Напиток алого цвета

      Оливер открыл дверь комнаты Робина и зайдя внутрь, заметил сидящего на полу Кристофера, чьи глаза были закрыты. Тот проснулся от прихода господина и сонно поднявшись, коротко и с ходу объяснил состояние спящего Робина. Де Вилье кивнул и велел стоящему снаружи охраннику провести доктора до его спальни, а сам подошел к кровати и присел на колено перед ней. Приблизился лицом к мальчишке и погладил по щеке, разглядывая его. Вспомнил, как точно так же рассматривал его в их ночь знакомства, только на расстоянии и не с тем любопытством, которое он испытывал сейчас. Тогда в его голове даже и мысли не было дотрагиваться до него, так зачем он делает это сейчас?       "Если буду использовать тебя, как хочу, то потеряю. Недолгое удовольствие разве стоит того? Ты не единственный, кто обладает императорской кровью и я могу просто найти другого человека с четвертой группой крови, но не хочу. Я готов идти на жертвы, пить в маленьких количествах самое лучшее, что когда-либо пробовал и за что другие вампиры готовы уничтожать, лишь бы заполучить тоже. Это не похоже на меня. Говорил, что лишь играю в любовь, но когда ты отключился, то всерьез хотел сказать тебе, как люблю тебя, Робин."       Оливер потянулся еще ближе лицом к лицу мальчишки и коснулся его губами, все так же гладя по щеке. Робин проснулся не сразу, а только спустя время, и даже не сразу осознал, что Оливер здесь и целуется с ним. В груди что-то встрепенулось и он вновь прикрыл глаза, открывая рот, чтобы язык мужчины пробрался внутрь. Он не мог не подумать на секунду, что это сон, ведь знал себя. И все же, было так хорошо, мираж это или реальность.       Вампир слегка удивился, но тем не менее сделал то, чего хотели оба. Они не целовались всего несколько часов, однако то, как они поглощали друг друга словно говорило об обратном.       Робин не думал в эту минуту ни о чем. Ни об Оливере, ни о Кристофере или о ком-то еще. В глубине души он всегда хотел проснуться именно так: чтобы кто-то разбудил его своим поцелуем, пропитанный нежностью. Чтобы когда он открыл глаза, он видел кого-то, кому Робин не безразличен. Мальчишка всегда любил заботу и внимание. Особенно когда болел.       Мужчина отстранился и открыл глаза, с легким волнением оглядев Бэйли. В голове крутились разные слова, но он не мог выдавить ничего. Что следовало сказать человеку, который потерял сознание после того как Оливер выпил его кровь? "Извини, случайно"? "Больше такого не повторится"? "Мне жаль"?       Все это ложь. Оливеру не было жаль, несмотря на то, что он испугался. Вкус крови того стоил и все же, было слишком рискованно. Однако если напрямую сказать это Робину, то это может отдалить их еще сильнее и мальчишка перестанет доверять. Этого нельзя допускать.       - Послушай, - пониженным голосом начал Де Вилье, поднимаясь на ноги и смотря на Бэйли сверху вниз. - То, что произошло ужасно и мне стыдно. Прими мои извинения, Робин. Мне следовало контролировать себя, но я не мог остановиться. Ты невероятно вкусный и это сводит меня с ума. Ты правда особенный. Я еще никогда не встречал таких, как ты.       Мальчишка коснулся шеи там, где ныл след от укуса. Он вздохнул и сначала даже не хотел никак отвечать. Было лень, ему хотелось, чтобы Оливер без слов снова просто поцеловал его и ничего не говорил. Но посмотрев в лицо вампира, в его серьезное лицо, Робин вяло ответил:       - Сейчас я в порядке. Наверно. Но что важнее... Почему ты ушел? Почему ты оставил меня одного?       Оливер коротко хмыкнул, ожидая этого. Он не мог не согласиться, что поступил как последний ублюдок и не раз, и будет делать это еще и еще. Интересно, по силам ли это Робину? Что он вообще может сделать, даже если его что-то не устраивает? Сбежит? Одновременно хотелось приласкать мальчишку и узнать ответы на эти вопросы.       - Было срочное дело, связанное с работой. Я не хотел уходить, но..       - "но так получилось", да? - закончил за него Робин раздраженно, зная конец. Самое жалкое оправдание.       - Это правда, - голос вампира стал добрее и он сел рядом с мальчишкой, словив подозрительный взгляд. Оливер коснулся его волос и погладил. - Сейчас ведь я здесь. Я скучал и волновался. Обещаю, такого больше не повторится. Доктор Харрис нашел выход для нас.       Сначала Бэйли хотел возмущаться и дальше, так как правда был недоволен, хоть они и целовались несколько мгновений назад. Однако часть сказанного про доктора Харриса ошарашила его и он рассеянно спросил:       - Какой?       - Он будет брать понемногу твоей крови, так что ты больше не потеряешь сознания.       "Это выход не для нас, а для тебя, Оливер" - хотелось сказать вслух Робину, но вместо этого он коротко кивнул, смиряясь и ложась на спину.       Мужчина лег рядом с ним боком, ведь было довольно тесно. Он приобнял его, чувствуя как сердцебиение участилось. Оливер не смог сдержать смешка. Робин всегда так забавно и мило смущается.       - Видел какие-нибудь сны, пока спал? - поинтересовался вампир, разрушив тишину.       Недолго думая, мальчишка ответил невозмутимо:       - Вообще-то да. Я много думал о семье в последние дни и сегодня мне приснились родители.       Слово "семья" заставило Оливера задуматься, а затем он спросил:       - И как? Хороший сон?       - Не очень. Мне снилось детство и вроде все было неплохо, но почему-то тоскливо от этого сна. Может, от осознания, что этого больше никогда не будет. Либо, я просто всегда думал, что был счастлив, когда на самом деле не был.       Брови Оливера недоуменно поднялись и он повернул голову Робина к себе, молча заглядывая в глаза.       - Но ты сказал, что все вроде было неплохо.       - Верно, но.. - мальчишка запнулся, отведя взгляд и подбирая слова, а затем поднял глаза и нахмурился. - Хотя знаешь, не думаю, что следует рассказывать тебе. Ты не доверяешь мне, а я не доверяю тебе. Мы целуемся и обнимаемся, но ничего другого у нас с тобой нет и скорее всего никогда не будет, что бы ты не говорил.       Вампир вздохнул, в очередной раз подмечая то, что мальчишка не такой наивный, каким кажется. Нет, он правда недооценил его: Робин умный парень, который просто не всегда знает, как получить что нужно. Однако иногда умеет находить способы, прямо как сейчас. У него с Оливером и правда много общего.       - Тогда, если ты не против, расскажу я.       "Ты ведь этого добивался, не так ли?"       - Что ж, это сложно объяснить, но есть только два способа становления вампиром: рождение или обращение. Я не был рожден и не был обращен в вампира. Меня создал человек путем науки. Это был старый и одинокий ученый, безумный в каком-то смысле, - со смешком подметил Оливер. - Он знал, что вампиры существуют и захотел узнать, как они получаются. Он похитил какого-то вампира, брал его ДНК для своих исследований и просто экспериментировал. Мой "отец" получил пробу ДНК и следил за тем, как организм медленно развивается. До меня он выращивал пятнадцать моих братьев или сестер, но не знал, в каких условиях они должны выращиваться, поэтому я был первым удачным его созданием. Первое мое воспоминание было то, как я открыл глаза в его лаборатории, находясь в "аквариуме" с каким-то химическим веществом. По сути, я совсем не вампир. Я настоящий монстр, который питается человеческой кровью. Если бы об этом знали настоящие вампиры, то не уважали бы так, поэтому мне приходится поддерживать образ. А этот образ - идеальный бизнесмен и кредитор, вампир с корнями аристократов. Никто не знает, что я - всего лишь эксперимент какого-то человека. Моя жизнь сплошная ложь, но по-другому я и не могу ее представить, - невесело улыбнулся Оливер, замечая как выражение лица Робина становится еще безысходнее. Он не знал, как продолжить какое-то время, а после долгой паузы добавил:       - Да, я не доверял тебе. И мы можем и дальше не доверять друг другу, но мне кажется, так мы далеко не уйдем.       "А ты хочешь идти далеко? То, что наши отношения выходят на новый уровень ведь еще ничего не значит, да? Однако почему мне кажется, словно ты не врешь, когда находишься наедине со мной? Твои приемы уже подействовали и я верю каждому твоему слову, или ты правда мне доверяешь?" - размышлял Робин, а затем вопрос сам вырвался с его губ:       - А что с ним сейчас? С твоим.. отцом.       - Он умер, как и все люди, очень давно. Я ни разу не скучал по нему, до недавнего времени. Кое-кто начинает догадываться о том, что моя история лживая, и уже копает под это. Если он узнает все, то последствия могут быть не ахти. Я пришел к тебе, чтобы забыть об этом, ведь когда нахожусь с тобой, то не могу думать ни о чем, кроме тебя.       Щеки Робина покраснели и он смущенно отвел взгляд, хотя ощущал тепло в груди. Из-за потери сознания Оливер теперь пытается искупиться своей любезностью. Что ж, у него получается.       - У меня не такая уж интересная история. Я был обычным в любом возрасте: и в детском, и в подростковом. Единственная деталь, которую я хорошо помню, это то, что я всегда хотел быть похож на дядю.       - На Алана? - Робин кивнул. - Забавно. Даже не представляю, какой он на характер, но мне он никогда не нравился. Без обид.       - Мне уже все равно. В любом случае я никогда не увижу ни его, ни своих родителей, ни брата. Никого, кроме тебя.       Оливеру вдруг захотелось улыбнуться. Ему нравилось владеть Робином и даже если он не озвучивал свои мысли вслух, они оба понимали действительность. То, что он был заперт здесь в какой-то степени заводило вампира.       - Верно, - он приблизился лицом, показывая всю свою заинтересованность. - Робин, я..       - Меня что-то в сон клонит, - перебил мальчишка, переворачиваясь на спину. - Если это не что-то важное, то давай поговорим потом.       Оливер с неким огорчением прикрыл рот и выдохнул, а уголки его губ тем временем приподнялись.       - Набирайся сил. Я навряд ли смогу зайти в скором времени, постарайся сильно не скучать.       - Постараюсь, - сухо ответил Робин, отворачивая голову.       Вампир поднялся с задумчивым видом. Ему так хотелось увидеться с Робином, даже не разговаривать, но просто посмотреть на него, а сейчас... он словно уходит ни с чем. Оливер ссылался на свою жадность, на свою нетерпеливость. Он не понимал, чего ему хотелось больше: овладеть мальчишкой в постели или выпить его драгоценную кровь. Поцеловать его взасос или сказать "я люблю тебя". Задушить от одержимости от всего его тела или приласкать. Однако он продолжал стоять и задумчиво глядеть в одну точку.       Оливер поднял равнодушный взгляд и ровным голосом произнес:       - Знаешь, Робин.. Ты слишком дорог мне, чтобы отпускать тебя. Я хочу заботиться о тебе и знать, что ты в безопасности всегда. Это правда, когда я говорю, что желаю заботиться только о тебе. Не могу передать этого, но..       - Я знаю, Оливер, - сипло ответил Робин, посмотрев в глаза мужчины и слегка улыбнувшись. - И я... ценю это. Никто никогда так обо мне не думал. Ты первый.       Вампир почувствовал тепло в груди. Он подошел и с улыбкой погладил Робина по голове. Эти слова подействовали на него слишком сильно, но зато пустота исчезла: вместо нее было приятное чувство.

