Индикатор смерти / Death Progress Bar

К моменту прибытия Старого Призрака спасатели уже расчистили место происшествия и готовились увезти тела. Гуа Один хотел помешать ему войти и увидеть трагическое зрелище внутри, но Лянь Джун сказал пустить его. Старый Призрак пошел прямо во двор, где лежали тела. Он постоял там несколько секунд, затем шагнул вперед и принялся открывать черные пакеты один за другим. Наконец он присел перед трупом заместителя. Его челюсть и кулаки были сжаты так сильно, что побелели, а глаза были красными, хоть он и не плакал. Лянь Джун приблизился к нему сзади. Он достал мобильный телефон и произнес: - Когда мы нашли его, у него был телефон, но он не воспользовался им чтобы позвать на помощь. Бомба была взорвана дистанционно; остальные пятнадцать человек в это время находились внутри, а он — снаружи. Все пальцы на его левой руке были отрезаны, но на правой всё ещё оставались большой и указательный — должно быть, это было преднамеренно. Старый Призрак моргнул и оглянулся через плечо, затем резко встал и бросился к Лянь Джуну, чуть не вырвав телефон у него из рук. Это была дешевая одноразовая модель без номеров, записанных в памяти, но с предоплаченной SIM-картой. С него вполне можно было позвонить. - Он мог позвать на помощь… Он мог позвать на помощь... - Старый Призрак продолжал повторять эту фразу. Телефон чуть не треснул от того, как сильно он его сжимал. Его голос был тяжелым, и с каждым повторением ненависть в нем становилась всё сильнее. По результатам следствия, перед смертью заместитель действительно мог позвать на помощь. Люди Стрельбы, должно быть, намеренно оставили ему телефон, чтобы он сделал это. Мужчина не воспользовался им и был вынужден наблюдать, как его подчиненные погибли во время взрыва. Было ясно, что Стрельба взяла под свой контроль виллу, чтобы устроить засаду Лянь Джуну, который должен был сегодня прибыть. Однако неожиданное происшествие задержало его, и он не только изменил маршрут, но даже остановился, чтобы дождаться Гуа Три. Когда в Стрельбе обнаружили, что Лянь Джун остановился, они, вероятно, хотели, чтобы заместитель Старого Призрака убедил его прийти как можно скорее и не позволил ему встретиться с Гуа Три и его командой. Заместитель отказался и был замучен. Его упрямство, вероятно, так разозлило членов Стрельбы, что они отрезали ему большую часть пальцев и запихнули в собачью конуру с телефоном, а его связанных подчиненных поместили в комнату с бомбой, пытаясь использовать их жизни, чтобы заставить его позвать на помощь и привести Лянь Джуна. Очевидно, заместитель всё же не подчинился, держась вопреки ожиданиям Стрельбы. Затем, после того, как Гуа Три успешно присоединился к Лянь Джуну, они поняли, что сегодняшняя возможность для атаки упущена, и взорвали бомбу. - Когда мы остановились, я позвонил вашему заместителю. Его голос был совершенно нормальным. Он сказал, что волноваться не о чем, неважно, опоздаем ли мы. Он быстро повесил трубку, но я не заметил, что что-то не так. Это была моя халатность, - сказал Гуа Один, полный раскаяния. Губы Старого Призрака дрогнули, а затем сжались. Подавив боль, он ответил: - Старый Вэнь был осторожным человеком, умел блефовать и вести переговоры — если он не хотел, чтобы ты что-то заметил, ты бы никогда не узнал, что что-то не так, просто слушая его голос. Это не твоя вина, он… Он сделал то, что должен был сделать! Даже если бы вы не задержались, Старый Вэнь обязательно попытался бы предупредить вас, чтобы вы держались подальше от виллы, а если бы ему это не удалось, он, вероятно, сделал бы все возможное, чтобы взорвать бомбу и погибнуть вместе с остальными. Ублюдки из Стрельбы… Он бы обязательно это сделал, он был таким человеком. Это моя вина — после того, как мы нашли крота, я должен был быть осторожнее и не позволять ему