Помоги мне...

Хорошо иметь лучшего друга, который выслушает, поможет, даст совет. Вы не стесняетесь друг другу всё рассказывать, веселитесь, шутите, грустите. Пубертатный период просто ужасен, особенно если ты не можешь найти себе объект, с которым можно расслабиться. Кто же знал, что это будет настолько ужасно? Нет, ну хорошо конечно, что ты растёшь, развиваешься, вот ты уже как зрелый мужчина с тех журналов, но всё же переменчивое настроение, которое у Феликса было и так не сахар, хотя любовь к сладкому всегда показывает иначе, совершенно не хорошо, ведь тот чаще стал срываться на друзей и по долгу сидел в комнате, потому-что надо расслабить своего «дружка». Ох, это тоже большой и большой минус. И ведь нигде не найдешь себе человека для этого: с девушками опыта у валета было ноль, именно в романтических отношениях; снять себе даму тоже как-то не было желания, из-за какой-то неприязни или нежелания проводить с ними время. Феликс читал. Читал, читал, читал. Всё прочитал о сексе, дабы доставить удовольствие партнеру. Разные видео, парочку из которых вызвали скорее отвращение, тоже дали некий опыт в этом деле. Конечно четвертый знал, что всё-таки капля лжи имелась в этих видео интересного содержания, но её он решил не брать во внимание. Делать было особо нечего: усесться в комнате, зарыться в одеяло, включить ноутбук и вместе с ним порно, приспустив свои боксёры. Зонтик был младше Феликса, и этот период у него начался позже, на месяц примерно, или два, он точно не знает. С характером проблем оказалось немного, просто он стал.. то ли раздражительные, то ли наоборот, довольно спокойным, как Данте. Или он меняется постоянно, он точно не знает, где эта грань. К сожалению проблемы с возбуждением не обошли его стороной, и это его дико смущало. Ну вот как это невинное существо сможет к себе прикоснуться? Он смущается от любого такого слова, по типу «член», или «вагина». Более матерная форма его не так заставляло смутиться, ведь её он всегда слышит от пикового валета. Он постоянно мучается со стояком, были конечно пару моментов, когда он осмелился прикоснуться к своему органу, но после пары движений сразу прекращал, жутко краснея и стараясь понять, что это были за чувства, такие жаркие, горячие, приятные и тянущие. В паху после этого приятно-болезненно ныло, потираясь о ткань штанов и боксеров, заставляя Зонтика терпеть это всё, пока он всё-таки не решиться закончить начатое в ванне, нехотя прочитав немного об этом. Смущающе, стыдно, но приятно. Дальше углубляться в тему секса Зонт не решил, остановился на своем удовольствии, всё ещё подолгу не прикасаясь к себе. Такое вот невинное создание. Как и говорилось ранее, хорошие друзья всегда очень нужны в жизни, но не у каждого таковы имеются. Зонтику же повезло, Феликс очень надёжный, хороший и лучший друг, всегда выслушивает, помогает, шутит и пытается как либо защищать. Может он сможет дать совет, как лучше справляться со своей проблемой, он в конце концов тоже парень, и король у него.. своеобразный, может говорил ему что-нибудь по этому поводу, а может червовый сам как-то узнавал, если конечно он это делал. Решая прийти к нему самому, шестой созвонился с ним, предупредив о своём визите. Голос у Феликса был каким-то дрожащим и.. горячим? Не всмысле что обжигает, он правда был каким-то томным, заставлял по коже пробежаться мурашкам. Он согласился, поспешно что-то там перебирая и разочарованно вздыхая. Зонтик помешал ему с чем-то? Уже и идти не хотелось, раз он отвлёк его от какого то дела, но он уже предупредил, значит надо. Конечно как-то неловко идти к другу со стояком, но треф все так же стеснялся, подумав решить это с червовым. Подойдя к квартире четвертого, Зонтик немного замешкался. Было как-то неловко всё-таки идти с этим вопросом к Феликсу, но что поделать, он уже предупредил его, похоже отвлёк от важного дела. Да и он уже на пороге стоит! Постучавшись, валет стал дожидаться, когда хозяин откроет ему. Прошла минута, две, и вот, с другой стороны двери послышались шаги, быстро приближающиеся в сторону голубовласого. Скрип, перед Зонтиком предстал Феликс, слегка растрёпанный и с румянцем, почти таким же, как и у самого шестого, но чуть слабее. — З.