Посмотри на меня

***

      Драко отложил от себя потёртую книгу и, откинувшись на спинку дивана, устало потёр переносицу.       — С каких пор ты читаешь любовные романы? — спросил садящийся рядом Блейз.       — Это не "роман", а очень полезная книга, — спокойно ответил Драко.       — Ну да, Панси такие "полезные книги" с третьего курса Хогвартса читает, — весело фыркнул Блейз.              — Я серьёзно, — закатил глаза Малфой. — Мне её Северус дал. Тут описываются повадки и инстинкты омежьей сущности. Поттер же непробиваемый – я решил давить на наиболее уязвимые места, — объяснил Драко, смотря на друга. — Благодаря этой книге Поттер сегодня сам меня поцеловал.       — Ты уверен, что тебе это не приснилось? — усмехнулся Блейз.       — Я надавил на основной инстинкт омеги заботиться о своём истинном альфе, — насмешливо фыркнул блондин в ответ, азартно сверкнув глазами. — И мы даже зашли немного дальше просто поцелуев.       — Минет? — вопросительно приподнял бровь Забини.       — Не так далеко, — туманно ответил Драко.       — Откровенный петтинг? Лёгкий петтинг? — продолжал перечислять варианты Блейз.       — Отвали! — фыркнул Малфой.       — Дай мне тоже почитать! — потребовал друг, норовя выхватить книгу.       — Ага, подождешь, я ещё сам не дочитал, — уворачиваясь сказал Драко и поморщился от боли в рёбрах.       — Ну хоть полистать дай! — попросил Блейз, хмурясь. — Настроение и так ни к черту!       — Что случилось? — спросил Драко, смотря на расстроенного друга и, закатив глаза, все же протянул ему книгу.       — Ли повис на мне сегодня прямо на глазах у Солнышка, — простонал Блейз, выхватывая томник.       — Кто такой Ли? — спросил Малфой, нахмурившись.       — Рыженький ловец.       — Тот, который своим языком писал алфавит на твоём... — уточнил Драко, сдерживая улыбку.       — Именно! — фыркнул Блейз.       — И что Уизли?       — Ничего, ушёл с этими американцами, — буркнул друг.       — Слушай, а ты уверен, что хочешь именно Уизли? — насмешливо уточнил Драко. — Я в том смысле, что этот ловец тоже рыженький и не каждый так искусно умеет работать своим ртом.       Блейз сильно тыкнул друга в рёбра, и Драко застонал сквозь смех.       — Уверен, — нежно ответил Забини, крутя в руках книгу. — Рон невинен, и я сам научу моё Солнышко таким штукам, что можно будет в секс марафоне участвовать.       — Даже так? А Уизли в курсе, что ему придётся участвовать в чем-то подобном? — весело фыркнул Малфой и снова получил по рёбрам.       — Да хватит меня тыкать! — недовольно закричал Драко, потирая бок. — У меня там синяк остался после этой американской суки.       — А почему ты его не залечил? — спросил Блейз.       — Лицо залечил и нормально, рёбра самому себе неудобно.       — Так давай я залечу, если хочешь, — предложил Блейз.       — Ладно, — пожал плечами Драко.       — Тикси! — громко крикнул Забини, из воздуха тут же появился домовик, склоняясь в почтительном поклоне. — Отнеси эту книгу в мою комнату. — он протянул эльфу потрёпанный томник.       — Только утром отдашь, а то я завтра во Францию отправляюсь, — сказал Малфой, стягивая футболку.       — Зачем это?       — Пока не могу сказать, если все получится, то обязательно расскажу.       — Интрига, — весело хмыкнул Блейз, поиграв бровями.       Камин заискрил оповещая о том, что к ним кто-то направляется, а в следующую секунду из камина буквально вылетела взбешенная Грейнджер.       Выглядела она весьма раздето для посещения гостей: в розовых тапочках, таких же коротеньких розовых шортиках и серой майке на тонких бретельках. Оба парня окинули девушку удивленными взглядами.       — Где Нотт?! — строго спросила она.       Драко открыл рот, чтобы попросить её подождать, но его опередил Блейз.       — Прямо по коридору, третья дверь направо, — спокойно сказал он, и Грейнджер бросилась дальше по коридору.              — Может стоило сказать ей, что Тео в душе? — весело спросил Драко, поворачиваясь к другу ушибленным боком. Блейз лишь молча пожал плечами и достал из заднего кармана свою волшебную палочку.       — О, Господи! — раздался громкий визг Грейнджер из ванной, и оба парня сложились пополам от смеха.       — Если в следующий раз, когда я буду в душе, случайно заявится Поттер, сделай так же, — сказал Драко сквозь смех.       — Обязательно, — весело фыркнул Блейз, и принялся лечить огромный багровый синяк.       Примерно через пару минут камин снова сработал и в гостиную вошёл тот самый Гарри Поттер.

      

***

      Гермиона была настолько зла, что в тот момент её не волновало абсолютно ничего. Ни то, что она забыла дома свою волшебную палочку, ни то, что она отправилась в Забини-мэнор в тапочках и пижаме. Если честно, то она этого даже не заметила. Всё о чем Грейнджер могла думать, пока летела через каминную сеть, это как открутит голову одному в конец обнаглевшему аврору.       Выйдя из камина в гостиной Забини-мэнора, Гермиона огляделась. В нос сразу ударило два новых запаха. Вишня, мята, шоколад и миндаль. Узнав у сидевших на диване Забини и Малфоя, где Нотт, Гермиона буквально бегом побежала в заданном направлении. Она уже просто дрожала от злости. Лишиться, возможно, единственной возможности посетить такую редкую библиотеку, и из-за чего? Из-за какой-то дебильной прихоти Нотта! Нет, она точно убьёт его!       Оказавшись у двери, Гермиона резко дернула ручку на себя и буквально ворвалась в комнату. Вот только эта комната оказалась ванной комнатой, и прямо посреди неё стоял абсолютно голый и мокрый Нотт с полотенцем в руках.       — О, Господи! — закричала Гермиона и быстро закрыла руками глаза.       Со стороны гостиной послышался громкий смех, а Нотт слегка улыбнувшись сказал:       — Называй меня просто Тео, детка.       И как ни в чем не бывало стал вытирать мокрые волосы полотенцем. Но Гермиона, кажется, этого не услышала, она зажмурилась ещё сильнее и замерла. Потому что в нос ударил просто потрясающий аромат: фундук, ежевика и мороз. Этот фантастический запах будоражил каждую клеточку, заставляя глубоко дышать носом.       Гермиона просто обожала зиму. В детстве родители каждый год увозили её в горы на рождественские праздники, отец катал её на санках, и они всей семьей строили снежную крепость, а затем любовались пейзажем и ели рождественское печенье с фундуком. Зима и мороз пробуждали в душе Гермионы самые лучшие воспоминания, однако она никогда не думала, что мороз может пахнуть. Но именно сейчас у неё было такое чувство, будто она вышла на улицу в морозное рождественское утро. Тот самый любимый запах из детства, который ассоциировался у Гермионы с семьей, любовью и заботой. Тот, от которого коленки задрожали, а сердце застучало так часто, что Гермиона невольно поморщилась. Она просто не могла надышаться этим божественным ароматом. Омежья сущность в её груди восторженно трепыхалась.       «Наш альфа, наш истинный, он здесь», — звучали ликующие возгласы в голове, и Гермиону слегка повело в сторону от переполняющего все тело восторга.       — Кажется, кто-то не принял свои капли? — послышался довольный голос Нотта. — Сегодня определенно мой день.       Но Гермиона ничего не ответила. Аромат продолжал окутывать её всё сильнее, вводя разум в полную эйфорию, и Грейнджер напряглась всем телом, глубоко дышала через нос, боясь даже пошевелиться, чтобы этот прекрасный запах вдруг не исчез.       — Карамелька, — позвал Тео, осторожно отнимая руки Гермионы от лица, но Гермиона лишь сжалась ещё сильнее.              «Почему он подошёл так близко?», — возникла мысль в голове.       «Он всё ещё голый?», — с надеждой поинтересовалась омежья сущность.       «Мерлин, это же Нотт! Он специально не выдал мне порт-ключ», — пыталась пробудить свою злость Грейнджер, через окутавший её кокон восторга.       «Это наш альфа, мы должны обнять его, он так потрясающе пахнет», — тут же слышался в ответ голос омежьей сущности.       «Он предал меня. Будь он хоть тысячу раз истинным, я не прощу его», — думала Гермиона, пытаясь призвать себя к холодному рассудку.       — Ты оделся?! — громко спросила она, всё ещё не открывая глаз.       — Ага, — прозвучал насмешливый голос настолько близко, что по телу побежали мурашки.       Осторожно открыв глаза, Гермиона наткнулась взглядом на полотенце, низко висящее на бёдрах, слишком низко.       «Не смотри на него!», — приказала она себе, но глаза будто жили своей жизнью: они стали подниматься выше, с жадностью осматривая тело альфы, немного смуглая кожа, к которой тут же захотелось прикоснуться, кубики пресса, косые мышцы, такой сильный торс...       Гермиона невольно любовалась, впитывая каждую черточку, каждую капельку воды стекающую по поджарому прессу, которую вдруг резко захотелось слизать.       Мерлин, о чем она думает?!       Взгляд поднялся выше к ключицам и сильной шее, а затем наткнулся на пухлые губы, растянутые в довольной ухмылке, и наконец на зелёные искрящееся весельем глаза, которые, похоже, всё это время пристально следили за ней.       Омежья сущность в груди ласково заурчала.              «Наш альфа великолепен, мы должны его поцеловать».       И Гермиона почувствовала, как её начинает вести в сторону этого зеленоглазого божества.       «О, нет, нет! Только не это!», — мысленно взмолилась она и резко дёрнулась назад, оставаясь на месте.       «Наш альфа так красив, так сексуален. Он сильный, высокий, статный…», — ликующе перечисляла сущность в голове.       — Заткнись! — буркнула Гермиона вслух.       Тео, всё ещё улыбаясь, вопросительно приподнял одну бровь. Грейнджер быстро тряхнула головой и нахмурилась, она пришла сюда не за тем, чтобы пялиться, как идиотка, на Нотта. Она была всё ещё дико зла на этого самовлюбленного, чертовски красивого паршивца, и если сосредоточиться на злости, это должно неплохо помочь сдерживать свою слетевшую с катушек сущность.       Слава Богу, рациональное мышление всегда было её сильной стороной, и это был ещё один плюс помогающий держать в узде свою омегу.       — Где мой порт-ключ?! — требовательно спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал, а тело не трепетало от потрясающего запаха мороза, фундука и ежевики.       — Ты разве не получила письмо? — наигранно удивлённо спросил Нотт. — Тебе отказано. Неуплата налогов серьезное нарушение, знаешь ли, — весело хмыкнул Тео.       Эта сексуальная сволочь ещё и веселится!              — Мне было пятнадцать! Черт тебя возьми! Я не обязана была платить никакие налоги! — закричала Гермиона, сжимая кулаки.       Тео окинул её откровенно похотливым взглядом и, слегка наклонившись вперёд, прошептал:       — Знаешь, детка, когда ты злишься, то становишься ещё сексуальнее. Хотя твоя пижамка тоже весьма соблазнительна.       Гермиона растерянно моргнула, а затем бросила быстрый взгляд вниз и почувствовала, как румянец заливает её щеки. Мерлин, она что, прибежала к Нотту в пижамных шортах и домашней майке? Дошло до неё только теперь.       Грейнджер попыталась оттянуть серую майку слегка вниз, чтобы прикрыть полоску голой кожи на животе, но тогда ещё больше открывалось декольте. А она была даже без бюстгальтера, и Нотт явно это заметил, потому что не стесняясь продолжал скользить по её телу полным желания взглядом, то и дело задерживая глаза на её шее, ключицах, затем на затвердевших сосках, явно выделяющихся через хлопковую майку, и дальше, спускаясь к плоскому животу и стройным, голым ногам.       Воздух в ванной комнате с каждой секундой всё больше густел наполняясь феромонами альфы, и у Гермионы уже начала кружиться голова от этого пьянящего аромата.       Она быстро попыталась прикрыться руками, стараясь при этом не краснеть ещё больше.       — Красивая татуировка, — сказал Тео хриплым голосом, бросив взгляд на феникса, набитого на бедре омеги.       Он медленно протянул к ней руку, а затем прочертил кончиками пальцев по контуру рисунка. Гермиона почувствовала, как по телу побежали мурашки. В неё буквально ударила волна феромонов альфы, а смуглые пальцы, нежно гладившие кожу её бедра, будто пропускали электричество, посылая волны возбуждения по всему телу.       Ноги задрожали так сильно, что Гермионе показалось, будто она сейчас упадёт. Потрясающий аромат продолжал окутывать её всё сильнее, рождая внутри нереальный коктейль из похоти и страсти, которому всё сложнее было сопротивляться.       Грейнджер вдруг поймала себя на мысли, что с радостью облизала бы целиком сексуальное тело стоящего напротив альфы.       — Прекрати это, Нотт, не прикасайся ко мне... — сказала она, почти задыхаясь от аромата фундука, ежевики и мороза, и сделала быстрый шаг назад, тут же упираясь спиной в дверь.       Омега в груди, напротив, буквально рвалась вперёд к своему альфе и сдерживать её было всё труднее.       Глаза у Тео, кажется, стали совсем дикими, и он сделал медленный шаг вперёд, выпуская свои феромоны волну за волной. Это было не специально, просто Карамелька была сейчас так соблазнительна, так чертовски сексуальна и невинна одновременно, что невозможно было себя контролировать, ведь Теодор так давно мечтал о ней, так давно хотел, так давно любил…       Альфа-сущность в груди парня просто взбесилась, требуя немедленно сорвать эту сексуальную маечку и вобрать в рот горошину затвердевшего соска, пробуя кожу своей омеги на вкус, облизать острые ключицы и оставить на изящной шейке свою метку. Немедленно. Чтобы окончательно утвердить свои права на эту красавицу-омегу. А стоило только представить, что под этими пижамными шортиками тоже ничего нет, и Тео приходилось силком проталкивать воздух в свои лёгкие.       «Наша девочка, наша любимая омега! Мы должны пометить её!», — требовала альфа-сущность в голове Теодора. — «Мы должны заласкать её, показать, как мы любим нашу омегу».       Потрясающий аромат карамели, ромашки и горной реки наполнил ванную комнату до краёв, и Нотт, не таясь, глубоко дышал носом, наслаждаясь и всё больше уходя в свои инстинкты. Схватить малышку на руки, впиться в нежные губы, покрыть поцелуями каждый сантиметр этого прекрасного тела, сделать её наконец своей и снова услышать слова любви.              Вот чего хотел Тео сейчас больше всего на свете.       Ведь когда они встречались на восьмом курсе, дальше поцелуев, к большому сожалению Теодора, у них с малышкой дело не зашло. Нотт почувствовал, как в его голую грудь уперлась дрожащая рука Гермионы, только сейчас понимая, что снова успел подойти слишком близко.       — Моя сладкая омега, — Тео взял тонкое запястье в руку и поднес его к своим губам.       — Пр... прекрати, — сказала Гермиона, запинаясь. От потрясающего аромата фундука, ежевики и мороза голова кружилась так сильно, что альфа уже начинал плыть перед глазами.       — Я люблю тебя, детка, — сказал Тео, смотря в глаза цвета карамели и целуя запястье девушки.       А в следующую секунду, её глаза закрылись, и омега стала сползать по стене. Теодор быстро поймал её и подхватил на руки, голова Гермионы безжизненно откинулась в сторону. Всё возбуждение в теле Нотта резко прошло, уступая место леденящему страху за свою омегу.       — Карамелька, малышка, ты слышишь меня? Гермиона! — Альфа легонько похлопал её по щекам, продолжая звать, но девушка явно была без сознания.       Чертыхнувшись, Тео прижал свою детку крепче к себе, поднимая на руки. Густой аромат карамели, ромашки и реки, продолжал кружить голову. Чёткость мыслей уплывала сквозь пальцы, уступая место инстинктам альфы. Поудобнее прижав к себе омегу, Тео открыл дверь ногой и покинул ванную комнату. С одной лишь мыслью в затуманенной голове.       «Мы должны позаботиться о своей омеге».

