Песнь Фудзиямы

      «Крики чаек. Бил накатом о вёсла пенный шелест. Шли грозные боевые суда по синему морю. Гребли вёсла, опрокидывая морскую пену, временами выпрыгивала из воды рыба. Паруса тугие, щиты по бокам, острые наконечники пик да копий…»       Была зима, холодный в этот раз ударил январь месяц. Нагиса сидела в горячей ванне с пеной и слушала историю о Великой Борьбе японского народа против захватчиков с континента. Шизума сидела на удобном, мягком стуле. Её длинные, аристократические пальцы с любовью и усердием мыли средней длины каштановые волосы Нагисы. Прикрыв глаза, расслабившись, девочка вдруг спросила.       — Шизума-Сан, а захватчики, их как… Было очень много? — открыв глазки, подняла голову вверх, слегка повернув назад и боковым зрением заметила сверкающую улыбку старшеклассницы.       — Нагиса-Тян, вместо того, чтобы перебивать, слушай внимательно. Хвала Деве Марии, сейчас канун Рождества и каникулы слава Богу достаточно длинные. Моя задача помочь тебе с концентрацией внимания и ты намерена слушать дальше? — массируя девочке виски, с лёгким смешком спросила Шизума, поражаясь тому, какой порой рассеянной была объект её внимания.       — Простите, Шизума-Сан… — томно принесла извинения девочка, снова закрыв очи и, устроившись поудобнее.       »…Тогда было собрано огромное воинство со всей Японии, были даже призваны айны, которые жили на современных островах Сахалине и Курильских. Самураи, ниндзя, все враждующие и разделённые кланы Японии объединились. Они стояли в лесу и смотрели на морскую гладь, видя, как сотни причудливых драконоподобных грозных судов приближались к их земле. Когда суда встали примерно в тридцати локтях от берега, полетели железные стрелы и было столько их, что затмили солнце. Ни щиты, ни латы не спасли от жала смерти сотни бесстрашных воинов. Когда пришельцы ступили на берег, им не было точного числа. У всех были самые разные доспехи, щиты, оружие. Они встали сплошной стеной и сомкнули щиты. Выставили вперёд копья, пики, алебарды. Первые двадцать тысяч самураев лавиной обрушились на врага, сходу стреляя из тугих луков. Ответом стали несколько залпов и стена медленно наступала. Некоторые кошками пытались сделать брешь и это удалось. При первой атаке погибли все конные самураи…»       — Господи, как страшно. Неужели сил у наших предков не осталось? — перебила рассказчицу девочка, слушая с замиранием сердца и по щекам текли слёзы.       Обняв малышку за плечи, погладив острые ключицы, Шизума нагнувшись ниже, поцеловала её шейку и под водой погладила маленькие, почти незаметные грудки.       — Конечно нет, пала лишь четверть всех воинов и то это было очень много по тем временам. Если всех кланов вместе и айнов было менее девяносто тысяч, то пришелец насчитывал около полумиллиона рати со всего мира. Там сражались китайцы, маньчжуры, арабы, монголы, русские, венгры, татары, булгары, скифы, половцы, евреи, римляне. Очень много народов служили Великому Хаану. А теперь слушай дальше, ты готова? — уже с интригой шепнула на самое ушко рассказчица с длинными, ниже колена белым водопадом густых, пышных волос.       — Да, да, продолжайте пожалуйста, Шизума-Сан… — лишь пальцами аккуратно, словно боясь спугнуть, прошлась по аристократической щеке наставницы.       Набрав полные лёгкие воздуха, белокурая из преподавательского юного состава гимназии продолжила.       »…После их гибели пришелец послал вперёд тысячи тяжёлых конных воинов. Земля дрожала при их приближении, толстые панцири и латы не пробивали стрелы и тогда ниндзя применили «оружие богов». Стена огня и гром встретили железный оползень. Десятки пушек и сотни карабинов открыли шквальный огонь и это их остановило. Они стреляли из арбалетов и луков, метали копья и пики, закрывались щитами, но сотни пали от взрыва ядер. Ниндзя незаметно подкрадываясь, кидали гранаты и мины, на которых многие взлетали вверх и подобно граду, падали на своих. Сзади их лучники пускали тучи стрел, однако положение это не спасало. Бесстрашные айны уже бились в лесу с их воинами, пехота начала наступление. Когда они входили в лес, плотный строй был разорван, так как десятки тысяч их конных лежали мёртвые на земле. Ниндзя набросили с деревьев петли и сотни врагов висели, умирая от удушья. Других скосил запал карабинов. Третьи были атакованы самураями, айнами и ниндзя. Враг был полностью разбит, но больше всего пугали отважных самураев, бесстрашных айнов и неуловимых ниндзя воины, что были полностью закрыты кольчугой и чешуёй, вооружённые мечами, топорами, копьями. Они стояли насмерть, были прыткие как рыба в воде и страшнее тигра в бою. Всех пришельцев осталось несколько тысяч и они добровольно сдались в плен. Япония потеряла почти всех, лишь несколько сотен сынов Фудзиямы выжили и сложили ту песнь…»       — Ого! Пришелец мог убить всех и продолжить завоевание Японии… — удивилась Нагиса, не веря своим ушам и часто хлопая глазами, на что её учитель лишь улыбнулась.       — Захватчики были сильно деморализованы, понесли колоссальные потери и наше оружие сломило их стремление идти вперёд. Многие из тех воинов оказались хорошими людьми, они навсегда остались в Японии и женились, вышли замуж и до сих пор их потомки живут у подножия Фудзиямы. Они принесли новые знания, религию, культуру. — закончила историю наставница, включив воду и смывая с головы девочки шампунь.       После девушки выйдя из ванны, сидели на кровати за одним нетбуком и смотрели историческую драму. Шизума-Сан заварила крепкого зелёного чаю а Нагиса-Тян принесла конфет, пряников и вафли. Девочки сидели в цветных пижамах, носочках и шутили, пили чай и переодически целовались в губы. Они не знали, что под окном общежития, в метель к жилому зданию подошла таинственная фигура. Когда девочки в общем холле увидали её, насторожились и удивились. Новенькая была высокого роста, ореховые глаза с узким разрезом и длинные до середины талии чёрные волосы. Бирюзовый сарафан, красные сапоги, на правом боку меч и катана, голову покрывал пёстрый платок. К ней подошла одна из старших курсов и, окинув незнакомку пристальным взглядом, спросила:       — Откуда вы и что вам здесь нужно? — спросила она гостью и та ей ответила.       — Я Чио-Сан Юрьевна Киселёва-Щукина, вот пакет, присланный из этой гимназии некой Шизумой-Сан. — представилась гостья и протянула пакет девушке.       Та вскрыла его и прочитала, содержание было очень личным и интересным, то было приглашение по теме истории периода монгольских завоеваний. Ещё раз окинув ту гостью взглядом, старшекурсница произнесла.       — Идёмте, я напою вас чаем и прежде расскажите о себе и почему вы с оружием? Знайте, устав учебного заведения строгий и тут положено носить форму и соблюдать правила. — ведя незнакомку за собой, объяснила некоторые тонкости.       — Да так я из клана самураев, у меня двадцать братьев и сестер, мой род один из многочисленных в Японии. Не верите мне, могу позвонить в Токио, Окинаву, даже в Россию в Южно-Сахалинск. Я могу… — тут чужая ладонь прикрыла её уста.       — Достаточно. — было понятно, кем являлась та девушка.       Нагиса и Шизума, крепко обнявшись, лежали на мягкой кровати и их тела, слившись воедино, по своему занимались любовью.       — Забыла сказать, что сегодня к нам в гости я пригласила очень интересную девушку. Она не обычная японка и её далёкие предки были родом из современной Европейской Части огромной России. Её пращур был одним из монгольских пришельцев на нашей земле и после разгромного поражения остался здесь и создал семью. Японцы, айны, русские. Вот её истинная кровь и как я знаю, её семья приходится моей очень дальними родственниками. — сказала старшеклассница, от чего у её девочки глаза расширились до предела.       — Вы мне ничего не рассказывали раньше, Шизума-Сан. Вы пригласили её сюда, в такую погоду, чтобы она подробнее рассказала о том противостоянии и мы с ней познакомились? — ответом стал поцелуй в губы и, крепко обнявшись, парочка утонула в пучине наслаждения.       Тем временем, немного освоившись, та самая таинственная гостья в пёстром платке и ореховыми глазами подходила к заветной двери. Ей самой было интересно узнать ту далёкую родственницу, хотя прекрасно знала почти всю родню, а было их несколько тысяч по всем японским островам (в том числе северные в составе другого государства), были ветви, которые имели лишь очень дальнее родство. Стоя перед дверью, сжав кулак, она трижды постучала…

Сколь пало сынов твоих, Фудзияма! Ты стояла на краю пропасти, Ходила по лезвию ножа. Люди Запада сражались отважнее самураев, Бились хлеще неуловимых ниндзя. Даже грозные айны не могли тягаться с ними В удали, В удали… Сражались как тигры, Извивались словно змеи, Фудзияма! Сыны и дочери твои плакали кровавыми слезами, Пришелец преодолел порог карате, И ушу превзошёл, превзошёл. Он стоял насмерть против тебя, На чужой земле его рать! Фудзияма, Ты не Волга-Мать. А она ох широка и глубока! А ты высока и белоснежна вершина твоя, Поклон де до земли тебе, Гора-Мать Фудзияма. Расцветёт сакура вновь и вновь И солнце красное взойдёт над тобой, Фудзияма.