Напиток алого цвета

      Кристофер шел за охранниками в быстром темпе, ведь понял, что что-то случилось. Те взволнованно ворвались в библиотеку и не могли объяснить ему, что именно произошло, но он понял, что нужен как врач, поэтому перед тем как идти за ними, захватил с собой аптечку со всем необходимым.       Он проследовал за охранниками в кабинет Германа, что сидел за своим столом так же обеспокоено и провел того взглядом, пока три крепких мужчины открыли дверь недалеко от стола. Кристофер был убежден, что она вела в туалет, однако удивился, когда заметил маленькое помещение с лифтом. Они прошли внутрь и около полторы минуты ехали вниз. Харрис почувствовал прохладный воздух подвала, когда двери лифта открылись.       Перед ним показался не просто длинный коридор. Он был очень длинный и с множествами дверей по обеим сторонам. На самих дверях были таблички и, вглядевшись, врач понял, что на них написаны имена людей. Таких дверей было около пятидесяти штук с одной стороны и столько же с другой. Он ужаснулся, подумав о цифре людей, запертых здесь.       Они дошли до середины коридора и завернули направо. Стоявший около двери с табличкой "Робин Бэйли", одинокий охранник открыл им дверь и Кристофер с сомнением вошел внутрь.       Он сразу же заметил сидящего на кровати Оливера. Перед тем, как обратить внимание на вошедшего врача, вампир со смятением пристально наблюдал за спящим на кровати рыжеволосым юношей. Его лицо и даже губы было нездорово-бледными. Де Вилье встал и подойдя к доктору, с серьезным видом пояснил:       - Я выпил слишком много его крови и он упал в обморок.       Харрис с невозмутимым лицом вновь посмотрел на мальчишку. Если и так, то почему Оливер так переживает? Может Тор был неправ и господину вовсе не плевать на людей. Может, он и не с отвращением к ним относится, ведь его взгляд и голос были такими встревоженными. Просто потому что какому-то Робину Бэйли не поздоровилось.       Выйдя из своих мыслей, Кристофер коротко ответил:       - Я позабочусь о нем, сэр.       Он хотел было подойти к мальчишке, но Оливер крепко схватил его за локоть и не моргая спросил:       - Что вы будете делать, доктор Харрис?       Харрис был ошарашен такой реакцией и вначале не мог выдавить и слова. Он понимал, что он никто, чтобы задавать вопросы и вампиру на его любопытство глубоко все равно, но все же он не мог мысленно не спрашивать того: "Кто же он для тебя, что ты так волнуешься?"       - Я хочу осмотреть его. Прошу вас не нервничать так и отпустить меня, иначе я не смогу помочь пациенту.       Вампир поджал губы и фыркнув, отпустил его руку. Кристофер наклонился к Робину, прикоснулся рукой к его лбу и почувствовал легкий жар и потливость. Он сочувственно оглядел его и вздохнул.       - Я дам ему лекарство, когда он придет в сознание. Пока нужно дождаться, чтобы организм восстановился и он очнулся.       - С ним все будет в порядке? - с искренней заботой спросил Оливер, отчего у доктора изумленно приподнимались брови.       - Да, сэр. Однако если вы хотите, чтобы этот юноша жил, вам нужно контролировать себя.       - Я думал, что у меня получается контролировать.. - загнанно произнес Оливер. Он выдержал паузу, а затем еле слышно добавил:       - Я не хочу, чтобы так вышло снова.       Кристофер повернулся к мужчине. Если бы они не были здесь вдвоем, он бы навряд ли смог поверить, что это говорит Оливер Де Вилье. Тот черствый и холодный вампир, его начальник и строгий хозяин дома, говорит о своих опасениях по отношению к человеку.       "Робин, что же ты такого сделал, что аж довел господина до такого?" - с усмешкой подумал Харрис, шагнув к Оливеру.       - Есть одна идея, сэр, если позволите озвучить.       - Выкладывай.       - Можно брать кровь этого человека, как это делают доноры. В небольших количествах и так, чтобы это не было в ущерб его здоровья. Видимо, он потерял много крови и она не успела восстановиться.       