За все надо платить

Кэтрин возвращалась из квартиры певицы Викки, костеря, на чем свет стоит ее, продюсеров певички, своего шефа, все и всех на этом свете. Сейчас она была чертовски зла и испугана. День не задался у брюнетки с утра. Во-первых, продюсер певички позвонил и попросил перенести встречу на вторую половину дня, спутав тем самым все планы Кэтрин. Она, если Элайджа никуда ее не пригласит, рассчитывала провести вечер дома, нежась в пенной ванне под любимую музыку, а потом приготовить глинтвейн и включить новый диск с комедией, от души посмеяться ( или хотя бы пару раз улыбнуться за фильм) и привести свое настроение в норму. В последнее время оно с завидной регулярностью скакало то вверх, то вниз, по сто раз меняясь за час. И причина была в одном. Брюнетка много размышляла в последнее время. И это настораживало ее. Размышления всегда были уделом Елены, в то время, как Кэт всегда предпочитала действовать. Но за прошедшие две недели все резко изменилось. Кэтрин слишком часто думала не о том, о чем следовало. Об обаятельном и серьезном Элайдже, о его женщинах, о том, правильно ли они с сестрой поступают, и стоило ли вообще впускать в свою жизнь братьев Майклсонов, являющихся живым напоминанием о трагедии детства Кэтрин и Елены Гилберт. Она нервничала, переживала, периодами не могла настроиться на нужный лад на работе, плохо засыпала по ночам. Брюнетка чувствовала, что с появлением в ее жизни Элайджи что-то в ней необратимо стало меняться. Кэтрин боялась новую, неведомую себя, которую разбудил своим вниманием и заботой Майклсон-старший, не зная, чего стоит от нее ждать. Вдруг она не сможет выполнить то, о чем мечтала и к чему готовилась все эти годы? Вдруг она полюбит врага и не сможет жить без него? Девушка покачала головой, прогоняя непрошеные мысли и, подрезав черный Фиат, свернула на нужную улицу. Во-вторых, Кэт пришлось ехать почти на окраину города и потратить половину дня в жутких пробках, потому что от машины она не могла отказаться ни при каких условиях, предпочитая ее общественному транспорту. В машине – ты сама себе хозяйка. Делай - что хочешь, слушай – что хочешь, открывай и закрывай окошко – когда захочешь. То ли дело метро. Быть зафиксированной в одной позе толпой, причем тебя обязательно прижмут или к стеклу или к дверям вагона, глубоко под землей, в несущимся на всей скорости металлическом прямоугольнике, где все зависит от внимательности машиниста, а не от тебя. Бррр. Ну, уж нет. Машина в этом плане гораздо привлекательнее. Управляя ей, ты создаешь хотя бы видимость контроля над ситуацией и своей жизнью. Но пробки были малой толикой того, что предстояло вытерпеть сегодня Кэтрин Пирс. Брюнетка всегда тщательно готовилась к интервью, штудируя материалы, предыдущие статьи и фотографии, подбирая интересные и животрепещущие вопросы, забавные воспоминания, занимательные факты из биографий и жизни интервьюируемых лиц. Такое старание и скрупулезность в работе всегда с лихвой окупались. Благодаря этому и своему упорству, порой переходящему в упрямство, Кэтрин Пирс сделала себе имя в журналистике. Она считалась профессионалом экстра-класса. Брюнетка думала, что интервью с Викки пройдет на ура. Девушка ошибалась. Кэтрин приехала на интервью в 19.00. В квартире была в самом разгаре шумная вечеринка: громкая музыка, клубящийся сигаретный дым, огни светомузыки, прорезающие разноцветными полосами полутьму зала, неясные очертания сплетающихся в танце фигур, запах алкоголя, пота и дешевого парфюма. Кэтрин с трудом удалось найти продюсера певицы, который отвел ее в маленькую комнатку и пообещал найти свою подопечную. Вот тут-то и начались сюрпризы. Викки ввалилась в комнату в обнимку с двумя парнями, глупо хихикая и попеременно целуясь то с одним, то с другим. Кэтрин решила не обращать на это внимания и провести чертово интервью, на подготовку которого была потрачена уйма времени. В конце концов, она профессионал и ничто не должно ей мешать. Певица была под кайфом, на вопросы отвечала невнятно и бессвязно, даже не пыталась уловить смысл фраз Кэт, уделяя больше внимания своим партнерам, чем сидящей напротив журналистке. Кэтрин - само терпение и смирение, записывала все на диктофон, решив дома вычленить из этой ахинеи что-то для полноценной статьи. Задав последний вопрос, отключив диктофон и убрав все в свою сумочку, брюнетка встала с диванчика и собралась уходить, когда один из сидящих с Викки парней схватил ее за руку: -Куда же ты, сладкая? Вечер же только начался. – похабно ухмыляясь, парень потянул Кэтрин в сторону дивана, расстегивая пуговицы на своей рубашке – Не торопись, детка. У нас не принято так просто уходить из гостей. Я весь вечер наблюдал, как ты смотрела на меня. Как призывно ты смотрела на меня, киска. Признайся крошка, ты же хочешь меня. Кэтрин от изумления потеряла дар речи. Да как этому молодому павлину пришло такое в голову? Она весь вечер смотрела только на певичку, уделяя все свое внимание ей и не обращая внимания на ее окружение. Еще в университете она научилась одному важному приему – представить пустую комнату, где кроме нее и интервьюируемого нет никого. Таким образом, Кэт отключалась от реальности, мысленно видоизменяя ее, и полностью концентрировалась только на герое ее