действовать в одиночку. Это моя вина. Лянь Джун видел эмоциональное смятение, которое Старый Призрак пытался подавить. После минутного молчания он решил, что сейчас подходящий момент, чтобы выполнить данное заместителю обещание и передать его предсмертные слова. - Я не предавал тебя, мне жаль, что я не смог уберечь жизни наших братьев. Лицо Старого Призрака задрожало, его кадык задвигался вверх-вниз. Это было последней каплей, которая уничтожила последние остатки его самообладания. Сдавленный, мучительный крик вырвался из его горла. Он повернулся к телу депутата и опустился на колени, закрыв лицо руками. Его плечи задрожали, когда он начал рыдать. Было начало мая, стране L начинался сезон дождей. Воздух был жарким и душным, издалека надвигались темные тучи; снова собирался дождь. Пасмурное небо, эта адская картина, сдерживаемые рыдания… Всё вокруг казалось окутанным толстым слоем серого, от которого у людей кислило в глазах. Когда Ши Джин увидел, как плачет Старый Призрак, его сердце стало невыносимо тяжелым. Он отвернулся и вытер лицо. Тем, кто живет во тьме, очень трудно выйти на свет, который они жаждут. К тому времени, когда они закончили со всем, что нужно было сделать в связи с трагедией, было уже далеко за полдень. После того, как Старый Призрак овладел своими эмоциями, он и его люди ушли, чтобы позаботиться о своих умерших подчиненных. Лянь Джун взял своих людей и поселился в одной из правительственных резиденций. Эта договоренность была результатом сотрудничества между правительством страны L и сопровождающими их официальными лицами. Стрельба была подобна злокачественной раковой опухоли, опустошающей юго-восточный регион. Теперь, когда кто-то хотел навести порядок, местные власти были более чем готовы открыть несколько задних дверей, чтобы оказать небольшую помощь. Это был довольно странный опыт: группа гангстеров из другой страны остановилась в правительственной резиденции, предоставленной страной L, и тщательно защищенной её солдатами. Когда все устроились, то собрались за трапезой, на вкус которой никто не обратил внимания, а затем разошлись по своим комнатам, чтобы отдохнуть. Отвезя Лянь Джуна в его комнату, Ши Джин наполнил для него ванну горячей водой, а сам быстро принял душ. Однако он не пошел в свою комнату, а вместо этого сел рядом с Лянь Джуном, наблюдая, как дождь снаружи становится все сильнее и сильнее. - Что мы будем делать дальше? - спросил он. Лянь Джун взглянул на следы дождевых капель на оконном стекле. - Заставим Стрельбу заплатить. Ошеломленный, Ши Джин повернулся и посмотрел на него. - Как? *Гром* Небо было затянуто тяжелыми тучами, и вспышки молний были почти постоянными. Звук грома, казалось, разбудил Лянь Джуна. Когда он взглянул на Ши Джина, выражение его лица постепенно смягчилось. Он протянул руку и коснулся лица подростка, сказав: - Ты, должно быть, устал. Хочешь вздремнуть? Эта смена темы была очень резкой — он явно избегал вопроса. Ши Джин взял Лянь Джуна за руку и посмотрел на него; хоть старший мужчина и пытался скрыть это, он все еще не мог полностью подавить холодный, жесткий блеск в глазах. Ши Джин наклонился ближе и обнял его за плечи. Он знал, что его возлюбленный не хотел отвечать, потому что ответ был тем, что он не захочет слышать. Был только один способ расплатиться с кровавыми долгами в преступном мире. Ранним вечером Старый Призрак и его подчиненные вернулись, одетые полностью в черное. Его лицо было еще хуже, чем раньше, но настрой был ненормально хорошим, как будто он нашел нечто, что удерживает его от падения. Как только Лянь Джун узнал, что он вернулся, он пошел к нему. Два лидера пробыли в кабинете наедине около четверти часа, затем Старый Призрак толкнул дверь и ушел, несмотря на сильный дождь. Лянь Джун вышел из кабинета и попросил Гуа Один, который ждал