Не раздумывая вампир ответил:       - Я согласен.       Кристофер ожидал колеблющегося ответа, ведь как никак Оливер всего лишь вампир, а Робин - его еда, и уменьшать еду в размере, когда так яро в ней нуждаешься дело нелегкое. Однако если учитывать то, как много в этом подвале находилось вампирской еды, то можно и потерпеть. Может, между этими двоими иные отношения и Оливер, что так беспокоится за человека, и правда готов пойти на жертвы.       В комнату постучались и один из охранников сказал что-то мужчине на норвежском. Тот недовольно сузил глаза и хладнокровно ответил в ответ, но охранник лишь с виноватым видом смотрел на него, пока вампир не приказал Кристоферу:       - Оставайся здесь и проследи за его самочувствием. Мне надо отлучиться по делам.       Харрис кивнул и тот удалился, закрыв за собой дверь. Он внимательно осмотрел комнату и его грудь с каждой минутой пребывания сжималась от того, как здесь было жутко. Темное освещение, комната словно тюремная, где есть только кровать и запертая дверь, а также маленькая туалетная комната. Ему было искренне жаль этого юношу и он не мог представить, как тот вообще живет в таких условиях. Как остальные похищенные люди так живут. Хотя, у них не было выбора и от осознания этого стало еще хуже. Он с ужасом сглотнул и сел на пол, пытаясь успокоиться.       Кристофер прикрыл глаза и начал думать о том, что это не его дело. Он здесь лишь по работе, ничего более. Вмешиваться нельзя. Этот Робин точно будет просить о помощи, но какую помощь Харрис может дать, кроме как медицинской? Он и сам не сможет сбежать, если захочет, ведь здесь везде глаза и уши, да и местности он не знает. Связь на телефоне в доме не ловит и вокруг ни души. Только деревья.       Задумавшись об этом всем, Кристофер не заметил, как заснул. С самого перелета и долгой поездки на машине одного из охранников он еще ни разу не спал. Он не знал, как много времени прошло, но его разбудил хриплый голос очнувшегося Робина Бэйли, робко спрашивающий:       - Кто вы?..       Харрис резко открыл глаза и сфокусировав взгляд перед собой, всмотрелся в лицо мальчишки. Под его большими голубыми глазами были такие же большие темные круги. Лицо еще не приобрело здоровый оттенок и он выглядел как зомби.       Мужчина поднялся на ноги и подошел к нему, параллельно невозмутимо объясняя:       - Меня зовут Кристофер Харрис и я врач семьи Де Вилье. Господин сказал, вы упали в обморок. Я здесь, чтобы помочь, мистер Бэйли.       Он опустил одеяло вниз и хотел попросить поднять футболку, чтобы было удобнее слушать сердцебиение, но Робин больно взял его за запястье и пониженным, жалобным голосом попросил:       - Пожалуйста, помогите мне, доктор. Помогите уйти отсюда, умоляю вас...       - Я и так хочу помочь вам, мистер Бэйли, но не с тем, о чем вы просите меня, - мягко отказал ему Кристофер, стараясь подавить чувство вины и беспомощности. - А теперь поднимите вверх вашу футболку, я должен послушать ваше сердце.       Харрис убрал с себя его руку и потянулся в аптечку за стетоскопом. Робин не пошевелился и лишь обреченно кусал губу, водя глазами из стороны в сторону.       Доктор оказался его маленькой надеждой, но это было ненадолго. Как же это глупо - наивно полагать, что кто-то способен ему помочь. Он даже сам себе помочь не может, не может разобраться и единственное, на что он способен здесь - сидеть и путаться в мыслях о разном, но в частности о чувствах.       Что же он ощущал прямо сейчас? Скорее всего, опустошенность. Это не было редкостью и порой чувствовать такое совершенно нормально, но ненормально было, когда эта опустошенность проходила, стоило Оливеру быть рядом и уделять Робину внимание. Когда же он исчезал - даже неизвестно куда и на сколько, мальчишке было так плохо и даже прямо сейчас... Даже сейчас, после того как отключился от того, что Оливер выпил слишком много его крови, все равно хотелось увидеть его. Почему же его нет?.. Почему он бросил Робина?.. Не может же быть такого, что это Робин виноват в его отсутствии. Или все же может?       