Посмотри на меня

***

      Гарри с Риком приземлились на газон вместе с другими членами команды.       — Молодцы, парни, поздравляю, мы вошли в Чемпионат Мира, — сказал тренер, радостно улыбаясь. Послышались восторженные крики, и все бросились обнимать друг друга и тренера.       — Поттер вырвал нам победу, — сказал мистер Джозеф.       И ребята, недолго думая, схватили Гарри и начали подбрасывать его в воздух.       — Ну ты и напугал меня, приятель! — сказал подбежавший к ним Рон, как только Гарри поставили на землю. — Хоть бы предупредил, я же чуть не поседел, пока ты вниз летел! Ты точно цел?       Гарри в ответ лишь фыркнул:       — Цел.       — Ладно, ну тогда поздравляю с победой! — Рон широко улыбнулся и раскинул руки в стороны. — Это было круто!       — Спасибо, — улыбнулся Гарри, обнимая друга.       — Доктор Рон, я, кажется, потянул плечо, не посмотрите? — спросил Итан с лёгкой улыбкой.       — Конечно посмотрю, — ответил Рон серьёзно и буквально бросился к Итану. — Правое, левое?       — Правое, — ответил парень со слишком бодрой улыбкой на лице и демонстративно стянул через голову форменную кофту, оголяя свой рельефный торс.       — Вы друг друга стоите, — фыркнул Энтони улыбаясь. А Итан, бросив хитрый взгляд на друга, быстро поднёс указательный палец к губам, приказывая ему помалкивать. В то время как Рон уже стал осторожно ощупывать его плечо.       Гарри с Риком смотря на эту картину весело засмеялись.       — Предлагаю отметить победу походом в клуб, — сказал Энтони, и все одобрительно загудели.       — Поттер! — раздался то ли вопль, то ли рычание.       Гарри обернулся и увидел дико злого и почему-то мокрого Малфоя, который буквально бежал к нему. Чуть позади него быстро шли Забини и Нотт. Глупое сердце забилось слишком быстро, а омежья сущность в груди тоскливо заскулила при виде блондина.       Малфой оказался возле него так стремительно, что Гарри едва успел моргнуть. А затем буквально присел перед ним на корточки, и быстро стал ощупывать его ноги, икры, бёдра, живот, грудь и руки.       Гарри продолжал при этом стоять по стойке смирно и шокировано смотреть на альфу, который, тяжело дыша, очень внимательно осматривал его тело.       — Где-нибудь болит? — требовательно спросил он, ощупывая голову брюнета.       — Эм... Нет, — растерянно ответил омега.       — Точно? — нахмурился блондин.       — Да.       — Поттер, ты, мать твою, совсем придурок?! — взревел Малфой, схватив его за плечи и слегка тряхнув. — У тебя что, от полётов последние мозги выветрились?!       Гарри растерянно моргнул и открыл рот, собираясь ответить, но его перебили.       — Какого хера ты наглаживаешь его плечи? — резко спросил Забини, и Поттер бросил на него растерянный взгляд, а потом понял, что этот вопрос, кажется, был адресован Рону.       — Отвали от него, — сказал Рик, выдернув Гарри из хватки Малфоя и спрятав его себе за спину.       — Не глажу, а лечу, придурок! — ответил Рон на заданный ранее вопрос и, указав на свой белый халат, едко добавил: — Я колдомедик, если ты не заметил.       Итан же бросил на мулата дерзкий взгляд и, с трудом сдерживая улыбку, надменно приподнял одну бровь. Из груди Блейза послышался звериный рык.       — Огонёк, и ещё вот тут болит немного, — жалобно сказал Итан, указывая на область левой груди.       Рональд повернулся слегка в сторону и стал осторожно щупать грудную мышцу альфы, не замечая, как его буквально прожигают взглядом глаза цвета тёмного шоколада. Зато четко ощущая, как голубые глаза Итана наблюдают за его манипуляциями.       Малфой же зверски оскалился и окинул Рика убийственным взглядом.       — Ты, кретин, закрываешь от меня моего омегу? Я что, по-твоему, могу ударить его? — спросил он негромко, но от этого кажется ещё более угрожающе.       — Рик, всё в порядке, я разберусь, — сказал Гарри и попытался выйти из-за его плеча, но альфа придержал его рукой, не позволяя этого сделать.       Малфой, увидев это, утробно зарычал.       — Слушай, парень, в чём твоя проблема? — спросил Рик, продолжая придерживать Гарри за своей спиной.       — Ты моя проблема, — холодно ответил Малфой и резко заехал Рику в челюсть.       От силы удара Рик пошатнулся, а затем зарычал и попытался ударить в ответ, но Малфой пригнулся и нанёс новый сильный удар сопернику по рёбрам. Американец оскалился и бросился вперёд, ударяя обнаглевшего блондина в солнечное сплетение.       — Прекратите, что вы творите?! — закричал Гарри, смотря на сцепивших альф, палочки, чтобы разнять парней, у него при себе не было, а омеге чисто физически нереально разнять двух разъярённых альф. — Малфой, успокойся! Рик, хватит! — продолжал кричать Гарри.       Но парни лишь упали на газон и, кувыркаясь, сцепились ещё сильнее.       Они яростно наносили друг другу удар за ударом, грозно рыча. По крайней мере у Малфоя точно вся ярость, скопившаяся в нем еще с самого первого вечера, когда этот наглый американец обнял Поттера, сейчас находила выход.       На секунду в голове возникла тошнотворная картина венчания Поттера, и как этот американский дегенерат надевал кольцо на палец его омеги, а затем целовал своими мерзкими губами.       И Малфой, будто окончательно взбесившись, начал бить ещё сокрушительней и яростней, скалясь и рыча как дикий зверь. Он скорее прикончит этого американского утырка, чем позволит увиденному в Хогвартсе когда-нибудь случиться.       Кажется, Драко пропустил несколько болезненных ударов по корпусу, но сейчас бушующий в венах адреналин и ярость настолько притупили боль, что блондин даже не поморщился, а лишь резко крутанувшись нанес в ответ не менее сильные удары.       