Посмотри на меня

***

      Гарри почувствовал, как ему в нос ударил морозный воздух, твёрдую почву под ногами и заботливые руки Рика, которые чуть сильнее прижали его к себе, а затем, открыв глаза, буквально завороженно замер.       Их компанию выбросило на снежной тропинке возле небольшого деревянного коттеджа, утопающего в снегу. Вокруг было очень тихо. Они явно находились в горах, потому что воздух был очень чистым, и хотелось вдохнуть полной грудью, что Гарри в общем-то и сделал. Огромные заснеженные сосны, которые как сторожа окружали небольшой дом, добавляли в воздух запах хвои и просто поражали своим величием.       На фоне этих сосен деревянный двухэтажный коттедж казался крохотным. На крыльце и в витражных окнах дома горел свет, бросая на снег отражения и будто маня зайти внутрь.       — Вау, — просто сказал Гарри, улыбаясь при этом как ребёнок.       — Тебе нравится? — спросил Рик, потеплее укутывая омегу в свою куртку.       Гарри лишь ещё ярче улыбнулся и молча кивнул, а затем уточнил:       — Мы ведь всё ещё в Англии?       — В Англии, — ответил Рик нежно, — тебе же нельзя покидать страну.       — Этим деревьям, наверное, сотни лет, — сказал стоящий неподалёку Рон, завороженно вертя головой. — Как вы нашли это место?       — Airbnb – мой лучший друг, — с улыбкой ответил Итан.       — Ну, передай своему другу, что у него очень красивый дом, — сказал Рональд, снова с восхищением осматривая коттедж.       Итан негромко засмеялся.       — Да нет, "Airbnb" – это такой маггловский сайт в интернете, на котором можно найти и снять жильё по всему миру.       — Серьёзно? — удивлённо вскинул брови Рональд. — То есть ты нашёл и снял этот дом через интернет, пока находился в Америке?       Итан, видя полный восторг на лице омеги, ярко улыбнулся и молча кивнул, а затем добавил:       — Обожаю твою любознательность, Огонёк.       Рон, услышав это, кажется, немного смутился, но тут же задал новый вопрос:       — А платить за жильё как?       — Через виртуальный кошелёк, — ответил альфа.       — Как это? — нахмурился Рон.       — Всё ясно, это надолго, — усмехнулся Гарри.       — Может пойдём в дом? — насмешливо предложил Рик. — Или хотите встретить Новый год прямо здесь?       — Ой! Вы, наверное, замёрзли! — спохватился Поттер, заметив, что парни стоят в водолазках.       Он не церемонясь схватил Рика за руку и потащил в дом, а альфа, довольно улыбаясь, послушно пошёл следом.       Внутри коттедж был не менее очаровательным, чем снаружи. Он был очень уютным и полностью деревянным, не считая каменного камина, в котором сейчас потрескивая горел огонь.       На первом этаже была гостиная, совмещённая с уютной кухонькой. На полу лежали мягкие ковры, в центре комнаты стоял небольшой диван, а на стене висела довольно большая плазма. Не считая небольшого дубового стола, который разделял собой кухню и гостиную, это была единственная мебель в комнате, поэтому вокруг было довольно много свободного места. Деревянная лестница ведущая на второй этаж, где как Гарри предположил были спальни, была украшена новогодними огоньками. В углу комнаты находилась кухонная панель со встроенной электрической варочной плитой.       — Если честно, мы не особо успели подготовиться, — смущённо сказал Рик, доставая из холодильника бутылку шампанского.       — Да, мы прибыли в Англию только в девять вечера и успели лишь забрать ключи, закупиться в маггловском маркете и сразу отправиться за вами, — подтвердил Итан, быстро открывая закупленные в маггловской кулинарии салаты, а затем громко присвистнул, глядя на наручные часы: — До Нового года десять минут.       — Чем помочь? — спросил Рон, закатывая рукава рубашки.       — Да, командуйте, — улыбнулся Гарри и, подойдя к раковине, быстро сполоснул руки.       — Малыш, ты мой овощи, а я заколдую нож, чтобы он всё нарезал.       — Где тарелки? — спросил Рон.       — Вроде должны быть в верхнем ящике, вместе с бокалами, — ответил Итан, роясь в холодильнике. — Чёрт, вот вся прелесть магической кулинарии в том, что они накладывают на продукты специальные чары, чтобы всё оставалось горячим и свежим, — парень с кислым видом посмотрел на блюдо с запечённой курицей в своих руках и тяжело вздохнул: холодная курица выглядела совсем не аппетитно. — И даже духовки нет, чтобы разогреть… — пробубнил альфа.       — Дай-ка мне, — Рон, оставив на столе стопку тарелок, подошёл к парню, взял из его рук блюдо, поставил его на стол и, достав из кармана брюк волшебную палочку, сделал несколько замысловатых взмахов, проговорив неизвестное никому в комнате заклинание. Запечённая куриная тушка на глазах стала преображаться, и буквально через полминуты от неё уже исходил пар, а всю кухню наполнил восхитительный запах.       Рон, смотря на итог своей работы, довольно улыбнулся.              — Ого, ну ты даёшь, Огонёк. Где ты этому научился? — восхищённо спросил Итан.       — Если бы ты пробыл у моей матери в кухонном рабстве хотя бы неделю, то тоже бы так умел, — насмешливо ответил Рональд, а затем начал как ни в чём не бывало размахивать волшебной палочкой, то и дело шепча заклинания.       Посуда сама собой начала сервировать стол, кухонные ножи застучали по доскам, нарезая сыры и мытые овощи, а купленные салаты переместились из пластиковых судочков в тарелки и, паря по воздуху, сами встали на уже накрытый стол.       — Готово, — довольно хмыкнул Рональд, смотря на шокированных парней, которые смотрели на него в немом восхищении.       И только на Гарри манипуляции Рона не произвели никакого эффекта, поскольку он сотни раз видел подобное на кухне в Норе и не раз сам помогал с готовкой.       — До Нового года две минуты! — громко сказал Поттер, наколдовав в воздухе светящийся циферблат, ведущий отсчёт.       Все, будто отмерев, дружно засуетились, толкаясь на крохотной кухне, усаживаясь за стол, открывая шампанское и хватая бокалы.       — Десять, девять, восемь… — дружно считали парни, подставляя бокалы Итану, который разливал игристое.       В этот момент Гарри чувствовал радостное тепло и уют. Вдруг на задворках сознания проскочила мысль о Малфое, и омега в груди тоскливо заскулила. Радостное тепло сменилось тянущим чувством в груди, и почему-то вспомнился их недавний поцелуй под водой.       «Интересно, а как Малфой провожает уходящий год?», — возникла мысль в голове.       — Ура! С Новым годом! — закричали парни дружно, чокаясь бокалами, и Гарри растерянно улыбнулся, вырываясь из своих раздумий.       Отпивая из своего фужера шампанское, Поттер встретился взглядом с серыми глазами Рика и строго себе приказал выбросить Малфоя из головы. Нельзя думать о нём, ведь вспоминать поцелуи с Малфоем – это всё равно что ковырять ножом кровоточащую рану, надеясь при этом, что таким образом она быстрее затянется. Глупо, болезненно и по-мазохистски.       «Наш альфа любит нас, он не подпустил к себе другого омегу, мы должны вернуться к нашему альфе!», — послышался в голове требовательный голос его сущности, который Гарри просто проигнорировал.       Рик специально для него прибыл на одну ночь из Америки, поэтому он не позволит мыслям о Малфое и абсурдным желаниям своей сущности сейчас всё испортить.       Он ведь хотел попробовать с Риком стать больше, чем просто друзьями, и вот Рик здесь, он рядом и он точно тот, кому можно доверить своё сердце, не боясь, что его разобьют на миллион осколков. Может быть, как раз он и сможет вылечить дыру в груди Гарри, которая до недавнего времени почти затянулась, но за последние недели снова начала кровоточить. Рику можно доверять, и пусть сердце Гарри не стучит рядом с ним как сумасшедшее, зато с ним уютно. Так спокойней, так безопасней, так будет правильно…