Из потока мыслей его отвлек строгий тон Кристофера:       - Не ведите себя как ребенок, иначе мне придется будет все делать за вас. Вы вполне взрослый и самостоятельный, не так ли? - спросил он, применяя метод общения, который обычно использовал с испуганными детьми на практике. Его суровый тон плавно превратился в бархатистый.       Робин с растерянностью посмотрел в его доброе выражение лица и слегка смутившись, медленно поднял футболку, чувствуя не только общую слабость, но еще и слабость в руках.       - Молодец, - похвалил врач, чуть наклонившись и касаясь головкой стетоскопа грудной клетки мальчишки. Он задрожал, стараясь не смотреть Кристоферу в глаза.       - Почему вы не можете помочь мне сбежать?       - Потому что и сам не могу этого сделать, - честно признался он, с каплей досады. - Если бы я мог, то помог бы не только вам, но и всем остальным.       - Здесь много людей, да?       - Очень.       Повисла тишина. Кристофер закончил слушать его сердцебиение и пока убирал стетоскоп обратно в аптечку, Робин в это время выдержал паузу, задумавшись, а затем сипло спросил:       - А где.. Оливер?       Глаза Харриса слегка раскрылись, ведь его догадки о связи этих двоих подтвердились в его голове. Он искал подходящее лекарство и заодно обдумывал ответ.       - Господина вызвали по делам и он ушел, - объяснил Кристофер, поворачиваясь с пузырьком лекарства для системы. Он сказал Робину сесть, после чего тот без сил приподнялся и Харрис приземлился рядом с ним.       Не замечать его загнанность и дрожь в коленях было невозможно. Врач с неуверенностью положил руку его на плечо и похлопав, успокоил:       - Это всего лишь небольшой укол. Не бойтесь.       - Дело не в этом, доктор... - с невеселым смешком ответил Робин и отвернулся.       Кристофер выгнул бровь и чувствовал, как мальчишка не досказал чего-то. Он переместил теплую руку на его трясущееся колено. Бэйли изумленно заметил, что за все это время почувствовал человеческое тепло, а не прохладную кожу вампиров. Мальчишка глянул на доктора, что явно избегал зрительного контакта, смотря как колено все еще дергается, но уже не так заметно. Тот твердо произнес:       - Тебе, должно быть, сложно здесь. И страшно. Я не знаю, как помочь тебе, хотя я правда хочу этого сделать. Но дело в том, что.. - Харрис усмехнулся, прикрыв глаза. - Мне тоже страшно, Робин. Я изучил дом и сбежать отсюда так просто не выйдет. Нужно тщательно подготовиться и только потом действовать. Поэтому не проси меня помочь тебе сбежать, ведь я и сам без понятия как сделать это.       Робин приоткрыл рот, смотря в опечаленное лицо доктора. Он перевел взгляд на его руку и выдохнул воздух с небольшим облегчением, просто от этих слов и его теплой ладони. Впервые за это время на его лице была искренняя, хоть и небольшая, улыбка.       - Мне нужно выбраться из подвала в дом. Оттуда будет легче сбегать, чем отсюда, ведь так?       - Полагаю, что так. И как ты собираешься выбраться в дом? - уточнил Кристофер, хотя догадывался об ответе.       - Оливер - мой билет в дом. Мы... оказались ближе, чем я ожидал. Может, если продолжить в том же духе, что-то и выйдет.       - Вы с господином... спите? - поинтересовался Харрис, заглядывая в покрасневшее лицо Робина.       - Вовсе нет..       - Тогда что между вами происходит?       Этот вопрос Робин и сам частенько задавал себе. Когда ложился спать, когда ел в убивающей тишине, когда принимал душ и когда смотрел в глаза Оливера. Когда чувствовал на своей щеке его ладонь и слушал его чарующий голос, что говорил любезности. Но больше всего он хотел узнать ответ на вопрос, когда вампир кусал и пил его кровь.       - Честно говоря, доктор Харрис.. Все сложно.       