Индикатор смерти / Death Progress Bar

Долгое время Ши Джин просто молча стоял, весь в бумажных лентах и конфетти. Лянь Джун спокойно ждал рядом, также храня молчание. Сяо Си вскрикнул от приятного удивления, но постепенно его голос затих, и он с тревогой спросил: «Что случилось, Джин-Джин?», - насколько ему было известно, дни рождения настоящего и оригинального «Ши Джина» приходились на один и тот же день, так что этот сюрприз должен был стать настоящим сюрпризом на день рождения. - Ничего, - Ши Джин пришел в себя, услышав в уме голос Сяо Си. Он поднял руку чтобы вытереть лицо, потом улыбнулся и стряхнул с головы ленты. Повернувшись к Лянь Джуну, он сжал в руке красный конверт и намеренно спросил: - Джун-шао, что вы мне дали? На деньги не похоже. Это какая-то карта? Лянь Джун взглянул на него, проигнорировав вопрос, и передвинул инвалидное кресло, намереваясь войти в жилую комнату. Ши Джин смело схватился за подлокотник и оттащил инвалидное кресло назад. Он наклонился вперед и протянул руки к Лянь Джуну. Затем он спросил, стараясь не выдать, что нервничает: - Джун-шао могу я… могу я обнять вас? Лянь Джун посмотрел на него, выражая явное нежелание. - Сегодня ведь мой день рождения, так ведь? Пожалуйста? - Ши Джин бессовестно воспользовался своим статусом именинника. Лянь Джун какое-то время сверлил его взглядом, но затем, видимо, решив, что у него нет выбора, поднял руку и положил ее на плечо Ши Джина, слегка наклонившись вперед. Затем он тут же отпустил его и отодвинулся назад, со словами: - Иди разрежь торт. Гуа Один и другие тоже приготовили для тебя подарки. Объятие было небрежным и недостаточным, но Ши Джин был им доволен. Он широко улыбнулся и схватился за ручки инвалидной коляски. Он был счастлив, поэтому его голос стал немного выше, чем обычно: - Джун-шао, сегодня я позволю вам съесть кусок пирога, а еще можете не есть суп за ужином! - Не испытывай свою удачу, - нахмурившись, предупредил его Лянь Джун. - Хе-хе, - Ши Джин глупо рассмеялся и увеличил скорость, устремляясь к торту. Другие всегда были очень осторожны, когда везли коляску Лянь Джуна — они старались поддерживать удобную скорость, двигаясь не слишком быстро и не слишком медленно. Никто никогда не осмеливался делать что-то чрезмерное. Лянь Джун был удивлен внезапным ускорением Ши Джина, инстинктивно схватившись за подлокотники инвалидной коляски. Когда ему удалось взять себя в руки, он почувствовал сладкий запах торта и медленно расслабился. Уголок его рта слегка приподнялся, но он всё же сделал выговор Ши Джину: - Ты теперь взрослый, почему всё ещё дурачишься? Впредь, ты должен вести себя более достойно. Ши Джин ответил небрежным мычанием, уже занятый тем, что вставлял в торт именинные свечи. Как только свечи были зажжены, Гуа Один и другие привезли сервировочную тележку, полную всевозможной еды. Тележка была обернута разноцветными рождественскими гирляндами, что было, пожалуй, самым изысканным украшением, которое могли придумать такие грубияны. Ши Джин с радостью помог всем накрыть стол, затем отодвинул стул сбоку от чайного столика и забрался на него, чтобы быть на нужной высоте. Загадав желание и задув свечи, он разрезал торт. Первый кусок, конечно, был отдан Лянь Джуну. Ши Джин взял второй и передал нож Гуа Один, чтобы тот нарезал порции для остальных. Гуа Два отругал его за отсутствие совести, но Ши Джин проигнорировал его и устроился рядом с Лянь Джуном, собираясь открыть подарки. Съев торт и разобрав подарки, Ши Джин снова воспользовался своим статусом именинника, заставив сотрудников клуба отодвинуть стол в гостиной и принести стол для игры в маджонг. Гуа Один поднял брови, вспоминая подвиги Ши Джина в игровом зале в провинции Y. Даже не дождавшись приглашения, он прямо отказался играть и сказал, что никогда не будет участвовать в подобных азартных играх. Покинутый, Ши Джин украдкой взглянул на Лянь Джуна. Лянь Джун посмотрел на него холодным, равнодушным, как смерть, взглядом. Ши Джин был вынужден отказаться от идеи разделить счастье игры в