Альфа в груди продолжал раскатисто рычать, норовя показать своему омеге, что он более достойный и сильный самец, чем его противник. Его сущность будто наполняла Малфоя мощью. Он буквально чувствовал, как в нем вместе с яростью бушует физическая сила.       — Разнимите их, — послышался голос тренера "Нью-Йоркских Драконов" и почти вся команда, кроме Гарри, бросилась разнимать парней.       Забини с Ноттом тоже подключились, пытаясь оттянуть друга назад. Наконец общими силами альф удалось разнять, но оба уже были в крови и настроены настолько решительно поубивать друг друга, что продолжали активно вырываться.       — Чтобы я больше тебя, сука, возле него не видел! — орал Малфой, порываясь нанести новый удар, пока друзья крепко держали его за руки.       — Ты ему никто, чтобы указывать, понял?! — кричал в ответ Рик, тоже вырываясь.       — Хватит, прекратите! — закричал Гарри, становясь между парнями, но его никто не слышал. — Рик, пожалуйста!       Опять ничего, оба альфы продолжали громко рычать, осыпать друг друга оскорблениями и вырываться, явно желая по меньшей мере покалечить друг друга.       Рядом с Поттером встал его тренер и положив руку ему на плечо громко сказал:       — Если вы сейчас не успокоитесь, я заберу этого омегу себе.       Оба альфы резко повернули к нему головы и одновременно зарычали, отвлекаясь друг от друга.       Наконец первым в себя пришел Рик, он несколько раз тряхнул головой, а затем перестал вырываться и, тяжело дыша, негромко сказал:       — Простите, тренер.       Мужчина в ответ лишь снисходительно кивнул, а затем посмотрел на всё ещё безумного Малфоя, который продолжал рычать и вырываться из захвата своих друзей, пусть и не так активно, как раньше.       Тренер показательно медленно убрал с плеча Поттера свою руку и сделал от него шаг в сторону. Гарри удивился, но блондин тут же перестал рычать, а через пару секунд и вырываться. Малфой прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, беря себя в руки. Друзья отпустили его, и Драко, поправив свою порванную рубашку, посмотрел на тренера и негромко сказал:       — Прошу прощения, сэр.       Мужчина, смотря на альфу, слегка улыбнулся краешком губ, а затем перевёл взгляд на ловца их команды и, указав рукой на Малфоя, сказал:       — Гарри, уведи отсюда своего жениха и обсудите всё.       — Он не мой жених, — возмутился Поттер хмурясь.       — Я его жених, — сказал Драко тоном не терпящим возражений.       Омега бросил на блондина яростный взгляд лазурных глаз.       — Вот и обсудите, кто кому кем приходится, только не здесь.       Гарри обеспокоено посмотрел на Рика, пока все вокруг смотрели на него. Рик улыбнулся своей привычной доброй улыбкой, точнее он попытался это сделать, но тут же поморщился от боли из-за разбитой губы.       — Рон, помоги пожалуйста Рику, — попросил Гарри.       Друг в ответ молча кивнул.       Поттер подошёл к блондину и, потянув его за рукав в сторону раздевалок, выплюнул сквозь зубы:       — Пошли.       — Не ждите меня, парни, я явно задержусь, увидимся дома, — намеренно громко сказал Драко, а затем дерзко взглянул на Рика и растянул губы в победоносном оскале. Американец снова зарычал.       — Сидеть, псина, — высокомерно хмыкнул Малфой.       — Прекрати! — рыкнул Гарри, а затем отпустил рукав рубашки альфы и чертыхнувшись пошел вперёд.       Но не успел он сделать и пяти шагов, как на его плечи опустилась наглая рука блондина, идущего рядом.       — Клешни убери, — рявкнул Гарри, пихая наглеца локтем и идя всё быстрее, но Малфой лишь сильнее прижал его к себе.       От этого просто прикосновения сердце снова затрепетало, а омега-сущность в груди заметалась, радостно причитая: — «Наш альфа дрался за нас, мы нужны нашему альфе».       «Были бы нужны, он не зажимался бы с другими по ресторанам», — холодно напомнил своей сущности Гарри, покидая стадион.       Рон подошёл и осмотрел пострадавшее лицо Рика. Губа разбита, под глазом уже проступил синяк, а бровь рассечена, и это только травмы на лице.       — Блейз! Привет, дорогой, — послышался мелодичный голос.       Рон резко обернулся, как раз в тот момент, когда рыженький ловец "Лондонских Ос" повис на шее мулата и чмокнул его в щеку.       — Ты пришел посмотреть на мою игру? — спросил омега, нежно улыбаясь. — Это так мило!       Забини бросил на Рона растерянный взгляд и быстро попытался сбросить с себя руки омеги.       — У меня сегодня тусовка, придёшь? — спросил рыженький ловец, с обожанием заглядывая в карие глаза и, кажется, даже не замечая, что его пытаются отпихнуть. — Ты же помнишь, каким я бываю, перебрав текилы, — почти промурлыкал рыжий, похабно улыбнувшись.       Блейз неотрывно смотрел на Уизли, кажется, не зная, куда себя деть и параллельно сбрасывая с себя цепкие руки омеги.       Рон, смотря на эту картину, лишь слегка поморщился, а затем презрительно хмыкнул и отвернулся.       — Рик, давай я вылечу тебя в кабинете, — сказал парень и двинулся к выходу, даже не смотря, идёт ли за ним больной или нет.       Сердце неприятно щемило, а руки сами собой сжались в кулаки. Омега-сущность в груди требовала вернуться и наброситься на соперника, отцепить этого нахала от альфы, а затем вмазать по наглой физиономии и проклясть его самым страшным образом. Рон с трудом продолжал переставлять собственные ноги.       Черт, да что же это с ним?! Нужно срочно выбросить этого несносного Забини из головы.

