В объятиях персонажа

Сложно быть никому не нужным и изначально плохим во всем. Камнем, который тянет семью на дно. Ты всегда пытаешься доказать, что это не так, что ты на ровне с другими и достоин любви. Закрываешь глаза на свои мечты, они сменяются погоней за желаниями семьи, в надежде что если сделаешь то, что им хочется, они тебя похвалят, скажут что ты теперь достоин своей фамилии... После смерти матери Алтан остался у дедушки, а ему он и в подмётки не годится. Для дедушки Юма была надежда и гордость клана Дагбаевых, а Алтан... - Слабый и никчемный мальчик, даже сделать что-нибудь не смог во время теракта. Не понятно если он сможет ходить, что говорить о власти или достойного места в клане. А Юма была всегда занята, не было времени на брата, который ничего не поймёт. Она делом занимается, а он... Как девка, с цветочками играется. Это равнодушие, недоверие и пассивное унижение в сторону себя сказались не наилучшим образом. Алтан хотел доказать что это не правда, что он достоин любви и уважения. Он не связал свою жизнь цветоводством, а вступил в клан, с болью в ногах, но начал тренироваться, и даже если его никогда не интересовало власть, он поставил себе цель вернуть силу Дагбаевых в Питере. После теракта Алтан страдал из-за травм, из-за потери матери, из-за семьи... Даже после нескольких лет он чувствовал эту боль, она всегда присутствовала внутри. Даже твоя любовь не могла его до конца успокоить, он часто ловил себя на мысли, что ты его никогда не полюбишь так сильно, он не достоин этого. Алтан решил, что если он станет мстить Разумовскому, будет легче. Смерть матери будет сглажена, раны исцеляться полностью и он не почувствует больше фантомные боли, ты его полюбишь ещё больше и никогда не бросишь, а в клане он приобретёт уважение за убийство главного врага Дагбаевых и просто омерзительного человека. Это его ключ к счастливой жизни, к искуплению. И хоть ты пыталась его переубедить, что это не изменит его в глазах других, он говорил что ты его жалеешь и думаешь что он слишком слабый для этого. Но... Ничего не получилось... Власть не смог получить до конца, Разумовский со своим дружком и Чумным сбежали... Потом Юма пристыдила как маленького мальчика, унизила и показала, что он как был маленьким и слабым, таким и остался. - Алтан... - Ничего не получается! Он разозлено швырнул со стола всё на пол. Ты пыталась его успокоить, но ничего не помогает, он уже пол часа злой кричит на всю вашу квартиру, швыряет в стену или на пол бьющийся вещи. - Я был так близок! Чёртов Разумовский, из-за него всё! - Давай ты успокоишься и... - Не надо со мной говорить как с маленьким ребенком! Я не ребёнок и я бы убил его! Тогда всё было бы хорошо! - Ничего бы не изменилось, Алтан. - Ты права... - он резко остановился и смотрел на старую фотографию мамы и его. - Потому что я никчемный, и в твоих и их глазах я останусь таким. Ты приблизилась и осторожно положила свою теплую ладонь на его холодную щёку. Подушечкой большого пальца ты вытерла одинокую слезинку. - Месть не сделала бы тебя счастливым, как и признание в клане. - шепчешь и он поднял на тебя свой взгляд. - Это ничего не исправит, и не излечит. - Но так меня полюбят. - Я тебя люблю и без этого. И мама бы тебя любила вне зависимости от того, будешь ли ты таким, как твоя сестра или нет. Ты прекрасен по своему, а месть... Пока ты сам не поймёшь, что ты достоин всего самого хорошего, без убийств и погони за власть, ты не успокоишься. Подумай, чего тебе и вправду нужно для счастья. Алтан продолжает смотреть на тебя, ничего не говорит и с трудом сглатывает. - Если тебе нужно время, я могу уйти, не мешать тебе медитировать... Ты хотела отдалиться от него, но Алтан тебя крепко обнял и прижал к себе. Он уткнулся носом в твою шею и глубоко дышит, пытается успокоиться и не начать истерику. В твоих объятиях ему было хорошо, уютно, вся злость улетучилась и сменилась спокойствием. - Ты мне нужна. Единственная, кто меня любит и не хочет от меня чего-то взамен. Я хочу тебе лучшего, и поэтому... - Мне рядом с тобой лучше всего. Он отстранился на небольшое расстояние и нежно поцеловал в губы. Алтан мило улыбнулся и прижался своим лбом к твоему. - Спасибо, моя Глициния.