выругалась девушка.       — Как самокритично, - улыбнулся Сириус, наблюдая за всей этой прекрасной картиной.       Кэтрин поперхнулась от неожиданности и посмотрела на парня. Он стоял в пижамных штанах, с голым торсом, и облокачивался на дверной косяк.       — Как давно ты тут стоишь? - делая еще одну затяжку, спросила девушка.       — Достаточно, чтобы сделать вывод, что курить ты не умеешь, - он подошел к девушке и забрал сигарету, - и вообще, это вредно, - сказал Сириус и, затянувшись, выбросил сигарету в открытую форточку, - ты, кажется, хотела чай?       Блэк выключил чайник и налил девушке чаю. Она поблагодарила парня и принялась пить свой любимый зеленый чай без сахара. Сириус же, наоборот, терпеть его не мог.       — Почему ты делаешь вид, что не замечаешь меня? - вдруг спросил парень, - Ты же видишь, что ты мне нравишься, - он взъерошил волосы и устало взглянул на Кэтрин.       — Потому что, когда ты нравился мне, ты делал вид, что меня не существует, - она пожала плечами, - поэтому, пока что, я не хочу думать об этом.       — Значит, виноват я сам?       — Получается, - девушка допила свой чай и ушла в комнату, оставляя парня одного, наедине со своими мыслями.       Сириус не понимал, чем он заслужил такое отношение. Ведь он в последний месяц старается к ней хорошо относится, а она этого не ценит. От злости парень разбил кружку, из которой она только что пила ненавистный ему зеленый чай. Да, он злился. Ни разу в жизни Сириус Блэк не прогибался под какую-то девчонку. Пусть и такую красивую. И умную. И.. Парень окончательно решил покончить с этой навязчивой идеей и больше не пытаться ее завоевать. Еще бы он унижался перед кем-то. С него хватит.       На следующее утро Сириус перестал разговаривать с Кэтрин, что насторожило Джеймса. Но Сириус утверждал, что у него все в порядке и он просто не выспался. Что, в целом, можно даже считать правдой, ведь после их ночных посиделок в три часа ночи, он больше не смог уснуть.       — Как насчет ежегодного рождественского розыгрыша? - спросил Поттер после обеда, - есть идея заколдовать хлопушки, чтобы они взрывались какой-нибудь отвратительной слизью, - воодушевленно проговорил парень.       — После такого розыгрыша, Сохатый, у твоих родителей будет на одного ребенка меньше. И нам с Мэнсфилд придется нести твое нелегкое бремя, - усмехнулся Бродяга и начал думать, - а что, если подлить твоему отцу огневиски в тыквенный сок?       — Тогда он будет нести чушь и бесить маму. Мне нравится, но этого мало, - Джеймс почесал затылок, - можно еще заколдовать столовые приборы, чтобы в двенадцать они стали тыквами, как в той магловской сказке.       — В магловской сказке в тыкву превращалась карета, необразованный ты наш, - улыбнулся Сириус и запустил в друга подушку, которая тут же вернулась к нему, - но мне нравится твоя идея.       — Оставляем так? - радостно воскликнул Поттер.       — Конечно, - согласился Блэк.       Они просидели так еще час, обсуждая все подробности их плана, чтобы провернуть все максимально незаметно. Ведь после их предыдущих двух розыгрышей, миссис и мистер Поттер уже что-то подозревали.       И в этот раз им получилось урезонить мальчишек в последний момент, отчего они очень сильно расстроились. Зато рождественский ужин прошел в тишине и спокойствии, что очень радовало миссис Поттер и Кэтрин. Они хотели просто насладиться этим прекрасным вечером. Мэнсфилд даже не думала о родителях за ужином. Но будучи уже в кровати, ее вдруг накрыло. Это был первый праздник без них. Без ежегодной игры в монополию с бабушкой и дедушкой. Кэтрин ревела уткнувшись в подушку. Эти рыдания услышали парни в соседней комнате и начали небольшую перепалку.       — Если ты сейчас к ней не пойдешь, - шипел Джеймс, - то я лично тебя придушу. Нашелся тут гордый.       — Что ты так взъелся? - Сириус злился не меньше друга.       — Потому что ты больной придурок, - прикрикнул парень.       Блэк закатил глаза и вышел из комнаты. Как будто он мог поспорить с тем, что он придурок. Конечно, он был придурком, но кому какое дело до этого. Сириус постучал в дверь, но ему никто не ответил. А чего он ожидал, собственно? Парень зашел в комнату подруги и сел рядом с ней на кровать. Кэтрин положила свою голову ему на колени и, обнимая подушку, старалась успокоиться. Они сидели в тишине несколько минут, пока девушка окончательно не притихла.       — Это чертовски странно, и я пожалею об этом позже, но сейчас я этого хочу, - невнятно прошептала Кэтрин и села напротив парня.       — Кэтс, что ты хо.., - Сириус не успел задать свой вопрос, как девушка его поцеловала. Почти невесомо, но поцеловала.       Блэк смотрел на нее удивленными глазами, а она незаметно лезла рукой за палочкой под подушкой. Невербально произнеся заклинание, девушка заставила парня забыть об этом неловком поцелуе. Она не хотела сейчас разбираться с этим.       Вернувшись в свою комнату, Сириус уснул, зная только, что они просто поговорили с Кэтрин по душам, и она успокоилась.