Неизвестность

      «Это надо же… я столько странностей ещё не говорила»       Прошло всего-то пару дней после того, как Матрона заговорила о себе, о прошлых поступках, мыслях и… извинилась? На неё это ни капли не похоже. Или это человечность стала пускать толстые корни в каменное сердце? Нет, не верится. Нет. Полная загадка.       «Хотя… это же Валаам. Обычный тихоня, с ним странной быть не страшно»       Не страшно? Тогда о чём тебе говорит твое учащённое сердцебиение, нервный взгляд… неуверенность?       «Такого безумия часто раньше не было!»       Судя по всему, неподвластность чувств для неё чуждое, неправильное явление. Явление, в котором нервы шалят, а движения, мысли слишком резки. Они особенно резки в те моменты, когда в поле зрения помимо Валаама попадается Делайла, однажды нагло появившаяся в том сне.       Сон… вот же ответ на волнующий вопрос! Матрона нехотя вспомнила этот беспредел, плод фантазий и обречённо прикрыла глаза. Это какой надо быть собственницей, чтобы так долго злиться на вымышленное событие, подозревать парня в столь подлой клевете и прожигать дыру взглядом в спине распутной девушки? Девушки, которой важны деньги за перепихон, нежели повода позабавиться с пареньком?       «Если так подумать, почти с призраком, которого реально мало кто замечает. Разве что… кроме меня? Хах, а ведь он всегда шёл позади меня, больше наблюдал и слушал. Маленький мечтатель с огромной способностью…»       Не то, что Матрона, с огромной жаждой воткнуть нож в чье-либо тело, испачкать руки в крови и втайне хотеть занять место Михаила. Время идёт, они взрослеют, желания меняются… но в какую сторону? О чём думает девушка, когда смотрит в сторону Валаама? Что приносит его улыбка и смех на смешные слова? Или тот плач в детстве… после которого появилось желание оберегать? Матрона помнила одно правило: Чья рука его коснётся, чье дуло пистолета окажется на его горле — чёртов враг, которого следует немедленно устранить. А потом его как-нибудь успокоить. Обнять там… может погладить по спинке.       «Или вообще поцеловать… что за чёрт!» — дёрнулась от внезапной мысли так, что чуть не потеряла равновесие. Что за бред вообще лезет в голову, когда надо думать совсем о другом? Мысли и чувства противоречат друг другу, вступив в войну с гордостью и правилами. Гордость…противная до скрежета зубов. — «Неужели я действительно такая эгоистка?» — идя по знакомой тропинке, погружается в себя всё больше и пытается познать нечто, что таится в глубине души.       Неспроста изменения в себе становятся всё неизбежнее и мощнее. То влияние, оказываемое на неё новизной, не может быть случайностью — и чем глубже она погружается в свои мысли, тем больше убеждается в факте и оказывается около дерева, где был разговор. Привели её сюда раздумья и надежда на присутствие Валаама, которого… увы, не оказалось тут.       «Ну, с кем не бывает… не впервой сидеть здесь одной» — ни капли разочарования, только уединение и наблюдение за закатом.       Это успокаивает взбунтовавшиеся чувства. Матрона засыпает, и ей снится что-то приятное… вызывающее лёгкую улыбку. Это могло бы продлиться до самой ночи, если бы не чье-то прикосновение к плечу.       — Мгх, какого хера? — Матроне не понравилось то, что её разбудили. Увидев перед собой Валаама, злость сошла на нет. — Думала, что ты не придёшь, вот и уснула…       — Извини, — зачем-то бросил парень и как обычно, сел рядом, на этот раз случайно коснувшись плечом другого плеча. От этого по телу Матроны пробежала волна, и она резко встала на ноги, сделала пару шагов вперёд. — Ч-что-что не так? — признаться, состояние подруги в последнее время волновало не на шутку.       Отстраненная, погружённая в себя, она вселяла сомнения, тревогу. Это не то поведение, которое следовало от неё ожидать… Здесь играет роль что-то другое, противоречащее ей. Гораздо сильнее гнева и иной отрицательной эмоции. То, что неподвластно и давно просится наружу.       — Дьявол! А я откуда знаю?! — внутри громыхало не хуже грома, началось лёгкое головокружение. Чувства заставляли её зажмуриться, стиснуть зубы и кулаки, чтобы не закричать. Происходящее давило похлеще, чем шторм. Ей некуда бежать. Впереди тупик и чёртова слабость. — Не знаю… ты помнишь мой недавний монолог? Это было… странно!       — Эм… вовсе нет, Матр-       — Ещё как странно! — специально перебила его, чтобы продолжить разговор. — Чёрт… ладно, с извинениями проехали, они были осознанными. Но… влияние, которое ты оказываешь на меня, гораздо страннее. Я не помню, когда это произошло… а может это всё мой кошмар… не суть. Эм… — теперь брюнетка обнимала себя, унимая нервозность из-за спутанных мыслей. — Иногда так бывает. Когда ты понимаешь, что слишком привык к человеку, привязался и нервничаешь, редко видя его с другой несносной девушкой. Хорошо, что теперь редко, хах, — ого, похоже, кто-то прекращает следить за словами. —Блять! Чёрт бы меня побрал! — ни с того, ни с сего, Матроне захотелось сломать что-нибудь хрупкое своим кулаком, высвободить ненужную злость, но… позволить себе этого не сумела, и поэтому отчаянно сжимала ткань пальто.       Надо прекращать эту бессмыслицу, иначе простоять до позднего вечера запросто можно. Она развернулась к нему лицом, подошла поближе и просто села на колени, с чем-то собираясь. Благодарю темноте, её лицо было едва видно. Красные щеки увидеть не получится.       — Я поздно заметила то, как мои кровожадные желания заменились другим… неподходящим мне. В общем… — взгляд бегал из стороны в сторону, а сердце вновь застучало. — Вот… я до сих пор помню моменты, когда тебя кто-то доводил до слёз… или как я каким-то образом заставляла тебя смеяться. Это того стоило… хах, смотришь на такого милого мальчика и рука хочет поправить чёлку и заколоть её заколкой. Или обнять… эм… многое вызывает, да, — в голове завертелась та нелепая мысль о действии. Обнять или…       «Да к чёрту сон! К чёрту всё» — закричало где-то в глубине души и Матрона, устав от всех мучений, тянется губами к его губам, вовлекая чувственный в поцелуй и упуская из поля зрения весь смысл.