Рассвет

      Ястреб с тяжёлым вздохом села на кровати, с ненавистью смотря на часы, одиноко стоящие на прикроватной тумбочке. Пять сорок, прелестно. Просто, блять, прекрасно. Под крылом завозились, засопели, а затем поперёк груди проскользнула сильная рука, аккуратно укладывая обратно.        — Опять? — ладно, этот низкий голос, чуть хрипловатый после сна, сделал столь ранее пробуждение не столь отвратительным. Затем на плечо аккуратно опустилась встрепанная беловолосая голова. Следом распаспахнулись пронзительно-синие, затянутые сонной дымкой, глаза — Ты уже как полтора месяца на больничном, но все ещё просыпаешься как на патруль, пташка? — Вот же жук! Знает же, что больничный был не совсем добровольным!        — Ну, как ты уже заметил, я птица, нам свойственно просыпаться с рассветом! — огрызнулась в ответ, надёжно зафиксированая в кровати про-герой Ястреб, восходящая звезда геройского мира Японии.        — А ещё я заметил, что у тебя как у настоящей птицы с мозгами плохо. Не была бы столь отчаянно-самодеяной, то не сидела бы тут со мной три месяца. Или ты не довольна этим фактом? М? — потянулся выше молодой человек, разворачивая её к себе лицом и притягивая за талию. Девушка вытянув руки обхватила его за шею, прижимаясь ещё ближе и по привычке потягиваясь крыльями. По крайней мере тем, что осталось от некогда шикарного алого оперенья. Крылья мгновенно отозвались ноющей болью и судорогами. Кейго тут же сморщилась, не сумев удержать лицо. Тойя сейчас же подобрался, повышая температуру рук и начиная разминать мышцы спины и основания крыльев. Игривое настроение сей же миг пропало, оставив после себя только беспокойство. Прекратив на секунду массаж, молодой человек приподнялся на локте, склоняясь к про-герою и целуя в складку между бровей.        — Ляг на живот, я сделаю нормальный массаж. — парень тут же сел, убирая подушки и придерживая правое крыло, помогая лечь на живот. После того как он убедился что она удобно разложила крылья и расслабилась, он сдернул прочь черную шелковую простыню, укрывающую нижнюю часть девушки, и устроился у неё на ногах, начиная мягкими, нежными касаниями растирать и согревать кожу на спине, ищя, где свело мышцы. А после начал их проминать. Девушка только сдавленно мычала когда пирокинетик очень удачно разминал несчастные, перенапряженные и потянутые мышцы.        — Знаешь, Тойя, если бы я знала, что ты так будешь обо мне печься, я была бы не против сунутся в тот пожар ещё раз… — не успев договорить девушка вскрикнула, оттого как горячие руки сжали основание крыльев.        — Только попробуй! Только, блять попробуй! — парень срежетнул зубами от злости — Кейго, я серьёзно, я тогда чуть не поседел! — увидев как девушка открывает рот, чтобы пошутить, он пошёл на опережение — И да, с моим цветом я все ещё могу поседеть! И я, честно, чуть не поседел, в свои-то двадцать один, когда ты, птица бестолковая, бросилась в пожар, поперёк Старателя! Я серьёзно! Любовь моя, ты для меня самое ценное, и я не хочу чтобы огонь отнял у меня ещё и тебя. Я слишком, слишком многое потерял в нем. — последнее парень практически шептал, тяжело дыша. Склонившись и уткнув лицо ей в лопатки он негромко продолжил — И я бесконечно рад, что ты вышла из него лишь с парой ожогов, пусть и второй степени — при его словах бедро и правый бок фантомно зачесались воспоминанием — и с потерей одной трети перьев. А не вернулась ко мне лишь уведомлением о смерти и сожалениями от посыльного. Безумно рад. — она чувствовала как дрожали его руки в основании её крыльев, бездумно поглаживая пух. Вообще от этих действий у неё туманилось в голове и все сжималось внизу, но сейчас важнее успокоить Тойю.        Мягко поведя плечами, девушка скинула его руки с крыльев и быстро развернулась под ним. Смотря снизу вверх, она протянув руки, взяла его лицо в свои руки и чуть сжав, заставила его перестать прятать глаза за чёлкой и посмотреть прямо на неё.        — Тойя посмотри на меня. — парень, несмотря на её просьбу, зажмурился — Тойя, я серьёзно. Тойя. Тойя я здесь. Я с тобой. Я не могу пообещать что буду вечно с тобой, мы не в романе и мы оба взрослые люди, которые понимают, что мы смертны, но я обещаю, я буду с тобой все отведённое время. Ты не будешь один. — золотистые глаза уверенно смотрели в синее пламя преисподней, пляшущие в глазах напротив — Я знаю, я поступила глупо, кинувшись в пламя за ребёнком, несмотря на наличие Старателя и Жжения рядом, но я не могла… Остановить себя. Я увидела в нем того ребёнка которого я не смогла спасти раньше. Я честно постараюсь больше так не делать. Сейчас все хорошо, Тойя, я рядом, жива, с тобой. Все хорошо. — на твёрдой ноте закончила девушка.        Тойя, казалось, ещё минуту рассматривал её. Внимательные голубые глаза изучали ее лицо, шею, плечи, грудь, живот, небольшие крылья, растрепанные золотистые волосы. А затем уставились в её глаза. И неожиданно он с полувыдохом-полустоном сгреб её в мощные объятия, грозя сломать хрупкие, полые птичьи кости. Похлопав его по боку (дальше просто не получилось) про герой прохрипела:        — Тойя, воздух, знаешь, обычно люди в нем нуждаются. — Горячее тело её сжало чуть крепче, прежде чем отпустить и посмотреть в глаза ещё раз. Кейго этот момент использовала на то чтобы раскинуться по тёмному шёлку и расправить крылья. Взгляд сидящего на её ногах парня стал чуть темнее, а кожа чуть горячее. О да, она знала как выглядела, она знала как эта картина подействует на него. И она решительно отсекла его последний шанс отступить. Продолжая смотреть ему с вызовом в глаза, она зачесала непослушные, вьющиеся волосы назад, чуть прогибаясь в спине. И прошептала:        — Что~o? Упаднические настроения больше не трево…-дальше в мгновение ока её руки оказались прижаты у неё над головой, а фразу она не смогла продолжить из-за поцелуя. Она улыбнулась в столь любимые, горячие губы. Что же, это неплохое, даже очень хорошее завершение сложных разговоров.