***

      Гарри буквально залетел в раздевалку для омег, он был так чертовски зол, что его трусило от ярости. Блондин неспешно зашёл следом, но он, несмотря на напускное спокойствие, был явно зол не меньше.       — Что ты устроил? Совсем спятил?! — закричал Гарри, указывая рукой в сторону стадиона.       Альфа быстро бросил на дверь запирающее и заглушающее, а затем взорвался.       — Я устроил?! Ты, придурок, сиганул с метлы! Это ещё додуматься нужно до такого! Я, конечно, знал, что у вас на гриффиндоре,все идиотски бесстрашные, но ты, Поттер, не бесстрашный. Ты просто на голову отбитый! А если бы ты разбился?! Акробат хренов! — кричал Драко, злясь всё больше. — Ты хоть представляешь, что я пережил, пока ты летел камнем вниз?! У тебя в твоей шрамоголовой башке что, последние мозги ветром выдуло, так жизнью рисковать!       — Это был трюк, ясно? — закричал Гарри в ответ — Ничего бы не случилось, меня страховали! И вообще какое тебе до этого дело?!       Омега в груди радостно заметалась.       «Наш альфа переживает за нас», — звучал голос в голове у Поттера. — «Мы должны успокоить нашего альфу, попросить прощение за то, что заставили так волноваться!»       «Малфой и переживает? Ну да, конечно», — мысленно фыркнул Гарри и проигнорировал требования своей сущности.       — Ах, трюк? Ну спасибо, что предупредил, главное, что своевременно, — едко выплюнул альфа в ответ.       — Откуда ты вообще взялся? Чего набросился? Ты избил Рика!       — А, так ты больше всего за своего пёсика ручного переживаешь? — спросил блондин сквозь зубы, и сделал медленный шаг к нему.              У Гарри пересохло в горле, а омега-сущность в груди призывно заскулила, она просто мечтала оказаться в объятиях этого красавца альфы.       Почему-то сейчас Малфой выглядел просто потрясающе, даже в порванной рубашке и с ссадиной на скуле он был чертовски сексуален. Серые глаза горели огнём, а платиновые волосы были растрепанны, но все эти детали делали его лишь ещё более привлекательным. Альфа продолжал медленно двигаться навстречу. Такой сильный, властный, уверенный и дерзкий что сердце норовило выскочить из груди.       «Прямо как из сегодняшнего сна», — напомнило подсознание, и Гарри мысленно чертыхнулся, осталось только возбудиться прямо сейчас для полного счастья.       Он быстро тряхнул головой, пытаясь взять себя в руки. И неосознанно стал отступать назад, чтобы сохранить дистанцию с блондином. Ведь даже думать не хотелось, как он опозорится, если набросится на школьного врага с поцелуями прямо посреди раздевалки. Вот это точно будет катастрофа вселенского масштаба.       — Ты считаешь, что это нормально, вот так избивать людей? — спросил Гарри, быстро облизав пересохшие губы и стараясь отвлечься.       — Людей – нет. А всяких американских ублюдков, которые становятся между мной и моим омегой, вполне, — ухмыльнулся Драко в своей фирменной малфоевской манере, делая ещё один шаг.       — Я не твой омега, а Рик не ублюдок, перестань, наконец, его оскорблять, — сказал Гарри и почувствовал, как лопатками врезался в шкафчики. Когда он успел оказаться у шкафчиков?       — Ты мой и это не обсуждается, — стальным голосом уведомил альфа, продолжая двигаться вперёд. — Мы истинная пара и ты прекрасно знаешь это. А по поводу второго я даже комментировать не буду, — объяснил Драко, подходя всё ближе.       — Во-первых, я уже сказал, что не верю во всю эту чушь про истинных, — начал Гарри, но закончить он не успел, так как Малфой в два быстрых шага преодолел последнее расстояние и, дорвав собственную рубашку, быстро сбросил её с плеч на пол.       — Какого… Хрена ты делаешь? — спросил Гарри слегка запинаясь, стараясь не смотреть на голый торс альфы, но глаза будто сами спускались вниз. И почему-то резко стало нечем дышать.       Гарри впервые со времён школы видел Драко Малфоя без рубашки и это, надо сказать... Ну это вообще-то… Черт возьми, просто потрясающее зрелище! Которое не портили даже несколько багровых синяков, полученных в драке.       Резко захотелось побиться головой об шкафчики, ведь этот образ по-любому сохранится в памяти Гарри до конца его дней, мучая его в горячих, влажных снах. Где, скажите на милость, справедливость?       В плечах Драко стал ещё шире, руки, кажется, стали ещё мускулистее, и весь торс покрывали рельефные мышцы, начиная от грудных и заканчивая косыми. Они просматривались под кожей цвета молока, будто играючи. Но при всём при этом, блондин не был качком, в нем всё сочеталось в меру.       Он был сложен идеально и оставался грациозным и ловким, как белая пантера, а ещё статным, как и подобает роду Малфоев. В общем, оригинал оказался раз в сто круче воображаемого Малфоя из снов Гарри, и это было ужасно несправедливо.       «Чертов Хорёк, чтоб ему провалиться вместе с его идеальным телом», — мысленно чертыхнулся Гарри, стараясь пропихнуть воздух в лёгкие.       — Хочу доказать, что мы истинные, — ответил блондин на заданный ранее вопрос, хотя если честно, то Гарри уже сто раз забыл, о чём вообще спрашивал.       Омега в груди кажется стала совсем сходить с ума, потому что Поттер буквально чувствовал, как его ведёт вперёд.       Теперь брюнет мысленно помолился, чтобы ему хватило выдержки не коснуться блондина. А этот самый блондин, похоже, как раз решил проверить выдержку омеги на прочность, потому что медленно взял запястье Поттера и потянул на себя.       — Ма... Малфой, отвали! — быстро протараторил Гарри непослушным языком. Он напрягся всем телом и попытался выдернуть свою руку.       