***

      Гарри вошёл в гостиную Забини-мэнора и первое, что он увидел, — полуголого Малфоя, сидящего на диване.       «Блять, опять полуголый. Потрясающе! Похоже, кое-кто вообще не заморачивается с ношением одежды», — раздраженно подумал Поттер.       Дальше ещё лучше. Запах вишни, мяты и грозы ударил в нос, окутывая своим ароматом и проникая в каждую клетку кожи.       Гарри замер на месте, прикрыл глаза и, не успев сдержать порыв своей сущности, глубоко втянул носом воздух.       Тело задрожало от восторга, будто у наркомана после долгого воздержания, попробовавшего новую дозу.       Мерлин, ну почему именно чертов Малфой должен так потрясающе пахнуть?!       Неизвестно, сколько Гарри так стоял истуканом, пытаясь взять себя в руки, но вдруг над ухом послышался бархатный, мурлычущий голос, от которого по телу побежал табун мурашек.       — Мой Львёнок соскучился по своему альфе?       Поттер дернулся, резко открыл глаза и наконец смог начать дышать ртом.       — Где Гермиона? — требовательно спросил он, быстро облизав пересохшие губы и стараясь смотреть Драко только в глаза.       — Что, даже не запрыгнешь на меня? — Белобрысый наглец с легкой улыбкой вопросительно приподнял светлую бровь. — Давай же, не сдерживай свои желания, мой омега, я же знаю, что ты этого хочешь, — почти проурчал он.       И знаете, что было самое ужасное? Где-то глубоко внутри Гарри действительно этого хотел.       Омежья сущность в груди заурчала, а Поттер нахмурился и едко ответил:       — Знаешь, какое желание я сейчас в себе сдерживаю, Малфой? — Драко снова вопросительно приподнял одну бровь. — Желание тебе врезать!       Драко лишь закатил глаза к потолку, а Забини, сидящий на диване, прыснул в кулак.       — Я спросил, где Гермиона? — Повторил свой вопрос Гарри.       — Она разговаривает с Тео, всё в порядке, не переживай, — ответил Драко.       — Да, присаживайся, подожди её здесь, — сказал Блейз, указывая на диван.       Гарри нахмурился и осмотрелся, вокруг всё было тихо, значит Гермионе действительно ничего не угрожает. К тому же, Поттер почему-то был уверен, что Нотт не причинит ей вреда. Нехотя Гарри присел на диван и наглый блондин тут же плюхнулся рядом, а затем вообще закинул руку ему на плечо.       — Ты страх потерял? Клешни убери! — почти прорычал Гарри, сбрасывая с себя руку.       — Львёнок, не будь таким букой, я вообще-то болен, — сказал альфа, театрально вздохнув.       Омега в груди брюнета тут же взволнованно встрепенулась.       — И чем же? — спросил Гарри, нахмурившись.       — Тобой, — ответил Драко, обольстительно улыбаясь.       Теперь глупая омежья сущность заметалась в груди от счастья.       — Браво, Малфой, — фыркнул Гарри, — ты просто Бог подкатов. Иди своих шлюх такими фразами клей.       — Кроме тебя у меня никого нет, — ответил Драко серьезно.              — Ну да, сегодня, — сказал Гарри и наигранно добавил: — Хотя подожди, еще же только шесть вечера.       Малфой нахмурился.       — А где Солнышко? Почему он не пришел? — вклинился в разговор Забини.       — Он собирается на свидание, — ответил Гарри просто, исподтишка наблюдая за реакцией мулата на свои слова.       Блейз сразу нахмурился и крепко сжал челюсти, всё дружелюбие с его лица исчезло будто по щелчку пальцев.       — С кем? — грубо спросил он.       — Прости, но не думаю, что я имею право делиться информацией о личной жизни Рона.       Где-то хлопнула дверь, и все посмотрели в направлении коридора, из которого через пару секунд вышел Нотт в одном полотенце, неся на руках кажется безжизненную Гермиону.       Гарри резко подскочил и бросился вперёд.       — Что ты с ней сделал? — закричал Поттер, но ему не ответили.       Теодор, даже не взглянув в его сторону, молча двинулся к лестнице на второй этаж. Гарри, быстро забежав на ступеньки, преградил ему путь, и Тео, смотря в лазурные глаза Избранного, принюхался, а затем недовольно рыкнул.       Рядом тут же возник Малфой, закрывая Поттера собой. Теодор крепче прижал к себе Гермиону и снова зарычал, на этот раз громче и гораздо более угрожающе.       Драко напрягся, но не сдвинулся с места, а Гарри поднялся на пару ступеней вверх, чтобы из-за спины Драко видеть лицо Теодора, который выглядел немного диковато и сейчас, похоже, был полностью под контролем своих альфа инстинктов.              — Малфой, отойди, ты делаешь только хуже, — сказал Гарри негромко, но его никто не послушал. Драко, продолжая сверлить друга взглядом, лишь сдвинулся слегка в сторону, пытаясь закрыть своего омегу полностью.       Тео снова утробно зарычал, и Гарри заметил, как он заботливо прижимая к себе Гермиону, пытается прикрыть её достаточно голое тело от взгляда другого альфы.       — Малфой, пожалуйста, отойди, — повторил Гарри, но опять ноль реакции.       Поттер бросил изучающий взгляд на подругу. Глаза закрыты, голова удобно лежит на голой груди Нотта, на щеках румянец, а грудь слегка вздымается от размеренного дыхания. Со стороны казалось, будто Гермиона просто крепко спит.       «Если так будет продолжаться, они точно сцепятся, кто-нибудь пострадает и скорее всего этим кем-то будет Гермиона», — размышлял Гарри.       Боковым зрением он заметил, как Забини бесшумно поднялся с дивана и стал медленно двигаться в их сторону.       — Блейз, лучше стой на месте, а то он точно бросится, — негромко сказал Гарри, а затем просто прижался к голой спине Малфоя и прикрыл ему ладонями глаза.       Блейз остановился. Драко растерянно дёрнулся, а затем раздраженно фыркнул и попытался сбросить поттеровские ладоши со своих глаз. Тео, видя это, зарычал ещё громче и слегка дёрнулся вперёд.       — Не двигайся, пожалуйста, верь мне. — Услышал Драко шепот в правое ухо и послушно замер.       Тео перевёл дикий взгляд на омегу, который закрывал глаза другому альфе и перестал рычать.       — Теперь медленно, не открывая глаз, повернись ко мне лицом, — прошептал Гарри.       — Нет, — сказал Драко четко, продолжая стоять на месте. Он не мог повернуться к Тео спиной, зная, что тот сейчас не в себе и может напасть. Будто прочитав его мысли, Поттер снова ласково зашептал ему в ухо.       — Альфа, прошу, повернись ко мне лицом. Он не нападет, если ты не откроешь глаз, поверь.       Драко тяжело вздохнул, а затем зажмурился и медленно стал поворачиваться лицом к своему омеге. Гарри неотрывно следил за Ноттом, готовый в любой момент выхватить свою палочку, а Тео крепче прижал к себе Гермиону и сильно напрягся, но, похоже, нападать не собирался.       Малфой, окончательно повернувшись к Гарри лицом, снова замер и с восторгом почувствовал, как его за шею обнимают руки Львёнка и притягивают к себе.       Драко не нужно было приглашать дважды, он тут же прижался к торсу Поттера и, обвив руками его талию, уткнулся носом ему в шею, глубоко вдыхая самый любимый запах на свете.       — Он не претендует на твою омегу, — сказал Гарри спокойно, смотря в зелёные глаза Теодора.       И будто в подтверждение его слов, Малфой потёрся носом о его шею и громко заурчал, пуская по телу Гарри целый табун блаженных мурашек.       «Главное не забывай дышать ртом», — мысленно напомнил себе Гарри.       — Блейз, отойди к камину и отвернись, — чётко сказал Поттер.       Ошарашенный Блейз, который всё это время наблюдал за разворачивающейся сценой со стороны, послушно пошёл к камину.       — Тикси, — громко крикнул Гарри.              Из воздуха тут же материализовался домовик и низко склонился в поклоне.              — Гарри Поттер у нас в гостях, какая честь… — запричитал эльф, и Малфой, услышав это, весело фыркнул Поттеру в шею.       — Тикси, я тоже рад тебя видеть, — сказал Гарри с лёгкой улыбкой. — Нам всем нужна твоя помощь. Не мог бы ты, пожалуйста, принести сюда несколько вещей мистера Нотта? Это очень важно.       Драко, услышав, как уважительно и в то же время по-детски Львёнок общается с домовиком, улыбнулся и оставил лёгкий поцелуй на шее омеги, от которого Поттер дёрнулся всем телом и сквозь зубы прошептал:       — Прекрати!       Драко лишь шире улыбнулся и повторил манёвр.       — Каких именно, сэр? — уточнил эльф, дико гордый, что ему выпала честь помочь знаменитому Гарри Поттеру.       Гарри бросил быстрый взгляд на Нотта, который всё также трепетно прижимал к себе Гермиону, с тревогой всматриваясь в её лицо.       — Думаю, футболка посвободнее и какие-нибудь шорты подойдут. И ещё принеси, пожалуйста, плед.       — Шерстяной, хлопковый, пуховый, меховой? — Важно уточнил эльф.       Гарри на секунду как-то растерялся, со стороны камина послышался громкий смешок, а Драко, поплотнее уткнувшись лицом в шею Поттера, затрясся в беззвучном смехе.       — Эм, думаю, хлопковый подойдёт, — сказал Гарри с лёгкой улыбкой.       Эльф низко поклонился и исчез.              — Ты будешь отлично управлять делами в Малфой-мэноре, когда мы поженимся, — сказал Драко негромко и потёрся носом о нежную шею.       — Этого никогда не будет, — так же негромко ответил Поттер, стараясь не обращать внимание на тянущее чувство в сердце.       Драко попытался отстранить голову, чтобы посмотреть в лазурные глаза, но альфа-сущность Нотта, заметив это, видимо решила, что хотят посмотреть на его омегу, и Тео снова громко зарычал. Гарри схватил затылок Малфоя и резко прижал его обратно к своей шее.       — Через год мы уже будем в браке, — уверенно сказал Драко.       — Возможно. Только не друг с другом, — парировал Поттер, стараясь, чтобы голос звучал безразлично.       Малфой, услышав это, дернулся и напрягся всем телом. В голове снова возникла ужасная картина венчания Поттера с тем американцем, и Драко, из последних сил сдерживая недовольный рык, который Тео бы сейчас явно принял на свой счёт, сильно сжал талию омеги, надеясь хоть таким образом показать, как ему не понравились слова Поттера.       — Ты выйдешь только за меня, Поттер, — сказал Драко негромко, но довольно резко.       Гарри ойкнул от цепкой хватки на своей талии, но альфа не обратил на это никакого внимания. От одной мысли, что его Львёнок может выйти замуж за этого американишку или вообще за кого-либо другого. Драко охватывала неконтролируемая ярость.       Снова раздался хлопок, и в гостиной появился эльф, держащий в руках аккуратную стопку одежды.       — Теодор, — четко позвал Гарри.       Никакой реакции, Нотт продолжал смотреть на Гермиону.       — Альфа, — попробовал Гарри ещё раз более мягко.              Драко дёрнулся и, слегка ослабив хватку снова потерся о его шею, негромко урча.       Нотт перевёл на Гарри потерянный взгляд.       — Тикси, пожалуйста, покажи вещи мистеру Нотту.       Домовик быстро протопал к лестнице и леветировал стопку вещей прямо к лицу Тео. Нотт принюхался и, только поняв, что вещи пахнут им самим, осторожно принял их.       — Альфа, ты можешь одеть свою омегу на диване, — сказал Гарри с нежностью в голосе и указал кивком головы в сторону мебели.       Нотт растерянно проследил за взглядом Гарри и медленно двинулся к дивану. Поттер продолжал стоять и с интересом наблюдать, как Теодор осторожно опускает его подругу на диван, а затем с такой нежностью и заботой одевает её, что Гарри слегка улыбнулся.       «Интересно, мне когда-нибудь посчастливиться встретить альфу, который будет так же обо мне заботиться?», — тоскливо подумал Гарри, и будто только сейчас осознав, что его до сих пор обнимает Малфой, попытался выпутаться из его объятий.       Но сделать это оказалось совсем непросто. Драко, как только почувствовал, что с его шеи исчезли руки омеги, снова напрягся и, недовольно рыкнув, ещё крепче прижался к Поттеру.       — Отпусти, — спокойно попросил Гарри, но его просьба была проигнорирована. — Мне нужно отправить Патронус Рону, чтобы он осмотрел Гермиону, — сказал Гарри, снова вырываясь.       — Драко, дай ему позвать Рона, — подал голос Блейз, не поворачиваясь. Малфою пришлось раз сто мысленно напомнить себе, что он решил приручать Львёнка постепенно, прежде чем он, быстро чмокнув омегу в шею, смог разнять свои объятия.              Гарри бросил взгляд в сторону дивана и увидел, что Теодор, полностью одев Гермиону, лёг на диван, а затем, положив девушку рядом, заботливо уложил её голову себе на грудь и, укрыв их пледом, стал нежно перебирать её волосы.       У Гарри защемило сердце, вот нужно же было этому придурку изменить Гермионе, они ведь действительно могли быть счастливы.       Поттер вытащил свою палочку и четко произнёс:       — Экспекто Патронум.       В комнате тут же появился полупрозрачный олень, кратко описав ситуацию Рону, Гарри отправил послание другу. Теперь оставалось только ждать. Но ждать пришлось недолго, видимо, Рон так волновался за друзей, что не находил себе места. Потому что буквально через пару минут камин заискрил, и Рональд выскочил из него с палочкой в руках. Выскочил и сразу же врезался в грудь Забини.       В голову резко ударил запах чёрного шоколада, миндаля и летнего ветра, просто сбивая весь решительный настрой Рона с ног и заставляя забыть, зачем он вообще сюда пришёл.       Этот запах окутал его со всех сторон, ещё бы не окутал, если Блейз выпускал в гостиную свои феромоны волну за волной в течении последних нескольких минут.       Руки Блейза тут же уверенно опустились омеге на талию и притянули к себе, а над правым ухом послышался хриплый шёпот:       — Попался.       Уизли как-то странно пискнул и замер на месте, а затем, прикрыв глаза, повернул голову слегка в сторону и нежно потерся носом о скулу Блейза.       Из всего Золотого Трио, Рональд Уизли всегда был самым восприимчивым к любого рода ситуациям, поэтому, похоже, и феромоны истинного альфы действовали на него сильнее, чем на друзей.              Блейз громко заурчал, глубоко вдыхая аромат своего омеги и собственнически потерся о его шею, а затем оставил на нежной коже легкий поцелуй.       — Здравствуй, Солнышко, я скучал по тебе.       Рон в ответ лишь снова пискнул, где-то глубоко внутри пытаясь взять себя в руки и перестать подставляться под нежные поцелуи своего альфы.       — Забини, отпусти его, — послышался голос Поттера, если честно, Гарри сам немного растерялся, наблюдая за картиной милующегося с Блейзом Рона, потому что впервые видел друга таким. — Он пришел, чтобы помочь Гермионе.       Рон, услышав имя подруги, дёрнулся в попытке освободиться из хватки сильных рук, немного приходя в себя. Омежья сущность в груди Уизли пусть и сходила с ума от потрясающего аромата своего альфы, но, кажется, вспомнила, что была всё ещё очень зла на него, поэтому это тоже помогало противостоять напору Блейза.       Рональд открыл глаза и, невольно прижавшись к сильному плечу, страдальчески посмотрел на Гарри, в надежде на помощь. Тогда Поттер показал ему знак дышать ртом. Драко, стоящий рядом, насмешливо фыркнул.       — То есть мне нужно просто поцеловать тебя, чтобы ты снова начал дышать носом, Львёнок? — промурлыкал он.       Гарри в ответ показал ему неприличный жест средним пальцем и отошёл от наглеца подальше.       А Рон начал по совету друга дышать ртом и его действительно отпустило, поэтому он уверенно приставил свою волшебную палочку к рёбрам Забини и прорычал:       — У тебя секунда, чтобы убрать от меня свои лапы.       Забини разочарованно вздохнул.       — Ладно, ладно. Не стоит так нервничать, Солнышко, — сказал Блейз, отходя в сторону.              — Что случилось с Гермионой? — громко спросил Рональд, смотря на подругу, которая почему-то лежала на груди Нотта и была одета в мужскую футболку.       — Незачем так орать, — недовольно пробурчал Тео, приоткрыв глаза и подвигая Карамельку поудобнее.       — О, с возвращением, — весело хмыкнул Драко, смотря на друга, и подошёл ближе к дивану.       — Угу, — ответил Тео негромко и, обняв свою омегу, снова прикрыл глаза.       Аромат густой карамели, ромашки и горной реки приятно окутывал его, а ещё к этому аромату примешался его собственный и это окончательно успокоило альфа-сущность парня. Так что теперь было так хорошо и спокойно в объятиях своей омеги, что просто хотелось спать.       — Эй, подъем, что ты с ней сделал? — спросил подошедший к дивану Уизли.       — Да, мне тоже это интересно, — подключился стоящий с другой стороны Поттер.       Тео нехотя разлепил глаза и спокойно ответил.       — Я признался ей в любви, а она рухнула в обморок. — Он чмокнул свою спящую детку в макушку и самодовольно добавил: — От счастья, наверное.       Бывшие слизеринцы дружно засмеялись.       — Я должен её отсканировать, — строго сказал Рон.       — Ну сканируй на здоровье.       — Так может ты тогда встанешь? — едко спросил Уизли.       — Неа, — просто ответил Тео, нежно перебирая волосы цвета карамели.              Рон бросил вопросительный взгляд на Гарри, и друг, тяжело вздохнув, указал кивком головы на подругу.       — Сканируй так. Когда она придёт в себя, то сама его убьёт.       Тео лишь фыркнул на это заявление.       