снаружи, позвонить Гуа Два. Его приказ состоял из одного простого предложения: полностью сотрудничать со Старым Призраком. Ши Джин был свидетелем всего этого, но не стал задавать вопросов и просто оттолкнул Лянь Джуна обратно в свою комнату. После обычного массажа он пошел в свою комнату, чтобы принять душ, а затем вернулся в комнату Лянь Джуна. Лянь Джун лежал, прислонившись к спинке кровати, и пролистывал документы. Увидев, что Ши Джин вернулся в пижаме, он спросил: - В чем дело, ты что-то забыл? Не говоря ни слова, Ши Джин подошел прямо к кровати, поднял покрывало и проскользнул внутрь, устроившись рядом с Лянь Джуном и закрыв глаза. Лянь Джун сделал паузу, а затем отложил документы. Он посмотрел на молодого человека, лежащего рядом с ним, и поднял руку, чтобы дотронуться до него, но остановился на пол пути. - Ши Джин? - прошептал он. Ши Джин открыл глаза и сказал строгим тоном: - Уже поздно, пора спать. Лянь Джун смотрел, как он притворяется серьезным. Внезапно он улыбнулся, положил бумаги на тумбочку и лег на бок рядом с ним. Погладив лицо подростка, он сказал: - Спасибо. - Не понимаю, почему ты благодаришь меня… - проворчал Ши Джин, поворачиваясь так, чтобы они лежали лицом друг к другу. Он провел рукой по лицу мужчины и снова закрыл глаза. - Больше никаких разговоров, спокойной ночи. Губы Лянь Джуна скривились. Послушно не говоря ни слова, он наклонился к нему ближе, приподнялся на локте и склонил голову, чтобы поцеловать его. Ресницы Ши Джина задрожали. Он поднял руки, чтобы обнять его, и раскрыл губы, углубляя поцелуй. Поза этих двоих медленно изменилась с положения лицом к лицу на положение сверху-снизу. Когда Лянь Джун почувствовал инициативу Ши Джина, его самообладание, казалось, лопнуло. Наполовину опираясь на Ши Джина, он держал его лицо обеими руками и предавался желанию, как человек, умирающий от жажды. - М-м-м... - почувствовав укус на кончике языка, Ши Джин не мог не издать звук. Лянь Джун издал низкий смешок. Слегка сдерживаясь, он нежно потер губы молодого человека. Ши Джин пришел, чтобы составить компанию Лянь Джуну, надеясь, что его любимый получит некоторое утешение от его присутствия — он не ожидал, что ситуация настолько выйдет из-под контроля. Простой поцелуй на ночь из-за его маленького действия заставил Лянь Джуна вот так потеряться. Два тела под одеялом прижимались друг к другу. Лянь Джун был одет в шелковую ночную рубашку, но сейчас она полностью растрепалась. Воротник был расстегнут, обнажая ключицу и небольшую часть груди, а мягкий свет ночника делал его еще более соблазнительным, чем он уже был. Ши Джин заметил это между поцелуями. Прежде чем его мозг осознал его действия, одна из его рук уже оторвалась от спины Лянь Джуна и скользнула вверх по его груди, нежно поглаживая открытую кожу. Дыхание Лянь Джуна стало немного беспорядочным. Пока они продолжали целоваться, он постепенно менял положение, его рука прокрадывалась в одеяло, чтобы коснуться тела Ши Джина. « Кьяаак— » Атмосфера становилась все более и более накаленной, когда внезапно в голове Ши Джина прозвучал странный, сдавленный крик, напоминающий утиный зов, который тут же разбудил его. Больше не контролируемый инстинктом, он понял, чем они с Лянь Джуном только что занимались, и вспомнил о существовании Сяо Си. Казалось, у него в мозгу произошло замыкание. Он быстро отпустил Лянь Джуна, затем поймал руку мужчины, блуждающую по его телу, и вытащил ее из-под одеяла: - Постой. Двусмысленная атмосфера моментально рассеялась. Лянь Джун легонько прикусил его мочку уха и немного приподнялся, чтобы посмотреть на него. Он постепенно отдышался, вновь опустил голову, чтобы в последний раз поцеловать Ши Джина в губы, затем сжал его руку и снова упал на кровать. Он обнял молодого человека и прошептал, успокаивающе поглаживая его по спине: - Прости, я слишком спешил. Давай спать. Ши Джин был здоровым молодым парнем. Его реакция была сильнее, чем у Лянь Джуна; его дыхание все еще было беспорядочным, а тело горячим. Его сердце, однако, было холодным — в данный момент он был полон невыразимых чувств и безумно ругал Сяо Си. Сяо Си притворился мертвым. Наконец, он не выдержал давления Ши Джина и завыл: «Я пытался сдерживаться, я действительно пытался, но, я не смог… Уаааа, Любимый, прости, уааааа… Джин-Джин, отключи меня, хнык…» - его голос был полон раскаяния. Ши Джин: «……» Раз уж Сяо Си так сильно плачет, должно быть, он действительно старался изо всех сил, но, к сожалению, ему не удалось промолчать. Нет, не к сожалению - к счастью, иначе он и Лянь Джун были бы под наблюдением этой системы-вуайериста. Эта мысль немного пугала. Поскольку Ши Джин не говорил и не двигался, Лянь Джун подумал, что его слишком энергичные действия разозлили его возлюбленного, и поспешно прошептал извинения и успокаивающие слова. Ши Джин перестал обращать внимание на хныканье Сяо Си и сосредоточился на реальном мире. Безмолвно вздохнув, он прижался к груди Лянь Джуна, объясняя: - Нет, я не злюсь. Я тоже хочу этого, я просто… я не готов сегодня, - в следующий раз он должен не забыть запереть Сяо Си заранее! Система услышала его мысль и тут же снова расплакалась. У Ши Джина заболела голова. Он был здоровым взрослым человеком. Поскольку теперь у него был любовник, было совершенно нормально хотеть делать те или иные вещи. Более того, в течение дня произошли плохие события, которые расстроили его возлюбленного. Сделать что-то интимное и переключить его внимание звучало как план. Он не ожидал, что «непослушный ребенок» выбежит и создаст проблемы как раз в тот момент, когда он собрался хорошо провести время. Так что, в итоге, ему пришлось не только терпеливо утешать расстроенного «ребенка», но и объяснять возлюбленному, почему он вдруг передумал. Ему хотелось плакать. Лянь Джун, похоже, немного ошибся. Прикоснувшись к его волосам, он успокоил: - Я понимаю, ты еще молод. Иди спать — не волнуйся, я больше не буду тебя трогать. «Я больше не буду тебя трогать»? Что это значит? Он не будет трогать его сегодня вечером или не будет трогать вообще? Он же не имеет в виду, что у них будут платонические отношения?! Ни в коем случае, это невозможно! Лянь Джун был самым лучшим, самым красивым мужчиной на свете — если ничего не будет, разве это не означает, что Ши Джину суждено провести обе свои жизни девственником!? Возможно, он был сбит с толку импульсами своего тела, но что-то, казалось, щелкнуло в голове Ши Джина. Прежде чем он успел подумать, он обнял Лянь Джуна и потерся о него, серьезно сказав: - Нет, ты должен меня трогать. Мне нравится, когда ты трогаешь меня. Сяо Си: « Кьяк! » Ши Джин поднял бровь. Он взглянул на лицо Лянь Джуна, еще более красивое в тусклом, теплом свете, и решительно «выключил» индикаторы, после чего потянулся к груди Лянь Джуна, расстегивая его ночную рубашку. Он нашел руку Лянь Джуна под одеялом, положил её на себя, поцеловал его и прошептал: - Мы не будем делать всё, но мы можем просто… немного потрогать, так ведь? Поскольку человек, которого он любил, был таким активным, Лянь Джун не мог оставаться спокойным. Его дыхание участилось, и он тут же обхватил рукой талию Ши Джин, заключая его в свои объятия. Сяо Си не выпускали из «маленькой черной комнаты» до утра. Казалось, он угас за одну ночь. «Шкала прогресса не поднялась, это хорошо», - слабо произнесла система. Ши Джин все еще был в оцепенении после вчерашнего, наслаждаясь «вкусом красоты». Увидев состояние Сяо Си, он почувствовал себя немного виноватым. - Мы остановились в одной из официальных резиденций страны L, предназначенной для важных гостей. Мало того, что она охраняется, Гуа Три устроил так, чтобы наши люди