здравствуй, Зонт! Чего решил ко мне прийти? — бегая глазами по телу своего друга, четвертый прикусил губу, стараясь спокойно дышать. — Да.. — протянув гласную «а» на секунду с половиной, меланхолик почесал затылок, прикусив губу из-за неловкого положения, — я к.. я с важным вопросом.. можно пройти.? — переминаясь с ноги на ногу, валет спрятал руки за спиной, нервно улыбаясь. Кажется червовый сейчас всем богам молился, дабы невинный Зонт ничего не подумал и не заподозрил. Он-то думал, что успеет кончить к приходу друга, ещё и убраться, но как оказалось, выдержка у него неплохая. Немного задумавшись, но через мгновение вздрогнув от проскрипевшей половицы под шестым, который ненароком наступил именно на неё, жёлтый приветливо улыбнулся, жестом приглашая к себе валета. — Конечно п.проходи, чего как не родной?) Что за вопрос? Это у тебя по какому поводу? Опять издёвки? Или просто п.поговорить? — голос предательски подрагивал, чему валет внутренне негодовал. Ну не закончил он расслабляться, неужели из-за этого он будет должен быть похожим на заику? Ужасно. Проходя внутрь и разуваясь, Зонт оглядел друга, стыдясь и смущаясь, внутренне жалея о том, что уже решил прийти. — Ам… Давай на кухне поговорим.? — желание по максимуму оттянуть разговор приводит его на любимое место, где он хотябы чувствует себя хорошо, победило, поэтому голубоволосый нервно улыбнулся, сильнее краснея и ощущая давящее возбуждение. Так и свихнуться можно. — Хорошо, чай будешь? — спокойно выдохнув, червовый пошел в сторону кухни, улыбаясь и смотря на друга. — Пожалуй откажусь. Спустя минуты три валеты сидели на кухне за столом и нервно улыбались. Обоим мешало возбуждение, оба были красные и оба молчат, не зная, как бы начать разговор и прервать это неловкое молчание, которое давило на головы парней. Вроде лучшие друзья, с создания всегда ладили, а тут простого диалога составить не могут. Первым не выдержал Феликс. Он никогда терпением не выделялся, а сейчас ещё и ситуация подводит. — Ну.. так по к.какому вопросу ты ко мне пришел.? — выдохнув, Зонтик мысленно благодарил создателя за такой нетерпеливый характер товарища. — Ф.феликс, ты же это.. ну.. — густо краснея и краем глаза замечая недопонимание и интерес жёлтого, шестой нервно выдохнул, собирая все силы в кулак и смотря червовому в глаза, — ты знаешь, какими способами можно снять возбуждение..? Если бы Феликса решили сравнить со спелым помидором, то он бы по-любому выиграл это небольшое соревнование по красноте. Лицо полыхало алым, глаза как будто сейчас из орбит выпадут, а в рот легко бы поместился какой-нибудь такой же помидор. Краснея и судорожно выдыхая, шестой буквально вжался в стул, ожидая хоть какого-то ответа от своего друга, который сейчас непонимающе и смущённо смотрел на голубовласого, открывая и закрывая рот, как-будто рыба на суше. Выглядит забавно, но валетам явно не до смеха. Наконец после трёх минут ужасной и давящей тишины, червовый встряхнул головой, вспоминая про своего друга, и невольно, по той же причине, вспоминая про свое возбуждение, которое тоже требовало к себе внимания. В голову сразу пришла безбашенная идея, но её валет сразу исполнять не захотел, вспоминая способы и возможности, как помочь другу. В голову, к счастью, ничего не лезло, кроме того способа. Ну, девчонки, или на крайний пацаны. Хотя треф наверно будет сильно смущен, но кто говорил, что он не будет таким же помидором во время «гениальной» идеи жёлтого? — Ф.феликс.? Ты в порядке? — голубовласый явно заметил смятение друга, и предположил, что это из-за его вопроса. — А? А! Да.. — немного помешкав, червовый спокойно выдохнул, слабо улыбаясь, — у.. у меня есть с.способ, только ты наверно будешь против.. — возможно так и будет, но возбуждение почти полностью заполнило сознание позитивного, и сейчас он желал скорее избавится от «проблемы», и своей, и меланхолика. В глубоких, как океан глазах появился огонек надежды. Может Зонт будет постоянно использовать этот способ, чтобы больше не пытать себя сладкими муками. — Мне лишь бы как нибудь избавиться от этого! — некое согласия на последующие действия жёлтого было дано. — Хорошо.. п.