***

      Рон потянулся к стопке карточек и вытащил одну из середины, а затем, поёрзав на полу, громко прочитал вопрос:       — Какой самый странный поступок в жизни вы совершали?       — Я однажды на спор съел бабочку, — ответил Итан, крутя в руках бокал шампанского.       Рон прыснул от смеха, а Рик демонстративно отодвинулся от друга подальше и наигранно произнёс:       — Надеюсь, ты не серьёзно?!              — Что? Мне было семь, ясно?! — громко оправдался парень. — И мальчишка, с которым я спорил, должен был отдать мне за это свою коллекцию кепсов с покемонами. — Все ребята дружно рассмеялись.       — Что такое "кепсопокомонами"? — сквозь смех спросил Рик.       — Да, звучит как болезнь, — прокомментировал Рон, улыбаясь.       Итан и Гарри как знакомые с маггловским миром парни дружно рассмеялись, а затем начали объяснять, что такое "кепсы" и как в них играть.       — Ну хоть вкусно было? — в итоге спросил Рик.       — Если честно, я не помню. Но, наверное, не очень… — пожал плечами Итан, вызывая у всех новый приступ хохота.       Было уже два часа ночи, и вся компания, вдоволь наевшись салатов и затем натанцевавшись под льющуюся из зачарованного телефона Итана музыку, уселась у камина. Попивая шампанское, ребята начали играть в маггловскую настольную игру, случайно найденную под диваном.       Гарри сидел на полу, оперевшись спиной о быльцу дивана, и смотрел на горящий в камине огонь. Рик практически весь вечер не отходил от него ни на шаг, ненавязчиво обнимал и держал Гарри за руку, а Поттер намеренно позволял альфе это делать, иногда сам осторожно переплетая с ним пальцы.       Он был полностью расслаблен и спокоен. Ну, почти полностью – омежья сущность в груди парня то и дело раздражённо ёрзала и фыркала, выражая таким образом своё недовольство поведением носителя, а ещё, практически не смолкая, причитала, что их истинный альфа намного красивее, умнее, харизматичнее, заботливее, нежнее, сексуальнее, обходительнее…       В общем, там довольно большой список положительных качеств Малфоя, которые Гарри в этом Хорьке и в помине не замечал, ну практически... Например, с тем, что этот Слизеринский Принц действительно был чертовски сексуален, было сложно не согласиться. Вся проблема заключалась в том, что из-за этого постоянного бубнежа в голове, Гарри то и дело терял нить разговора.       Вот и сейчас он понял, что ушёл в свои мысли, только когда почувствовал, как Рик придвинулся ближе и чуть сильнее сжал его пальцы в своей руке.       — Прости, ты что-то сказал? — растерянно моргнул Гарри.       — Да, — улыбнулся сидящий рядом альфа, — говорю, твоя очередь тянуть карточку.       Гарри улыбнулся в ответ и, потянувшись вперёд, наугад вытащил из стопки карточку.       — Задайте одному из игроков свой личный вопрос, — прочитал Гарри. Он на секунду задумчиво поджал губы, а затем посмотрел на сидящего рядом парня.       — Рик.              — Да? — улыбнулся альфа.       — Как по-твоему: в любви, как на войне, все средства хороши?       Альфа задумался – в комнате повисла тишина.       — Нет, — уверенно ответил Рик, отрицательно покачав головой.       — Отличный ответ, — улыбнулся Гарри, параллельно вспоминая ответ Малфоя, сказанный на Рождество.       — Как и вопрос, — хмыкнул в ответ парень.       «Просто этот альфа никогда не любил никого настолько сильно, насколько нас любит наш истинный альфа», — спокойно прокомментировала омежья сущность.

