20 мартовских дней

****

По дороге в Ханхве Феликс спал, лишь изредка просыпаясь дабы выпить воды. Головная боль не проходила и сильно выматывала его, доводя до тошноты. Лицо парнишки выражало белое полотно, окутанное звёздным небом, и эта непривычная бледность пугала Хёнджина, сидящего спереди и наблюдающего за Ликсом. Как только машина остановилась, Хёнджин аккуратно помог Феликсу выбраться из транспорта и заплатив водителю, донес парня до спальни, где также аккуратно уложил его на кровать. — Мне кажется, что я никогда не покину постельный режим.. — слегка смеясь проговорил Феликс, но заметив насколько серьёзным было выражение лица Хёна быстро умолк. — Выпей таблетки и ложись спать. — прямо сказал Хван и протянул блондину препараты со стаканом воды. — Ты злишься..? Джинни..? — поднимаясь на локти спрашивал Ликс, прокручивая в руках таблетки. Хёнджин посмотрел на него с нескрываемым возмущением и злостью, однако, кричать не стал. Он был зол на самого себя, что послушался этого упрямого веснусшатого юношу и не стал вмешиваться, когда его сестра заставляла его страдать. Ему хочется биться о стены, заставить весь мир заплатить за содеянное с этим мальчонкой, но он знает что уже ничего не справить. Феликс перед ним, бледный и уставший, снова лежит на кровати из которой не так давно выбрался. — Просто выпей эти таблетки и спи. Проснёшься, поговорим. — и ещё раз взглянув на парня, тот покинул комнату. Спускаясь вниз по лестнице, Хёнджин дрожащими пальцами набирал номер матери Феликса, поскольку он обещал. Длинные гудки заставляли его погружаться в свои размышления, ведь он виноват в произошедшем. Он и никто другой. — Да? Алло? Это ты, Хёнджин? — донеслось с того конца провода. Женщина ответила очень быстро и встревоженно, её голос выражал страх и обеспокоенность за собственного сына. — Здравствуйте, да, это я. Вы просили меня рассказать о ситуации, что же. Во-первых, Феликс сейчас спит, он выпил таблетки, но он чертовски бледен. Во-вторых, что касаемо ситуации, то ваша старшая дочь, по имени Рейчел, взбунтовалась и причинила Феликсу физическую боль, в бонусе с моральной. Она, не рассчитав сил, в порыве эмоций или чего либо, толкнула вашего сына так, что тот, ударился головой о стену. — Боже… Я.. Я поговорю с Рейчел.. — ответила женщина дрожащим голосом. — Постойте, есть ещё одна новость. Думаю, вам стоит предупредить её о возможном суде. — решительно заявил Хван, смотря в одну точку. — Что? О чем ты? — По статье 258 «Нанесение тяжких телесных повреждений другому лицу или родственнику по прямой восходящей линии», лицо, которое наносит телесные повреждения другому лицу, опасные для жизни в момент причинения, подлежит наказанию в виде каторжных работ на срок от одного года до десяти лет. Если преступление совершается в отношении собственного родственника по прямой восходящей линии или родственника супруга по прямой восходящей линии, виновный подлежит наказанию в виде каторжных работ на срок от двух до пятнадцати лет. — проговорил Хёнджин, прокручивая текст уголовного кодекса Кореи, что отец заставил его выучить. — Хёнджин, послушай.. — Нет, это вы послушайте. Вы, как я смог понять, хорошая женщина и мать тоже, однако, я знаю все о прошлом Феликса и то, как его сёстры издевались над ним. В надежде что это прекратилось, я позволил ему пойти в этот зал почестей и встретиться с ними, но Рейчел без разбора накинулась на него, и зная о болезни, из-за которой его жизнь под огромным риском, применила насилие. Я, как человек закона, не позволю подобным выходкам остаться без внимания. Мой отец — судья, а я, по профессии — прокурор, и я следую законам. — Ладно, хорошо.. — ответила женщина, тяжело вздыхая. — Я понимаю тебя, но и ты пойми меня. Они — мои дети, и я не хочу чтобы им было плохо. Мы можем обойтись без суда? Пожалуйста, Хёнджин, что я могу сделать, чтобы мои дети остались в безопасности? — Расскажите вашим дочерям правду о смерти вашего мужа. — ровно ответил Хён, переводя взгляд на свои руки. — Я слышал ваш разговор с Феликсом и осведомлён о настоящей причине гибели Господина Ли. Поэтому, расскажите им правду и я ничего не донесу до суда, если Феликс сам того не захочет. — Хорошо. Спасибо тебе, дорогой..