Тогда Драко, не церемонясь, прижался к брюнету всем телом, буквально вдавливая его в шкафчики, и слегка потёрся носом о скулу, а затем негромко сказал:       — Я стараюсь быть нежным, хотя на самом деле всё ещё чертовски зол на тебя, мой омега, — сущность в груди Гарри, услышав эти слова, взволнованно заскулила и снова постаралась перехватить контроль. — Хотя нет, пожалуй, я в ярости из-за того прыжка с метлы и твоих полётов с тем американским ублюдком, — продолжил Малфой. Вспомнив, как этот альфач за талию прижимал к себе Поттера, паря на метле, Драко не смог сдержать порыв альфы и громко рыкнул, пуская по телу Избранного дрожь. — Поэтому лучше не сопротивляйся, я не обижу тебя, мой омега, я лишь хочу доказать, что мы истинные, — сказал он, нежно поглаживая разбитыми в драке костяшками пальцев краснеющую скулу омеги.       Поттер от властного тона альфы слегка задрожал, но продолжил так же отстраняться. И тогда Малфой попробовал действовать более мягко: он отпустил запястье брюнета и уткнулся лбом ему в висок, а затем, прикрыв глаза, расслабился и прошептал:       — Я очень переживал… Мне плохо без тебя... Прошу, почувствуй меня, мой омега, успокой своего альфу.       Гарри и не заметил, когда его начала бить дрожь, а потом вообще будто со стороны увидел собственные дрожащие руки, которые начали нежно и осторожно гладить плечи и торс альфы, даря покой блондину и как ни странно себе самому. Его кожа ощущалась под пальцами как бархат и Гарри даже показалась, что по ней бежали мурашки.       «Наверное, ему холодно», — возникла мысль в пустой голове, и Поттер, будто в дурмане, сам прижал альфу к себе, а затем уткнулся носом в его шею и стал обеими руками гладить сильную голую спину, слегка почёсывая её ногтями.       Хорошо, что Гарри сейчас не чувствовал того потрясающего запаха вишни, мяты и грозы, а то неизвестно, что бы он вообще тогда начал вытворять.       А Драко просто таял в этих ласковых объятиях. Благослови, Мерлин, крёстного с его полезной литературой. Малфой, прикрыв глаза, глубоко дышал, вдыхая аромат молочного шоколада, яблок и океана. И кажется сходил с ума, потому что в эту минуту за эту простую ласку он был готов отдать всё, лишь бы это не заканчивалось.       Альфа в груди довольно мурчал, нежась в ласке своего омеги. Гарри слегка потерся носом о его шею, и Драко замурчал вслух. Чувство покоя медленно разливалось по телу. Его омега здесь, он рядом, с ним всё в порядке.       Блондин осторожно коснулся талии омеги и, схватившись за край форменной кофты с эмблемой дракона, потянул вверх, буквально молясь про себя, чтобы только не вспугнуть, чтобы только не закрылся.       Форменная кофта была отброшена в сторону, и Малфой тут же прижался к голому торсу своего Львёнка, будто к животворящему источнику. Кожа соприкасалась с кожей, разливая по телам обоих волны приятного тепла и возбуждения. Блондин продолжал мурчать, тая под нежными касаниями Национального Героя. И ему так чертовски сильно хотелось услышать ответную реакцию омеги, знать, что ему тоже приятны ласки своего альфы.       Драко осторожно стал водить пальцами по бокам брюнета, а затем, облокотив его слегка на себя, стал тоже гладить его спину. Опустив голову слегка вниз, он втянул в рот нежную кожу под мочкой правого уха, и с удовольствием услышал отклик своего омеги, который начал мурчать как мартовский кот.       — Мой любимый Львенок, я так за тебя испугался, — услышал Гарри шепот в своё ухо, который доносился будто через вакуум и посылал по всему телу лёгкую дрожь возбуждения.       Теперь ему хотелось оказаться еще ближе к своему альфе, чтобы буквально и сантиметра не осталось между ними. Это была какая-то странная потребность. В эту минуту Поттер просто знал, что так нужно, так правильно, он провинился перед альфой и теперь должен успокоить его, должен загладить вину. Недолго думая, Гарри оперся руками о сильные плечи и ловко запрыгнул на блондина, обхватывая его талию своими ногами, а руками обвив сильную шею. Так было гораздо удобнее быть ближе. На задворках сознания проскочило отстранённое наблюдение, что их тела идеально подходят друг другу. Словно два кусочка пазла. Брюнет прижался к альфе всем телом, продолжая мурчать и гладить крепкие плечи. Поттер, конечно, этого не видел, но губ Малфоя в этот момент коснулась самая счастливая улыбка. Драко поудобнее усадил на себя омегу и, будто осмелев, решил пойти дальше.       Он, продолжая нежно поглаживать смуглую спину, стал оставлять осторожные лёгкие поцелуи сначала на виске, затем на скуле, на щеке, и вот, наконец, он осторожно коснулся уголка пухлых губ. И сразу же почувствовал, как тело в его объятиях напряглось и попыталось отстраниться, тогда альфа прижал Избранного к себе сильнее и решил вернуться к своей уже проверенной технике действовать более хитро. Он самым жалостливым голосом начал шептать прямо в губы своего Львёнка.       — Мой любимый омега, я так волновался за тебя. Я думал, что ты умрешь, и тогда я бы тоже умер, — стройное тело в его объятиях дёрнулось от этих слов. — Подари мне один поцелуй, только один, умоляю. Мне было так страшно и больно, пока ты падал вниз. Я думал, что ты разобьёшься…. Прошу тебя, мой нежный омега, всего один крохотный поцелуй. — Альфа показательно заскулил, а затем с восторгом почувствовал, как его губ нежно касаются пухлые, мягкие, такие потрясающие губы Избранного. Гарри будто в дурмане стал целовать тонкие губы Малфоя.       «Мы так огорчили нашу пару, наш альфа так за нас волновался, мы должны быть ласковыми, должны окутать его любовью и нежностью», — звучал в пустой голове скулёж омеги, пока Поттер осторожно и даже невинно целовал мягкие губы.       Малфой не двигался, и брюнет сквозь поцелуй негромко заскулил вслух, выражая своё раскаяние, и тут же почувствовал, как по телу блондина прошла дрожь. Продолжая целовать, Поттер осторожно запустил пальцы в платиновые волосы и стал медленно перебирать светлые пряди на затылке. Альфа тихонько заурчал в губы Гарри, но на поцелуй не ответил.       «Почему он мне не отвечает?», — мысленно возмутился Поттер.              «Наш альфа всё ещё злится на нас!», — заметалась взволнованная сущность в груди Национального Героя. А затем, кажется, окончательно забрала себе контроль над телом Поттера.       Потому что Гарри, утробно заурчав, резко углубил поцелуй, своевольно проникая своим языком в рот Малфоя. А может это была вовсе не сущность, и Гарри сам дико хотел поцеловать блондина, вот так по-настоящему, сам, впервые в жизни. Просто морально было намного проще обвинить во всем свою сущность.       В любом случае это сработало, потому что Малфой, довольно рыкнув, стал с такой страстью отвечать на поцелуй, что у Гарри закружилась голова. Альфа властно исследовал его рот своим языком и прикусывал, а затем сразу зализывал его пухлые губы. Малфой целовал так уверено, страстно и ласково одновременно, что Гарри прижимался к нему всё крепче, отвечал на терзание своего рта всё активнее, и понял, что стонет, только когда почувствовал, как его возбужденного члена коснулась сильная тёплая рука и уверенно сжала.       Это простое прикосновение подействовало как ведро ледяной воды. Какого черта рука Малфоя забыла у него в трусах?! Что, черт возьми, Гарри творит? Он не может позволить Малфою воспользоваться собой!       Поттер разорвал поцелуй и, резко задёргавшись, сбросил альфу с себя. Оказалось, что блондин уже успел перенести и уложить его на лавку. И ладно бы только это, но он же ещё успел и его штаны вместе с бельём приспустить. Гарри чертыхнулся и стал натягивать их обратно, стыдливо прикрываясь.       Малфой разлегся на полу и, раскинув руки в стороны, разочарованно застонал. Поттер бросил на него взгляд и дёрнулся, оказывается, штаны Малфой успел приспустить не только с Гарри, но и с себя, а может это сделал сам Поттер? В любом случае эрегированный крупный член Малфоя призывно дёрнулся, и Гарри быстро сглотнул, потому что от вида этого зрелища у него, кажется, закружилась голова. Большой идеально ровный член с красивой розовой головкой и блестящей на ней каплей смазки, которую тут же захотелось слизать...       Гарри понял, что его ведёт и, собрав последние остатки выдержки, резко отвернулся и невнятно пробубнил:       — У тебя всё видно, прикройся.       Драко бросил взгляд вниз, а затем на напряженную спину Поттера и лишь негромко хмыкнув сказал:       — Ну, ты с меня белье снял, так может и надеть поможешь?       Ответа не последовало, казалось, что омега напрягся лишь сильнее, и Драко тяжело вздохнув натянул бельё, а затем и брюки. Омежья сущность в груди Поттера зафыркала, выражая недовольство своему нерадивому носителю, который прервал их с альфой акт любви.       «Лучше вспомни, как он вчера в ресторане с другой омегой обжимался», — мысленно сказал Поттер, пытаясь избавиться от картинки идеального члена блондина, стоящей перед глазами. — «Наш альфа не предавал нас, он ушёл от другой омеги», — гордо заявила сущность.       Гарри подскочил с лавки и бросился к своему шкафчику. Сердце стучало как сумасшедшее. Это какой тряпкой нужно быть, чтобы поплыть как третьекурсница от пары фраз этого Хорька?!       Он был дико возбуждён и ужасно собой разочарован, ведь абсолютно ясно, что этот высокомерный блондин поиграется с ним и бросит. Он собственными ушами слышал это лично от него. Но глупое сердце не понимает доводов разума и раз за разом тянется к бывшему слизеринцу… Похоже, нужно просто держаться от него как можно дальше, даже ближе чем на пять метров не подходить, тем более, что через несколько дней он вернётся в Америку.       Открыв шкафчик, Гарри начал быстро искать чистую майку, душ после игры он примет и дома.       — Ну и долго это будет продолжаться? — устало спросил Малфой, смотря на спину роящегося в шкафчике брюнета.       — Не понимаю, о чем ты, — холодно ответил Поттер, натягивая свою майку.       — Я о нас, мы истинная пара, ты не можешь сопротивляться этому, — сказал Драко спокойно, а потом, не выдержав, едко добавил: — Или опять скажешь, что ты был не в себе?       Тут Малфой немного схитрил, ведь он сам надавил на омежью сущность Львёнка, провоцируя инстинкты.       «Нужно будет послать Северусу бутылку хорошего рома в благодарность», — сделал мысленную пометку блондин.       Соответственно, Поттер действительно был не в себе. Но об этом Избранному знать вовсе не обязательно, ведь не будь они истинной парой, у Драко такой трюк бы просто не получился. А значит он все делает правильно, ради них обоих.       — Ты под каплями и мои феромоны в этот раз совершенно не причём. Ты сам меня поцеловал. Ты хочешь меня, — довольно хмыкнул Драко.       Гарри почувствовал, что по идиотски краснеет.       «Ну да, повёлся как влюблённая дурочка на смазливые речи, теперь стой и красней, придурок!», — мысленно ругал себя Поттер.       Он достал свою толстовку и, громко хлопнув железной дверцей шкафчика, резко обернулся. Альфа так и лежал на полу и лишь привстал на локтях, чтобы лучше видеть собеседника.       — А знаешь, чего я ещё хочу, Малфой? — едко начал он, прожигая альфу своими лазурными глазами. — Съесть все сладости в "Сладком Королевстве", но я никогда не стану этого делать, потому что умру потом от сахарной комы. — Драко фыркнул, а омега продолжил: — Так же и с тобой. Насколько сильно бы к тебе не тянулась моя омежья сущность, я никогда не позволю тебе воспользоваться мной.       Блондин нахмурился, а затем сел ровно и ответил:       — Я не собираюсь пользоваться тобой. Я…       — Ну да, конечно, — фыркнул Гарри, перебивая его. — Забыл собственные слова? Надо же, как удобно. Я уже сказал, что не нуждаюсь в твоей благотворительности. И ты мне совсем не нравишься, — презрительно закончил он.       — Я же приходил извиниться за те слова, — Малфой стал подниматься на ноги.       — Приходил, да только так и не извинился! — не выдержав, закричал Гарри.       — Хорошо! Я прошу прощения! Я идиот, ясно? Я не знаю, зачем ляпнул это, ведь ты уже тогда мне очень нравился! — Малфой тоже перешёл на крик.       Сердце Гарри от этих слов снова сжалось. Ну уж нет, он не позволит себе снова поплыть от каких-то сказок. Этот Хорёк чего только не скажет, чтобы затащить его в кровать.       — Нравился? Ну да, конечно, — показательно хмыкнул Поттер. — А годы издевательств, унижений и оскорблений – это типа был такой своеобразный способ твоих ухаживаний?       Драко поджал губы.       — Ты начал нравиться мне на шестом курсе, когда стал преследовать меня. Я сам долго не понимал, что на самом деле испытываю к тебе. До недавнего времени я себе не мог признаться в том, что чувствую, не то что тебе!              На самом деле Драко в данный момент просто хотелось кричать на всю, как сильно он любит этого строптивого зеленоглазого Героя, но Малфой разумно себя сдержал, понимая, что к словам о любви Львёнок ещё точно не готов.       Сердце Избранного ёкнуло. А вдруг и правда нравился? Ему так чудовищно сильно хотелось верить словам Малфоя. Омега в груди снова призывно заскулила, но вдруг так не кстати вспомнилась сисястая брюнетка, что вчера прижималась к Малфою. И доводы разума победили.       — Слушай, твои извинения приняты и давай закончим на этом, ладно? Пожалуйста, уходи, — устало сказал Гарри, указывая на дверь.       Драко тяжело вздохнул. Похоже, ему придётся ещё немало постараться, чтобы убедить Львёнка в правдивости своих чувств и сломать это гриффиндорское упрямство. Но радовало то, что они истинная пара, и как бы сильно Поттер не сопротивлялся, Драко не собирался отступать, пока эта крепость с ангельской улыбкой и лазурными глазами не падёт, впуская его в своё сердце.       Хотя сегодня действительно давить больше не стоит, а то можно и вообще спугнуть. Альфа-сущность в груди до сих пор довольно урчала от ласк своего омеги. Пожалуй, лучше он как опытный дрессировщик будет постепенно приручать своего строптивого Львёнка.       — Что ж, ладно, если ты так хочешь, тогда я уйду, — спокойно ответил Драко, засовывая руки в карманы своих брюк и, расправив плечи, медленно двинулся к двери. Затем, достав свою палочку, стал снимать с дверей Заглушающие и Запирающее.       — Малфой, — негромко позвал Гарри.       — Да, Львёнок, — обернулся Драко с лёгкой улыбкой.       — Не называй меня так, — резко ответил Поттер, а затем как-то замявшись, добавил: — Ты рубашку забыл надеть.       — О, — Драко окинул свою голую грудь взглядом, а затем, пожав плечами, сказал: — Она так разорвана, что уже ни одно Репаро не поможет, так что я пойду так.       — Так? — Поттер смешно округлил глаза, а затем нахмурился.       — Ну да, так, — ответил Драко просто и, заметив реакцию Избранного, постарался не улыбаться. — Ну, пока.       Он уже коснулся ручки двери, когда его снова окликнули.       — Стой!       Драко постарался придать лицу невозмутимый вид и снова обернулся. В него полетела белая толстовка, и блондин, ловко поймав её, вопросительно приподнял бровь.       — Можешь надеть мою толстовку, а я надену форменную кофту, — пробурчал брюнет, стараясь не смотреть ему в глаза. — И вообще, не прилично ходить в таком виде по Министерству полному людей! — возмутился омега, слегка краснея.       Драко улыбнулся уголком губ, на самом деле он сейчас еле сдерживал себя, чтобы не броситься вперёд и снова не зацеловать своего ревнивого Львёнка, доказывая, что это тело принадлежит только ему.       Стоя у дверей блондин мысленно повторял как мантру:       «Стой на месте, а то спугнёшь. Держи себя в руках».       — Спасибо, — сказал Драко, указывая кивком головы на толстовку в своей руке и снова развернулся к двери, чтобы выйти.       «Три, два, один», — мысленно посчитал он, демонстративно медленно открывая дверь.       — Малфой! — раздался почти рёв за его спиной.       — Да? — невинно спросил Драко, снова оборачиваясь, с самым ангельским выражением лица.       — Надень наконец эту чёртову толстовку! — выплюнул сквозь зубы красный как маков цвет Львёнок.       — Ах, да, точно, — не выдержав, ярко улыбнулся Драко.       Он надел через голову толстовку, глубоко вдыхая запах яблок, шоколада и океана, исходивший от вещи, и блаженно вздрогнул. Теперь этот запах буквально окутывал его всего. Рукава оказались слегка коротки, так как Малфой был выше ростом, и сидела она на нем далеко не так свободно, как на Гарри, но в целом для Драко это сейчас была лучшая вещь на свете. Он подтянул рукава вверх, оголяя предплечья, поправил капюшон и, оглядев себя, бросил лукавый взгляд на Поттера.       — Ну как? — спросил Драко, демонстративно покрутившись.       — Вали! — сквозь зубы ответил Гарри. И Драко наконец вышел за дверь, счастливо улыбаясь.