***

Послышался звук открываемой двери, и в лицо тут же ударил свежий морозный воздух. Гарри почувствовал, как Рик поплотнее укутал его в свою куртку, а затем взял за руки и негромко сказал:       — Осторожно, тут порожек, но я тебя держу.       Гарри кивнул, послушно переступая невидимый его взору порожек, так как глаза омеги были закрыты плотной тканевой повязкой.       — Надеюсь, ты не решил выкинуть меня с балкона? — пошутил Поттер.       — Я скорее сам выброшусь, — серьёзно ответил Рик.       — Прости, это была глупая шутка… — улыбнулся Гарри, продолжая послушно идти направляемый руками альфы.       — Готов?       — Понятия не имею к чему, но да, — улыбнулся омега.       Поттер почувствовал, как с его глаз сняли повязку, и в первую секунду быстро заморгал, а затем осмотрелся. На небольшой деревянной террасе второго этажа совсем не было снега. Зато там стоял накрытый на двоих столик с фруктами, пирожными и бутылкой шампанского.       «Какая банальщина», — фыркнула сущность.       «Заткнись», — мысленно произнёс Поттер.       Террасу освещали горящие в баночках десятки огоньков, расставленные по балкону в хаотичном порядке, они же и согревали.       — Такое же заклинание использовала Гермиона, когда мы жили в палатке, — сказал Гарри, с улыбкой указав на одну из баночек. Рик улыбнулся в ответ и галантно отодвинул стул.       Гарри присел и тут же почувствовал, что на стул тоже наложены согревающие чары. Он улыбнулся и бросил взгляд на открывающийся с террасы вид.              Поистине, великолепное зрелище: лежащий сплошным белым ковром снег, блестящий от лунного света, одетые в снежные шапки величественные ели и усыпанное тысячами звёзд ночное небо.       — Здесь невероятно красиво, — прокомментировал Поттер, а затем, переведя взгляд на довольного альфу, лукаво спросил: — Ты, наверное, таким образом покорил не одного омегу?       — Нет, — Просто ответил Рик, — Всё это я приготовил специально для тебя: я хотел, чтобы ты запомнил эту ночь.       — Ну, я её определенно запомню, — улыбнулся Гарри, — хотя бы потому, что меня никогда не водили на свидание в три часа ночи.       «И никогда до этой ночи не целовали под водой в бассейне», — вставила свои пять копеек надоедливая сущность.       Гарри еле удержался, чтобы не чертыхнуться сквозь зубы. За последние пару часов, эта слишком болтливая омега, его порядком достала.       — Угощайся, — улыбнулся альфа, указав кивком головы на пирожные. Он явно нервничал, и это было очень странно, необычно и, пожалуй, мило, потому что Гарри привык видеть Рика расслабленным, весёлым и спокойным. — Чёрт, я… — он расстроенно поджал губы.       — Ты что? — спросил Гарри, подталкивая альфу к продолжению.       — Я совсем забыл, что ты не ешь ночью, — досадливо выпалил сидящий напротив Рик, нервно дергая рукава одолженной у Итана куртки.       — Всё в порядке, — мягко улыбнулся Гарри. — Раз уж я сегодня поедал новогодние салаты, то и для пирожного сделаю исключение. — Поттер осторожно положил себе на тарелку одно пирожное.       «Отлично, теперь из-за этого альфы мы станем толстыми и покроемся прыщами», — высокомерно фыркнула омежья сущность.              «Предложи тебе это пирожное Малфой – ты бы с радостью уплетала его за обе щеки», — мысленно фыркнул Поттер. — «Так что просто заткнись».       Рик, кажется, выдохнул с облегчением и принялся открывать шампанское. Однако, видимо, что-то пошло не так, потому что внезапно вылетевшая из горлышка пробка прилетела Гарри прямо в лоб, а само шампанское, фонтанируя, начало заливать стол. Поттер зашипел от боли и, согнувшись, приложил руку к ушибленному лбу.       «Этот альфа хочет убить нас!», — заметалась в груди слишком впечатлительная сущность.       Рик тут же поставил бутылку на стол и бросился к омеге.       — Гарри, малыш, ты как?! Чёрт! Прости, пожалуйста! — причитал Рик, стараясь убрать руки омеги от лица. — Дай посмотреть. Я не специально, правда! — Рик с ужасом заметил, что плечи Гарри дрожат. — Малыш, ты плачешь? Что, так больно? Сиди тут, я сбегаю за Роном! — Альфа уже дёрнулся в сторону двери, когда его схватили за запястье, и Рик наконец понял, что Гарри просто умирает со смеху.       — Ахахаха, — громко смеялся Поттер, не в силах больше сдерживаться, а когда заметил на лице Рика смешанные в равных долях досаду, смущение и облегчение, рассмеялся ещё громче.       — Прости, малыш. Мерлин… Сильно больно? Извини, пожалуйста… — расстроенно повторял альфа, присев на корточки возле Гарри и осматривая красный отпечаток от пробки на лбу омеги.       