***

      Кристофер поднялся на лифте с охранниками наверх и выйдя через кабинет Германа, хотел спуститься вниз, в библиотеку, несмотря на то, что время было довольно поздним. Сна не было ни в одном глазу и все, чего он хотел - это отвлечься. Рядом с Робином он старался вести себя спокойно, чтобы и у того не было паники, но на самом деле Харрис не был готов к такому. Не был готов видеть заложника семейства вампиров, который по всей видимости еще и чувства к главе этого семейства испытывает. У него было совершенно ноль идей, как помочь мальчишке, но какой-то выход точно был. Весь тот "план", что он сказал ему, было лишь импровизацией. Кристофер не такой бездушный человек, что правда смог бы постоянно отказывать в помощи таким как Робину, но и не такой остроумный, чтобы действительно знать, что делать. Хотелось узнать совета у кого-нибудь постарше.       Прежде чем идти в библиотеку доктор хотел зайти в гостиную, ведь только там был проводной телефон. Кроме как Тору было некому звонить, чтобы унять тревогу в груди.       Харрис зашел, убедился, что никого нет и сел на мягкий диван, рядом со столиком, на котором был телефон. Он набрал домашний номер приятеля и под гудки его сердцебиение медленно успокоилось. Спустя время Кристофер вздохнул и положил трубку, так и не дождавшись ответа.       "Было глупо звонить ему так поздно ночью, ведь Тор, должно быть, спит." - подумал он, выходя из гостиной.       Когда он направился к лестнице, сзади он услышал, как дворецкий молча открывает входную дверь и повернувшись, врач заметил двух молодых людей. На плече того, что был крупнее телосложением, лежала девушка без сознания. Кристофер насторожился, спустившись со ступенек, и хотел спросить, мол, кто это, но парень с длинными волосами опередил его, обратившись на норвежском.       - Это новый семейный врач - Кристофер Харрис, господа, - на английском пояснил за Харриса дворецкий, но на лице длинноволосого все равно читалось недоверие.       - Человек.. Обычно господин тщательно выбирает, когда нанимает людей, - наконец заговорил второй мужчина.       "Они мне не доверяют. Чувствую тоже самое. Но если я не ошибаюсь, то они оба тоже люди. Тогда почему такое презрение, что я такой же человек, как они, а не монстр?" - думал доктор, после чего он спросил, скрестив руки на груди:       - Вы теперь знаете кто я, но кто же вы и ваш друг? И самое главное: кто та девушка, что лежит на вашем плече, мистер?       - Видимо, мы будем частенько пересекаться, доктор Харрис, - с легкой ухмылкой заговорил длинноволосый и все его в миг презрение пропало. - Меня зовут Томас, а это - Верманд. Точного имени девушки мы не знаем, но она нужна господину для его бизнеса, так что мы просто выполняем нашу работу. Доставляем товар.       - Товар?! - раздраженно переспросил Кристофер. Его глаза сузились и кулаки невольно сжались. - Да вы сами люди, как вы смеете...       - Что здесь происходит?       Харрис не успел договорить, ведь его перебил хладнокровный голос Оливера. Он медленно повернул голову в сторону лестницы и заметил, как тот наблюдает за ними сверху. Выдохнув, чтобы успокоиться и взять себя в руки, Кристофер подумал о том, что стоит быть осторожнее, ведь он и так ведет себя подозрительно. Его господин легко может избавиться от него, почувствовав малейшую опасность.       - Томас, Верманд, не стойте просто так. Куда идти вы знаете.       - Есть, сэр, - кивнул Томас и в последний раз оглядев врача, они поднялись и удалились вместе с бедной девушкой.       Кристофер продолжал стоять на том же месте, так же как и Оливер. Они молча смотрели друг на друга и сверлили взглядами.       - Доктор Харрис, почему не ложитесь спать? - оперевшись об изгородь и повернув голову набок, спросил вампир.       - Хотелось выпить воды, сэр, - соврал врач, подойдя к лестнице. - Уже иду в свою спальню.       Оливер молча дождался, пока тот поднимется, а затем подошел ближе и властно произнес:       - Вы ведь помните, что я говорил, так? Одна провинность и я своими же руками вас убью.       - Все так, господин, я помню, - пытаясь держать расстояние, ответил Кристофер. Он не отрывал глаз от опасного взгляда карих глаз вампира.       - В таком случае, я перефразирую вопрос: почему вы сразу же не отправились спать, доктор Харрис? Не вздумайте мне врать, за девяносто четыре года я неплохо научился распознавать ложь.       - Я хотел позвонить доктору Эрикссону, господин.       - Неужели? И что же вы сказали ему?       - Ничего. Он не поднял трубку.       - Какая жалость.       - Если вы позволите, я пойду, сэр.       Рука вампира остановила доктора Харриса за плечо и крепко сжала. Он повернул недоуменного мужчину к себе и с холодными глазами сказал сквозь зубы:       - Буду с вами честен, доктор: я вам не доверяю.       - Просто потому что я не боюсь вас так, как остальные, сэр? - предположил Кристофер, выгнув бровь.       - Возможно. Я заставлю вас бояться.       Оливер положил вторую руку на плечо и не медля потянулся лицом к шее мужчины, выставляя клыки, но тот спешно выпалил:       - Если вы сделаете это, то я не смогу помочь Робину!       Де Вилье замер и поднял глаза на Кристофера. Его лицо казалось ошарашенным и он спросил:       - С чем помочь? Робин в порядке.       - Это так, однако его состояние все еще нестабильное. Я надеялся проводить осмотр еще в течение трех-четырех дней, но если вы сделаете то, что хотели сейчас сделать, боюсь, за ним некому будет присматривать.       Оливер молчал, отведя взгляд. Снова ощутил ту тревогу за мальчишку, когда он упал в обморок. Нет, им нельзя рисковать. Его здоровье должно оставаться идеальным.       - Осмотр и ничего более?       - Зависит от его состояния. Когда Робин очнулся, его вид и самочувствие были ужасны.       Оливер виновато прикусил губу. Он отпустил доктора и вспомнил бледное лицо спящего мальчишки. Его кулаки невольно сжались.       - Идите спать, доктор Харрис. Уже поздно.       - Доброй ночи, господин.       Вампир смотрел в спину уходящего Кристофера. Не то, чтобы ему так сильно хотелось попробовать кровь этого человека, но во второй раз за день он чувствует, как его оставили ни с чем. Чертовски раздражало.       Раздражение не продлилось долго, ведь Оливер со вздохом вспомнил об аукционе. Его отец продумал все, перед тем как умереть: создал Оливера, сделал ему историю с аристократичными корнями, похитил первых людей, которых вампир увидел после отца, и продавал нуждающимся вампирам. Шла Вторая мировая и вампиры прятались в подземельях, подвалах. Выходить на охоту получалось только ночью, но приходилось действовать большими группами, чтобы остаться в живых. Это было не очень удобно. Тогда в голову Фредерика Де Вилье пришла идея создать свой рынок людей и заработать на этом хоть какие-то деньги. Правда, рискованно было самому их продавать, поэтому старик использовал Оливера. Вампир помнил, как по приказам отца ходил по разным местам и искал себе подобных, чтобы прорекламировать свой "бизнес". Вампиры были в отчаянии и приходили в заброшенный дом, принадлежащий Фредерику. У них было не так много денег, но ради людишек они отдавали все, что у них было: украшения, часы, серебряные зеркала. Вампиры использовали их как питомцев, неосторожно выпивали всю кровь до смерти и жаждали нового человека. Так и развился бизнес семьи Де Вилье.       