пошли тогда к кровати. В ярко-желтую комнату валеты шли в молчании. В неловком, отвратном, молчании. Ощущение, что они вовсе и не друзья — незнакомые люди, интроверты, которым пришлось идти вместе, бок о бок, и оба чувствуют себя неловко, потому-что думают, что выглядят как-то не так. Две минуты, и вот они уже открывают скрипучую дверь, которую потом, с таким же ужасным и режущим слух скрипом, закрывают. Феликс подошёл к кровати, усаживаясь на неё и смотря на Зонтика, нервно улыбаясь. Голубоволосый тоже уселся на постель, где-то в половине метра от друга, ожидая от него чего-то. — Ну.. так что за способ? — это уже начинает напрягать. Червовый постоянно зависает, нервничает и заикается. Неужели эта просьба его вогнала в такое состояние? — Мх.. ну.. ты же не против, если я буду решать и свою проблему тоже..? — стараясь аккуратно намекнуть на то, что он будет делать, четвертый подтянул к себе друга за ноги, сильнее краснея. — Ты о чём.? — слегка смутившись, Зонт вопросительно смотрел на жёлтого, но в момент вспыхнул ярким румянцем, отворачивая лицо и прикусывая губу, всё равно не отодвигаясь от друга, наоборот, пододвигаясь ближе, вызывая недопонимание товарища. — Ты не против.? — непонятный кивок в сторону жёлтого последовал слегка запоздало, давая непонятный ответ. — Д.давай уже начнём.. — хотелось избавиться от этого возбуждения, оно уже правда мешало. Хоть и было дико стыдно перед своим «спасением» от эдакой проблемы. Но это же он первый начал. Он попросил помощи. Он пришел. Он сейчас просит начать всё это. Это будет просто дружеская дрочка. И всё. Больше ничего. Ну, по крайней мере так думает Зонт, не зная, хочет ли он простой мастурбации. Нервно сглотнув, Феликс было потянулся к своим штанам, но в мгновение его руки оказались на штанах друга, который в свою очередь покраснел ещё больше, но сам начал снимать с себя натирающую член одежду. Как только черные спортивки упали на кровать рядом с валетами, старший из них начал снимать свои домашние, пастельно-желые, штаны, прикусывая губу и ненароком заглядываясь на бугор, который хорошо виднелся через нежно-голубые боксёры. Наконец, когда оба парня остались в своём нижнем белье, и верхней одежде, Феликс томно выдохнул, осторожно укладывая свою ладонь на немаленький бугорок друга, поглаживая и слегка надавливая, вызывая тихое мычание и такое же жаркое, горячее дыхание, которое из-за близкого расстояния опаляло лицо четвертого. Как бы это не показалось странным для жёлтого, но на эти чудесные звуки его член передёрнуло, заставляя сделать и без того возбуждённую плоть ещё твёрже, принося болезненное удовольствие сахарному. Облизнув свои пересохшие губы, тот продолжил массировать орган Зонтика через его боксёры, положив и на свой бугорок вторую ладонь, так же тихо мыча и томно выдыхая, создавая некую симфонию из непристойных звуков. Прекрасная музыка, заставляющая обоих парней ощутить табун мурашек, прошедших от загривка до копчика. Боже, как же стыдно. Но приятно. Очень приятно, всё это доставляло дикое удовольствие, руки Феликса прекрасны, они заставляли меланхолика тихо мычать и стонать, уже имея желание ощутить сильную, но нежную хватку на своем члене. Боги, это только начало, а Зонт уже был готов позволить делать со своим половым органом всё, что захочет червовый. Это дико заводило и на столько же смущало. Пододвигаясь ближе к жёлтому, треф прикусил губу, томно выдыхая почти над самым ухом друга, вызывая у того крупные мурашки. Феликс сильнее надавливал на возбуждение друга, не оставляя без внимание и свое, довольно мыча и слушая такие же тихие стоны, которые вылетали из трефа на томных вздохах. Почему его самый близкий товарищ сейчас настолько возбуждающий? Его бархатных и тихий голос, который издавал чудесные звуки, его отзывчивое тело. Его лицо, в конце концов! Так, за грань обычной дружеской мастурбации ничего не должно зайти. Не должно, Феликс, просто помоги своему товарищу кончить и будешь свободен. Хотя явно уже хотелось слушать эти чудесные стоны дольше, и чтобы они громче были, да, и это тоже. Но принуждать шестого он не будет, это ему уж точно