Рональд взмахнул волшебной палочкой и прошептал заклинания. Тело Гермионы засветилось зелёным свечением.       — Похоже, она действительно в порядке, просто крепко спит. — Вынес он свой вердикт.       — Вот поэтому и не нужно так орать, — закатил глаза к потолку Тео.       Гарри с Роном переглянулись.       — Что ж, тогда я пойду, — сказал Уизли другу. — А вы, как только она придет в себя, подтягивайтесь, а то уже почти семь.       Гарри кивнул, и Рон, демонстративно не смотря на Забини, быстро двинулся обратно к камину. Взяв летучий порох, он зашёл в камин и, бросив порох, четко поговорил адрес, но ничего не произошло. Уизли крепко сцепил челюсти и направил гневный взгляд на хозяина мэнора, который, вальяжно рассевшись на диване, с дерзкой ухмылкой смотрел прямо на него.       — Открой чертов камин! — выплюнул Рон сквозь зубы.       Блейз наигранно подтянулся и обманчиво спокойно ответил:       — Прости, но похоже твоё сегодняшнее свидание придётся отменить.       На секунду в комнате воцарилась полная тишина, но Гарри знал, что друг сейчас взорвется, поэтому лишь вздохнул, прикрыв глаза.       — Ты, сволочь, совсем страх потерял?! — взревел Рон. — Открой камин немедленно, у тебя нет никакого права держать меня тут!       — Я и не держу, просто временные неполадки с каминной сетью, бывает, — ответил Забини просто.       Рон выскочил из камина и буквально бросился к двери. Но пока он к ней бежал, Блейз лишь лениво провел рукой, запечатывая родовой магией входные двери. Омега дёрнул ручку двери, но, естественно, ничего не произошло. Затем Рон достал свою палочку и бросил на дверь несколько отпирающих – опять ничего.       — Не держишь, значит? — ехидно спросил он, прожигая Блейза гневным взглядом.       — Наверное, двери заклинило, — пожал плечами Блейз.       — Двери заклинило?! Заклинило?! В мэноре, где всё связано с магией хозяина?! Это мозги у тебя заклинило, кретин! — закричал Уизли.       Забини ярко улыбнулся, с нежностью смотря на взбешённое Солнышко.       — Надо же, какие обидные слова, — весело фыркнул он. — Я прям сейчас расплачусь, Уизли.       Гарри заметил, что Нотт с Малфоем тоже еле сдерживаются, чтобы не засмеяться, и нахмурился.       — Разве ты не приглашён на тусовку к любителю текилы? Может уже свалишь наконец и дверь заодно откроешь?! — грубо спросил Уизли.       — Если тебе это так интересно, то я не собирался туда идти, — пожал плечами Блейз и, улыбнувшись, добавил: — Тем более двери заклинило.       Рональд тяжело вздохнул и, прикрыв глаза, постарался успокоиться.       — Гарри, попробуй ты, а иначе я его сейчас убью, — сказал он.       Поттер поджал губы, а Забини перевёл на него взгляд, видимо приготовившись слушать веские доводы. Гарри уже пожалел, что ляпнул о предстоящем свидании друга.       — Слушай, Блейз, это не серьёзно, — начал он спокойно, — ты не можешь вечно его тут держать, к тому же у нас действительно назначена встреча.       — У кого это у нас, Поттер? — резко спросил Драко.       — У нас – это значит у нас, — спокойно ответил Гарри.       — То есть у тебя и той американской суки? — едко спросил Драко, явно начиная злиться.       — Во-первых, не называй так Рика! А во вторых, тебя это не касается, — вспылил Гарри.       Как раз в этот момент заиграла ритмичная мелодия, бывшие слизеринцы стали крутить головами, не понимая, откуда исходит этот странный звук, а Рон, посмотрев на них, лишь фыркнул и достал из заднего кармана джинсов мобильный телефон. На дисплее светилось имя “Итан”, и омега, улыбнувшись, демонстративно ответил на звонок.       — Огонёк, как дела? Вы там собираетесь? — раздался громкий голос из трубки.       Рон бросил быстрый взгляд на хмурого Забини и, сделав громкость разговора тише, отошёл в самый дальний угол гостиной, делая вид, что не замечает, как пристально за ним следит пара глаз цвета шоколада.       — Привет, — улыбнулся Рон. — Да, собираемся. Встретимся в девять.       — Если мы не заблудимся, — рассмеялся Итан на том конце провода.       — В смысле? — уточнил Рон с лёгкой улыбкой.              Он стал медленно ходить взад-вперёд по гостиной, вдоль большого окна.       — Ну, мы забыли точное название того клуба, — весело сказал Итан. — Рик говорит, что он называется "Сифона", Энтони запомнил, что "Паникора", а я вообще нихрена не запомнил.       Рон громко фыркнул, а затем, не выдержав, весело рассмеялся.       — Он называется "Пандора", — сказал Рон.       — Как? — переспросил Итан.       — ПАН-ДО-РА, — по слогам повторил омега, улыбаясь. — Запомнил?       — Ага, — ответил голос Итана.       — Повтори, — наигранно строго потребовал Рон с улыбкой на губах.       — ПАН-ДО-РА, — также весело повторил Итан.       — Отлично, тогда увидимся в девять, — нежно сказал Рональд.       Хорошо, что в этот момент он не смотрел на сидящего на диване Блейза, лицо которого буквально перекосилось от злости.       — Как я тебя узнаю? — спросил Итан, явно флиртуя.       — Ну... — наигранно протянул Рон. — Для тебя я постараюсь не остаться незамеченным.       Да, он флиртовал с Итаном в ответ. И да, возможно, он даже делал это специально. А что? Этот Забини может позволить себе зажиматься с каким-то ловцом на глазах у всего стадиона, а ему нельзя немного позаигрывать с парнем, с которым у него сегодня свидание?       — Тогда я ещё больше жду девяти часов, — ответил Итан, и Рональд снова улыбнулся. — До скорой встречи, Огонёк.       — Увидимся, — нежно сказал Рон, вешая трубку. И только сейчас осознал, что в гостиной стоит полная тишина, а, подняв глаза от дисплея, он увидел, что все, ну, кроме все еще спящей Гермионы, смотрят на него.       — Поздравляю, Поттер, — холодно сказал Малфой, переводя взгляд с Уизли на своего омегу. — Ты не покинешь этого дома раньше завтрашнего утра.       — Они не выйдут отсюда раньше завтрашнего вечера, пока эти американцы не свалят в свою вонючую Америку, — выплюнул Забини, прожигая Рона взглядом.       Уизли нахмурился и уже открыл рот, чтобы разразиться гневной тирадой, как вдруг Гарри хмыкнул.       — Мы подождём, пока Гермиона придет в себя и уйдём отсюда, — спокойно сказал он, смотря на Драко. А затем перевёл взгляд на Рона.       За все годы дружбы Рональд давно научился понимать друга без слов. Вот и сейчас, только заметив этот лихорадочный блеск в зелёных глазах, Уизли понял, у Гарри есть план. Они действительно уйдут как только очнется Гермиона. Поэтому он вдруг резко успокоился и, подойдя к дивану, вальяжно уселся, стараясь держаться подальше от Блейза. Благо, размеры дивана это позволяли. Блейз прищурил глаза: ему совсем не нравилась эта резкая перемена в настроении Уизли.       — Знаешь Гарри, — начал рассуждать Рон вслух. — Я считаю, что у некоторых здесь присутствующих обостренная форма раздутого самомнения, — он смотрел только на друга, делая вид, что Блейза вообще нет в комнате.       Поттер хмыкнул и, обойдя диван, присел рядом с Роном, тоже откинувшись головой на спинку.              — Полностью с тобой согласен, — сказал Гарри, будто не замечая, как его прожигают глаза цвета грозы. — Думаю, они считают, что раз перетаскали в свою постель половину омег Британии, то теперь любой омега должен быть у их ног.       Драко закатил глаза от такого умозаключения своего Львёнка.       — Угу, — Рональд кивнул в знак согласия. — А знаешь, что еще поражает меня больше всего? — спросил он, Поттер вопросительно посмотрел на него, и Рон продолжил: — Что нас держат за полных идиотов, — Гарри согласно хмыкнул, смотря на рассуждающего друга. — Типа можно походить за нами для виду пару дней, потом пропасть хрен знает куда, пока мы как кретины думаем, что они заболели и собираемся их лечить, они могут позажигать с какими-то губастыми шлюхами…       — И сисястыми, — вставил Гарри, подняв указательный палец вверх. Драко с Блейзом быстро переглянулись, и губ обоих коснулась счастливая улыбка, Поттер с Уизли волновались о них и собирались их лечить? А вот это уже интересно.       Нотт же вообще не слушал, о чем там болтают бывшие гриффиндорцы, ему намного интереснее было наблюдать за спящей на его груди Карамелькой, которая иногда мило сопела и как котенок тыкалась носом ему в голый торс.       — Ну и сисястыми, — продолжил рассуждать Рональд, смотря в потолок. — И только Мерлин знает, с какими ещё. А потом просто прийти и начать предъявлять какие-то претензии по поводу порядочных альф, которые за нами действительно ухаживают.       