статьи. Благодаря этой маленькой хитрости, все интервью Кэтрин Пирс всегда были интересными, динамичными и никогда не оставались без комментариев (когда лестных, когда не очень) редактора. Кэт внимательнее присмотрелась к парню, оценивая его. Расширенные зрачки лишь подтвердили ее опасения. Парень был под кайфом и вряд ли полностью отдавал себе отчет в том, что он делал. «Надо выбираться отсюда и срочно. Желательно без морального и телесного ущерба» - решила девушка. - Я хочу выпить – мозг Кэтрин лихорадочно работал, пытаясь просчитать все возможные варианты. Парень смотрел на нее с одобрением, и Кэтрин решила сыграть с ним по его правилам: – Не люблю беседовать с таким симпатичным парнем, не познакомившись с ним поближе за бокалом красного вина – брюнетка покривила душой. Парень был не в ее вкусе, и симпатичным его можно было назвать только после 2 бутылок текилы - Я видела, где находится бар, когда пришла сюда. Тебе что-нибудь принести? - Водка тебя устроит? Я вернусь через минуту. Ден, проследи за той цыпочкой. Парень скрылся за дверью. Кэт медленно встала с дивана, захватив сумку и жакет. Прошла минута, другая, но он так и не появился. Ден не обращал внимания на Кэтрин, страстно целуя Викки. Девушка решила рискнуть. Осторожно покинув комнату, Кэт накинула на плечи жакет и быстро побежала по коридору. Она была почти у выхода, когда дорогу ей преградил продюсер Викки. Девушка выслушала монолог о том, что будет с ней и ее карьерой, если Кэт напишет о певице хоть одно плохое слово или осветит в своей статье том, в каком состоянии была и что делала во время интервью Викки и все в таком духе. - Ах, вот ты где, сучка – услышала она за своей спиной и, обернувшись, увидела парня, которого отправила в бар. Не обращая больше внимания на гневный тон продюсера и его слова, брюнетка быстро его обошла и, открыв дверь, окунулась в прохладный, чуть солоноватый воздух ночного Лондона. Кэтрин побежала к машине, мысленно хваля себя за то, что так близко припарковалась к жилищу певицы Викки. Завела мотор и резко рванула с места. Посмотрев в зеркало заднего вида, девушка увидела парня, зло смотревшего ей в след. Брюнетка, не сдержавшись, высунула руку и показала парню неприличный жест, выразив им все ее отношение к нему. Пытаясь сдержать рвущиеся на волю злые слезы, девушка гнала в сторону дома. Да, за все время ее карьеры в журналистике Кэт повидала всякого. Ее благодарили, ей угрожали, про нее распускали слухи, ее грозили уволить, ее и только ее приглашали для повторных интервью политики и люди искусства. Ко всему этому Кэт относилась спокойно. Гордость, радость, разочарование и обида давно прошли, уступив место спокойствию. Кэтрин научилась воспринимать все, что касалось ее карьеры, как должное. Но изнасиловать после интервью брюнетку еще никто не пытался. И этот поступок выбил девушку из равновесия. Кэтрин в тишине гнала по улицам Лондона. Когда до дома оставалось несколько миль, Кэтрин наконец-то успокоиться. Девушка пыталась убедить себя в том, что ничего страшного не случилось. Но в глубине души знала, что это не так. «Что ж, теперь на каждое интервью буду брать с собой гориллоподобного охранника» - решила девушка. Кэт припарковалась у дома и, откинувшись на спинку кресла, закрыла глаза. Маленькая медитация, чтобы окончательно взять себя в руки. Тишину салона нарушила задорная мелодия на мобильном. - Да – чуть более раздраженно, чем обычно ответила девушка. - Добрый вечер, Катерина. Я хотел пригласить тебя на благотворительный вечер, который состоится на этих выходных в нашем загородном доме – от спокойного и уверенного голоса Элайджи у девушки опять появились слезы на глазах. Кэтрин титаническим усилием воли, заставила себя успокоиться. - Да. Конечно. Я принимаю твое приглашение. – брюнетка пыталась говорить спокойно и уверенно, но голос предательски дрожал. - Что случилось? – беспокойство, и напряжение в голосе собеседника заставили Кэтрин улыбнуться. Он переживал за нее. Мило. - Ничего. Все в порядке, Элайджа. - Где ты сейчас? - В машине, возле дома. - Жди. Я буду через десять минут – Элайджа, не слушая ее возражений, положил трубку. Кэтрин чертыхнулась, выругалась, а потом улыбнулась. Майклсон-старший, словно рыцарь на белом коне, мчался выручать свою принцессу, попавшую в неприятности. И его не смущало ни то, что подумает о нем Кэтрин, ни то, что, возможно неприятности и не стоят его внимания и это только личное дело девушки. Он спешил к Кэт только потому, что услышал в ее голосе интонацию, натолкнувшую его на мысль, что любимой плохо. Когда в последний раз мужчина бросал все свои дела и летел к ней, по первому зову? Когда она последний раз ощущала себя хрупкой и слабой рядом с другим мужчиной? Кэт не помнила, было ли что-то подобное вообще. Она всегда была сильной, уверенной в себе, напористой. Элайджа заставил ее почувствовать себя слабой женщиной, которая может быть уверена в том, что ее мужчина решит все проблемы. И Кэтрин впервые в жизни поняла, что не так уж и хочется ей быть сильной. Она расскажет ему о сегодняшнем вечере, но не все. Кэтрин догадывалась, что Майклсон-старший страшен в гневе, и не хотела его выводить из себя. Девушка усмехнулась, вышла из машины и отправилась готовиться к беседе с Элайджей.