***

      Тойя Тодороки стоял в гардеробной и со смешанным чувствами смотрел на расцарапанную спину и засосы по всему телу. С одной стороны, он безумно рад видеть свою пташку такой, но с другой у него сегодня заседание суда, ему нужно выглядеть собрано, прилично. А не так, как будто он трахался всю ночь напролёт. Вздохнув, старший сын Старателя отложил любимую угольно-черную рубашку и потянулся за водолазкой. Такой же угольно-черной. Придётся переставлять весь концепт образа. Из строго-делового в опасно-дерзкую комбинацию делового стиля. Чёрные брюки с ремнем с массивной пряжкой, лакированные берцы на грубой подошве, сверху накинуть на плечи чёрное пальто, в принципе, дальше остались только аксессуары. Матово-черные часы от Патек Филиппа, кафф от Graff, сделанный по личному заказу, с подвеской в виде маленького алого перышка из красного берилла, также простые серьги в проколы на правом ухе, пусть и от того же Graff, но эти были куплены после ювелирного вечера, целым набором, парным с тем что украшает уши пташки. Дальше пара цепей от Mikimoto с чёрным жемчугом на шею, завершает образ три кольца от Tiffany & Co, включая обручальное. Осмотрев себя в зеркале, парень ухмыльнулся. Спрей отлично скрывал его морозно-белый цвет волос, а голубые глаза горели жаждой убийства. Ухмылка выглядела достаточно устрашающе и победоносно, чтобы выбесить тех ушлепков из Геройского Комитета по общественной безопасности. Кейтлин им может гордиться. Развернувшись на пятках, Тойя тихо вышел из гардеробной, потушив свет, и уставился на сонную девушку сидящую на кровати в прострации. На лице было написано, что она отчаянно пыталась о чем-то думать, но уставший мозг был явно против. Тихо посмеиваясь он подошёл к девушке и чмокнув ту в лоб сказал:        — Кейго, мне кажется ты можешь подумать о чем ты сейчас думаешь после того, как примешь душ и ещё немного поспишь, нет? — На него перевели недоуменный взгляд золотых глаз, моргнули, обработали информацию, зависли. Парень вздохнул. — Хей, пташка! — он пощелкал у неё перед глазами- Давай, ложись обратно спать, тебе явно это нужно. — Он попытался уложить её на спину, но девушка резко вскинулась смотря на него.        — А как же… Комиссия? — Тойе захотелось приложится головой о ближайшую твёрдую поверхность. Желательно с разбегу. С размаху. Но он только улыбнулся и мягко покачал головой.        — Ну тебя же сюда Склеппи-сан проводила? Так? — дождавшись не уверенного кивка, Тойя продолжил — Значит все в порядке. Я бы посмотрел на того кто решится спорить с ней. А учитывая, что её матерью была Исцеляющая Девочка, сходу могу сказать, что это равносильно успешному суициду. — Пока уставший мозг девушки перевариваю информацию, анализировал и делал выводы, он успел уложить её в кровать и накрыть простыней и пледом. Ещё раз чмокнув в лоб уже расслабившуюся девушку, Тойя отстранился от кровати и вышел из комнаты, пожелав сладких снов. Пройдя через библиотеку и заглянув в одну из двух дверей в ней, он с удовлетворением осмотрел работу трех недель. Три недели адского труда его, рабочих, юристов, и ещё кучи людей. И все ради того, чтобы четверо людей получили свободу, а Комиссия не могла больше выдрессировывать воспитывать «идеальных» героев. Но игра стоила свеч. Совсем скоро, сегодня будет объявлен вердикт по возбужденному им делу о лишении личностных прав и нарушении груды законов как и Японии, так и Прав Человека со стороны Комиссии. Тойя знал, каким будет вердикт, его уже фактически вынесли, осталось закрепить это «на бумаге». Сегодняшнее заседание чисто ради галочки, поэтому все нужные документы уже лежат в кабинете на столе. Тойя провел по папкам и золотистому теснению на них, и развернувшись вышел. Спускаясь по лестнице на первый этаж квартиры он тихо мурлыкал себе под нос, пока не обернулся у входной двери, посмотреть на вид из окон гостиной, на залитое утренним солнцем Токио. Тихо улыбнувшись и прошептав, что что птичка скоро будет на свободе, Тойя покинул квартиру в одной из самых престижных высоток Японии.        В квартире, с выходом на крышу и тремя этажами, дремал про-герой Ястреб и бликовали золотом на солнце папки с надписями «Заявление о браке», «Назначение исполнительным директором» и контракт Кейго Таками с Комиссией Героев, признанный недействительным с сегодняшнего дня.