Разногласия
5 марта 2022 г., 18:37
Первый месяц учёбы показал мальчикам, что если бы не элементарная подготовка отцов к учёбе, то они бы падали. Смит и Паркинсон вообще едва поспевали за программой, Кэрроу чувствовал себя немного лучше.
Но лучше всех себя показывал Скорпиус. Ему и правда давалось всё. На первый взгляд легко, и только мальчишки из комнаты знали, что тот ложился каждый день после полуночи. Если у него было время, он и ребятам пытался объяснить ту или иную тему.
У Северуса всё было хуже. Если Зелья были просто сложноваты, но выполнимы, то Астрономия была сущим кошмаром. Ну не видел он на небе созвездий. Не видел! И он начал понимать Кассиопею с Трансфигурацией. Профессор Диггори была умной женщиной, но Поттер проклинал все иглы мира, которые нужно было превратить обратно в спичку.
Так и прошёл целый месяц. Сидя на окне в субботний день, Скорпиус спал на плече Северуса под кабинетом ЗоТИ. Отцы обещали «Молнии», и их наконец-то привезли.
Мимо них прошли Роза Уизли и Фрэнк Лонгботтом, держась за руки и хихикая. Скорпиус даже один глаз приоткрыл, а Северус улыбнулся.
— Лили ведь думала, что нравится ему, да? — спросил Малфой.
— Ага, вот только Лили маленькая пока. А Фрэнк явно водит Розу в тёмные ниши.
— Согласен.
Из того конца коридора, в который ушла парочка, вышел недовольный Джеймс. Он явно знал о предпочтениях сестры, а Фрэнк выбрал себе ровесницу в пару. И такая подстава за день до четырнадцатилетия двойняшек. Завтрашнее пятое октября никто не забудет с недовольной Лили в главной роли.
— Чего надулся, как сыч? — усмехнулся Малфой. — Уже просчитал свой проигрыш за Кубок по квиддичу в этом году?
— Не твоё дело.
— Джеймс, Фрэнк уже взрослый парень. Смысл ему ждать Лили, когда возле него такая шикарная Роза. Она очень похожа на тётю Кэти, а та красотка, — рассуждал Северус.
— Слышь, мелочь, не лезь не в своё дело! Подрастёшь — поймёшь.
— Что я пойму? Почему ты постоянно на побегушках у сестры? Пф, изволь! Мне своим умом нравится жить, — Северус приподнял бровь в своём утверждении, а Малфой ухмыльнулся.
— Я живу своим умом! Ясно? А за тебя всё решает Малфой!
— Ты перепугал меня с собой, — заявил Северус. — Я могу попросить совета у брата, а не бегаю как цепной пёс у сестры!
— Может, ты влюблён в Скорпиуса? Дрочишь на него по ночам? Отсасываешь ему?
Северус всегда был спокойным ребёнком, его пофигизму можно было позавидовать, но если дело касалось Скорпиуса, то младший Поттер выпускал свои ядовитые клыки.
Малфой и среагировать не успел, когда Северус слетел с окна и запрыгнул на брата. Джеймс потерял равновесие и упал на спину. Ребята сцепились так, что кулаки летали быстрее, чем шли секунды. После пяти ударов по лицу Джеймса Северус потерял бдительность, а грифф этим воспользовался, перевернул брата и начал избивать его.
— Слезь с него, Поттер!
Скорпиус запрыгнул на спину гриффиндорцу и попытался оттащить, но в следующее мгновение все трое повисли вниз головой. Гарри и Драко выглядели разъярёнными, учитывая, что ещё минуту назад всё было прекрасно и они подготовили чай и торт для младших, чтобы вручить им их мётлы.
Отпустив детей, Гарри вернулся в класс, говоря этим, что ждёт объяснений. Драко закрыл за всеми тремя дверь и встал возле мужа. Поттеры молчали, как и Малфой, не желая стучать, хотя рассказать правду о гнилом языке Джеймса хотелось.
— Один месяц и шесть дней после последней драки между Джеймсом и Армандом. Но это было дома! — рычал Гарри. — Джеймс, почему ты набросился на брата?
— Это он набросился.
— Ябеда, — рыкнул Скорпиус, но после гневного взгляда обоих родителей, опустил голову.
— Северус, почему ты набросился на брата? — спрашивал Гарри.
— Джеймс, расскажи отцам, что ты сказал, — попросил брюнет, но тот отрицательно покачал головой, стыдясь своих слов.
— Я расскажу! И не закрывай мне рот, Северус! — приказал Скорпиус, видя недовольный взгляд брата. — Мы сидели под дверью, когда мимо нас прошли Роза и Фрэнк, которые начали встречаться. Лили влюблена в Лонгботтома, но тот считает её ребёнком. Поскольку Лили недовольна, то и Джеймс недоволен, привыкнув эмоции и действия сестры приписывать себе.
— Это не так… — шептал старший Поттер.
