Часть 1
16 февраля 2022 г., 20:45
Джинн смотрит Синьоре прямо в глаза.
Её лицо похоже больше на камень. Ни одна мышца не дрогнула, никоим образом не показывая, что в себе несёт Джинн, как будто там внутри, прям под оболочкой, буйствовали только сквозняки.
Ни капли эмоций.
Синьора насмешливо усмехается, всем своим видом показывая, насколько не уважает собеседницу. Благодари, что я одарила тебя вниманием.
Джинн мягко улыбается, но её глаза остаются мертвы.
В них бушуют ветра, в них проносится история, в них отражается песня свободы, но сама серо-голубая гладь остаётся неподвижной.
Джинн прикрывает глаза, скрывая от врагов истину за веками и складывает руки в замок на коленях.
— Нам не нужна ваша помощь, — тепло проговаривает магистр. — Но мы ценим ваше предложение.
Синьора высокомерно хмыкает.
—Вашего Архонта как всегда нет на месте, — она элегантно стучит пальцами по гладкой поверхности стола. — Никто не поможет вам справиться с монстром…
Джинн сжимает ладони в кулаки, острыми ногтями царапая кожу. Кровь из новоявленной раны стекает на белые штаны, раскрашивая их в уродливые, нечёткие пятна. Кровь даже попадает на изящные сапожки.
У Джинн в голове проносятся знакомые, родные сердцу песни, вызывая в груди ноющую, неприятную боль.
В ушах застывает шум ласковых ветров, которые в себе он воплощал.
Джинн хочет скалится, вцепиться пальцами в надменное личико стервозной Леди и раздавить её. Раздавить ветрами, распотрошить острыми ветряными лезвиями…
Её лицо остаётся мягким, как будто кто-то решил красками нарисовать деву, навеки приклеив к её лицу чрезмерно мягкую, очаровательную улыбку, фальш теплоты которой чувствуют окружающие.
— Спасибо предложение, но справимся мы сами, — грубо ставит точку Джинн.
Глаза Джинн ловят полупрозрачную зелёную беретку, а ветер за собой несёт запах сесилии, забивая ими ноздри. Как наяву она слышит музыку от нежных струн небесной лиры и болезненно щурится, смотря уже на солнце.
Она надеется, что солнце выжжет ей глаза, лишив возможности видеть иллюзии.
Её собственное сердце ноет, а сердце бога внутри — слабеет.
Джинн тихо скулит, пока никто не видит и тихо шепчет:
— Барбатос, укажи нам путь… — ветра подхватывают её шёпот.
Её сердце ноет и тоскует по потерянному богу, создавая внутри желание ещё хоть раз услышать одну из его песен, почувствовать запах сесилий, ветра и яблок, который он источал… Ещё хоть раз оказаться в его объятиях.
Но он отдал Сердце Бога ей, а она своё положила в его безымянную могилу.
И всё же… Всё же…
Укажи нам путь, Барбатос.
