Запретно

Каждое утро Астория совершала один и тот же ритуал: идеально прямые волосы укладывала в локоны. Она была красивой. Это вторили все встречающиеся на её жизненном пути люди. Она имела запоминающиеся черты лица, которые притягивали к себе взор противоположного пола. Не зря же столько столетий предки извращались в поисках лиц, подходящих под золотое сечение, заключая чистокровные браки. Астория была благородной породы. Она была заветной мечтой любого. Однако, она с нескрываемой гордостью носила статус девушки Драко Малфоя. Сегодня было четырнадцатое февраля. Она обожала этот праздник. Большой зал был украшен серпантинными сердцами, совиная почта приносила любовные письма и подарки, вокруг воркующие парочки, а воздух был сладок, словно сахарный сироп. Она ожидала, что сова от её любимого принесёт письмо с признанием о чувствах в тот же миг, как только она приоткроет веки и взмахнет ресницами, но, увы, она заблуждалась. Драко её не поздравил ни спустя час, ни спустя три. И это нехреновая предпосылка к скандалу. Астория направлялась прочь из Большого зала на предстоящее занятие по чарам, когда увидела его слева от входа, одного, подпиравшего спиной стену. Она улыбнулась, пряча своё отвратное разочарование. Аристократки умели быть актрисами, словно каждая всевозможная эмоция была вылита в маску, предстояло только надеть ту на лицо. — Привет, милый, с днём всех влюбленных, — Астория поднялась на носочки, целуя его в щёку, — Подарок тебя ждет вечером, ты же помнишь? Вечером в восемь на Астрономической башне. — Привет, — он приобнял её за талию, — Конечно, помню, это так мило, что ты подготовилась. Это не мой любимый праздник, прости, — он не выглядел раскаивающимся, просто результат дорогостоящего воспитания. Астория знала, что Драко хотелось, чтобы девушка, которую он сейчас прижимал к себе, была другой: ниже ростом, кареглазой шатенкой. Именно такой, которая только что прошла мимо, не отрывая взгляд от пола. Астория чувствовала это нутром, но упрямо не хотела замечать. — Та ладно, — отмахнулась она, улыбаясь, — Этот праздник, просто повод провести еще один замечательный день вместе. — Конечно, — пробубнил. — Увидимся, милый, — Астория знала, что мысленно он уже не с ней, задерживаться смысла не было. Можно ли считать изменой, когда твой парень влюблён в другую, но они даже не общаются? Она много провела времени, размышляя над этим вопросом, намеренно не желая найти ответа. Поэтому Астория молчала, отгоняя эти мысли, словно раздражающе жужжащих мух, прикрываясь тем, что это глупость и не более.

***

Астория, собрав всё необходимое для идеального свидания, шла на Астрономическую башню. Поднявшись на вершину, она наколдовала купол из согревающих чар. Сегодня было холоднее, чем в предыдущие дни. Ртуть в термометре опустилась до отметки в минус тридцать градусов. Было около половины восьмого, нужно было поторопиться, Астория принялась за создание романтической атмосферы: расстелила плюшевый коричневый плед, поставила на него бутылку выдержанного вина, фруктовую корзину и обожаемые Драко сладости. Она давно решила для себя, что её первая близость будет на день всех влюбленных. Астория провела много бессонных ночей, проектируя самые разные сценарии и останавливаясь на идеальном, который именно в этот миг так старательно воплощала в реальность. Ей нравилось, когда всё спланировано идеально и она была уверена, что первый секс станет безусловно романтичным моментом, который она будет вспоминать с замиранием сердца до самой старости. Ей хотелось подарить себя мужчине, которого она так сильно любит. Она подошла ближе к перилам, рассматривая просторы школьного двора. Сегодня было полнолуние, которое освещало всё вокруг, оставалось три минуты до встречи, когда внезапно её взгляд зацепился за силуэты на границе Запретного леса. Она узнала бы его по невесомому прикосновению к коже, даже будучи незрячей. Драко прижимал к себе Гермиону, касаясь её волос. Астория закрыла глаза ладошками, чтоб картинка как можно быстрее исчезла. Она