(Не) стерва учительница

Девушки крепко обнимают друг друга, чувствуя конец одной из главных проблем...

***

Однако начало новой... Новых. Скорая добирается до дам, которые в шоковом состоянии даже не могут понять точное состояние здоровья, отвечая на вопросы медиков на автомате. Лену с Таней в срочном порядке утаскивают на носилках, попутно проговаривая номер больницы, а их подруги провожают дам печальным взглядом. Решение приходит моментально, что и заставляет Лукину начать разговор о том, чтобы посетить больницу, который тут же поддерживает Маша. Они медленно выходят из кабинета, встречая полицейских и других сотрудников разных спецслужб. Кого-то сразу же погружают в тёмный пакет, обозначая его как труп, с кем-то разговаривают, кому-то оказывают помощь — в общем, все заняты своими делами. Младший сержант вскоре добирается до девушек, прося тех дать показания завтра, ведь у тех сейчас мыслей на конструктивный диалог не хватает. Каждый думает о своём. Внизу, на улице, плачут дети, учителя. Много людей в форме, родителей — никого не выпускают, не впускают. Запрет, который шатенка пытается решить на словах, пока Маша общается со знакомым парнем, который кратко ведает о том, что их класс не пострадал. — Третьякова, пошли документы оформлять и уезжать отсюда! — тихо говорит учительница русского, не желая акцентировать внимание родителей на себе. Излишнее внимание не нужно. Маша кивает и прощается с парнем, спеша заполнить необходимую форму некого заявления на бумаге вслед за Лаурой, после чего покидая ненавистную обитель знаний. Лукина идет к своей машине, обходя заинтересованных родителей и игнорируя их попытки начать диалог. Состояние апатии сейчас максимальное. Мысли только о подруге в больнице, Третьяковой и недавних событиях, которые долго будут сниться ей в кошмарах. Собственно, не только ей. — Маша, ты безумная! Нельзя было так рисковать собой... Ты мне очень дорога, особенно твоя жизнь. Моё сердце останавливалось каждый раз, когда ты была в опасности. Я бы не простила себе... — начинает женщина, как только оказывается с ученицей внутри автомобиля. — Лаура Альбертовна, не поверите, но я готова умереть, если моя смерть даст Вам хорошее будущее. Вы.... — учительница обрывает Машу, не желая слушать столь глупый по её мнению ход мыслей блондинки. Лаура просто молча целует блондинку, которая на время теряется в пространстве, отвечая на поцелуй не сразу же. Внутреннее успокоение посещает девушек. На время даруя миг спокойствия и душевного расслабления. С таким человеком можно погрузиться в мир без зла и происшествий, не принимая для этого специальные вещества. Страстный долгий поцелуй заканчивается на коротком едва слышном стоне ученицы, которая краснеет в ту же секунду. Апатия постепенно пропадает, а девушки лишь улучшают своё моральное состояние, не забывая о главном. — Поехали в больницу? — разрушает неловкую паузу Лукина, заводя автомобиль, на что Маша лишь кивает, не скрывая улыбки. Шатенка скрепляет руки с блондинкой, ощущая всë тепло её сердца. Вместе становится гораздо легче переживать сложные моменты. Однако диалог с полицейским прокручивается в мыслях неоднократно.

***

— Товарищ сержант, выпустите нас пожалуйста, у нас близких людей увезли в больницу и мы очень спешим к ним, — кратко проясняет ситуацию Лукина. — Послушайте, дамочка, у меня приказ — я не имею права кого-то выпускать, — заученным текстом отвечает мужчина. — Да вы хоть знаете кто я? — решает кинуть свой существенный козырь женщина, задавая вопрос, на который сама и отвечает, раскрывая основное место своей работы. — Уже боюсь спросить, кто же второй человек, который хочет уйти отсюда вместе с Вами, — с долей сарказма поддерживает диалог полицейский. — Третьякова Мария Владимировна, моя учени... — не успевает договорить шатенка, как мужчина её перебивает, начиная слегка волноваться. — Так чего вы молчали? Если это действительно Третьякова Мария Владимировна, то с вас только документы, — делает акцент на отчестве мужчина, а Лаура уже зовёт Машу для заполнения бумаг.