В голове мальчишки было много аргументов, но сказать об этом вслух четко и ясно казалось чем-то нереальным и сложным. Собрать в кучу столько смешавшихся мыслей и прийти к одному ответу получилось не сразу, однако Кристофер не торопил Робина.       - Я чувствую, как нахожусь под контролем Оливера. Я не боюсь его. Напротив, когда долго не вижу его, то хочу чтобы он пришел, ведь он дает мне небольшое чувство радости и облегчения, что я не полностью одинок и забыт. Оливер говорит приятные слова и трогает меня, зная, что мне это нравится. Я не знаю, нравлюсь ли ему по-настоящему. Не знаю, нравится ли он мне, как мужчина. Мы не спим и если раньше мне нужен был только секс, то с ним я пока не хочу этого. Это осознание заставляет меня думать, что Оливер особенный.       Робин под конец поник, вновь ощутив на момент забытое ощущение тоски. Кристофер обдумывал его слова и тоже был слегка загнан. Он не мог понять чувств Робина, как бы не пытался, ведь не испытывал ничего подобного. Наверняка, это трудно. На лице мальчишки была безысходность, а о любимом человеке с таким выражением лица не говорят. Значит, он и правда не был влюблен.       Харрис с жалостью похлопал его по плечу, замечая как тот перестает быть скованным, и сказал:       - Я совершенно не знаю Оливера и не могу ничего тебе сказать или посоветовать по отношению к нему, но что действительно важно - это то, что ты ему небезразличен и это можно использовать. Когда я пришел и господин был здесь, он по-настоящему был напуган от того, что ты отключился. Он сказал, что не хочет, чтобы так было снова. И он готов на то, чтобы брать твою кровь в маленьких количествах, просто чтобы ты продолжал жить и не умер от потери крови, ведь сам господин себя контролировать не в силах. Ты и твоя кровь сводите его с ума, поэтому не упусти свой шанс.       - Но как мне понять, что шанс выпал? Вроде Оливер так близко ко мне и в то же время так далеко.       - Что ж.. ты сказал, вы не спали. А он хотел бы сделать это или он просто флиртует?       - Нет, он.. - Робин покраснел и уголки губ Кристофера невольно приподнялись. - Оливер хочет этого, но не торопит меня.       - Отлично. Тогда, если ты хочешь пробраться в дом, тяни как можно дольше, дразни и соблазняй его, чтобы когда он точно не выдержал, ты мог попросить его. Он не должен отказаться, если это будет означать, что ты готов переспать с ним.       - План хороший.. Но мне страшно, доктор Харрис. Мне страшно, что за это время я и сам влюблюсь в него, ведь уже помалу начинаю. А если мы займемся сексом, то я запутаюсь настолько, что вы можете называть меня сумасшедшим. Порой, я и так себя чувствую безумцем.       - Однако ты не безумец, - Кристофер заглянул в глаза Робина и произнес это с искренностью. - Я постараюсь помочь как могу, Робин, если и ты поможешь мне. В противном случае мы умрем здесь.       - Возможно, смерть - это не так уж и страшно. Я был готов умереть, когда попал сюда.       - Но сейчас ведь нет, так? - Бэйли кивнул. - Тогда мы должны бороться.       Спустя какое-то время доктор опомнился и поставил систему, после чего уложил мальчишку на спину и накрыл одеялом. Робин чувствовал себя ребенком, ведь о нем заботились. Ему нравились забота и внимание. В такие моменты все не казалось так уж ужасно, а появлялась даже тяга к жизни, в которой он нужен. И в которой его замечают.       - Я останусь с вами, пока господин не вернется, мистер Бэйли. Вы пока можете поспать и если состояние осложнится, я буду рядом.       - Можно просто Робин, доктор Харрис.. - заметил мальчишка с легкой улыбкой, закрывая глаза. - Если бы вы помогли мне вылечиться от болезни, под названием Оливер Де Вилье, я был бы признателен.       - Увы, но с этим вам придется справляться самому, Робин. Эта болезнь плохо мне известна.       - Как и мне.. - сонно ответил Бэйли, слыша как Кристофер садится на пол.