не знала, сколько прошло времени прежде, чем она смогла успокоиться и остановить струящиеся по щекам слёзы, но когда она осмелилась взглянуть снова, было пусто, и ей хотелось верить, что показалось. Сколько времени он лицемерил и притворялся? Она год носила маску, скрывая своё собственное я, пытаясь ему угодить, а их отношения — сплошная фальшь. Астория сожалела о том, что была такой наивной, предполагая, что Драко верен ей. Она корила себя за свой самообман, но, как бы ни было обидно, она не могла заставить себя сожалеть о том, что любит его. Хотелось курить. Она полезла во внутренний карман мантии, доставая запечатанную пачку сигарет, которые купила для Драко. Астория не была заядлой курильщицей, они изредка баловались с девочками на пижамных вечеринках, потому что это помогало снять тревогу и депрессию. Она крутила пачку в руках, рассматривая её; та была белого цвета с изображением цветов ванили. Запах, который она так долго считала безопасным. Она, рассматривая тлеющий огонёк, и осознание что её маленький идеальный мир так нелеп, стало обжигающим. — Астория, ты куришь? — он подошел ближе, вальяжно облокотившись о перила спиной. — Я бросила, — ответила она, мягко улыбаясь. — Однако, нам удалось остаться близкими друзьями. В его глазах мелькает озарение, он несомненно понимает, что она знает о его тайне. В любом случае, она не признается ему, слишком низко всё это, Астория не будет пачкаться. Она делает глубокий вдох и чувствует от него запах роз. Это была чужая любовь. Окурок летит вниз, исчезая в тёмной мгле, Астория не была простушкой и уж точно не глупой, она гордо направляется к лестнице, как бы ни хотелось устроить разбирательства со слезами, выкриками и руганью, она осознает бесполезность этого концерта. Драко слишком далёк от неё. Единственно правильный выход — красиво уйти. — С днём всех влюбленных, Драко, — согревающие чары давно развеялись. — Замёрзла немного, не хочу заболеть, — шепчет она прежде, чем спуститься по извилистой лестнице. Теперь отношения с наследником Малфоев ей не казалась заветной мечтой, теперь это чувствовалось, словно их друг с другом сковали волшебным обетом. Там, где брак без любви, будет любовь без брака. Астория соврёт, если скажет, что ей хочется уйти. Она присаживается на последнюю ступеньку и закрывает глаза ладонями. Жизнь равно несправедливость. В груди саднит, кажись разбилось что-то очень важное и теперь осколки впиваются в плоть, прорываясь наружу. Тори поднимается, и бежит назад. Волосы путаются, забиваются в рот, насколько сильно она спешит вернуться назад к нему. Ничего невозможно сделать с этим. Она всё равно не может злиться. Любовь та ещё блядь. Он стоит опершись спиной о перила, на том же месте, его пальцы перебирают многочисленные лепестки белой розы. Он поднимает взгляд, и на его устах появляется ухмылка. Он знает, о том, как сильно проник внутрь неё. Он знает, о том, что ему всё сойдёт с рук. — Тебе, — он протягивает ей цветок, такой невинный выбор, своеобразное двуличие. — Мой любимый, спасибо, — очень тихо отвечает она. Она конечно врёт, потому что ей, на самом деле, нравятся лилии. Драко подходит ещё ближе, касается тыльной стороной ладони её щеки, томительно медленно опускается ниже, шея, ключицы. Асторию колотит от страха, но смешанного с другим чувством, незнакомым ранее. Возбуждение. Она чувствует как Драко возводит тепловой купол из чар, чтобы они не замёрзли. Они пойманные в ловушку, спрятанные ото всех. Он наклоняется к её шее и проводит по ней языком. Перед глазами всё кружится. Астории кажется, вот-вот, и она свалится в обморок, впервые в жизни, от взрыва ощущений внутри неё. Её одолевает стыд, когда она чувствует как горячо и влажно становится между ног. Малфой хищно улыбается, будто бы проникает в её мысли. Тори чувствует как её лицо покрывает предательский румянец, а к шее неприятно липнут волосы. Она надеется, что не вспотела в приступе стыда, и это просто его влажная метка. Драко протягивает руку и подушечкой большого пальца касается её