В объятиях персонажа

Вы когда-нибудь представляли как выглядит ваш идеальный человек? Вот... Вы лежите перед сном, с закрытыми глазами, и представляете... Какие у него или у неё глаза, как они меняются в темноте или на солнышке. Какой красивой формы нос, хотя кто-то не заостряет внимание на этом, но вы себе представили прекрасный носик. Какие губы, вы же точно их себе в голове нарисовали, правильной формы, по вашему мнению, мягкие и сладкие, как мёд. Какие волосы, самые мягкие, отражают свет и плывут по воздуху. Какая кожа, мягкая, нежная, иногда даже опасно к ней прикоснуться лишний раз, вдруг повредишь. Как он(а) улыбается, даже над самой нелепой шуткой, это смешно, потомучто ты это сказал(а), или хмурится, когда что-то не понимает, а ты ему объясняешь, как будто на другом языке. Как он движется, плавно или резко. Как она разговаривает, это ведь как мелодия из давно забытой композиции, самая красивая и душевная, которую не перепутать с другими. Как он смотрит на вас, любуется, восхищается каждым твоим движением... Какой у неё парфюм, одежда, чем увлекается, какие у него мысли на эту жизнь... Он или она в вашей голове, всегда рядом и в то же время далеко. Больно, но не хочешь её исчезновения, потому что приятно. Человек существо странное, будет себе делать больно ради минуты наслаждения. Я бы сказал, что они дураки, но... Я такой же... Я никогда не чувствовал себя полностью одиноким. Всегда был кто-то рядом, даже Птица, но он был. А теперь я в полном одиночестве в большом доме. Особняк, в котором живу только я... Голые стены начали напрягать, так что заказал себе несколько картин, не важно сколько они стоят. И вот я нашёл её... Из сотен картин, я нашёл портрет прекрасной девушки. Ты смотрела не на меня, а куда-то вдаль. Была вся в цветах, в лёгком белом платье, через экран я мог почувствовать, как от тебя пахнет весной. Ты была прекрасна. Мой идеал, хоть не я тебя начертил. Я влюбился в тебя, хоть и не видел в реальной жизни. Я считал минуты, пока курьер приедет с посылкой. Мне неважно, что с другими картинами, пусть бросит где-то в углу и не мешает. Главное, чтобы ты не пострадала. Ты неотразима. Почему я не родился в девятнадцатом веке, когда тебя нарисовали? Я поставил тебя на самое видное место, каждое утро, каким бы хмурым я ни был, я таял рядом с картиной и говорил: "Доброе утро, солнышко". Хоть раз бы ответила. Я бы умер от счастья, если бы ты была рядом. В один вечер... Всё так резко произошло... Я работал с открытой дверью, и краем глаза увидел, как проходит рядом фигура в белом платье. Я сразу тебя узнал. Я как ошпаренный вышел посмотреть, пошёл в сторону, куда ты шла. - Эй, кто тут? - настороженно спрашиваю, а в ответ еле слышимый смех. ТВОЙ СМЕХ. Я себе таким его и представлял. Таким... Детским, приятным, от которого сердце наполняется теплотой. Я искал во всём доме, даже на чердаке и в подвале, но не нашёл тебя. На картине ты так же смотрела куда-то вдаль. Как будто не ты гуляла и смеялась тут. - Спокойной ночи, проказница. - сказал перед тем, как уйти к себе в комнату. На второй день я нашёл на кухне, на кофеварке, цветок. Одинаковый с тем, что запутался у тебя в волосах. Были и маленькие шаги, которые хотели подойти ко мне, и в воздухе витают остатки твоего аромата... А могла шепнуть на ушко что-то на французском, а потом испариться, когда я поворачивался посмотреть на мою прекрасную богиню. Ты не показывала себя, и это меня раздражало. Мне уже мало картины. Я хочу увидеть тебя полностью. Хочу любоваться твоей красотой не только с картины. - Пожалуйста, не прячься от меня. - шепчу смотря на картину. - Я знаю, ты где-то рядом. А потом холодная рука еле дотронулась до моей ладони. Я... Я так сильно боялся повернуться, чтобы ты не исчезла. Но ты была тут, за спиной. И ты была безупречна. Даже красивее, чем