Забини громко фыркнул, явно выражая своё недовольство теми самыми порядочными альфами.       — И избивать их! — снова вставил Гарри, тоже смотря в потолок.       Драко беззвучно показал Блейзу подняться и обойти омег с разных сторон.       — И закрывать нас, как каких-то собак, под замок, — продолжил Рон с презрением.              — И пускать в нас свои феромоны, как в подопытных кроликов. — Подхватил Поттер и тут же дернулся.       Он резко посмотрел вниз: Малфой улёгся на диван как ни в чем не бывало, согнув ноги и положив свою блондинистую голову прямо ему на колени. Забини с другой стороны сделал то же самое, положив голову на колени Рона.       — Голову убрал! — крикнули омеги одновременно.       — Ну, во-первых, мы были в командировке, — начал объяснять Блейз, не обращая внимание на возмущения своего Солнышка.       — Ага, в стране под названием “Ебляндия”, — фыркнул Рон, пытаясь убрать с себя голову альфы.       — Нет, — улыбнулся Блейз, смотря в синие глаза своего омеги. — Нас срочно вызвали в Афины.       — Да, — подтвердил Драко слова друга, смотря на своего хмурого Львёнка. — Мы сами не знали, что так получится, поэтому не успели вас предупредить, там были сложные переговоры и мы проторчали в Афинах два дня. И по поводу тех омег, что вы видели в ресторане…       — Не нужно ничего объяснять, — сказал Гарри, сцепив зубы, хотя омега-сущность в его груди очень хотела послушать объяснения своего альфы.       — Они сами к нам подсели, нам даже пришлось уйти раньше, чтобы от них отделаться. Потому что мне нужен только ты, Львенок, кроме тебя я никого не замечаю, — спокойно закончил Драко.       Сущность в груди Гарри забилась в восторге, сразу же поверив своему альфе. Вот наивная! Гарри разозлился, теперь из-за очередной лапши Малфоя ему опять придётся всё время бороться со своей сущностью.       — Послушай, Малфой, мне плевать на тебя, на Забини и на ваших шлюх, — прорычал Поттер, смотря в серые глаза. — Если вдруг завтра воскреснет Волан-де-Морт и всех вас трахнет, мне плевать и на это!       Драко недовольно поджал губы.       — Я тебе уже объяснял, что нет у меня никаких шлюх, — сказал он, нахмурившись.       — А я тебе ещё раз повторяю, что мне плевать! Я просто хочу, чтобы ты оставил меня в покое!       — Отлично! — крикнул Драко, поднимаясь.       — Превосходно! — закричал Поттер в ответ и тоже вскочил с дивана.       — Да встань ты с меня! — возмутился Рон, пытаясь убрать с себя Забини.       — Слушай, Солнышко, ты не можешь обижаться на то, что у меня был кто-то до тебя. Это просто глупо, — начал объяснять Блейз.       — Кто-то? Да эти твои кто-то, если их собрать вместе, на поле для квиддича не поместятся! — прикрикнул Рональд.       Блейз даже не попытался отрицать. И это вконец взбесило Рона. Серьезно? Их действительно было так много? И как после такого количества одноразовых партнеров Рон должен поверить, что он особенный, а не очередное развлечение для альфы на одну ночь? Именно это хотелось спросить у Забини, ну и, пожалуй, врезать ему разок.       Но Уизли сдержался и, лишь вздёрнув подбородок, сказал:       — Ты не можешь удерживать меня в своём доме насильно. А то что ты спал с каждой второй омегой в Лондоне, это твоё личное дело.       — Смотри, ты же тоже почти год встречался с Грейнджер, и я же тебе ничего не.. — он на секунду замер, будто только сейчас осознав, что скорее всего у Рона с Гермионой был секс.              Блейз резко подскочил с колен омеги и, пристально глядя на Рона, спросил:       — Ты спал с Грейнджер?       — Да, мне тоже это интересно, — прозвучал резкий голос Нотта.       Рон взглянул на ожидающего ответа Забини.       «Ну я тебе сейчас устрою», — подумал омега.              Рон сам не понимал, почему ему хочется уколоть по больнее этого кобеля, но в эту минуту его просто переполняло злорадство. На самом деле, несмотря на то, что Рон с Гермионой встречались примерно десять месяцев, до секса у них дело так и не дошло.       Сразу после войны было вообще не до этого; первые месяцы в самом воздухе витала скорбь и тоска по погибшим друзьям. Потом, когда вроде всё немного наладилось, и все свыклись с утратой, они пытались перевести свои отношения на более глубокий уровень и даже видели друг друга голыми, но всё это было каждый раз настолько неловко и даже стыдно, что оба, краснея от стыда, спешили одеться, а затем неловко мялись и откладывали запланированный первый раз на пару недель.       Возможно, всё дело было в том, что Рон с Гермионой всегда были больше как брат с сестрой, нежели как влюблённая пара: никакой страсти, никакой искры.       Парень уже тогда понимал, что война только запутала их с Гермионой отношения, в то время простая дружеская забота и поддержка ошибочно воспринялась как нечто большее. Они оба пытались развивать эти отношения, просто боясь потерять их дружбу.       В итоге, когда в девятнадцатый день рождения в Роне не пробудилась альфа-сущность, стало совсем неловко. Их отношения быстро стали сходить на нет, так как оба понимали, что у них нет совместного будущего и тогда уж стало совсем не до секса. В конце концов, спокойно поговорив, Рон с Гермионой решили остаться друзьями, и оба выдохнули с облегчением, завершив эти недоотношения.Но Забини знать об этом было вовсе не обязательно.              Рон был так зол на альфу за то, что тот запер его в своём доме, за то, что смеет указывать ему, с кем общаться, а с кем нет, хотя у самого на шее каждый день весит новая омега, что решил с удовольствием поиграть на нервах мулата.       — Мы встречались с Герми десять месяцев, как думаешь, спали ли мы? — едко выдал он, смотря в глаза цвета черного шоколада.       Забини нахмурился и крепко сцепил челюсти.       «В чем дело? Не нравится?», — мысленно злорадствовал Уизли.       — Сколько? — послышался вопрос сквозь зубы, но задал его вовсе не Забини, а такой же хмурый Нотт.       Рон уже и забыл, что не только Блейз ожидал его ответа.       — Это не важно, — негромко ответил Уизли.       — Важно! Есть разница, если это был один неловкий, мерзкий раз, или если это было, скажем, десять вполне неплохих раз! Сколько?! — Взорвался Блейз.       «Ах, важно тебе?», — подумал Уизли и на секунду представил, сколько подстилок было у этого кобеля.       Омежья сущность в груди Рона зашипела от злости, представляя сколько омег уже было с их альфой, скольких он целовал, любил и, скорее всего, так же называл Солнышком… И Рональда начала охватывать ярость, захотелось задеть Забини побольнее, возможно, это было глупо, но ревность и обида его омеги разрывали грудную клетку изнутри, и Рон, наигранно приподняв бровь, сделал вид, что задумался, а затем ответил:       — Ну раз тебе это так важно, то навскидку раз восемьдесят, может сто.       Блейз прикрыл глаза, будто ему дали пощечину, и негромко рыкнул.       — Поттер, ты спал с Уизли? — требовательно спросил Малфой.              — Ты спятил? Рон мне как брат! — громко возмутился Гарри.       — Я говорю о его сестре Джиневре, придурок! — прорычал Драко. — Ты спал с ней?!       — Даже если так, это не твоё дело, — ответил Гарри, гордо вздёрнув подбородок.       Лицо Малфоя перекосилось от злости.       — Ну и как, понравилось? — едко выплюнул он сквозь зубы.       Все альфы сейчас были дико злы и разочарованы своими омегами, ведь собственнический инстинкт требовал стать первым и единственным любовником для своей истинной пары.       Гарри, Рон и Гермиона, все они пахли невинностью, но это значило лишь то, что у них не было связи ни с одним альфой после пробуждения омега-сущности. А вовсе не то, что они полностью невинны, как изначально считали бывшие слизеринцы.       — Восемьдесят! — взревел Теодор, прожигая Уизли взглядом, если бы на его груди не лежала Гермиона, он бы уже точно вскочил на ноги и даже, возможно, попытался бы открутить голову этому рыжему. — Ты серьезно, блять, сейчас говоришь мне, что спал с моей омегой восемьдесят раз?! — Нотт громко зарычал и невольно дёрнулся вперёд.       Сущность в груди Рона затряслась от страха, видя гнев альфы, и ему пришлось напрячься, чтобы не задрожать всем телом.       — Тогда мы ещё не были омегами, — ответил он негромко. А затем, взглянув на Блейза, едко добавил: — К тому же, как говорит Забини, – глупо обижаться на то, что кто-то был до тебя.       Блейз презрительно хмыкнул и, поднявшись с дивана, молча пошёл на кухню. Ему срочно нужно было выпить.              