***

      - К аукциону все готово? - спросил Оливер раздраженно у суетливого Германа, что шел за ним до его кабинета.       - Да, господин. Все запланированные гости должны прийти.       Оливер кивнул и зашел в кабинет. Он быстро взял бумаги с медицинскими картами определенных похищенных людей и небрежно вручил Герману, бросив:       - Тогда начни готовить их. Строго по тому порядку, который я сделал. Начнем уже в три часа утра.       - Да, господин. Вас ждет...       - Я знаю, - оборвал секретаря Оливер, выходя из кабинета и спускаясь вниз.       Он зашел в гостиную и заметил, как мужчина беседует с его женой, сидя на диване. Его волосы блестели блондинистым цветом, кожа была гладкая и несмотря на огромный возраст, мужчина выглядел не старше тридцати лет максимум. Коричневые жилет и брюки не особо сочетались с его голубовато-зелеными глазами, но он выглядел роскошно. За этой ухмылкой скрывалось столько лицемерия и насмешки над всеми.       Этим вампиром был норвежец Уильям Калланд. Его глаза с азартом посмотрели на равнодушного Оливера и встав, они пожали руки.       - Чем могу быть обязан вашему визиту? - не ходя вокруг да около, спросил Де Вилье.       - Да так, просто хотелось проведать бывшего компаньона. Сегодня ведь ночь аукциона, в последнее время вы не так часто проводили это. Может, вам нужна помощь, мистер Де Вилье?       - Если вы забыли, мистер Калланд, мы были компаньонами всего лишь семь лет и это было восемьдесят лет назад. Мне не нужна ваша помощь и я бы хотел, чтобы вы не тревожили нас.       - Оливер, не стоит так грубо с гостем... - вставила Мелисса, но замолчала, когда муж окинул ее молчаливым раздраженным взглядом.       В ответ на это Уильям коротко засмеялся.       - Все нормально, Мелисса, ведь это и правда было так давно.. Память немного подводит.       - Ничего страшного, для вампиров вашего поколения это вполне нормальное явление, - с усмешкой сказал Оливер.       - Вы-таки успокоили меня, - ухмыльнулся в ответ Калланд, проигнорировав тот факт, что это было непрямое оскорбление. - Знаете, только что я вспомнил еще одну причину своего визита. На днях я вспоминал одного человека, что постоянно был около вас когда вы только переехали сюда. Он особо не высовывался, да и вы не рассказывали ничего о нем, но знаете, мистер Де Вилье... Недавно я видел этого человека.       - Вы врете, - твердо ответил Оливер и был четко уверен, что он прав.       То, что этот хитрый вампир говорил просто не могло быть правдой. Он умер восемьдесят лет назад и не мог быть живым. Сукин сын Уильям просто пришел поиздеваться, в его словах нет ни капли искренности...       - Если вам так удобнее считать, - пожав плечами, невозмутимо ответил Уильям. Он взял пиджак с дивана и кивнув Мелиссе на прощание, направился к выходу. - Это все, что я хотел сказать вам. Увид...       - Когда и где вы видели его? - перебив, спросил Оливер голосом робота. Как бы сильно это заявление не казалось ему абсурдом, он не мог не спросить этого из чистого любопытства.       Уильям остановился прямо около хозяина дома и ухмыльнулся.       - "Простите, я и правда солгал". Разве не это я должен ответить на ваше невежливое "вы врете"? Уважаемый господин Де Вилье, вам стоит хотя бы притвориться, что я все-таки желанный гость, иначе отбивается всякое желание рассказывать вам о Фредерике Де Вилье.       - Его звали не так, - Оливер пытался возражать бывшему компаньону с той уверенностью, что была с ним всегда, но видимо получалось плохо, ведь он получил очередную ухмылку. - Его звали Бьёрн Сольберг.       - Оставьте эту ложь себе. Думали я не узнаю правду? Мне многое известно о вашей семье, мистер Де Вилье.       Кулаки Оливера сжались и была бы его воля, то он убил бы этого избалованного богача и сжег в камине, что было прямо в этой комнате. Подумав об этом, он задал себе вопрос: почему он так нервничает. Калланд частенько любил использовать прием блефа в покере во времена, когда их бизнес был совместным. Они играли на крупные деньги с другими вампирами в перерывах от тех дней, что занимались продажей людишек. И к чему же эта злость, если этот ублюдок лишь играет? Узнал немного информации и теперь считает, что может вертеть Оливером. Пожалуй, это была его любимая игра.       - Неужели? - усмехнувшись, ответил Де Вилье. - Тогда я весь в внимании, мистер Калланд.       - Не могу сказать вам так просто.       - И чего хотите? - из вежливости и интереса спросил Оливер.       - Тридцать процентов прибыли от продаж за эту ночь.       - Наглость - ваше второе имя. Не мечтайте даже о пяти. Вы забылись и больше не являетесь моим компаньоном, чтобы требовать такое.       - Вовсе нет, я помню это. Но видимо вы не хотите знать информацию о вашем отце, иначе не говорили бы так.       От слова "отец" Оливер замер и заскрипел зубами. Откуда Уильям вообще знает? Как много он знает? И делает это все ради тридцати процентов прибыли?        - Предположим, это правда. И почему же вы требуете только тридцать процентов? Разве для вашей жадной души этого не мало?       - Достаточно, ведь я планирую и дальше делать на вас деньги.       - Проваливайте из моего дома, - терпение Де Вилье лопнуло и этикет уже не волновал его, так как гость сам разозлил его своим хамством. - Я лишь потратил время на этот бессмысленный разговор с вами, шутником.       - Но все, что я сказал не шутка, мистер Де Вилье, - улыбнулся Уильям и вздохнул. - Я зайду на аукцион и даже куплю у вас кого-нибудь. Давно не обновлял меню.        Он в последний раз оглядел раздраженного Оливера и обрадовался этому сильнее. Герман проводил его до его машины, а Де Вилье в это время стоял неподвижно, обдумывая каждое слово Калланда, пока касание нежной руки Мелиссы не отвлекло его. Она взяла его за руку, обратив на себя внимание и заглянув в ее сопереживающее лицо он вспомнил о Робине. Нужно вернуться к нему.       Оливер отпустил ее и развернулся, чтобы пойти в подвал ненадолго, но Мелисса сказала ему в спину:       - Отец... он же ведь может быть живым.       Мужчина остановился и повернувшись с отвращенным выражением лица, ответил:       - Отец умер и все на этом. Уильям лишь издевается и никого он не видел. Ты давно знаешь его, как и я, но все равно веришь. Глупое создание.       - Возможно и так, дорогой, - Мелисса согласилась с его обзывательством и не обиделась, а даже кивнула. - Однако Уильям не врет. Как ты и сказал, он издевается и хочет заработать на твоем бизнесе, но при этом.. Он не врет. И может то, что он хочет сказать будет полезно.       - Я больше никогда не разделю с этим ублюдком денег. Ни тридцать, ни пять, ни один процент моей прибыли. А тебе я советую не лезть в мои дела. Свою задачу ты уже выполнила и я проявил доброту, не избавившись от тебя.       - Все так и я благодарна, но ты все равно мой муж. Я просто стараюсь сделать так, чтобы мы хоть немного были похожи на супругов.       - У меня нет на это ни времени, ни сил. Существование детей эту фальшь покрывает, поэтому оставь попытки при себе.       - "Существование", как же верно подмечено.. - себе под нос возмутилась Мелисса, но Оливер услышал ее очень хорошо.       Он сузил глаза и подойдя к ней ближе, уже настороженной, грубо схватил ее за подбородок, сжимая. Раздраженным, но проникновенным голосом произнес:       - Мне надоели твои пререкания. Заткнись и продолжай послушно сидеть здесь, ведь на большее ты и не способна. Ты же и сама это знаешь. Все, что находится внутри и под моим домом - принадлежит мне, и ты в том числе. Если я сказал тебе заткнуться - то ты молча киваешь, как хорошая жена, и не мешаешься мне под ногами. Поняла?       Глаза Мелиссы стали влажными и она еле заметно кивнула. Верно, она забыла свое место и позволила себе лишнее, а Оливер не без грубости напомнил его. За столько лет она привыкла к этому и даже не злилась на мужа, напротив - после таких разговоров она действительно соглашалась с ним и признавала свою неправоту. Хотя, с самого ее создания в ней было заложено послушно стоять за Оливером, делать что он говорит и рожать ему детей. За это она ненавидела отца и своего мужа, но не могла ничего поделать, прямо как сейчас. Поэтому она просто шла в ванную комнату, "припудрить носик", и бесшумно плакала, включив воду в умывальнике. Ей было тошно смотреть в зеркало, но она продолжала смотреть на свое опухшее от слез лицо и говорить: "ненавижу тебя".