— Не перебивай! — попросил Малфой-младший. — Северус это и сказал, а тот заявил, что Северус бегает у меня на побегушках, и ещё…
— Не говори! — закричал в ужасе Джеймс.
— Сам скажи, — приказал Скорпиус, победно скрещивая руки на груди. — Давай, ты же у нас такой храбрец Львиное сердце!
— Ну! — требовал Гарри.
— Джеймс заявил, что Северус дрочит на меня и сосёт мне!
Гарри и Драко выпучили глаза, глядя в полном шоке, даже в какой-то растерянности на сына, который едва сдерживал слёзы. Северус обиженно смотрел на отцов, но его больше волновали губа и бровь, которые уже болели не на шутку, как и сломанный нос. Вид Джеймса был не лучше.
— Зачем ты спровоцировал брата? — Гарри в упор смотрел на Северуса, и Джеймс, не веря своему везению, улыбнулся.
— Я не провоцировал его! — закричал Северус. — Я сказал правду! Он выполняет любую прихоть Лили! Как и ты… — прошептал мальчик, понимая, что его накажут.
Оправдываться не имеет смысла.
— Джеймс, я слышал, ты сломал на тренировке метлу? — спросил Гарри.
— Гарри, не смей!
Если до этого Драко ещё оставался в тени, то сейчас он был готов рвать глотку за детей. Наказание должно последовать, но не такое.
— Ты, Северус, играть не будешь!
— Он мой студент! — зарычал Драко, защищая Северуса, у которого только что землю из-под ног выбили.
— А я его отец!
— Я по документам тоже! Я его декан! В школе дети выполняют приказы преподавателей, а не родителей. У тебя нет влияния на мальчика здесь! — Малфой свирепствовал, но Поттер был непреклонен.
— Мётлы покупал я! Они мои. Джеймс, вторую отдай МакЛаггену.
Джеймс ухмыльнулся и кивнул. Гарри протянул ему пару зелий для восстановления и поцеловал в макушку.
— Свободен.
— Мальчики, идите в мой класс. Подождите там.
Северус не слушал Драко, он погрузился в себя, пытаясь понять, почему его никогда не слушают? Почему его слова перекрутили?
Когда мальчики закрыли за собой дверь, Гарри приготовился к гневной тираде, а получил такую пощёчину, что кровь из губы пошла.
— Ты охренел?
— За что ты его так не любишь? Джеймс — первый сын, Лили — первая дочь, но и Северус твой ребёнок, а ты ведёшь себя с ним, как чужак!
— Он спровоцировал…
— Заткнись! Джеймс — бесхребетное создание, которое благодаря папочкиному преклонению творит, что душе угодно! Лили та ещё чертовка! Она состроит щенячьи глазки, и один за неё домашнее делает, а второй выполняет любой каприз! Северус не жополиз! Он никогда перед тобой не притворялся! Поэтому ты его не любишь.
— Я люблю его.
— Врёшь, — плевался ядом Драко. — Ты хоть понял, кем обозвал Джеймс мальчиков? Им по одиннадцать лет! Они о сексе только слышали! Если ты так сильно ненавидишь Северуса, отдай мне!
— Мы вообще-то женаты.
— К несчастью! — рыкнул Драко. — А отобрать у детей мётлы — это верх цинизма, Поттер! Если Джеймс не понесёт наказания, то и мои слизеринцы его не понесут. Уяснил?
— Джеймс не виноват…
— Отлично! Значит, никаких наказаний!
— Десять лет назад я закупил на каждую команду квиддича по семь «Нимбусов-2020». Им есть на чём летать!
— Видеть тебя не желаю!
— Ты такой же, как Снейп! Тот всегда спускал вам всё с рук!
— Ты ебанулся, Поттер?! Они свою честь отстаивали! Родной брат обозвал их пидарасами! Не любовниками! Не влюблёнными! Ты этого не понял, да? Зато Северусу сразу дошло! А будешь валить моих детей на занятиях, я завалю твоих!
Драко вылетел прочь, оставляя Гарри одного. Его бесило, что тот не видит, как им манипулируют старшие дети. В обиду он мальчишек не даст. Драко это напомнило, как Дамблдор мог из ниоткуда для Гриффиндора найти 160 очков, чтобы те победили и забрали Кубок школы, а слизеринцы весь год пахали. Драко, Тео, Блейз, Дафна, Пэнси, а позже и Астория стали столпами и умами факультета. Но Избранный поступил на львиный факультет, как и Дамблдор в своё время, поэтому привилегий было уйма у враждебного факультета.
Войдя в свой класс, заметил не только младших детей, но и старших. Кассиопея уже рылась в отцовской аптечке в поисках заживляющего, а Арманд вставил нос Северусу на место.
— Отец, это несправедливо! — закричал Арманд.
— Я знаю.
Драко обнял обоих мальчишек, и Северус прижался к отцу так сильно и отчаянно, что снова заплакал. Ему было обидно, что Джеймс снова вышел сухим из воды.
— Мётлы у вас будут. Эту историю от команды лучше не скрывать. Мы должны порвать львов.
