конец с запахом гептаналя

у ниа в голове конспект по биологии, цепочки по химии, стихотворение по английскому, двадцать четвертая серия евангелиона, надоедливая песня, звонкий апрель и мелло. у ниа в руке светло-розовая тамагочи, за щекой — чупа-чупс с клубникой, а над виском на белесых кудрях пристроились заколки с мелоди и хеллоу китти. на шее висели белые наушники, обклеенные стикерами с каору и синдзи. у ниа подавляемая склонность к суициду, высокий интеллект, альбинизм, аллергия на кошек и любовь к мальчику из параллельного класса. его имя — михаэль, но для школьных мозгов и языков это слишком сложно, поэтому все звали его мелло. у него цепочки на шее, браслеты с шипами, блестящие пшеничные волосы, отросшие почти до плеч, самостоятельно выстриженная челка, заколка с куроми и септум. у мелло в одной руке небольшая ладошка мальчика-альбиноса из параллельного класса, а на костяшках другой — пластырь с хеллоу китти — опять подрался со старшеклассником, в ней же — новенький скейт со стикером евы-01 на задней части. на ниа белая, как облако с детской картинки, рубашка, светло-голубой оверсайз вязаный жилет и школьные брюки, а мелло своеобразно забил на форму. он носил черные джинсы клеш с порванными коленями, такого же цвета топ под горло и светло-серую вельветовую рубашку с собственноручно сделанной узнаваемой надписью угольной краской по ткани «my chemical romance» на спине. ниа подумал, что мелло красивый безумно. нэйту нравилось держаться за руки с михаэлем: это не напрягало, совсем не так, как с другими. все такое странно-правильное: цветущие яблони в парке, роса на сочной зеленой траве, розовато-фиолетовое утреннее небо, подернутое туманом и легкими облаками. жизнь вообще какая-то совсем непонятная. на коже мелло играли блестяще лососевые, как рыбья чешуя, отблески едва зародившегося рассвета. голубые-голубые глаза вобрали в себя миниатюру парка. в воздухе витал щекочущий ноздри запах гептаналя, тривиально — свежей травы, но ниа приятнее думать химическими терминами. мелло крепко держал его за руку, не давая ускользнуть, исчезнуть, как фее, случайно показавшейся творцу. ниа эфемерный, светлый-светлый, мало эмоциональный, но привязывающийся крепко-крепко. мелло же в ответ не умел предавать. воробьи наивно щебетали где-то в кустах, переговариваясь о чем-то своем, исключительно птичьем. ниа смотрел мелло в глаза, утопая. бабочка капустница трепетала хрупкими крылышками над кудрями ниа цвета серебристой звездочки. нэйт мелко дрожал и часто дышал. мелло молча поставил скейт на землю, притянул мальчишку к себе, обвил руками за талию, положил подбородок ниа на затылок, потому что разница в их росте достаточно ощутима. михаэль, как большая сверкающая птица-феникс. обязательно возродится из пепла, чтобы защитить свое. блестел яркостью, сгорая в ней же. — я рядом, — прохрипел мелло: голос сел из-за длительного молчания. ниа приложил ухо к области, где находилось сердце юноши: оно стучало быстро-быстро и сильно, как птичье. нэйт ощущал тепло тела михаэля через ткань топа. — я рядом, ниа, слышишь? — мелло провел ладонью по спине возлюбленного. ниа надеялся, что слышит и чувствует то, что есть на самом деле. ему страшно. что михаэль — это только его выдумка, фантазия, воображаемый друг, тульпа, да как угодно, суть одна — ниа боялся того, что мелло не существует, того, что они исчезнут. оба. потому что если михаэля рядом не будет — очевидно нэйт не выдержит. — ты настояший, — голос у ниа был высоким, будто и не сломавшимся, и почти потусторонним. — правда же? — бездумно вопросил он у самого себя. мелло не ответил, лишь прижал крепче, дав ниа прочувствовать себя, реального себя всем телом. вокруг преломлялся парк, цветущие яблони, белесая бабочка капустница, воробьи в кустах. завтра мелло на полной скорости собъет пьяный водитель. вельветовая светло-серая рубашка в пыли с подтеками крови, черный топ и угольные джинсы клеш, цепочки на шее, браслеты с шипами, спавший с костяшек руки пластырь с хеллоу китти, слетевшая заколка с куроми, разметавшиеся грязные пшеничные волосы. переломленный пополам скейт со стикером евы-01 на задней части. совершенно пустые, как у лосося, голубые глаза. угасшее навечно птичье сердцебиение. навечно. мелло было нестрашно и даже почти не больно. послезавтра ниа спрыгнет с крыши десятижтажки. головой вниз, так ведь надежнее. и тогда в мозге не останется ни конспекта по биологии, ни цепочек по химии, ни стихотворения по английскому, ни двадцать четвертой серии евангелиона. ни мелло. да и сам мозг в черепной коробке не останется. рубашка, уже не как облако с детской картинки, а как грязное кровавое мессиво, школьные брюки, жилет в багрянце и пыли. раздробленные белые наушники, обклеенные когда-то стикерами с каору и синдзи, раскрошенные заколки с мелоди и хеллоу китти. белесые кудри, что теперь багровые. неизвестно откуда взявшаяся бабочка капустница. эфемерный и исчезнувший. навечно. ниа было больно, страшно и одиноко. но это будет не сейчас. сейчас они стоят в парке вместе, любящие и немного сломанные. сегодня. 24 апреля 2006. 6:05am. вот только когда было это «сегодня»? 15 февраля 2022. 11:03pm.