Я сделаю так как ты сказал.. Чтобы ничего не навредило моим детям.. — сказала женщина и сбросила звонок. Хёнджин, облокотившись о стену, устало прикрыл глаза и убрал телефон в карман. Ощущая накатывающую волну тревоги, а также бессилия, он, словно в тумане, вышел в небольшой дворик у дома Феликса, где только начинали цвести различного рода цветения. Его не волновало ничего из его жизни, кроме Феликса. Все его мысли были заполнены только светловолосым, веснушчатым парнишкой, чьё безрассудство сводит его с ума. Смотря на небо, он вспоминал первый день их встречи и все последующие, до момента, как Феликс очутился в больнице, прикованный к больничной койке без возможности нормально жить. Хёнджин, отчётливо знает, что болезнь Феликса, это ничто иное как опасность и угроза для его существования. Анемия — смертельная болезнь. И чем больше Хван думал об этом, тем сильнее ему хотелось кричать. Спустя столько времени он смог полюбить кого-то, кто в корне изменил его жизнь простой улыбкой, но рано или поздно им придётся расстаться. И состояние Феликса сейчас — прямое доказательство этого удручающего факта. Услышав как сзади открылась дверь, Хёнджин быстро обернулся. На входе во двор стоял Он. Худой, бледный и напуганный Феликс. — Какого..? — резко спросил Хван, быстрым шагом направляясь к парнишке. — Что ты здесь делаешь? Почему не спишь? — Джинни, прости меня.. Пожалуйста.. — он вновь извиняется, и делает это так, что сердце Хёнджина разрывается ещё сильнее. — Я не должен был.. Но они..-всхлипывая говорил блондин, смотря стеклянными карими глазами в тёмные глаза Хвана. — Прости пожалуйста.. — Эй, эй, ты чего? Малыш, что случилось? — подхватывая Феликса на руки, спрашивал Хёнджин, не скрывая сильного волнения в голосе. Он посадил его на диван и сев рядом, уложил его на свои колени. — Ты злишься..Очень злишься на меня, что я так поступил.. Мне жаль.. — Боже, маленький, успокойся, прошу тебя.. — гладя пушистые волосы отвечал брюнет, вытирая большим пальцем левой руки горячие слезы, стекающие по бледным щекам. — Я не злюсь на тебя. Правда. Я зол лишь на самого себя, что не смог сберечь тебя, хотя и обещал. Это я должен извиняться, а не ты. Глупый, маленький мой Феликс.. Тебе нужно поспать, слышишь, солнышко? — Нет, я не могу.. — ответил блондин, переводя взгляд на Хёнджина. — Мне страшно.. — Чего ты боишься? Что такое? — Я боюсь умирать.. Я боюсь закрыть глаза и думать, что не проснусь.. Я хочу жить, Хёнджин. Я хочу жить рядом с тобой.. От этих слов, тело Хвана как парализовало. Он не знал что ответить, что делать, и как успокоить Феликса. Единственное что он знал, так это то, что он не станет давать ему ложных надежд. В голове внезапно промелькнула их последняя встреча с Минхо, где тот указал на одно из лечений данной болезни. «-… Его уровень гемоглобина слишком низок, раз он с детства не может вылечиться. Однако, сейчас, у него больше шансов на успешное лечение. Помимо таблеток, что я ему прописал, ему следует хорошо питаться и наполнять организм железом. В крайнем случае, придётся делать трансплантацию головного мозга.» — У нас ещё есть шанс, слышишь, Ёнбок? — немного улыбнувшись, сказал Хёнджин, смотря в глаза Феликса. — Ты ещё можешь поправиться, мы все успеем. — Ты правда так думаешь? Джинни, я с самого детства пытаюсь.. Но.. — Никаких «Но», Феликс. Мы справимся. Ты не веришь мне? — Верю.. Конечно верю Хёнджин~Хён.. — проговорил юноша, смотря на брюнета вдохновленным взглядом, надеющимся на лучшее. Он прижался к нему настолько близко, что их тела стали излучать неимоверное тепло, заполняющее атмосферу дома.— Я верю тебе.. — Тогда, закрывай глаза. Тебе, всё же, нужно поспать. — произнёс Хёнджин и гладя парнишку по макушке, накрыл его небольшим пледом.