***

*Им всë равно кто я, а Третьякова... Кем же она является, раз для нас сделали исключение?.. * Шатенка находится в неком ступоре, что и сохраняет тишину в салоне. Девушки уже подъезжают к больнице, в которую увезли их подруг. Вместе покидают образовавшуюся тишину, окунаясь в лечебный мир: медсестры в буквальном смысле бегают по больнице, на ресепшене никого нет, из закрытых кабинетов кричат мужчины, кого-то оперируя, несколько персон своими слезами ещё больше дарят атмосфере устрашающий вид. Приходится ждать, дабы не отвлекать врачей от спасения жизней. Время летит, а Полякова со слезами на глазах находит дам, старающихся разобраться в хаосе, в котором они оказались. На душе неспокойно, особенно когда в поле зрения попадает Таня, которая обнимает Машу, не говоря ни слова. Лаура начинает прокручивать самые ужасные стечения обстоятельств, но, осознавая, что мысли материальны, решает всё таки узнать информацию от Поляковой. — Всё хорошо с ней. Сказали, что через три дня выпишут. Обморок случился от стресса, полученной травмы и голодовки, как мне объяснили, — быстро делится хорошими новостями Таня, продолжая обнимать подругу, которая чувствует сильное облегчение своего морального состояния после новостей. — Лаура-а-а!! — кричит довольно-таки взволнованный мужчина, которому женщина тут же объясняет состояние своей подруги, получая лишь облегчённую улыбку в ответ. Девушки разрывают объятия, находясь в неведении. Что это за человек? Собственно, вопрос быстро становится исчерпан, когда мужчина представляется. — Наверное, нужно вещи моей жене принести, — непонятно, задаёт ли Игорь вопрос или утверждает, поэтому Лаура даёт на это согласие, после мужчина очень настойчиво просит помочь Лукину в подборе вещей, ссылаясь на то, что очень боится собаку жены, которая может его покусать. Приводит ещё несколько аргументов, заставляя Лауру всё же согласиться. Женщина нежно обнимает учениц, договариваясь встретиться с ними завтра в обеденное время.

***

На часах двенадцать ноль-ноль, Маша с Таней стоят у входа в кабинет к директрисе, ожидая опаздывающую Лукину. Проходит ещё какое-то время, после чего Полякова не выдерживает и заходит к женщине, безумно соскучившись по ней. Они мило здороваются, перекидываются парочкой фраз, пока Елена не задаёт вопрос про подругу. — Опаздывает, наверное: они вчера с Вашим мужем поехали за вещами, поэтому, думаю, они придут вместе, — делится информацией Танька, пока её подруга сидит молча около койки, не понимая чувства резкой опустошенности. — Но она не приносила мне никаких вещей, и муж меня давно не набирал, — директриса негодует, находясь в полнейшем непонимании. — Что? — Как? Девушки недоумевают. Третьякова быстро набирает её любимую женщину, пока Елена звонит мужу. — Абонент не в сети, — произносят девушки хором, пока чувство "что-то здесь нечисто" посещает их. Множество мыслей от банального опоздания по причине до их тайных отношениях появляются у дам в голове. Обстановка наполняется до предела невыносимой. Как самая пунктуальная девушка, директор модельного агентства, мать двоих детей и ещё множество статусов ставят в ещё большую неизвестность. — Так, давайте без паники, — словно сама для себя говорит директриса, покидая уютную постель. — Я поеду к Лауре домой тогда, — проговаривает светловолосая ученица, получая одобрение своих действий. — Тань, мы тогда ко мне домой.

***

— Я звонила на работу к Лауре — там она не появлялась уже давно, а звонила вообще неделю назад только, — отмечает ещё одно место Лена, в котором Лаура отсутствует, как и в других всевозможных вариантах. — А ещё мы посмотрели видео с камер у дома, но запись обрывается ровно на моменте, когда машина Александра заезжает на территорию. Охранника мы не нашли, там вообще никого нет, – делится информацией Таня. — Надо бы в полицию идти,— со скрежетом на сердце подмечает Маша, получая возражения в ответ. — То есть мы недавно пережили теракт, твою бабушку, чуть там не померли, если бы не вовремя оказанная помощь спецслужбами, а вы предлагаете бездействовать? Вы серьёзно? — Машу прорвало, она взглядом помешала подруге сказать что-то, вызывая номер полиции. Дамы поехали в ближайшее отделение, дабы разобраться во всей этой ситуации со внезапным исчезновением. — Странно, но последний сигнал от телефона Игоря и Лауры исходил только на выезде из города, — думаю, это похищение.

***

Лаура молча сидела в салоне автомобиля супруга своей подруги, наблюдая, как тот ведёт машину. Они остановились у входа в дом Елены, как у мужчины зазвонил телефон. — Да, я к дому подъехал, — кратко выразился тот, покидая салон автомобиля. Лукина пошла следом, пока не услышала шаги позади себя. Не успела она обернуться, как тут же получила сногсшибательный удар по голове. Женщина упала на землю, теряя сознание от полученной травмы, успев уловить лишь довольный смех людей вокруг.

