Руки прочь!

Когда они пришли, в доме была тишина. Отца нигде не было, а значит он ушёл проигрывать свою зарплату в казино. Ваня поставил покупки на кухонную тумбу и пригласительным жестом указал на комнату. Комната у Вани была обычной, в ней помещается много нужных вещей, а именно: мягкая кровать, комод для одежды, над которым висит большое зеркало, слева от него расположен рабочий стол с компьютером. В дальнем углу находится маленькая полка с наградами. Ваня вспоминает, как его отец приделал полочку, на которой с детства стоят награды за отличную игру в баскетбол. Бессмертных гордился этим. Когда Ване было десять лет, он решил записаться в школьную баскетбольную команду. Тренер сначала с неприязнью относился к нему, поскольку считал мальчика неспособным в спорте, но позже его мнение изменилось. Их команда стала побеждать, что радовало тренера, и он решил сделать Ваню капитаном. Конечно, бывали и тяжёлые моменты, когда не хватало нескольких очков до победы, однако никто не отчаивался. Спорт для мальчика был чем-то невообразимым. Его любовь к этому помогала отвлечься от проблем в жизни, и даже спустя столько лет, Ваня не прекращал играть в баскетбол. Он замечает силуэт парня около приоткрытого окна, откуда в комнату поступал лунный свет. Холодный ветерок раздувал лёгкие занавески, наполняя комнату свежестью, и от этого прошёлся лёгкий холодок при мысли о том, что они вдвоём. Ваня подходит к Серёже и, развернув к себе, нежно целует в губы, словно боясь потерять момент. Его тёплые руки ложатся на талию подростка, поднимая. Худые бёдра Серёжи обхватывают Ваню, и в тот же момент он оказывается прижатым спиной к кровати. Бессмертных, разумеется, берёт инициативу на себя — конечно, ведь восемнадцатилетний подросток никогда не увлекался подобным, да и вообще это его первый раз. И хочется запомнить это надолго. Ваня отстраняется от поцелуя, и, чуть усмехаясь, расстёгивает пуговицы на мешающейся чёрной рубашке. Серёжа, как будто в трансе, завороженно смотрит на своего любовника, прикусывая губу. Бессмертных, подхватив чужой взгляд, яростно сдирает толстовку, такое поведение кажется оскорбительным, но резко становится бессмысленным, поскольку оба парня отдаются друг другу в нахлынувшей страсти. — Ваня... — тихо и возбуждённо тянет Серёжа. Его разум сходит с ума от этих чувств, которые можно сравнить, как нечто волшебное и приятное. Хочется всегда быть рядом, ощущать его прикосновения к себе, и, произнося лишь его имя в бреду — он понимает, что никто ему не нужен. Нежный поцелуй снова оказался на его губах, вытягивая из уст Серёжи тихий вздох, который хочется спрятать в русых волосах, как и пальцы, которые сжимают затылок, притягивая к себе ближе. Наверное, это слишком грубо, поддаваться эмоциям в этот момент, но следующие движения говорят о другом. Глаза внимательно следят за его движениями. Рука тянется к тумбочке и достаёт маленький тюбик, похожий на крем. Ваня уже знает, как обращаться с подобным, ведь понимает, что входить будет болезненно. Он расстёгивает чужой ремень, вынимая его из петель, и теперь они оба предстают голыми. Его губы медленно проходятся по ключице, затем оставляют дорожку поцелуев на обнажённой груди, медленно спускаясь к горячей плоти. От этих ощущений Серёжа порывисто вздыхает, ощущая чужой рот на своём члене. Ваня умело вводит губами по стволу, языком касаясь уретры, отчего по его телу проходят мурашки от еле слышного стона со стороны. Глаза Серёжи внимательно наблюдают за происходящим, и, вытягиваясь вперёд, он касается рукой лица Вани, и тот, отстраняясь, подчиняется, не смея ему отказывать. Серёжа тянет его ближе к себе, вытягивается, лишь бы ощутить чужую ласку. Он обхватывает руками шею, как удав, и они сливаются в страстном поцелуе. Ваня проводит рукой по оголённым бёдрам, ощущая, как проходятся мурашки по чужому телу. Хотелось прекратить это всё, ведь они оба могут считать