Позже он стал королевским целителем

Начался новый день. Расписание было плотным: пока другие первокурсники занимались оформлением в университете, Кан Шэнчжэ перевозил вещи в свою квартиру — от предметов для долгосрочного хранения до базовых вещей, которые временно разместили у Ю Лянсина.     Хотя добираться из квартиры до университета в обычные дни было терпимо, во время военной подготовки это все равно казалось далеким и неудобным. Учитывая, что Кан Шэнчжэ продолжал стримить по ночам, жить в общем общежитии было нереально. Поэтому Ю Лянсин и Ляо Су после короткого обсуждения решили временно предоставить Кан Шэнчжэ одно из спальных мест в их комнате.     Как фанат KK, Ляо Су был невероятно счастлив жить рядом с кумиром и в пылу радости совсем забыл, что Ю Лянсин ушел рано, несмотря на пост главы студсовета.     Неудивительно, что Ляо Су сам вызвался помочь с переездом, еще до того как Кан Шэнчжэ успел попросить. С тремя участниками вместо двух дело пошло куда быстрее.     Все шло гладко, если не считать одного непонятного момента: без видимой причины под глазом у Кан Шэнчжэ был синяк. Чтобы скрыть его, он специально купил целый набор консилеров и спонжей в косметическом магазине по пути и бережно уложил в сумку.     Ляо Су удивился: «Бог К, зачем тебе целая коробка?»     Кан Шэнчжэ ответил загадочно: «Не поймешь, пригодится еще во многих местах».     Ляо Су растерялся. Он слышал, будто Кан Шэнчжэ случайно врезался в стену, из-за чего и синяк. Но фраза о «многих местах» насторожила его. «Бог К, у тебя что, зрение совсем плохое?» — неужели он регулярно натыкается на стены? Почему этого не заметно на стримах?     Кан Шэнчжэ улыбнулся: «Это для личного удовольствия».     Ляо Су: «…эмммм». Великий бог и впрямь велик — даже удовольствия у него странные.     Ю Лянсин, молча слушавший рядом, не проронил ни слова. Лишь изредка он отвечал на слова Кан Шэнчжэ ледяным смешком, от которого у Ляо Су мурашки бежали по спине. Зато Кан Шэнчжэ от каждого такого смеха расцветал, весело болтая и смеясь, словно мученик, которому не страшны ни жизнь, ни смерть.     К вечеру, закончив с переездом, они вернулись в университет. Два дня, отведенные первокурсникам на регистрацию, подходили к концу. Пока Кан Шэнчжэ валялся на кровати Ю Лянсина, будто от этого зависела его жизнь, по факультетам начали раздавать военную форму.     Кан Шэнчжэ вернулся поздно, и большинство уже получили форму. Упираясь, как слизень, он не хотел вылезать из комнаты, и Ю Лянсину пришлось стащить его с кровати за ноги.     Кряхтя, Кан Шэнчжэ наконец вышел, а Ляо Су, наблюдавший, как тот катается по кровати Ю Лянсина, смотрел на все с немым вопросом.     С того момента, как Кан Шэнчжэ с восторгом плюхнулся на кровать, и до его ухода Ляо Су стоял как вкопанный. Уставившись на измятую простыню, он заикаясь пробормотал: «Брат Лян, Бог К, он…»     Ю Лянсин напрягся: «Что?»     Ляо Су: «К тебе он…»     Сердце Ю Лянсина екнуло и забилось чаще. Он не знал, сколько Ляо Су заметил, но Кан Шэнчжэ и не скрывал своих чувств. А Ляо Су не слепой — догадаться было несложно.     Если бы не вчерашний разговор, когда Ю Лянсин еще не был уверен в чувствах Кан Шэнчжэ, ему было бы все равно. Но сейчас, после признания, он обостренно реагировал на такие вещи.     Ю Лянсин, редко терявший самообладание, холодно бросил: «Говори, если что-то есть».     