Пока я здесь, никто не сможет причинить тебе боль.

В комнате Сэма я просидела не долго. Она пришла. Она попросила поговорить и вывела меня на улицу под одобряемый взгляд однокурсника. Она аккуратно взяла меня за руку. Незачем скрываться, я сама это понимала. -Долго будешь от меня прятаться? Я хочу извиниться, - она вела меня по улице и взглядом попросила подняться на ту самую крышу, где мы встретились… …-Прости меня, я работала над новым альбомом, и я просто не могла ответить тебе, - сказала Билли. -Это всё равно не оправдывает то, почему ты так поступила со мной, - фыркнула я, даже не смотря на девушку. -Мони, - она приблизилась ближе ко мне и шепнула на ухо, - моя мама последнее время была в гневе. Она слетела с катушек, и единственное, что ей сейчас помогает - это вонючие таблетки. Она часто ругалась на нас с Фином, а тогда, когда написала ты, она вообще разбила мой телефон и не дала подойти к нему. Мы с братом целый месяц сидели без интернета и гаджетов. Я просто не хотела тебе этого говорить из-за того, что мне было стыдно. Моя мама - святой и добрый человек, но я так и не поняла, что на неё тогда нашло. Она еле отпустила меня в Нью-Йорк, потому что я сказала, что тебе нужно отвести собаку. -Ты же знаешь, что я до сих пор держу обиду на тебя, - равнодушно промолвила я, - целый месяц, Билли. Целый месяц! Это тебе не час игнора, после чего я могу сказать «наверное, она занята», это месяц молчания с твоей стороны. -Я понимаю, Мони. Сложно поверить в то, что я не писала тебе из-за своей мамы, но ты можешь не верить, - она опустила свой взгляд и ожидала моего ответа. Я встала. Прошлась по крыше, нервно сдирая лишнюю кутикулу с большого пальца. Я всегда хожу по комнате, когда нервничаю. -Я не хочу больше доверяться тебе. Если ты хочешь действительно серьёзных отношений, вместо этого кипиша, что происходит сейчас, тогда тебе придётся охренеть как сильно извиняться. Я потеряла надежду на наши отношения. Я просто устала вытягивать их одна. Ты не прикладываешь никаких усилий к нашему развитию. Тогда зачем тебе место в моей жизни, если наша «любовь» стоит на месте и, если движется, то только в тупик? - в уголках моих глаз набухли слёзы, - я не понимаю тебя. Ты говоришь мне, что я важна для тебя, но потом заставляешь меня чувствовать, что я ничего для тебя не значу, но зачем? Поняв, что я не должна плакать из-за вины Билли, я быстро смахнула их с лица. -Я…я даже не знаю, что тебе сказать. Ты сейчас на взводе. Боюсь, сегодня мы не сможем нормально всё обсудить, - певица растерянно почесала лоб, - я оплатила твои счета за больницу, можешь не беспокоиться за это. Но уходить я не собираюсь. Я останусь с тобой. И ты можешь делать, что хочешь: убегать, биться головой об подушку, швырять в меня первые попавшиеся предметы, но я не уйду. Не то, что я пытаюсь показаться крутой и сильной, чтобы потом твердить всем «да, я осталась со своей любовью, когда ей было плохо». Это совсем не так. Я останусь здесь настолько, сколько потребуется времени. Пока ты не вернёшь силы обратно в свой организм. Ни на шаг я не отойду. Девушка уловила на себе мой непонимающий взгляд. -Даже в туалет я пойду с тобой, - предупредила Билли, - я буду ждать момента, когда ты скажешь «я готова с тобой поговорить». И я искренне надеюсь, что этот момент когда-то наступит, ладно? - зеленоволосая удобнее уселась на бетон рядом со мной и прикрыла глаза. «Спасибо, Билли. Спасибо тебе за то, что осталась со мной. Мне так не хватало присутствия человека рядом. Мне было