маджонг со своим «золотым бедром», поэтому он повернулся, схватил Гуа Два, и затем позвал Гуа Три и Гуа Пять. Гуа Девять, вечно сонный парень, недавно перешедший в клуб, в этот момент дремал на диване, поэтому Ши Джин его не беспокоил. Четыре человека сели за игральный стол. Гуа Два был королем потерянных очков — его техника была настолько плохой, что на это невозможно было смотреть, но он всё ещё получал удовольствие. Молчаливый Гуа Три обладал некоторыми способностями, он продолжал играть по-крупному, не говоря ни слова. Навыки Гуа Пять были такими же простыми и честными, как и его лицо, но было похоже, что он веселился, не заботясь о том, выиграет он или проиграет. Естественно, гроссмейстер Ши Джин намного опережал всех по мастерству, но даже когда он выигрывал, то выигрывал с небольшим разрывом, не переставая улыбаться до ушей. Будучи человеком, зависимым от маджонга, Ши Джин усердно играл до полуночи, пока Гуа Один не утащил его обратно в комнату и не приказал спать. Ши Джин продолжал играть в маджонг даже во сне, совершенно забыв обо всем волнении от встречи с братьями в тот день. Однако, когда он проснулся, жестокая реальность ударила ему в лицо — Ши Вэйчун не ушел после их вчерашнего разговора. Вместо этого он попросил своего помощника пригнать машину и провел ночь возле здания клуба, неоднократно требуя встречи с Ши Джином.        Ши Джин выглянул из окна на втором этаже клуба, наблюдая за черной роскошной машиной, припаркованной перед входной дверью. Он нервно спросил: - Сяо Си, что это значит? Он хочет убить меня собственноручно? Сяо Си тоже паниковал, но он преодолел себя и утешительно произнес: «Не бойся, Джин-Джин. Это место принадлежит Любимому, твои братья не смогут добраться до тебя.» - Но я не могу всю жизнь липнуть к твоему Любимому, как клей, не отходя от него ни на шаг. Даже если бы я захотел, он бы не согласился, - Ши Джин почувствовал горький привкус во рту. Он с досадой сказал: - Нельзя было действовать импульсивно, я не должен был вчера выкладывать всё подчистую. Да, я спасал свою жизнь, но наша основная задача — опустошить индикатор. Как теперь это сделать, если мы отбросили все притворства? Сяо Си застонал. Он не знал, что предложить, и мог только беспокоиться. - Нет, я должен найти способ улучшить отношения с братьями, по крайней мере, настолько, чтобы опустить шкалу до безопасного значения. Ши Джин крепко сжал оконную раму, вновь посмотрев на машину. Затем он повернулся и побежал к кабинету Лянь Джуна. *** Ши Вэйчун проявлял большое упорство, проводя дни и ночи перед клубом. Даже когда ему приходилось иногда уходить из-за работы или основных жизненных потребностей, он возвращался через несколько часов, давая понять, что не сдастся, пока снова не встретит Ши Джина. Спустя шесть дней Ши Вэйчуну снова разрешили войти в «Ночь». Ши Джин встретил его в приемной, перед ним на столе лежало несколько документов. - Сяо Джин, мне нужно поговорить с тобой, — сказал Ши Вэйчун, как только вошел. Его брови были нахмурены, что указывало на плохое настроение. - Подожди минутку, старший брат, сначала выслушай меня, — прервал его Ши Джин. Он жестом пригласил Ши Вэйчуна сесть, затем подвинул к нему документы и объяснил, указывая по очереди на каждый из них: - Здесь про ставку на западную часть города Y, тебе следует от этого отказаться, это ловушка; вот здесь план развития района K округа J, я бы посоветовал присмотреться к нему, он может стать полезным при дальнейшем расширении ЖуСин; это - программа из трёх шагов, которые папа планировал перед смертью, можешь прочитать для справки; это… список доверенных лиц папы. Если хочешь перевести бизнес ЖуСин обратно в Китай, я советую тебе не сотрудничать с ними, они могут создать проблемы. Чем дольше Ши Вэйчун слушал, тем серьезнее становилось его выражение лица. Он взял документы и пролистал их один за другим, затем посмотрел на Ши Джина, как будто впервые его увидел, и спросил: - Где ты это взял? Здесь была даже информация о сделке, которую он только начал