Фредерик не мог допустить неправдоподобности. Они заранее отрепетировали то, что Оливер будет говорить всем. Эта придуманная ложь в какой-то степени превратилась в правду. Порой вампир и сам верил, что не было никакого Фредерика. Был лишь его секретарь Бьёрн Сольберг.       Спустя какое-то время, отец сумел создать второго подобного Оливеру "вампира". Услышав эту новость, тот совершенно не обрадовался. Напротив, прилила ревность и злость от того, что он теперь не единственное создание отца. Однако узнав, что это девушка, Оливер успокоился. Женщина никогда не смогла бы заменить его для Фредерика. Для Фредди был лишь один "наследник" и все надежды возлагались на него. Какая-то женщина не смогла бы потянуть это все.       Увидев Мелиссу в первый раз, Оливер не понимал что чувствует. Вроде он злорадствовал, что эта женщина теперь принадлежит ему, ведь отец и правда хотел лишь создать идеальную жену и будущую мать детей Оливера. Однако посмотрев в ее невинные глаза, что были так похожи на его, и увидев ее худощавое голое тело, он не мог выдавить и слова, ведь был поглощен этим красивым видом. Влюбленность давно прошла, однако Оливер никогда не отрицал, что правда испытывал к той что-то, хоть и недолго.       Фредерик хотел знать, может ли у таких как они получиться дети. Он присутствовал в их "брачную ночь" и с внимательностью смотрел, как они занимаются любовью прямо как люди. В голове вампира никогда не мелькала мысль, что что-то в поведении и действиях отца было странным: напротив, он им восхищался, хоть и не показывал этого. Восхищался бесконечным потоком идей и его умом. Тем не менее Оливер серьезно не понимал, зачем нужно было иметь дело с Уильямом Калландом. Этот придурок никак не отвяжется, даже спустя столько лет.       Конечно, в начале это все имело логическое объяснение. Заработав некоторое состояние во время и после войны, они переехали в дом побольше. Там же Фредерик и построил подвал, в который переехали похищенные люди. Их становилось больше, потому что было много покупателей. Тогда-то и объявился Уильям. Ему на тот момент было сто пятьдесят лет, но его хитрое личико "бывшего солдата" говорило об обратном. В мире вампиров, как и в мире людей, полно лжи и Оливер сразу это понял. Но ложь бывает разной и в каких-то ситуациях ты просто принимаешь это, однако с Уильямом Оливер не чувствовал этого никогда. Никогда не хотелось сделать ему поблажку или быть снисходительнее, ведь Калланд почему-то с самого начала раздражал Де Вилье.       Он сделал выгодное предложение. Подвал был слишком маленьким, а людей требовалось много. И примерно в тот момент в голову Фредерика пришла идея об аукционе. Отец заставил Оливера согласиться на предложение Уильяма и поделить прибыль, взамен же они проводили аукционы людей в доме Калланда и держали людей у него. Помимо этого бизнеса Уильям занимался бизнесом наркотиков и владел казино. Для Оливера это казалось странно, что он хотел владеть еще и их бизнесом. Он находил того подозрительным, все время ждал, что в один момент тот исчезнет с его деньгами и людьми, оставив Де Вилье ни с чем. Но тот так не поступил.       Оливер расторгнул контракт после смерти отца. Все-таки, это была его прихоть и было необязательно исполнять ее, когда человека уже нет в живых. У них не было теплых отношений и даже из вежливости работать с тем вампиром не хотелось. Оливер сам занялся бизнесом, сначала уехав во Францию, на родину своего отца, а затем вновь вернувшись в Норвегию. Теперь он уже не тот неуверенный фальшивый вампир, что был словно марионетка в руках Фредерика. Теперь он Оливер Де Вилье, самый настоящий вампир, богатый и независимый. Он живет в роскошном доме, у него огромный подвал, что был спроектирован специально для его дела и отдельная комната для аукционов. В нее можно было попасть через комнату секретаря. Подвал с людьми находился на самом низу, но вот комната для аукционов чуть выше. Там-то и собирались вампиры, сидели на сидениях и обсуждали будущую еду, словно в ресторане.       