— Я буду ещё усерднее учиться, — заявила Кассиопея.
— И я, — заявил Скорпиус.
— Северус, — Драко сел на стул и заглянул в изумрудные глаза, которые были переполнены болью, — Джеймс заслужил. Ты — мой сын! Мои дети — твои братья и сестра! Всё наладится, обещаю. А Гарри должен вынести урок, как и его старшие дети. Идите к себе. И старайтесь ходить компанией. Я заметил, что вы общаетесь с Паркинсоном, Смитом и Кэрроу, так и не разлучайтесь.
Кассиопея обняла Северуса и увела с собой, а братья поплелись следом. Драко злился. Взяв утреннюю газету, пролистал и замер в отделе спорта, глядя на новую метлу, самую дорогую, скоростную и качественную в мире. Её признали все спортсмены мира. Называлась она «Fart», что с норвежского означало «скорость». И придумал её некий Джонас Ларсен. Он не был с ним знаком, и тот наверняка не будет помогать бывшему Пожирателю, но его женой была Астория Гринграсс, бывшая невеста Драко, с которой они очень дружили и были рады не вступать в брак.
Малфой написал два письма. Одно Астории с просьбой покупки двух мётел, которые нужно будет отправить в Англию. Цена неважна. Второе письмо он написал родителям, и, зная характер отца, он понимал, что тот не пожалеет денег из семейного хранилища для внуков.
***
Конечно, история, которую поведал Скорпиус, заставила весь змеиный факультет ненавидеть львиный больше обычного. Они готовы были подраться всем составом за такую несправедливость. Северус не мог уснуть. Слёзы и дурные мысли не разрешали ему забыться и отдохнуть в царстве Морфея. Кто-то залез к нему без спроса под одеяло и обнял со спины. Знакомый запах мяты и свежести ударил в нос, и мальчик улыбнулся. Он знал, кто это был. — Хочешь, устроим твоему брату тёмную? — Хочу, чтобы он перестал быть придурком. У них завтра день рождения. — О да, — протянул Скорпиус, и Поттер удивлённо на него взглянул. — Я не причём. Касси и Арманд злы, а Розье вообще ходит таким хмурым, будто собирается дементора поцеловать, а не наоборот. Я не знаю, что они задумали, но это явно что-то интересное. Северус задумался, а Скорпиус погладил брата по волосам. Ему нравилось, как его пальцы скользили между его волос. — Северус, ты набросился на Джеймса после тех слов, которые говорили о другой ориентации. Чисто гипотетически, в меня можно влюбиться? — Скорпи, тебя априори невозможно не любить. Ты же лучший. — Я не про братские чувства. — Я тоже, — прошептал Северус, и мальчишки засмеялись, понимая абсурдность ситуации. Они были детьми, но весьма понимающими и просвещёнными в разных аспектах, поэтому неплохо знали анатомию. Скорпиусу грело душу, что Северус бросился бить за неподобающие слова родного брата. Северус выбирал его. Всегда. И Малфой не предаст это доверие.***
Завтрак в Большом зале проходил бурно, ведь все поздравляли с днём рождения Лили и Джеймса. На столе стоял торт, на котором было написано «С Днём Рождения, Джеймс и Лили!» — Они всегда первыми пробуют торт. Всегда на виду у остальных. И делятся после того, как сами одобрят вкуснятину, — заявила Кассиопея, привлекая к себе внимание. — Это торт от тебя? — удивился Северус. — От нас, — уточнил Арманд. — Хотя они думают, что от кого-то из другого факультета. В прошлом году такой торт им подарили из Когтеврана. «Всевозможные вредилки Уизли — отличный магазин», — смеялся блондин. — Вперемешку с невинными заклинаниями, — добавила Касси. Скорпиус был в восторге от брата и сестры, а Северус в ужасе. Он понимал, что после этой шалости Гарри Поттер будет валить факультет. — Я того не стою, — прошептал мальчик и попытался подняться, когда Скорпиус и Арманд усадили его обратно на скамью. — Они не только тебя оскорбили, — заявил Розье. — Они лишили Слизерина двух крутых мётел. Вас обозвали пидарасами. Это обидно. Очень обидно. Через секунды после дегустирования торта двойняшками, оба почувствовали, как на их лицах и руках появляются огромные прыщи. Поттеры от ужаса закричали и резко умолкли. Вскочив на ноги, куда-то побежали. — Проносное, — ответила Касси, хихикая. — Нам конец, — шептал Северус, глядя на отца. Поттер был краснее свёклы, и его прожигающий взгляд был направлен на детей Драко и на самого Северуса, который даже не был виноват в этой ситуации. Это была инициатива других. Мадам Помфри и Гарри последовали за бедными именинниками, а Драко хмыкнул. Он не одобрял такого, но неприкасаемость Джеймса и Лили уже достала многих. Они позволяли себе такое, за что другие получали в глаз и отработки. И, показав другим, что папочкина защита двойняшкам больше не поможет, Малфои поставили под удар Поттеров.