планировать. - Раньше я повсюду ходил за папой. Если он что-то знал, то и я тоже, - ответил Ши Джин. Он налил Ши Вэйчуну чашку чая и сказал: - Это всё, что я хотел сказать. Брат, о чем ты хотел со мной поговорить? Сяо Си был обескуражен: «Твой индикатор всё ещё показывает 900. Ты дал Ши Вэйчуну такую ​​полезную информацию, почему нет никаких изменений?» Ши Джин тоже был немного расстроен, но все же успокоил его: - Не волнуйся, давай сначала послушаем, что скажет Ши Вэйчун. По крайней мере, теперь, когда я доказал, что не полностью против него, его отношение ко мне должно улучшиться. Как только Ши Вэйчун услышал, что вся информация исходит от Ши Синжуя, выражение его лица стало непроницаемым, и он начал внимательно читать документы. Напряженная атмосфера вокруг него немного смягчилась, и он спросил уже более спокойным тоном: - Зачем ты мне это рассказываешь? - По той же причине, по которой я решил отказаться от наследства. Ши Джин сдержанно посмотрел на него и повторил свой предыдущий вопрос: - Старший брат, о чем ты хотел поговорить? На этот раз Ши Вэйчун ответил сразу: - Я хочу, чтобы ты вернулся со мной. - Я не вернусь, - отказ Ши Джина был резким. На этом вторая часть разговора зашла в тупик. Ши Вэйчун замолчал, его лицо оставалось спокойным. Ши Джин напрягся. Ему этого не хотелось, но он был готов полностью поссориться со своими братьями, если придётся — благодаря существованию Лянь Джуна ему бы удалось сохранить свою жизнь, даже если бы дела пошли плохо. Казалось, воздух медленно затвердевает. Спустя долгое время Ши Вэйчун наконец снова открыл рот и спросил: - Ты хорошо жил после того, как ушел? Чего?.. Это точно по сценарию? - Ты так изменился. Ты похудел, стал выше, у тебя другой вкус в одежде… - пока он говорил это, глаза Ши Вэйчуна медленно закрылись, и на его лице отразились следы бессилия и усталости. Он вздохнул. — Я продолжал беспокоиться о тебе каждый день с момента, как ты исчез. Тебя ведь баловали с самого детства, как ты мог выжить один во внешнем мире? У Ши Джина пошли мурашки по коже. Он не мог понять, как всё обернулось таким образом. Он спросил Сяо Си с глупым выражением лица: - Что он делает? Он пытается обмануть меня, играя на эмоциях? Сяо Си колебался. «Возможно? Он, наверное, понимает, что Любимый слишком силен и победить его не выйдет, поэтому решил попробовать этот метод?» - Тогда он хитрее, чем женщины в гареме. Сяо Си закивал, полностью соглашаясь с ним. - Твое глупое выражение всё ещё такое же, как в детстве, оно совсем не изменилось, - Ши Вэйчун посмотрел на потрясенное лицо Ши Джина и внезапно улыбнулся, но улыбка быстро сменилась тихим вздохом. - Сяо Джин, если ты не хочешь возвращаться со мной, я не буду тебя заставлять — я не могу тебя заставить. Я просто хочу, чтобы ты понял, что произошло недопонимание. Мы твои братья, и, если ты передумаешь, мы всегда будем рады приветствовать тебя дома. Приветствовать дома, чтобы впоследствии иметь возможность контролировать его и, в конечном итоге, раздавить, как жука в руке? Ши Джин учтиво улыбнулся и вежливо отказался: - Мне очень нравится моя нынешняя жизнь, и мне нравится оставаться с Джун-шао. Ши Вэйчун замолчал, а затем прошептал: - Неужели этот Джун-шао для тебя важнее, чем твои братья? Вот же срань, конечно же моя спасительная соломинка важнее кучки маньяков! Ши Джин, не мог вынести этой «атаки теплом» Ши Вэйчуна. Он предпочел бы, чтобы они подрались. Ши Джин заерзал на своем месте, так и не ответив. - Я понял, - Ши Вэйчун вздохнул. Он немного поколебался, а затем серьезно продолжил: - Сяо Джин, ты еще молод и многого не понимаешь. Лянь Джун не так хорош, как ты думаешь. Его прошлое и прошлое его семьи… не совсем чистое. Сяо Си так разозлился, что был готов взорваться: «Он осмеливается клеветать на моего Любимого! Джин-Джин, не верь ему, он просто хочет вас рассорить!» Ши Джин тоже пришел в ярость — без сомнений, Ши Вэйчун был коварным интриганом! Он не смог заставить Ши Джина напрямую, и поэтому решил дискредитировать Лянь Джуна, вот же гад!