это ошибкой, но карие глаза, смотрящие с любовью, говорят о другом. Ваня не может сдержать себя вместе с этим человеком, и, смотря на серебряное кольцо, снова чувствует возбуждение. Его полусогнутые пальцы касаются живота, где рука парня задерживается, чувствуя лёгкую выемку, и осторожно дотрагивается до неё. Он обхватывает другой ладонью чужую, сцепляя пальцы как символ доверия. И получив кивок, Бессмертных медленно вставляет палец в Пешкова, ощущая, как тот сжимает его внутри. — Потерпи, — сладкий голос срывается из его уст. — Расслабься, — и ощущает, как внутренние стенки постепенно расслабляются, впуская палец чуть глубже. Он невольно улыбается, когда замечает карие глаза, пристально следящие за его движением. Парень незаметно хмурит брови, когда чувствует, что в него входит второй палец. Но оставлять без внимания своего мужчину он не хотел. Именно поэтому он скользнул правой рукой между его пахом, прикоснувшись к твёрдому стволу. Сначала он нашёл его яички и, нисколько не испугавшись, нежно обхватил пальцами этот необычный щетинистый предмет. Проведя пальцами по его пенису, он добрался до основания. Он провёл пальцами по всей его длине, с интересом отмечая шелковистую текстуру. Дошёл до кончика члена, и поражаясь своей смелостью, слегка надавливает на кончик. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца — всё говорило о буре, бушевавшей в нём, которую он уже едва сдерживал. Ваня, чувствуя эти движения, смотрит прямо на умелые руки, и не сдержавшись, поднимает их над собой. — Не сегодня, Серёж, сейчас я хочу тебя трахнуть. Серёжа тогда внезапно ощутил под собой странное напряжение в области паха, и взглянув туда, увидел член, который медленно проникает внутрь. Наконец-то они могут ощущать друг друга. Насколько этот момент казался важным для обоих. Тогда Ваня двигался нежно, не хотел делать больно. Его мужские пальцы коснулись розовой щеки парня. Какой же он был красивый! Сразу вспоминаются его губы в том ночном поцелуе, когда они впервые отдались чувствам друг к другу. Ване казалось, что под этим лунным светом Серёжа становился ещё прекраснее. Эти розовые пухлые губы вытягивают при каждом толчке лишь его имя, говоря о том, что все его мысли заняты одним человеком — Ваней. — Ваня, прикоснись ко мне, - и после этого Серёжа чувствует руку на своём члене. Мужская ладонь водит по горячей плоти, подхватывая каждый толчок. Ему этого было мало, поэтому Серёжа решил оседлать своего любовника. Ваня подхватил его за бёдра, усаживая к себе, что позволяет лучше входить члену. Его анус был теплым и в то же время холодным. Оно пыталось окутать его, втянуть в себя и в то же время выдавить наружу. Ваня чувствовал, что эрекция становилась всё больше и твёрже. Он чувствовал, что вот-вот взорвётся. Это было самое странное ощущение, выходящее за рамки простого сексуального удовольствия. Серёжа чувствовал, будто что-то внутри него яростно движется. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие, страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения. В последний миг они сливаются в поцелуе, и с громким стоном Серёжа ощущает, как Ваня кончает в него. После жаркого секса они лежат на кровати, обнимаются. Каждый сейчас думает о своём, ведь они дважды переступили грань между друзьями и товарищами. Но сейчас было важно понимать, что они стали доверять друг другу больше, чем когда-либо. Тихий шёпот Серёжи прервал мрачную тишину: — Вань, я люблю тебя, — и эти слова заставляют улыбаться. Ваня проводит ладонью по щеке, и снова целует его в губы. На этот раз нежно. Бессмертных никогда не позволял себе настолько быть приближённым к другим людям, ведь он считал, что они могут сделать ему больно, или хуже того — оставить в одиночестве. Но кажется, что Серёжа развеет все эти плохие мысли, и Ваня готов его защищать любой ценой. После ещё нескольких коротких разговоров они уснули в объятиях друг друга.