Выражение Ляо Су стало серьезным. Понизив голос, он прошептал: «Он что, тебя дразнит? Смотри — специально всю пыль с себя на твою кровать вывалял».     Ю Лянсин: «……»     Ляо Су смотрел в полном недоумении. «Почему ты так на меня смотришь?»     Ю Лянсин предпочел закрыть глаза.     Пока они разговаривали, якобы ушедший Кан Шэнчжэ вдруг высунул голову в дверь и крикнул: «Эй, Лянлян!»     Ю Лянсин холодно уставился на него: «Чего?»     Кан Шэнчжэ: «Кое-что забыл».     Ю Лянсин не понял. Он уже хотел спросить, что может понадобиться для получения формы, как Кан Шэнчжэ вдруг схватил его за руку и переплел пальцы. Ухмыляясь, он пробормотал: «Вот оно».     Руки Ю Лянсина он держал и раньше, но впервые — так осознанно. Ладони вспыхнули жаром, но он не отдернул руку. Боясь, что ничего не подозревающий Ляо Су заметит, Ю Лянсин грозно посмотрел на Кан Шэнчжэ, пнул его по колену, вытолкнул за дверь и сам вышел следом.     Ляо Су окликнул: «Брат Лян?»     Ю Лянсин бросил на Кан Шэнчжэ свирепый взгляд, но тот и не думал отпускать руку. Наоборот, придвинулся ближе и прошептал: «Прогуляемся? Следующие дни из-за подготовки будем заняты, не увидимся».     Дыхание Кан Шэнчжэ коснулось уха. Ю Лянсин молчал. А из комнаты снова донеслось: «Брат Лян?»     Нахмурившись, Ю Лянсин холодно бросил: «Я ненадолго». Это было не отказ Кан Шэнчжэ, а ответ для Ляо Су.     Ляо Су удивился: «А? Куда? Разве не пойдем ужинать, брат Лян, ты…»     Остальное Ю Лянсин не расслышал — Кан Шэнчжэ уже тащил его из общежития.     На улице держаться за руки было нельзя. Кан Шэнчжэ не скрывал разочарования, и желание схватить его руку читалось на лице. В ответ Ю Лянсин бросил на него взгляд, ясно говоривший: «Отвали».     Кан Шэнчжэ мотал головой, но больше не решался. Его сдержанность проистекала не столько из страха получить от Ю Лянсина, сколько из-за отсутствия четкого согласия. Хотя Ю Лянсин терпел его и не выказывал обычного для мужчин отвращения, Кан Шэнчжэ не был уверен в его мыслях и не смел переходить границы.     «Знать бы раньше…» — но было поздно. Кан Шэнчжэ редко паниковал, но если уж начинал — то по полной.     Пока он шел следом за Ю Лянсином, на них оглядывались многие. В людных местах Ю Лянсин молчал, заговаривая лишь когда рядом никого не было. Кан Шэнчжэ замечал это, и ему становилось приятно. Как будто у них был секрет, известный лишь двоим. Он думал: если Ю Лянсин говорит только с ним, то лишь он знает, какой у него милый голос, и лишь он понимает, как он красив. Круто же!     Но радость длилась недолго. Войдя в актовый зал гуманитарного факультета, где раздавали форму, Ю Лянсин — обычно молчавший с незнакомцами — вдруг спросил: «Помогаешь?»     Девушка, к которой он обратился, была высокой, стройной и выглядела мягко. Она раздавала форму новичкам. Услышав характерный голос Ю Лянсина, она вздрогнула, подняла голову и улыбнулась. Будто случайно, будто намеренно, она шагнула ближе, словно пытаясь оградить его голос от чужих ушей.     «Ю-сюэчжан, давно не виделись», — тихо сказала она.     Незнакомкой она не была — это была Лян Чухань. Как раз сменился ответственный за раздачу на гуманитарном факультете, и теперь дежурила она. Встретить Ю Лянсина сразу после каникул было неожиданно. Девушка переживала из-за чего-то своего, растерялась и лишь через пару секунд смогла поздороваться.     Ее растерянность Ю Лянсин не заметил, а вот Кан Шэнчжэ уловил.     