нижней губы. Его рука ложится на её затылок, он наклоняется и проводит языком по её губам. Кажись, Астория вовсе забыла как дышать. Она обхватывает руками его плечи, роза где-то теряется во мраке обстановки. Она проводит пальцами по его рукам, аккуратными движениями, вкладываю всю свою нежность, он всё равно напряжен. Его губы скользят по её губам, вжимаются с напором, ласкают и одновременно дразнят. В этом весь он. И кнутом и пряником. Его язык пробирается меж её губ и касается. Он целуется самоуверенно, властно, вовсе не так как раньше. Губы горят огнём. Драко хватает её за ягодицы и больно сжимает, Астория вздрагивает. — Сними, эти чертовы тряпки, — его голос звучит грубо. Астория как зачарованная, расстегивает молнию на платьице, оно беззвучно падает к их ногам. Она полуобнаженная, соски затвердели от желания, Малфой присаживается, опираясь на колено, он одним рывком стягивает чёрное белье. — Теперь хорошо, — он проводит ладонью по её бедру, поднимаясь выше по животу к груди. Он сжимает напряженный сосок, вырывая из Тори её первый жаркий стон. Пальцы, которыми он гладит её холодные, и пахнут табаком. Она смотрит на него, его лицо — маска. Она не могла распознать расстроен ли он, огорчён, что он чувствовал сейчас? Он тянет её за руку вниз, и она покорно ложится на мягкий плед. Драко наклоняется над ней, втягивает сосок в рот. Проделывает то же самое с другим. Асторию прошибает от новых ощущений. Ей кажется, что она умирает, настолько всё, что делает Драко — невероятно. Она кусает губы, чтобы не стонать, она до сих пор не знает нравится ему это и можно ли так распутно вести себя будучи леди. Драко опускает ладонь ниже, и касается её там. Она не может скрыть дрожь, окутавшую тело. Его пальцы скользят по влажным складочкам. Каждое касание как удар электрошоком. Она не может больше себя контролировать, мозг превращается в сладкую тягучую вату. Единственное что она хочет, чтоб он трогал её всегда. Его уверенная рука ласкает всё активнее, беззастенчиво, надавливает всё сильнее на клитор. И это чертовски хорошо. Он вводит неглубоко в неё указательный палец, и она стонет, от чувства наполненности, сердце горячо бьется внутри, ему тесно и неймется вырваться наружу. И приятно, и страшно одновременно. Драко расстегивает брюки. Астория зажмуривается, между ног пылает, тело знает, что сейчас будет. Он широко раздвигает её ноги, и нависает над ней. Его тело бескомпромиссно вдавливает её в пол. Словно, ощутив горечь её страха, он впивается в её припухлые губы поцелуем. У Астории наконец-то получается расслабиться, полностью окунуться в эйфорию. — Драко, — выдыхает, чувствуя как он резким толчком вошёл в неё. Острая вспышка боли, и спрятавшаяся в волосах трусливая слезинка. Она не невинна больше. Он ритмично движется в ней. Астория стонет, это полное безумие чувств. Боль и наслаждение сплелись воедино. Она обнимает его сильно-сильно, шею обжигает от его дыхания. Боль отступает, оставляя только долгожданное удовольствие. Она знает, что больше не принадлежит себе, теперь только ему. Всё заканчивается резко, он отрывисто стонет, кончая. Он стал её первым и останется единственным. От чего хочется убежать и заплакать? Драко скатывается с неё и ложится рядом. Больше они не говорят. Он взмахивает волшебной палочкой, над животом, накладывая очищающее. Молчание колючей проволокой сдавливает горло. Что тут скажешь? Астория прижимается к его груди. Нет сил смотреть в его глаза. Она знает, что они пусты. Она крепко-крепко зажмуривается, до тех пор пока не чувствует, что падает. Хотелось оказаться где-то за тысячи километров отсюда. Астория не помнила, как очутилась в своей постели. Проснувшись утром, она привычно подошла к зеркалу, рассматривая своё отражение. Глаза у нее были усталые, влажные, встревоженные, разочарованные, гордые и все равно по-прежнему голубые. Она так старалась нравится ему, так хотела угодить. И где она теперь? Астория проснулась, впервые за долгие годы отказавшись от утреннего ритуала, она оставила волосы прямыми.