****

Следующим утром, когда солнце только начинало вставать, Хёнджин оставил Феликса спать на диване, поудобнее закутав в плед, а сам покинул его дом, чтобы сходить на, расположенный неподалёку, рынок. Проходя то поле, где хранятся их совместные воспоминания, он разглядывал лазурную речку и ромашки, напоминающие ему о первом дне их встречи. Кто мог подумать, что за такой короткий срок он будет заботиться о Феликсе и считать его своим. Целовать по утрам и обнимать как плюшевую игрушку. Он и сам об этом и думать не смел, однако, сейчас он держит путь на рынок, чтобы помочь его солнечному мальчику поправиться для свершения новых воспоминаний с ним. Удивительно, но Феликс единственный человек, что помогает Хёнджину чувствовать себя поистине живым, нужным кому-то не как друг, а как что-то большее. Он стал любим этим безбашенным парнишкой. — Хёнджин~Хён! — неожиданно крикнул кто-то сзади и парень обернулся, возвращаясь в реальность. Маленькая темноволосая девочка побежала к парню и обняла его так крепко, что ему даже показалось что он задохнется. — Ты наконец приехал! Почему тебя так долго не было? Я ужасно соскучилась! — лепетала девчушка, смотря на брюнета. Парень опустился на корточки, чтобы быть с девочкой одного роста, ведь по виду она не выше 150 сантиметров. — Ли Сы Ён, это ты? — усмехаясь спросил Хён, смотря в большие глаза девочки. — Ты меня не узнал? — возмутилась Сы Ён, надувная щеки. — Да как ты можешь? — Ладно — ладно, не злись Ённи. Я узнал тебя. Как твоя мама? Она все ещё продаёт суп из морских водорослей? — Да, она в своём кафе, все ждёт пока вы с Джисоном придёте, а вас все нет и нет! — Ну, пойдём тогда, навестим твою маму вместе. — сказал брюнет и протянул руку девочке, что робко вложила в неё свою маленькую ладошку. — Кстати, Ённи, а ты подросла, тебе ведь уже 7 лет, верно? — Почти 8. Кстати.. Я вчера видела как ты приехал на такси с каким-то мальчиком. Кто он? Твой друг или брат? — С чего такие выводы? — Ну, он выглядит совсем маленьким, как котёнок. — Интересное сравнение..Что же, этот мальчик мой друг, который плохо себя чувствует. Поэтому я и решил сходить к твоей маме за супом, чтобы ему стало лучше. — Ему плохо..? Тогда давай поспешим! — крикнула Сы Ён и со всех ног побежала в глубь рынка, утягивая за собой Хёнджина. Добравшись до небольшого ресторанчика, девочка забежал внутрь, а Хван последовал за ней. Внутри пахло морепродуктами, жареной свининой и пряностями, что заставили Хёнджина вспомнить минувших днях несовершеннолетия, когда он приезжал к Хану и они вместе прогуливались по закоулкам Ханхве, а уставши приходили в это место чтобы полакомиться сандубу ччигэ, поражающим своей остротой. Ему вдруг резко захотелось снова пообедать с Джисоном, как в старые-добрые. — Мам! Смотри кто здесь! — воскликнула Сы Ён заводят брюнета на кухню, где стояла невысокая женщина в розовом фартуке. Она, подняв глаза, сначала посмотрела на свою дочку, мило улыбаясь, а потом перевела взгляд на юношу, стоящего рядом с ней. — Мам, ты не помнишь? Это наш Джинни! — Сы Ён, чего ты так.. О божечки, Хёнджин, это правда ты? А где Хан? — снимая фартук расспрашивала женщина у парня. — Как долго ты здесь? — Здравствуйте, Госпожа Ли Мун Ги, рад вас видеть. — кланяясь произнёс Хван, после чего, продолжил. — Я живу в Ханхве уже пол месяца, но никак не мог прийти сюда, вечно появлялись непредвиденные ситуации, однако сегодня мне очень нужен ваш суп из морских водорослей. — Хорошо — хорошо, сейчас все сделаю. Сы Ён, — женщина обратилась к дочери, протягивая ей немного денег. — сбегай, отдай это Господину Чхве, скажи что это плата за аренду участка. Девочка кивнула и улыбнувшись Хёнджину напоследок, выбежала из ресторанчика.