Гермиона услышала громкий рык прямо над правым ухом и вздрогнула; её окутывал потрясающий аромат ежевики, фундука и мороза, так что двигаться совсем не хотелось. Но вот только этот рык, который не смолкал, заставлял омегу нервничать и девушка нехотя открыла глаза, вообще не понимая, где она находится. Осторожно приподняв голову, она заметила Гарри и почему-то стоящего рядом с ним Малфоя.       «А он что опять забыл у нас дома?», — пронеслась мысль в голове.       — Гарри, — негромко позвала она. Поттер, заметив, что подруга пришла в себя, сразу бросился к ней. Тоже самое сделал и Рон.       — Гермиона, как ты себя чувствуешь? — негромко спросил Уизли.       — Эмм, нормально, — растерянно ответила Гермиона, сонно потирая глаза.       Вдруг прямо перед её носом появилось мужское запястье, от которого явно и исходил тот самый потрясающий запах ежевики, фундука и мороза. Гермиона, будто зачарованная, взяла его в свои руки и сделала глубокий вдох, от наслаждения прикрыв глаза, а затем поднесла его к своим губам и оставила на тёплой коже нежный поцелуй.       — Какие запахи ты чувствуешь, омега? — послышался четкий вопрос над её ухом.       — Фундук, ежевика и морозное утро, — прошептала Гермиона, не раскрывая глаз, и снова глубоко вдохнув потрясающий аромат, потерлась щекой о запястье.       Со стороны послышалось довольное хмыканье, и Гермиона насторажилась, неожиданно сообразив, что этот голос не принадлежал никому из её друзей. Медленно раскрыв глаза, омега увидела Гарри и Рона, которые как-то настороженно смотрели на неё, а сзади них стоял Малфой, сложа руки на груди и довольно улыбаясь. Гермиона нахмурилась и резко повернула голову вправо.              — Привет, Карамелька, — сказал Теодор как-то слишком самодовольно.       Воспоминания нахлынули как лавина: порт-ключ, а точнее письмо с отказом, голый Нотт и его феромоны. Гермиона быстро закрутила головой и увидела вошедшего в комнату Блейза со стаканом в руках.       О, Мерлин, она в Забини-мэноре, лежит на диване с полуголым Ноттом и она только что целовала его запястье. Этот паршивец действительно оказался её истинной парой, это катастрофа, хуже и не придумаешь. Быстро отбросив от себя запястье альфы, Гермиона вскочила с дивана. Омега-сущность в груди встрепенулась от возмущения, ей очень не хотелось уходить от своего альфы.       — Нотт, я убью тебя! — зарычала Гермиона.       — Всё что угодно для моей истинной пары, — фыркнул Тео, укладываясь поудобнее.       — Ты настоящая сволочь! Как я тебя ненавижу! — не помня себя от злости, закричала она.       — Надо же, а когда-то ты говорила совершенно другое, — хмыкнул Тео.              Если бы омега в этот момент взглянула чуть внимательней, то, возможно, заметила бы в глазах парня боль, но Гермиона лишь раскрыла рот от возмущения. Этот подлец даже не стесняясь намекал на их отношения в Хогвартсе, на те отношения, в которых он же и изменил.       — Немедленно выдай мне разрешение на порт-ключ, иначе клянусь, я засужу тебя!       — Ладно, — спокойно согласился Теодор, удивив таким ответом всех присутствующих.       Он обмотал плед вокруг своих бёдер и поднялся с дивана, оставляя валяться на нем банное полотенце.       — Ты.. Ты что, там голый?! — громко возмутилась Гермиона.       — Если хочешь, можешь проверить, — нагло усмехнулся Нотт.       Сущность в груди девушки радостно дёрнулась вперёд, но Гермиона сейчас была настолько зла, что с легкостью сдержала этот порыв.       — Скорее ад замёрзнет, чем я когда-либо захочу это проверить, — сказала она сквозь зубы, очень надеясь, что не покраснела как идиотка.       Теодор лишь пожал плечами и пошёл вверх по лестнице. В гостиной воцарилась полная тишина. Гермиона тяжело вздохнула, смотря на всех присутствующих. Гарри с Роном странно переглядывались и с сочувствием смотрели на подругу. Малфой удобно раскинулся на диване, нервно постукивая ногой, он сверлил недовольным взглядом неподалёку стоящего Гарри. А Забини потягивал огневиски и почему-то бросал на неё хмурые и даже злые взгляды.       Нотт ушёл, но Гермиона всё ещё четко ощущала этот запах, сводящий её сущность с ума. Посмотрев вниз, омега поняла, что одета в мужские вещи.       Свободная футболка, рукава которой доходили ей до локтей, а длина до середины бедра, и шорты, которые были так велики, что прикрывали колени. Именно от этих вещей и пахло ежевикой, фундуком и морозом.       — Почему на мне вещи Нотта? — спросила она, не обращаясь ни к кому конкретному.       — Поверь, так было нужно, потом объясню, — негромко ответил Гарри.       — Это дурдом какой-то, — устало сказала Гермиона, прикрыв глаза.              Через несколько минут послышались шаги и в гостиную: снова спустился Нотт, неся в руках какие-то бумаги и зачарованное для долгого письма перо. Слава Мерлину, он оделся.       — Что это? — требовательно спросила Гермиона, указывая на бумаги.       — Это разрешение на порт-ключ. — Теодор указал на один лист, а затем демонстративно положил его к себе в карман. — Отправишь его совой в министерство и завтра тебе в срочном порядке придёт порт-ключ, но сначала, — он протянул Гермионе несколько бумаг, — подпиши документы, что ты не имеешь к аврорату претензий и не подашь на меня в суд за использование полномочий ради выгоды.       — Что, переживаешь за своё кресло аврора? — едко хмыкнула Гермиона, беря в руки бумаги и перо.       — Естественно, — пожал плечами Тео. — Я же слизеринец, я должен себя обезопасить.       Девушка лишь громко фыркнула и, прочитав первую страницу, черкнула свою подпись. Уж очень хотелось побыстрее закончить со всем этим и, получив своё разрешение, отправиться домой, а ещё желательно больше никогда не видеть Нотта.       — Ещё на третьей странице, — сказал Тео, переворачивая листы.       Гермиона быстро расписалась в нужном месте и отбросила перо вместе с бумагами на диван.       — Доволен? — едко спросила она и, протянув руку вперёд, добавила: — Теперь давай сюда разрешение.       — Ты даже не представляешь, насколько доволен, Карамелька, — фыркнул Тео, ярко улыбаясь. И прежде чем омега поняла, что происходит, на её скулы уверенно спустились ладони, а её губы накрыли страстным поцелуем.              На секунду Гермиона замерла, сердце рухнуло куда-то в желудок, а затем затрепетало как сумасшедшее. Почему-то вспомнилось, как она была счастлива, когда Нотт также целовал её в Хогвартсе. Омежья сущность в груди девушки забилась в экстазе от радости, что их альфа целует их, а наглый аврор, заметив, что жертва его нападения не сопротивляется, решил углубить поцелуй. Почувствовав это, Гермиона быстро пришла в себя и, оттолкнув от себя альфу, влепила ему звонкую пощёчину.       — Какого дьявола ты себе позволяешь?! — закричала она.       Тео, лишь демонстративно размяв челюсть, спокойно ответил:       — Я всего лишь закрепил поцелуем нашу помолвку.       Гермиона замерла. Вообще-то, все, кто находился в этот момент в гостиной, замерли, пытаясь понять, не послышалось ли им. А Тео достал из кармана спортивных штанов небольшую бархатную коробочку и, раскрыв её, протянул Карамельке.       — Гермиона Джин Грейнджер, ты будешь моей женой?       Гермиона растерянно посмотрела на увесистый фамильный перстень Ноттов, начиная понимать, что к чему, и ещё больше впадая от этого в шок. А все остальные просто переводили непонимающие взгляды с Теодора на Гермиону. Хотя как все, Блейз с Драко уже поняли, что к чему и теперь мысленно жалели, что сами до такого не додумались со своими омегами, все-таки не зря Нотт всегда считался самым умным в их компании.       Гермиона молча схватила с дивана недавно подписанные ею документы и стала быстро листать, а затем, чертыхнувшись, стала рвать бумаги в клочья.       — Я предвидел это, — спокойно сказал Тео, держа в руке не принятое кольцо, — поэтому зачаровал их. Брачного договора три экземпляра, так что сейчас на всех трёх стоит твоя подпись, и поверь мне, до остальных двух копий тебе не добраться, — хмыкнул Тео, явно довольный, что его план удался. — Так ты примешь моё кольцо?              — Ты больной?! Засунь его себе знаешь куда?! — сквозь зубы прорычала Гермиона, её всю трусило от злости.       — Понял, — спокойно ответил Тео, и спрятал кольцо обратно в карман.       — Гарри, дай мне свою палочку! — потребовала Гермиона и, требовательно протянув руку, сделала несколько шагов в сторону друга.       Поттер отрицательно покачал головой и быстро попятился назад.              — Герми, не нужно, тебя посадят.       Нотт, услышав эту реплику, громко фыркнул.       — Плевать, — ответила Грейнджер, наградив Теодора убийственным взглядом, и повернулась к Рону. — Рональд, дай мне палочку!       — Кто-нибудь объяснит, в чем дело? — громко спросил Гарри.       — Да, — поддержал друга Рон, быстро пряча свою палочку в карман, ибо оба парня знали, что когда подруга в гневе, лучше держать её от волшебных палочек подальше.       Блейз громко хмыкнул, а Драко демонстративно закатил глаза.       — Нотт обманом заставил меня подписать брачный договор, — сказала Гермиона, прожигая стоящего напротив альфу гневным взглядом, её терпению медленно, но верно приходил конец, и девушка уже буквально чувствовала, как её начинает накрывать истерика.       — Ну, во-первых, я никого не заставлял, — начал Тео. — Просто нужно читать, что подписываешь.       — То есть вы теперь в браке?! — шокировано воскликнул Гарри.       — Мы магически помолвлены, — радостно ответил Нотт.              Грейнджер сделала несколько шагов к альфе и, смотря в зелёные глаза, холодно сказала:       — Я никогда не выйду за тебя! — а затем требовательно протянула руку вперёд. — Давай сюда разрешение на порт-ключ!       — Только после того, как ты наденешь на палец кольцо, детка. Без него ты в Нью-Йорк не отправишься, — дерзко сказал Теодор, растягивая губы в победоносной ухмылке. И эта наглая ухмылка стала отправной точкой для истерики Гермионы.       Бросившись вперёд, она с силой толкнула подлеца, но, похоже, для него это было как получить толчок от трёхлетнего ребёнка.       — Ты подлый, мерзкий и отвратительный! — закричала омега, колотя свою истинную пару в грудь. — Я никогда, слышишь?! Никогда не выйду за тебя! — Теодор поджал губы и продолжил стойко сносить девичью истерику. — Ты обманул меня, сволочь! — Гермиона даже не понимала, что уже плачет, лишь продолжала колотить Нотта и изливать душу. Сама не зная, имеет она в виду сегодняшнюю ситуацию или ту, что произошла в Хогвартсе, и какой именно обман оплакивает. — Я тебя ненавижу! Ты думаешь, что сможешь заполучить меня, после того, что сделал?! Да я скорее брошусь с Астрономической башни, чем выйду за тебя!       От этих слов Тео дернулся: было очень больно такое слышать, ведь ему казалось, что Карамелька всё-таки ещё его любит, а может, он просто хотел в это верить?              Он схватил омегу за плечи и, прижав к себе, сказал, не скрывая своей боли:       — Неужели из-за какой-то ошибки я стал так тебе противен? Я тогда хотел тебе признаться. Я люблю тебя, слышишь?!       Хотел признаться, что изменил? А что это меняет? Сердце девушки снова сжалось от резкой боли. Нотт считает это какой-то ошибкой, вот только из-за этой ошибки её сердце разлетелось в дребезги, и она даже спустя столько месяцев не может собрать его по частям.       Гермиона отрицательно замотала головой и сквозь рыдания лишь продолжала повторять: — Ненавижу… Ненавижу тебя!       Тео обессилено уронил руки, и омега тут же отскочила от него. Гарри двинулся вперёд и, осторожно взяв плачущую подругу за локоть, развернул к себе, а затем обнял и стал успокаивающе гладить по спине, прожигая Нотта гневным взглядом.       Тео уже совсем не выглядел счастливым, скорее разбитым. Видеть, что твоя истинная омега настолько не хочет тебя, было просто невыносимо.       Драко и Блейз хмурились всё больше, не понимая, чем Грейнджер так не угодил их друг, ну подумаешь, не признался сразу в любви, но сейчас же признался.       — Ну тише, тише. Не плачь, — шептал Гарри успокаивающе.       — Гарри, он… Я никогда.. Я не прощу… — Гермиона снова всхлипнула и зарыдала.       — Я знаю, — сказал Поттер негромко.       Рон подошёл с другой стороны и тоже обнял подругу.       — Я мечтала… По.. попасть в эту библиотеку с одиннадцати лет, — Послышалось сквозь рыдания.       — Нотт, ты просто сволочь, — сказал Рональд с отвращением, а затем обратился к Гермионе. — Мы во всем разберемся, Герми, только не плачь.       Гарри взял лицо подруги в свои руки и, осторожно вытерев красные от слез глаза, четко сказал:       — Мы обратимся в аврорат и дадим свидетельские показание, что ты подписала бумаги обманом. Вашу помолвку аннулируют, — Гермиона снова всхлипнула. — И за библиотеку не переживай, я сразу после Рождества отправляюсь в Нью-Йорк и обещаю, что достану для тебя ещё одно посещение.       — Правда? — негромко спросила подруга, всхлипывая.              — Правда, — серьезно сказал Поттер, а затем постарался разрядить обстановку. — Я всё-таки ловец лучшей в Америке команды по квиддичу, — улыбнулся Гарри, наигранно вздёрнув подбородок и слега приподнимая одну бровь. — Так что я довольно популярен не только в Британии. — Гермиона улыбнулась другу сквозь слёзы. — И купишь заранее билеты на маггловский самолёт. — Гарри бросил недовольный взгляд на хмурого Теодора и сквозь зубы выплюнул: — А этот порт-ключ пусть Нотт засунет себе в задницу. Ты только не плачь, хорошо?       Девушка кивнула и ещё раз обняла друзей, окончательно приходя в себя.       — Забини, открой камин, мы уходим, — требовательно сказал Уизли.       — Нет, — также беспрекословно ответил Блейз, прожигая своего омегу взглядом.       — В доме достаточно гостевых спален, чувствуйте себя как дома, — вступил в разговор Драко, на что Поттер лишь дерзко хмыкнул и, прожигая блондина своими лазурными глазами, громко крикнул.       — Критчер!       Послышался хлопок и в гостиной появился старый эльф.       — Критчер здесь, хозяин, — прохрипел он.       — Клянусь, я ещё никогда не был так рад его видеть, — весело фыркнул Рон, смотря на хмурого Блейза.       Старый домовик завертел головой и, увидев бывших слизеринцев, тут же склонился в почтенном поклоне, цепляя своим крючковатым носом пол.              — Какая честь, чистокровные господа, наконец достойная компания для моего хозяина, — прокаркал домовик, а затем, упав на колени, буквально подполз к Драко. — Милорд, в ваших жилах течёт кровь благородного семейства Блэков, — залепетал он. — Для меня такая честь видеть вас.       Теперь Малфой самодовольно усмехнулся и бросил дерзкий взгляд на Поттера, как бы говоря, вот видишь, даже этот эльф понимает, с кем тебе нужно общаться.       Гарри насупился и, слегка покраснев за нерадивого домовика, четко сказал:       — Критчер, перенеси нас отсюда в нашу квартиру.       Эльф снова бросил полный обожания взгляд на чистокровных господ и уточнил:       — Хозяин точно не хочет остаться с этими молодыми лордами?       Рон закатил глаза, а Гарри почти прорычал сквозь зубы.       — Точно, выполняй приказ!       Он взял друзей за руки и посмотрел на непокорного эльфа. Тот нехотя поднялся с колен и поплёлся к своему хозяину, а затем, схватив его за штанину, с громкий хлопком аппарировал.       Золотое Трио исчезло, а Блейз тяжело вздохнул и спросил:       — Кто хочет выпить?       — Я, — в один голос ответили друзья.       — Это был риторический вопрос, — хмыкнул Блейз и, позвав домового эльфа, приказал принести им огневиски.       — Тео, ты как? — спросил Драко, садясь рядом с другом.       — Ну как тебе сказать, — горько хмыкнул Нотт. — Могло быть и лучше. Не понимаю, почему она так меня ненавидит, я ведь признался ей в ответ. Я думал, она обрадуется, увидев мои серьезные намерения, — тяжело вздохнул Тео и, пригубив принесённый огневиски, продолжил: — Может я опоздал, и она меня больше не любит?       — Думаю, она хочет ненавидеть, но не может. И из-за этого злится ещё больше, — сказал Драко, смотря на друга. — Ты видел её, когда она только пришла в себя? Вы истинная пара, этому сложно противиться, у неё определенно есть к тебе чувства.       — Хотя я не понимаю, стоит ли так обижаться из-за того, что тебе когда-то не признались в ответ? — вступил в разговор Блейз.       — Гордость – самая дебильная черта гриффиндорцев, — цокнул языком Драко, а затем, посмотрев на Тео, добавил: — Вот увидишь, всё наладится.       Тео кивнул, немного воодушевляясь словами друга.       — Уизли ведь сказал этому кретину, что они идут в "Пандору"? — уточнил Драко.       — Ну да, — сквозь зубы ответил Блейз, делая глоток из своего стакана.       — Тогда нам пора собираться, — хмыкнул Драко и тоже отпил из принесённого домовиком стакана. — Блейзи, отправь Патронус управляющему "Пандоры", пусть оставит для нас столик. Мы сегодня празднуем помолвку Тео.       Парни весело переглянулись и дружно осушили свои стаканы.