на картине. Стояла в своём нежном белом платье, смотрела на меня с милой улыбкой, ждала от меня действий, но я даже дышать боялся, не то чтобы сделать что-то. Я дрожащей рукой коснулся твоей щеки, и ты просто закрыла глаза, начала улыбаться ещё сильнее. - Ты тут, mon amour. (любовь моя) - еле могу выдать это предложение. Ты была неразговорчива, больше гуляла по дому, а я за тобой как собачонка, пытался тебя покорить, завязать разговор. Сначала на русском, потом на французском, но ты ни разу не ответила, только иногда могла смеяться над бедным рыжим или напевать какую-то мелодию. Я даже пытался выучить язык жестов, но... - Я тебя прекрасно понимаю, gingembre mignon (милый рыжик), просто... Je suis timide, vous me jugerez pour mon accent. (Я стесняюсь, ты меня осудишь за мой акцент.) - сказала рядом со мной. Ты говорила так чисто на французском, и с приятным акцентом когда говорила на русском. - Не надо стесняться, mon chéri. (милая моя). - я встал с места и обнял тебя, как бы странно это не звучало. - Я тебя приму любой, только не прячься, прошу тебя. Я обнимался с призраком, с плодом моего воображения, но это меня не волновало. Ты тут, рядом. Моя идеальная. Моя прекрасная. Я осознаю, что, может быть, я сошёл с ума снова, но на этот раз мне чертовски хорошо в моём бреду. Я не горел желанием с тобой переспать или поцеловать, мне достаточно того, что ты тут. Ночью я обнимал тебя, а утром просыпался от твоих нежных касаний на моём лице, любовался, как ты лежала напротив и с тёплой улыбкой смотрела на меня. Ради тебя я начал часто читать вслух, а ты слушала, иногда спрашивала про какие-то слова. Я тебе с радостью их объяснял или переводил. Я для тебя любил устраивать романтические вечера, ужин при свечах и с классической музыкой на фоне. Иногда мы даже танцевали под медленную мелодию Фабио Боргацци. Твоя маленькая ручка идеально ложилась в мою ладонь, как и талия которую я с удовольствием обнимал. - Ты пахнешь покоем и умиротворением. - говорю, смотря в твои прекрасные глаза. - Это как? - хихикаешь. - Ты пахнешь лавандой, магнолиями и цитрусами. Эти ароматы расслабляют человека, а ещё они прекрасно подходят тебе, déesse de mon coeur. (богиня моего сердца). Рядом с тобой мне спокойно. А на утро... Меня разбудили твои прикосновения, но тебя не было. Это всего лишь сквозняк и лучи солнца. Тебя рядом не оказалось, я обнимал подушку. - Солнышко, ты где? - спросил громко, а в ответ тишина. - Т/И? Тебя нет. Нет. Нет. Нет. Нет... Такого не может быть! Ты ведь вернёшься, правда? Просто я в чём-то провинился, и ты обиделась. Я балбес, я мудак, но возвращайся, пожалуйста. Но ты не вернулась. Ни на следующий день, ни даже через неделю, а я, как дурак, ждал тебя, спать не мог. Сидел перед твоим портретом и ждал, когда ты сжалишься и появишься вновь... Подсознательно я понимал, что ты лишь плод моего воображения, но это было слишком приятно, чтобы с этим как-то бороться. Я хотел почувствовать себя счастливым, любимым... Я хотел, чтобы рядом был мой идеальный человек, который будет меня любить. Я знал, что ты- мой бред, что ты как Птица, но я не хотел, чтобы ты уходила. Мне с тобой было так... Легко... Я даже наглотался таблетками, что Рубинштейн мне давал для пробуждения Птицы, но ничего. - Т/И, mon chéri. - дрожащим голосом говорю, гладя холст. - Пожалуйста, не оставляй меня. Я сделаю всё, что пожелаешь, но не бросай меня тут. - я как тряпка упал на колени перед тобой. - Я не хочу жить без тебя, солнышко. Я бы сказал, что похож на наркомана, хочу ещё одну дозу счастья и любви, и меня ломает от ее отсутствия с каждым днём всё сильнее. Меня убивает мысль, что тебя нет. - Я люблю тебя... А в ответ режущая тишина. - Не оставляй меня одного, пожалуйста. - слёзы стекают по щекам, а сердце разрывается от боли. - Ты мне очень нужна...