Ю Лянсин редко встречал Лян Чухань. Во всем университете его голос знали лишь несколько преподавателей, Ляо Су и Лян Чухань. Поэтому он и разговаривал с ней. К тому же, она была другого пола, с мягким характером, и расположить к себе могла легко.     «Это кто?» — неожиданно и холодно спросил Кан Шэнчжэ. Ю Лянсин очнулся и представил: «Кан Шэнчжэ, первокурсник гуманитарного факультета. Это Лян Чухань, второкурсница гуманитарного факультета».     Раз он первокурсник ее факультета, значит, она его старшая. Лян Чухань окинула его взглядом, улыбнулась и кивнула. Большинство при первой встрече с Кан Шэнчжэ задерживали взгляд на его росте и внешности, но Лян Чухань лишь мельком глянула на него и тут же вернула внимание к Ю Лянсину.     Кан Шэнчжэ отвернулся и надул губы.     Знакомство троих заняло секунды, как вдруг из-за спины вынырнул Лян Чулинь. Четверо собрались вместе, и оба первокурсника выпалили одновременно: «Вы знакомы?»     Ю Лянсин был связующим звеном: он был тем самым «милым Братом Лянляном», о котором говорил Лян Чулинь. Увидев Кан Шэнчжэ, тот скривился.     Их связи были запутанными. Лян Чулинь меньше интересовался светской болтовней, больше — сутью. Раздав последние комплекты формы, он предложил поужинать вместе.     «Брат Лянлян, поужинаем вместе?» — попросил он.     Перед напористыми, как Бай Яо, Ю Лянсин пасовал. Перед тихими, как Лян Чулинь, — тоже. Он лишь кивнул: «М».     На лице Лян Чулиня расцвела радость, а Лян Чухань на мгновение застыла, но в глазах мелькнула осторожная надежда. Быстро решили пойти на уличку с закусочными рядом с университетом. По дороге Кан Шэнчжэ толкнул Ю Лянсина под локоть.     Вдруг наклонился к его уху и сказал: «Эта Лян-сюэцзе ничего такая».     Фраза была обычной, но тон — странным. Ю Лянсин не понял, к чему он клонит, но ответил: «М».     Кан Шэнчжэ помолчал, добавил: «И симпатичная».     Ю Лянсин сказал: «М».     Красивая — так красивая. Хотя у Ю Лянсина не было таких фантазий, как у Ляо Су, вкус у него был. Но ответ, видимо, задел Кан Шэнчжэ — он поджал губы и долго молчал.     Войдя в нашумевшую в интернете забегаловку, Лян Чулинь сразу же развалился на столе: «Брат Лянлян, а как вы познакомились?»     Это его больше всего волновало. Он помнил, как они сидели вместе во время отчетов, и при упоминании Кан Шэнчжэ Брат Лянлян никак не отреагировал на имя. Значит, тогда они еще не были знакомы.     Объяснять все с начала было долго. Ю Лянсин упростил: «В игре».     Его связи с Кан Шэнчжэ, Лян Чухань и Лян Чулинем действительно завязались в играх. У каждого своя история, объяснять все — долго. Поняв это, Лян Чулинь отстал. Но, подняв глаза и увидев, что сидящий Кан Шэнчжэ почти одного роста со стоящим им, он поморщился.     Когда заказ подали, беседа еле теплилась — брат с сестрой плохо знали Кан Шэнчжэ. Лян Чулинь оглядел всех и вдруг оживился: «Брат Лянлян, сыграем?» — Затем посмотрел на Кан Шэнчжэ: — «Откроем комнату*, двое на двое».     *Открыть комнату — создать приватный игровой матч.     Просто чтобы скоротать время. Ю Лянсин согласился: «Хорошо».     Он играл с Лян Чухань и Лян Чулинем раньше и знал их уровень. Учитывая мастерство Кан Шэнчжэ, он предложил: «Так и сделаем. Я с Лян Чухань в одной команде, вы вдвоем — в другой».     Едва слова сорвались с его губ, Кан Шэнчжэ резко повернул голову и уставился на него.     Авторское примечание: Ваш возлюбленный К активировал способность «Смертельный взгляд».