по очереди вели караул. Здесь безопасно, - объяснил он, кашляя. «О,» - сказал Сяо Си ненормально тихо. Ши Джин не мог этого вынести. - В следующий раз я не буду запирать тебя так надолго, клянусь! «Как будто я снова поверю человеческому обещанию — я скорее поверю, что свиньи умеют летать. Люди — лжецы и отморозки, которые только и ждут, чтобы обмануть и воспользоваться кем-то», - глухо сказала система таким тоном, будто зачитывала проклятье. Ши Джин: «……» Голос Сяо Си упал до невнятного, но зловещего бормотания. Ши Джин возился со своим планшетом, притворившись глухим. Сяо Си сдался первым. Сдавшись, он неуверенно спросил: «Так, прошлой ночью вы с Любимым...» - Нет, - ответил Ши Джин. Думая о прошлой ночи, ему хотелось ухмыльнуться, но он сумел сохранить серьезное выражение лица. Он встал и направился к двери. - Лянь Джун сказал, что Гуа Два вернется сегодня, я пойду проверю. Сяо Си разочарованно выдохнул: «О,» - и он снова поник. *** Гуа Два появился перед обедом. Заметно похудевший и загорелый от солнца, он был одет в потрепанную камуфляжную форму, на его лице была щетина. Когда он прибыл, то сразу пошел докладывать Лянь Джуну, даже не остановившись, чтобы сделать глоток воды. - Согласно вашему приказу, я сотрудничаю с Фантомом. Прошлой ночью мы с моей командой уничтожили три подчиненные Стрельбе организации, украв очень ценные товары и поймав их руководителей. Старый Призрак тоже не сидел сложа руки — он атаковал все предприятия Девяти Орлов, до которых мог добраться. Цзо Ян, вероятно, не сможет усидеть на месте. - Хорошая работа, - кивнул Лянь Джун. Он жестом пригласил его сесть и спросил: - Где сейчас Старый Призрак? Ши Джин налил стакан воды и поставил его перед Гуа Два. Мужчина поблагодарил его и выпил всё залпом. Он вытер рот и ответил: - Он не пришел, он занят тем, чтобы свести концы с концами. Он собирается отрезать все предприятия, принадлежащие Фантому, которые возможно сейчас отрезать, и отказаться от всех их интересов на юго-востоке. Он хочет объявить тотальную войну Девяти Орлам. Настроение Ши Джина стало сложным. Казалось, что смерть его заместителя стала огромным ударом для Старого Призрака — раньше он избегал откровенно враждебных отношений между двумя организациями, но теперь он был полон решимости избавиться от Девяти Орлов или умереть, пытаясь. Лянь Джун слегка приоткрыл файл. - Ты составил список организаций, входящих в состав Стрельбы? - Составил, - Гуа Два достал флешку и протянул ему. - Однако он не полон. Очевидные нестыковки в действиях ряда организаций указывают на существование некоего тайного покровителя. К сожалению, времени было слишком мало, и мне не удалось его найти. - Этого достаточно, - успокоил Лянь Джун. Он вставил флешку в свой ноутбук, просмотрел список, затем постучал пальцами по столу и сказал: - Вызовите всех сюда. Гуа Два собирался встать, но Ши Джин остановил его. Он велел ему сесть и отдохнуть, и пошел сам. Сообщив Гуа Один, Три и Пять о встрече, он захватил немного еды и принес ее Гуа Два. Гуа Два с энтузиазмом похвалил его за внимательность и хотел похлопать по плечу. Однако, поднимая руку, он заметил на шее молодого человека маленькое красное пятно, похожее на укус комара, и замер. Он бросил быстрый взгляд на Лянь Джуна, сидящего за столом и разговаривающего с Гуа Один, и вместо этого коснулся своего подбородка. Он толкнул Ши Джина плечом и спросил, понизив голос: - Малыш Джин-Джин, так Джун-шао перепало, а? Ши Джин посмотрел на него в замешательстве. Гуа Два многозначительно взглянул на его задницу, выражение его лица было полно смысла. Брови Ши Джина подскочили. Он без колебаний поднял руку и попытался ткнуть двумя пальцами ему в глаза. Гуа Два поспешно уклонился, тихо посмеиваясь. Он заставлял людей желать побить его. С выходками Гуа Два атмосфера, мрачная после