Лето

Боря находился в деревне уже где-то неделю и его не покидало то самое любопытство, зародившееся после рассказа Феди. Хотелось побольше узнать об этом Роме. Вдруг он не такой уж и чудной, как его описывает Меркуров? Правда, за эту самую неделю Борис толком и не видел этого пацана. Он помогал бабушке в огороде, старался не наедаться (о чём настаивала бабушка), долго-долго спал и мечтал поскорее оказаться в городе из-за своей гитары. Фёдор появлялся невовремя со своими марками, но раз появлялся, то приходилось с ним их рассматривать. Но для Маева это тоже было интересным занятием. Во всяком случае интереснее, чем весь день со страдальческим лицом поливать огороды. И не то, чтобы ему это не нравилось, просто солнце пекло, а кепку он с собой не взял к сожалению. — А! — Боря дёрнулся и дёрнул шлангом с водой, когда к нему кто-то подкрался. Облитым оказался Рома, который по каким-то причинам зашёл к нему на огород. Он чуть поморщил свой нос и осмотрел облитую футболку. Досталось не только ей, но и шортам, которые как-то непривычно было видеть на этом юноше. Положив шланг, Боря перескочил к юноше через грядку с клубникой. Вспомни лучик, как говорится… — Извини, я просто задумался, — дружелюбно улыбнувшись, Маев протянул руку к Роме, чтобы поздороваться с ним, — Борис Маев. Можно просто Боря. В вытянутую руку Бори Роман всунул кепку и промолчал. Ну да, всё-таки он немного странный. И бледный такой, бледнее самого Бори. А сам худой. Не такой тощий, как показалось первый раз, но всё равно бросается в глаза — Ты… Умеешь говорить? — осторожно спросил Боря и стал вертеть кепку у себя в руках, даже не зная зачем он это спросит, если с ним Федя разговаривать пытался. — Угу. Надень, чтобы зайчика не словить, — пробормотал Рома и стал уходить, глядя себе под ноги. — А-а… Э… Спасибо! — Маев сказал это уже в спину уходящему собеседнику. Натянув кепку на голову, Боря снова чуть не вскрикнул. Ноги чуть не утонули в грязи, про брошенный шланг он и позабыть успел. — Боря! Не клади шланг! — отозвалась ещё и бабушка. Взяв шланг он вернулся к поливанию клубники, стараясь обходить лужу, которую сделал сам же, стороной. Всё, что он узнал — это то, что Рома решил ему помочь. И что он ниже него на полголовы, если не на голову. И глаза у него такие печальные-печальные, но добрые. Как на такого вообще можно подумать, что он кого-то убить может? Нелюди какие-то. Лишь бы слухи пустить да оболгать. Федя пришёл уже к вечеру с какой-то энциклопедией в руках. Боря оценил рвение Меркурова изучать её вместе с ним, но утащил друга не в гостиную, а к себе в комнату, чтобы кое-что показать и рассказать ему приключившуюся историю. — Нет, бабуль, мы не хотим есть! — отозвался он, когда бабушка позвала их кушать. — Я хочу. Да ладно-ладно, что ты там показать хотел, — отсмеявшись, Меркуров плюхнулся на край кровати своего друга, когда они оказались у него в комнате. Боря стащил со спинки стула кепку и показал её Феде. Тот непонимающе смотрел на него и на вещицу в его руках. Оба молчали. — Дорогой, если эта штука волшебная и ты не можешь говорить, то… — Да нет же. Я поливал клубнику, ко мне подошёл Рома, я его облил случайно. Ну а он мне дал вот это. Чтобы зайчика не словил, прикинь? — подойдя к другу, Боря нацепил эту кепку ему на голову. Федя быстро стащил её с себя и помотал головой, поправляя свою причёску. Стал рассматривать оценивающим взглядом, уже самостоятельно примеряя её. — Заботливый какой, — хмыкнул Федя и отложил кепку в сторону, — это был намёк! — Намёк на что? — На то, что ты выглядишь так, что отжарил себе моз… Ха-ха! Не надо! — Меркуров не дал завалить себя, а тем более прибить подушкой. С того дня Маев всё возвращал кепку её владельцу. Рома опять пропал и не появлялся на его глазах. Однако, как-то выйдя провожать Федю, уже поздним вечером, он заметил, что на крыльце соседнего дома кто-то сидит. Может, его сестра? А может и он сам, кто знает. — До завтра, дорогуша! — Федя помахал ему и стал убегать к себе. — До завтра, Федька, — посмеялся Боря. Глянув на силуэт, он вернулся ненадолго домой и вышел уже с кепкой в руках, неся её к соседскому дому. Просто отдаст её и всё. Даже если сидит сестра Ромы. Ах да, может и тётка… Интересно, а где его мама? Наверно, отказалась от него или ещё что-нибудь страшное случилось. Маев сам себе помотал головой и осмотревшись, уже побежал к соседям. — Рома, ты? — силуэт, закутанный в плед, тут же дёрнулся и Боря понял, что не ошибся, — я кепку твою принёс. Ответа не последовало, но взгляд на себе Боря точно чувствовал. Протянул парню его кепку, молча ожидая. И Рома её наконец-то забрал, положив рядом с собой. Поняв, что скорее всего разговора не выйдет, Маев тут же направился обратно. — Постой, — услышав чужой голос, Боря обернулся, — у тебя на спине какая-то дрянь сидит. Боря принял попытки самостоятельно стряхнуть с себя это что-то, но без помощи Ромы ему это не удалось сделать. Это оказался обычный лист, а у обоих едва обморок не случился. — Вот зараза, — посмеялся Боря и нервно дёрнулся, будто чувствуя, что по телу кто-то ползёт, — я это… Я пошёл, спасибо за кепку! И Рома только кивнул, разворачиваясь и уходя домой.