***

— Ох, Лукина, Лукина, — громкоголосил мужской голос, пока веки женщины медленно поднимались наверх. Голова безумно гудела, мир виделся не очень чёткой картинкой, а в левом ухе был белый шум. — Что тебе надо? — темноволосая девушка, привязанная к стулу, спросила своего похитителя, не желая показывать весь скопившийся внутри страх. Пошевелиться было невозможно: казалось, что конечности настолько сильно передавило, так как при попытке пошевелить конечностями этого не ощущалось. Мужчина поднёс верёвку ко рту, запрещая тем самым говорить Лауре. — Знаешь, мы никуда не торопимся, поэтому слушай, — Игорь самодовольно ухмыльнулся, подвигаясь к Лукиной ближе, — Год назад моя жена познакомила меня с Юлей, и мой мир снова наполнится красками. Я влюбился. Спустя месяц полюбил её ещё больше, и она ответила взаимностью на мои чувства. Мы начали отношения. У нас было всё хорошо, правда... — он прочистить горло, поднимая с пола железную биту, — после моя девушка сказала, что влюбилась в тебя, сука! Он ударил Лауру по ноге, прикладывая необходимую силу, чтобы женщина точно смогла ощутить всю боль. Ей показалось, что даже что-то прохрустело. Она подняла голову наверх, чувствуя, будто в нее воткнули тысячи иголок. Второй мужчина появился в зоне видимости, придавая помещению больше света, позволяя женщине быстро осмотреться вокруг. Взгляд сам упал на железное оружие, на котором красовалась застывшая кровь. Боль никуда не уходила, заполняя весь разум. Женщина пыталась концентрировать сознание на похитителях, что становилось сложнее с каждой секундой. — Лукина, она полюбила тебя всей душой, подражала тебе, а ты не обращала внимания на неё! — он ударил снова в то же место с меньшим усилием, но Лаура почувствовала лишь неимоверную боль в районе удара. Терпеть было невозможно, и болезненный крик вырвался из неё. Слезы потекли по щекам, а женщина постепенно ощущала, как кости смещаются. — Она была рада, что поцеловала тебя, только потом ей позвонила моя жена, которая уволила её, обматерив! Тогда Юля поняла, что она ничего не значит для тебя. Она желала твоей смерти, желала причинить тебе ту боль, которую ты подарила ей. Тщательно распланировала нападение на школу, где её убили, — он таинственно усмехнулся, — полиция почему-то приехала раньше, и моя любовь не смогла выжить! — мужчина рассмеялся как психопат, так громко, что его противный смех, даже через неимоверную боль, отразился под коркой мозга Лауры. Последнее слово он прокричал вновь, ударяя женщину куда-то в плечо. После нанёс ещё удары, количество которых было неизвестно никому. Лаура сорвала голос, кажется, на пятом ударе, или десятом. Её лицо каждой частичкой отражало всю боль, которую она испытывала. Случился сильный передоз от полученной боли, который не могла выдержать Лаура, чувствуя, будто умирает. Белая пелена появилась перед глазами, прежде чем женщина погрузилась во мрак.

***

Маша разъяренно заставляла взять её с собой на единственную зацепку знакомого мужчину, который знал девушку ещё с детства. Её отец тогда спас этого полицейского, который обещал присматривать за его дочкой в случае необходимости, что и делал сотрудник государственных органов, иногда находя девушку в толпе учеников, покидающих школу, убеждаясь, что она жива. — Ради памяти моего отца, пожалуйста... — слезы уже текли по щекам. Обстановка накалялась. — Я прекрасно помню всё, чему Вы меня учили. Я не разучилась стрелять, помню все Ваши советы... прошу Вас, пожалуйста... — Маша, если с тобой что-то случится, то... Самообладание покидает девушку, понимая что ей не дают шанса помочь близкому человеку. — НИЧЕГО не случится! — Третьякова была уже за гранью, — Я люблю её, позвольте же мне сохранить хоть одного дорогого мне человека при возможности. Дайте сохранить моё счастье, пожалуйста. — Душевный крик девушки слышали даже люди за дверью. Она выплеснула всё, что, вероятно, не должна была говорить... — Ладно, пошли за снаряжением, — с грузом на душе согласился мужчина, поднимаясь со стула. Они вместе покинули кабинет, у двери которого сидели Таня с директрисой в обнимку. — Я пошла с ними, пожалуйста, не волнуйтесь, — быстро бросила Маша и ушла.