***

      — Я официально заявляю, что сегодня вечером мы от души оторвёмся! — сказал Рональд, открывая бутылку огневиски.       Гарри бросил быстрый взгляд на часы, стрелки которых показывали половину шестого вечера.       — Эм, не рановато ли ты начинаешь отрываться? — спросил Поттер, вопросительно приподнимая одну бровь.       — В самый раз, — хмыкнул друг и плеснул себе янтарной жидкости в стакан, — Кстати, мы идём в "Пандору", говорят, что место крутое.       Послышался негромкий стук в стекло, и оба друга обернулись в сторону окна. На подоконнике со стороны улицы сидела небольшая серая сова с письмом в клюве. Гарри поднялся с дивана и поплёлся к окну, чтобы впустить птицу.       — Во сколько встречаемся? — спросил брюнет, забирая у птицы письмо. Из-за разборок с Малфоем он пропустил детали обсуждения предстоящего похода в клуб.       — В девять у входа в клуб, — ответил Рональд и сделал кивок в сторону письма. — Для кого?       — Для Гермионы, — Поттер закрыл окно и повертел конверт в руке. — На нем министерская печать, наверное, порт-ключ прислали.       Гарри положил конверт на столешницу и снова уселся на диван.       — Так как все прошло с Малфоем? — спросил Рон, присаживаясь на кухонный стул и делая глоток огневиски.       — Никак, — буркнул Поттер. — Начал заливать мне какую-то чушь, что он за меня испугался, когда увидел, как я падал с метлы.       Об объятиях, поцелуях и всем остальном, о чем Гарри пытался не вспоминать последние пару часов, он решил умолчать. Не то чтобы он этого стеснялся, просто не хотелось признаваться, что он снова оказался слабаком и почти позволил собой воспользоваться.       — Ну, если честно, то мне кажется, что ты действительно ему нравишься, и он действительно за тебя испугался, — сказал Уизли.       Сердце Гарри забилось быстрее, но лицо осталось невозмутимым, и он смог даже бросить на друга скептический взгляд.       — Рон, мы говорим о Малфое, — напомнил Поттер.       Хлопнула дверь, и из ванной комнаты вышла Гермиона с полотенцем в руках.       — Да знаю я, что мы говорим о Хорьке, — хмыкнул Рональд. — Просто, Гарри, ты заметил, как он пристально осматривал тебя, когда прибежал? Он ведь думал, что ты сорвался с метлы. Малфой был так взволнован: у него, кажется, даже руки тряслись. С чего бы Хорьку так за тебя волноваться, если ты ему безразличен?       — Мы все были взволнованы, — сказала Гермиона, садясь на диван, а затем быстро треснула Гарри полотенцем и продолжила просушивать свои мокрые волосы.       — Эй, за что? — возмутился брюнет, потирая своё бедро.       — За то, что напугал нас всех, — ответила девушка строго.       — А ещё Малфой не слабо отделал Рика, — сказал Рон как бы между прочим и сделал новый глоток огневиски.       — Но я отправлял ему Патронуса, он прислал ответ, что всё в порядке, — взволнованно сказал Гарри.       — Конечно, в порядке, — фыркнул Рон. — Я же его вылечил, но поработать было над чем.       Поттер нахмурился, теперь он чувствовал себя перед Риком виноватым.       — Я это к тому, — уточнил друг, — что, если бы ты не нравился Малфою, он бы не стал драться за тебя.       — Да, Гарри, я тоже думаю, что ты ему нравишься, — сказала подруга, и Поттер бросил скептический взгляд теперь на неё. — Когда он чуть тебя не пометил в среду, я видела вас со стороны, и, если честно, в какой-то момент я даже испугалась, что он может броситься на меня, если я попытаюсь тебя отнять. Конечно, вы оба были под инстинктами, но всё же.       Гарри показательно фыркнул.       — Слушайте, мы говорим о Хорьке.       — И что? Он тоже может влюбиться, — улыбнулась Гермиона.       — Нет, не может, — сказал Гарри, тяжело вздохнув. — Только не в меня.       — Почему? — нахмурился Рон. — Дружище, ты извини, конечно, но по-моему у тебя явные проблемы с самооценкой.       — Дело не в этом, — сказал Поттер, грустно улыбнувшись. — Просто я не рассказывал вам, ведь у вас на тот момент у самих проблем было по горло, но на восьмом курсе я случайно услышал их с Забини разговор, и Малфой сказал, цитирую, — Гарри слегка прокашлялся и попытался изобразить высокомерную интонацию блондина, — этот очкарик будет страшненьким омегой. Хотя если он сильно попросит, то, так и быть, я натяну его пару раз в качестве благотворительности. — Лица друзей тут же изменились. А Гарри продолжил цитировать слова, которые когда-то разбили его сердце и, кажется, на всю жизнь отложились на подкорке, — а если это лохматое недоразумение в меня влюбится, можно будет сделать пару горячих колдофоток с голым Избранным и толкнуть их в "Пророк".       В комнате повисла полная тишина, а Гарри вдруг почувствовал, как на него накатила волна такой злости и отвращения к самому себе, что задрожали руки. Мерлин, и с этим человеком он сегодня целовался, ну что за идиот?!       