грустно и одиноко. Я устала. Я устала терпеть всё это одна. Я всегда радовалась жизни меньше, чем остальные. Именно это я пыталась донести тебе, Билли. Но не смогла. Потому что слёзы полились бы ручьём, а я держу свою гордость. Поэтому лучше было просто промолчать, нежели расплакаться, как маленький ребёнок в песочнице, которому не досталось игрушки. Теперь я смогу спокойно заснуть и не тревожиться. Ведь она уже рядом, а это значит, что мне не о чем беспокоиться». -Я готова с тобой поговорить, - я снова оглядела девушку через пару минут молчаний, - прямо здесь и сейчас. В данный момент я не могу сказать, что чувствую к тебе. Мне нужно время. И как можно больше, - я снова встала и начала ходить, это уже вошло в привычку, - мне нужно всё тщательно обдумать и понять факт про твою маму. Если это правда, то мне очень жаль. И я надеюсь, что скоро она поправится. За пару дней до её гнева ничего не происходило? Может, что-то её расстроило? -Нет. Не знаю, - Билли опустила глаза и отказалась от зрительного контакта со мной, - они часто ссорились с отцом. И мы с Финном всегда просыпались ночью из-за их скандалов. -Так, - промолвила я. Я никогда не считала себя человеком, способным дать правильные советы, ведь порой я не могу справиться даже со своей жизнью. -Знаешь, забей. Они сами разберутся, - перебила меня певица. -По приезде в Лос-Анджелес постарайся быть рядом с мамой. Думаю, ты поможешь ей справиться со всем, - сказала я. Мы отправились в отель Билли. Он находился в паре минут от моего университета. Комната звезды была весьма богатой. Широкая кровать занимала бОльшую часть комнаты. Туалет состоял почти полностью из золота. А в углу стоял скромненький шкафчик и тумбочка. -Я не хочу, чтобы у вас с Эшли были недопонимания. Она просто помогла тебе. Она очень нервничала, когда узнала, что ты попала в больницу. -Я знаю, - спокойно ответила я, потирая руки. Мои мысли отвлекла моя собака, которая выбежала из сумки-переноски, услышав мой голос. -Боже, Кейси, как же я скучала, - взяв питомца на руки, я посмотрела на певицу, - теперь ты будешь жить у меня, пупсик, я больше тебя не оставлю в другом городе. *** Мы приняли решение, что Билли останется в Нью-Йорке ещё на несколько дней. Но теперь всё было совсем не так. Совсем не так, как я себе представляла наш отдых здесь. Мы боялись лишний раз друг до друга коснуться. Когда делали это нечаянно, сначала смотрели друг на друга, а потом извинялись. Между нами постоянно было какое-то напряжение и неловкое молчание. Раньше мы могли разговаривать о чём угодно, но сейчас боялись сказать что-то не то. Мы с Билли вели себя, как незнакомые люди, которых кто-то заставил вместе гулять, кататься на велосипеде или ходить в магазин. С Эшли мне пришлось помириться, и мы починили мой несчастный телефон, который в нашей ссоре с Айлиш пострадал больше всего. Наступил последний день с певицей. Мы с Эшли решили проводить её до аэропорта и уже стояли там, сложа руки. Опять это неловкое молчание. -Мы будем скучать, - после этих слов Эшли оглянула нас и замолчала. Она тоже боялась сказать что-то не то. Все мы боялись. -Мой самолёт, - произнесла Билли и посмотрела на меня. -Ты нужна своей маме, - я улыбнулась Айлиш и последний раз взяла её за руку. Зеленоволосая мягко улыбнулась и, развернувшись, пошла к выходу. Я тоже отвернулась, не желая больше видеть её образ, её зелёную макушку и широкие штаны. Все эти вещи стали мне родными. Я не знаю, что я чувствую. Я не знаю, что я делаю. Я не знаю, кто я и чего хочу.