смерти заместителя Старого Призрака, наконец-то разрядилась. Как только Лянь Джун и Гуа Один просмотрели информацию, которую он принес, Лянь Джун постучал по столу, привлекая всеобщее внимание, и сказал: - Стрельба - словно бешеный пес. Шансов вернуть пропавших без вести мирным путем практически нет, поэтому, после обсуждения, мы со Старым Призраком решили отплатить Стрельбе ударом за удар. Ши Джин сразу понял назначение составленного Гуа Два списка. - Причина, по которой Стрельба и Девять Орлов ведут себя настолько бесстрашно, заключается в том, что в их руках находятся члены Фантома, и они знают, что Старый Призрак не посмеет дать отпор, опасаясь за свою жизнь. В таком случае мы тоже захватим их людей и изменим ситуацию, - Лянь Джун повернул ноутбук, чтобы показать им экран. - Это одни из подчиненных Стрельбе организаций; четыре из них очень важны, почти жизненно важны для Стрельбы из-за их бизнес-операций. Что нам необходимо сделать дальше, так это избавиться от этих четырех небольших организаций и захватить их лидеров живыми. Как и ожидалось! Пульс Ши Джина начал учащаться от волнения. Он подумал, что Лянь Джун, который говорил так, словно это пустяк, выглядел невероятно крутым! Око за око, зуб за зуб, кровь за кровь. Аннигиляция, как правило, вела себя сдержанно, но когда нужно было сражаться, реакция Лянь Джуна всегда была решительной и существенной! Гуа Один и остальные тоже заволновались. Гуа Два потер свой щетинистый подбородок и усмехнулся: - Девять орлов нацелились на Фантом, потому что почувствовали, что их интересы на юго-востоке находятся под угрозой, поэтому они хотели пригрозить сопернику; позже Стрельба и Девять Орлов захватили членов Фантома, вероятно, потому, что они присматривались к их бизнесу в этих местах. Если бы в этот момент они связались со Старым Призраком и поставили ему более-менее разумные условия, он бы точно уступил и отрезал им мяса. Но они слишком жадные - они хотели не просто кусок, они хотели сожрать Старого Призрака живьем. И теперь он собирается избавиться от своих предприятий только для того, чтобы перегрызть им глотки. Не знаю что и сказать, что им так и надо, или что они, черт бы их побрал, этого заслужили? - Что им, черт бы их побрал, так и надо, - сказал Гуа Один, на этот раз подыграв Гуа Два. Выражение его лица, тем не менее, было не насмешливым, а ледяным. Ши Джин взглянул на Гуа Один, молча с ним соглашаясь. Лянь Джун подождал, пока они закончат говорить, и снова постучал по столу. Он продолжил: - Четыре организации — каждый из вас четверых будет отвечать за одну. Текущие обязанности Гуа Один и Пять будут временно переданы Гуа Девять. Идите и готовьтесь. Четверо мужчин хором подтвердили приказ, встали и вышли из кабинета. Ши Джин смотрел, как они уходят, немного сбитый с толку. Он повернулся к Лянь Джуну, который возился с ноутбуком, и спросил, указывая на себя: - Джун-шао, а я? Разве у меня не будет задания? - Поскольку он является членом Aннигиляции уже довольно долго, он подумал, что для него тоже найдется поручение. Однако оказалось, что даже Гуа Девять, которого здесь не было, доверили работу, а Ши Джин всё равно остался незамеченным. Более того, он, похоже, уже давно бездействует — он не получал заданий со времен Рябого Юаня. Лянь Джун поднял голову и посмотрел на него, явно ошеломленный. Увидев выражение его лица, Ши Джин сделал предположение. Он осторожно сказал: - Ты не… Ты же не мог забыть, что я тоже твой подчиненный, не так ли? - …Твоя задача — защищать меня, - Лянь Джун быстро восстановил самообладание. Со спокойным лицом, он закрыл ноутбук и продолжил: - Ты будешь помогать Гуа Девять и будешь нести ответственность за наблюдение за Лон Ши. Ши Джин молчал. Он чувствовал, что обнаружил правду: Лянь Джун полностью перестал воспринимать его как подчиненного.