Определённо нужно почаще цитировать себе эту речь Малфоя, она будет действовать на него как холодный душ и помогать держаться от Хорька подальше.       — Так что Малфой сейчас может вести себя, как самый заботливый и переживающий человек на свете, — сказал брюнет, поднимаясь с дивана. Ему резко тоже захотелось выпить. — Но всё это игра, лишь бы затащить меня в постель, а потом опозорить.       — Ты поэтому избегал его в мае? — спросила подруга негромко, высушивая заклинанием свои волосы.       Гарри налил себе в стакан огневиски и, сделав пару больших глотков, молча кивнул.       — Но он так за тебя дрался, что я подумал, ты ему правда нравишься, — сказал Рон как-то грустно.       — Это просто его раздутое самомнение. — фыркнул Поттер и осознал, что скорее всего так и есть. И, кажется, разозлился ещё больше. — Как это так, лохматый очкарик Поттер не висит у него на шее?       «Вообще-то, сегодня именно на ней мы и висели», — напомнила омежья сущность язвительно.       Она всё ещё недовольно фыркала из-за того, что Гарри не дал ей окончательно отдаться своему альфе.       Поттер нахмурился и сделал ещё несколько больших глотков горького пойла, надеясь унять недовольную сущность, ну и, возможно, заглушить душевную боль от того, что он такой кретин. Нравился он Малфою в школе, ага, как же!       — Они с его дружком стоят друг друга, — негромко сказал Рон и сделал глоток из своего стакана.       — Ты о ком? — спросил Гарри.       — О Забини. Тот тоже на Итана бросается, чтобы он ко мне не подходил, а сам каждый день с разными омегами зажимается.       — Да и Нотт не лучше, — сказала Гермиона. — Он вообще мне лапши на уши навешал, влюбил меня в себя и изменил, а теперь ещё ведёт себя так, будто у него есть на меня какое-то право. — Гермиона тяжело вздохнула и поднялась с дивана. — Плесните-ка мне тоже, мальчики, — сказала она, подходя к столу.       — Ты же не пьёшь огневиски, — удивился Рон.       — Сегодня я сделаю исключение.       Гарри плеснул огневиски в третий стакан.       — За нас: красивых, свободных и молодых! — провозгласила тост Гермиона.       — И мы обязательно встретим достойных альф, которые нас действительно полюбят и оценят, — добавил Гарри.       Друзья чокнулись и дружно осушили стаканы.       — Чёрт, это отвратительно! — скривилась Гермиона и быстро побежала к холодильнику в поиске, чем можно перебить горький вкус алкоголя. Рон с Гарри одновременно засмеялись.       — Я, пожалуй, начну взаправду встречаться с Итаном, он прикольный, и к тому же вы выиграли, так что теперь точно приедете в январе, — сказал Уизли и, увидев, как подруга достаёт из холодильника банан, добавил: — Достань, пожалуйста, ещё фрукты, нам тоже нужна закуска.       — О, Боже, — закричала Гермиона так громко, что парни дёрнулись от неожиданности. — Наконец он пришел, а то я уже стала волноваться.       Быстро положив фрукты на стол, она схватила лежащий на столешнице конверт и стала вскрывать его.       — Он пришел, пока ты была в душе. Прости, забыл сказать, — извинился Поттер, и взяв со стола мандарину, стал чистить её. — Так тебе нравится Итан? — спросил Гарри с легкой улыбкой.       Рон пожал плечами и откусил кусочек от груши.       — Он классный, мы решили превратить наш сегодняшний поход в клуб в первое свидание, а там посмотрим, вдруг у нас получится что-то серьёзное и...       — Я убью его! — закричала Гермиона, и парни снова дёрнулись. Бросив на стол какой-то листок, подруга буквально побежала к камину.       — Ты куда?       — Что случилось? — спросили парни одновременно, но Грейнджер уже была в камине.       — Забини-мэнор, — произнесла она четко и через секунду исчезла в зелёном пламени.       Друзья быстро переглянулись и Гарри, схватив со стола лист бумаги, прочитал вслух.

      «Уважаемая Гермиона Джин Грейнджер, спешим уведомить вас, что вам отказано в выдаче порт-ключа до Нью-Йорка. По причине не уплаты налогов за организацию Г.А.В.Н.Э. в казну Магической Британии. Подробнее о причине отказа вы можете узнать в аврорате у ведущего ваше дело аврора Теодора Оскара Нотта. Вы можете повторно подать запрос, если желаете.

Министерство Магии желает вам хорошего дня»

      Поттер нахмурился и прочитал дописанную размашистым почерком строчку в самом низу листа.       «Прости, Карамелька, но облом. Ты никуда не едешь», и дорисованное рядом сердечко.       Гарри с Роном быстро переглянулись.       — Она отправилась в змеиное логово одна, — негромко сказал Уизли.       — И без палочки! — Гарри бросил быстрый взгляд на диван, где возле полотенца лежала волшебная палочка Гермионы. — Я пойду за ней, — сказал Поттер и побежал в спальню за своей палочкой.       — Один справишься? — с надеждой спросил Рон. — Я не хочу видеть Забини.       — Справлюсь, — ответил Гарри и шагнул в камин.       — Если что присылай Патронуса, — сказал Рон.              Гарри кивнул и, четко назвав место назначения, тоже исчез в зелёном пламени камина.