****

Поставив суп приготавливаться, Госпожа Ли села напротив парня и протянула ему стакан с кофе. — У тебя измученный вид, дорогой. Что случилось? — спросила женщина. — Всё в порядке, Госпожа. — ответил брюнет, но заметив проницательный взгляд женщины, продолжил. — На самом деле, человеку которого я люблю сейчас очень плохо. Его болезнь прогрессирует и я пытаюсь сделать все, чтобы он вылечился. — Сы Ён рассказала что видела тебя с парнишкой вчера, и то, как ты выносил его из такси. Ты, случаем, не о Феликсе говоришь? — Вы его знаете? — слегка удивлённо поинтересовался Хён, делая глоток кофе. — Он живёт здесь с самого детства, конечно знаю. Его родители были частыми гостями в этом ресторане. Как он? — Как я уже сказал, ему плохо. Он болеет и часто плачет. Я так устал видеть его в таком состоянии.. — Не переживай, дорогой. Ладно, давай не о грустном. Как Джисон? Последний раз я видела его здесь с тобой несколько лет назад. Помню как он плакал и ты успокаивал его… После смерти его младшего брата прошло так много времени.. Он себя хорошо чувствует? — Честно, я стараюсь не затрагивать эту тему.. Он перестал праздновать своё день рождение из-за этой трагедии и полностью погрузился в работу. — Не получилось уйти от грустного. Извини.. — промолвила женщина и накрыла своей тёплой, слегка шершавой ладонью руки Хёнджина, что смотрел куда-то вдаль из окна. — Мне недавно поступил звонок, и я думаю, ты должен знать об этом. Звонящим оказался мужчина преклонного возраста, он представился судьёй и сказал что разыскивает своего сына. Услышав новость, брюнет слегка напрягся. Его сердце забилось сильнее в разы, постепенно заполняя его тело необъяснимым страхом. Он почувствовал опасность. И это чувство было оправдано. — Этим человеком оказался твой отец, Хёнджин. — Что?! Но почему он позвонил сюда? Почему вам? Как он вообще понял что я могу быть здесь?! — воскликнул парень, смотря в глаза женщине, выражавшие глубокую печаль. — Ты все ещё избегаешь его? — тихо спросила Госпожа Ли Мун Ги. — Изо всех сил стараюсь. Я не хочу видеть своего отца и знать тоже. Госпожа, что вы ему ответили? — Сказала что понятия не имею где ты можешь находиться и сбросила звонок. — Хорошо. Благодарю вас. — ответил юноша, все ещё немного находясь в напряжении. — Я схожу посмотрю как скоро будет готов суп, подожди немного. — встав с места, сказала женщина и направилась в сторону кухни, оставляя Хёнджина одного со своими мыслями.

****

В его голове находились множество вопросов, ответы на которые он затруднялся дать, поскольку все они напрямую и косвенно связаны с его отцом. Немного подумав, он позвонил Джисону с неожиданной просьбой: — Хан, привет, присмотри сегодня за Феликсом. — Что-то случилось? — удивлённо спросил парень, находясь по ту сторону провода. — Хочу съездить в Сеул. В суд. — решительно ответил брюнет. — Ты спятил?! — воскликнул Хан, явно чем-то поперхнувшись. — Стой — стой-стой. Это то о чем я думаю? Ты сейчас серьёзно? — Да, я собираюсь навестить своего отца. Раз он решил играть по крупному, я сыграю, однако, внесу некие коррективы в его правила. — О чем ты? Ты перестал его боятся? И ты не думаешь что Феликс будет переживать если узнает? Ты вообще думаешь? — Хан, послушай меня. Скажи Феликсу что я уехал за новыми холстами. А насчёт отца, я не перестал его боятся, но этот идиот позвонил сегодня в тот ресторан куда мы часто ходили в юношестве и заявил что ищет меня. Он знает где я, а значит, есть риски. — Ты предлагаешь мне солгать твоему парню? И что значит «он знает где я»? Он что, следит за тобой? — Ты знаешь моего отца и то, на что он способен. Поэтому, у меня нет другого выбора. Пожалуйста, присмотри за Ёнбоком и если что-то случится, сразу пиши или звони мне. Обещаешь? — Ладно, обещаю. Но и ты пообещай мне что будешь осторожен. Вернись целым и невредимым, Хван Хёнджин. Или я сам тебя убью. — Обещаю, Хани. Я вернусь. — ответил брюнет и сбросил звонок, поднимая глаза, полные решительности и страха одновременно, на голубое небо.