не надо. Пальцы ещё раз огладили бугорок по кругу, и жёлтый медленно, без резких движений стал отодвигать чужие боксёры, переодически поглядывая на друга, дабы убедиться, что он не против. Чужое лицо выражало дикое смущение, но в глазах, которые пристально наблюдали за всеми действиями, было желание. Это оповестило Феликса о том, что можно продолжать, поэтому он оставил своё возбуждение на пару мгновений, стягивая голубые боксёры с «Мальвины», укладывая их к штанам и быстро снимая своё нижнее белье, расслабленно выдыхая. Поймав чужой взгляд на своём члене, сахарный невольно тоже засмотрелся на достоинство друга, пододвигая его к себе ближе, шире раздвигая ноги, облизывая свои губы. Размер. внушающий. Да, именно такой. Он внушает сомнение в опыте жёлтого, и в тоже время внушает дикое желание. Наконец коснувшись прохладными пальцами разгорячённой плоти трефа, Феликс услышал сдержанный стон. Рука медленно обхватила член, через мгновение начиная двигать по длине, иногда надавливая большим пальцем на головку. О, чёрт, да. Эти великолепные стоны. Четвертый всем своим телом ощущал чужую дрожь и наслаждение. Орган старшего по неволе как будто дёргался по ощущениям из-за этих чудесных звуков. Вторая рука легла и на свой член, вызывая сдержанный стон, который вновь повторился с началом движений. Орган трефа несильно сжимали и водили по нему рукой. Боже, какой же это кайф! Феликс на себе всё тренировал? Сейчас хотелось просто сматернуться от таких великолепных ощущений! Или же просто очередной раз громко простонать, прямо над ухом жёлтого, который прикусывал губу и так же стонал, ускоряя движения рук, жмуря глаза и закатывая их. Нет, он точно в этом мастер. Может в этом деле и не самый великий, но явно лучше, чем сам голубовласый! Очередной раз простонав, шестой наклонился к плечу друга, обнимая его рукой за шею и утыкаясь ближе к ней, продолжая криво улыбаться, приоткрывая рот, дабы издать сладкие и пошлые звуки. Конечно это слегка смутило Феликса, но тут он вспомнил, что сейчас, прямо сейчас, не в мыслях, не во влажных снах из-за пубертата, в реальности, он дрочит своему товарищу. Касается его члена, помогает довести до оргазма, и он сейчас смутился полуобъятий?! Влажные и опухшие губы трефа уже были в небольших ранках, которые приятно покалывали, создавая больше ощущений. Прошло три минуты, и не один из товарищей не собирался заканчивать всё это. Ну точнее Феликс, он сейчас работает руками, заставляя и себя, и меланхолика довольно стонать, закатывая глаза. Нет, это всё чудесно, но руки постепенно начинали болеть. Дабы облегчить себе работу, ну или наоборот, жёлтый пододвигул трефа ближе к себе, обхватывая оба члена одной рукой, сдержанно простанывая из-за пульсирующей плоти, касающейся полового органа. О да, вот так немного проще и приятнее, и кажется сам Зонтик был доволен этим решением, обеими руками обнимая друга за шею, совершенно не сдерживая свои стоны. — Ф.феликс..! ~ я.. я сейчас.! ~ Ммм.! ~ — неожиданно для самого голубоволосого, его сахарный друг затянул его в поцелуй, перекрывая возможную речь и быстро водя рукой по двум органам, приглушенно постанывая в чужие губы, выбивая такие же стоны и у «Мальвины». Разрядка пришла сразу же после проникновения языка жёлтого в полость рта трефа, вызывая громкий стон. Сперма брызнула из органа, пачкая руку, простынь и чужой член. Голубоволосый уже лениво отвечал на поцелуй, прибывая а блаженной не́ге, а в это время успевает излиться и четвертый, так же громко простанывая в мягкие губы Зонта, медленно водя рукой по двум органам, вызывая тихое мычание. Ещё минута и жёлтый отстраняется от товарища, убирая руку с их достоинств, блаженно выдыхая. Шестой так же довольно вздыхал, стараясь отдышаться и отойти от сладких ощущений. — Это.. это был лучший мой оргазм.. — сознание постепенно вернулось, а вместе с ним пришел тот смущённый Зонтик, который сейчас краснел и слабо улыбался, облизывая свои губы. — Мой тоже.. ты же не злишься из-за последнего поцелуя? — это было так произнесенно, как будто червовый только что изнасиловал шестого, а не поцеловал его из-за невыдержки. — Ч.что? Нет.. мне даже понравилось.