Такие ночи обычно быстро проходят. Де Вилье сидит на отдельном диване и общается с самыми элитными гостями. Советовал им людей.       В этот раз все ощущалось как в тумане. Он держал и пил стакан с виски, но на вкус чувствовал пустоту. Разговоры этих старых, как он, и нетрезвых вампиров казались такой тратой времени. Ему хотелось быть рядом с Оливером. И хотелось увидеть отца.       Было глупо отрицать, что Уильям не заинтриговал Де Вилье. Такое ведь могло быть? Все же прошло много лет и сейчас, если все сказанное правда, отец должно быть почти того же возраста, что и при смерти.       Оливер посмотрел в сторону смеющегося в окружении вампирш Уильяма. Они столкнулись взглядами и тот с улыбкой помахал ему. Де Вилье фыркнул и отвел взгляд. Скоро этот цирк закончится.       Так думал Оливер, пока не заметил, как в зал зашла Мелисса. Она была накрашена, ее губы были непривычно яркими. Плечи были открыты, так как на ней было платье, которое вампир никогда на ней не видел: такое же красное, как ее губы и с глубоким декольте. Прямые волосы стали слегка кудрявыми, ведь она уложила их не как обычно. Ее шпильки стучали так, что все обратили внимание на ее появление, но ей было важно только то, что Оливер смотрит на нее. Она улыбнулась и поздоровалась с недалеко стоящими вампирами, время от времени поглядывая на Оливера.       После короткого разговора она села около мужа и сказал с легкой улыбкой:       - Обычно я не присутствую с тобой на аукционе, отчего все наверно думают, что у тебя нет жены.. Поэтому я подумала, что можно составить компанию моему супругу. Тебе нравится, как я выгляжу? Жены завидуют мне, а их мужья так жадно смотрят на меня...       - Ты выглядишь слишком вульгарно. У тебя есть дети, но разоделась как на выпускной. Твое место в доме, а не здесь. Я прекрасно справляюсь один, - жестко, но как обычно честно ответил вампир.       - Пожалуйста, не надо отталкивать меня. Я тебя... - она не успела договорить то, чего очень давно не говорила, ведь Оливер устало перебил ее:       - Ты меня раздражаешь, как и все, кто здесь находится. Я не выбирал, чтобы ты стала моей женой, а ты не выбирала меня в мужья, однако мы все еще вместе. Ты сама еще не устала от этого спектакля? Может, нам развестись?       - Что ты такое говоришь?.. - обреченно спросила Мелисса и Оливер закатил глаза от ее дрожащего голоса, после чего снова глотнул виски. - Я не могу... Ты нужен мне... И я нужна тебе...       - Ты не нужна мне. Никогда не нужна была.       Слезы покатились по щекам Мелиссы и она быстро вышла, пока все не увидели этого. Ей было больно от всего, о чем она думала: от слов мужа, от действий и его черствого, равнодушного взгляда. Даже нет, в нем было отвращение к Мелиссе. Это разбивало сердце и в такие моменты ей хотелось умереть. Но затем она вспоминала о своих детях и даже если Оливер относился к ней как к пустому месту, то с ними они и правда были похожи на семью. Это немного радовало.       Было примерно шесть утра. Скоро должен был быть рассвет и гости должны были уйти, вместе с купленным "товаром". Мелисса вытерла слегка потекшую тушь и села на диван в любимой гостиной. Их отношения с Оливером обречены и это точно. Уже ничего не изменить, как бы она не старалась.       Вновь подступило чувство апатии и ей снова захотелось заплакать, однако ее отвлек чей-то низкий голос:       - Вы в порядке, мэм?