Рик был таким милым, что Гарри, с трудом подавив приступ смеха, положил ему на щёки свои ладони и чмокнул альфу в лоб, надеясь успокоить друга, а затем, не выдержав, снова заливисто рассмеялся. Кажется, после этого поцелуя Рик слегка расслабился и тоже улыбнулся.       — Да смейся, чего уж тут… — фыркнул Гарри, по-дружески пихнув парня в плечо и вытирая выступившие от смеха в уголках глаз слёзы.       И Рик тоже разразился звонким смехом, при этом попутно продолжая извиняться.       Пару минут спустя им всё же удалось успокоиться, и оба парня взглянули на залитый шампанским стол. Почти все фрукты и пирожные были испорчены.       — Эм… Может… Пирожного? — предложил альфа, смотря на единственное уцелевшее пирожное, лежащее на тарелке у Гарри, и обоих снова накрыла волна смеха.       — Давай, — весело ответил Поттер, абсолютно не обращая внимания на фырканье сущности в груди.       Рик взял со стола тарелку с пирожным и, отломав вилкой часть, поднёс ко рту омеги.       «Он что, считает нас беспомощными, будто мы сами вилку держать не умеем?!», — послышался раздражённый комментарий омеги.       Гарри послушно открыл рот и съел предложенный ему кусочек.       — А с чем оно? — нахмурился Поттер, пытаясь понять, не показался ли ему вкус грецкого ореха.       — Эм, вроде с шоколадом и грецким орехом, — ответил альфа, поднося к его рту ещё один кусочек. — А что, не вкусно?       Гарри весело прыснул, но тут же заметил, что у Рика такое лицо, будто ему сейчас вынесут приговор, поэтому Поттер морально подготовился к подступающей аллергии и послушно открыл рот.       — Да нет, почему же, очень вкусно, — улыбнулся Гарри, прожевав новый кусочек пирожного. В конце концов, через пять минут он всё равно будет весь в красных пятнах и чесаться так, будто его крапивой обожгли. А так хоть пирожным насладится, и Рик лишние пять минут порадуется.       «Наш альфа никогда бы не накормил нас ничем подобным!», — в сотый раз за вечер возмутилась омежья сущность. — «Наш альфа всегда заботится о нас и знает, что у нас аллергия на орехи!»       Гарри же продолжал есть пирожное, а затем, взяв со стола ещё одну вилку, отломил кусочек и протянул его Рику. Альфа слегка улыбнулся и с радостью его съел. Гарри уже съел почти всё пирожное, когда почувствовал первые признаки аллергии. А омега вдруг, с ужасом осознав, что Гарри начинает чесаться и покрываться пятнами, взволнованно заметалась, причитая что теперь они будут страшными и не смогут показаться своему истинному альфе на глаза.       — Малыш, всё нормально? — слегка нахмурившись спросил Рик, смотря на красные пятна стремительно появляющейся на лице Поттера, из-за не очень яркого освещения он не мог понять: это просто игра света или омега действительно покрывается пятнами…       — Ага, — Улыбнулся Гарри, чувствуя, как к лицу стремительно приливает кровь, а всё тело начинает дико зудеть, и не выдержав этого, почесал руку. — Рик, ты только не нервничай, ладно?       На будущее, если вы хотите сказать человеку фразу “Ты только не нервничай”, имейте в виду, что после неё он впадёт в ещё большую истерику. Глаза Рика округлились, и он буквально изменился в лице от шока, открывая рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывая его.       «Мы страшные! Страшные! Как теперь мы сможем показаться нашему альфе?!», — в ужасе причитала омежья сущность, заметив реакцию американца. — «Этот альфа превратил нас в урода!»       — Что, всё так плохо? — виновато спросил Гарри, уже представляя своё пятнистое лицо,       — Только не говори, что это из-за пирожного, — взмолился Рик, прикрыв руками глаза.       Гарри негромко засмеялся.       — О господи! — жалобно простонал парень, бросив на Гарри полный раскаяния взгляд.              «Это конец, наш альфа разлюбит нас!», — мысленно вопила сущность. Кажется, она, как и любая женщина, слишком болезненно восприняла изъян в своей внешности.       Рик не выдержал и опустился на холодный пол, а затем ещё раз взглянул на лицо омеги, которое теперь было в таких ярко-красных пятнах, что это точно нельзя было принять за игру света, и убитым голосом спросил:       — Зачем ты продолжал его есть, если знаешь, что у тебя аллергия?       — Оно очень вкусное, — пожал плечами Поттер, ярко улыбаясь, и, достав палочку, бросил на сидящего на полу альфу Согревающее. Рик же в ответ бросил на него ещё один затравленный взгляд.       — Я идиот, — обречённо выдал парень.       «Это ещё мягко сказано!», — продолжала возмущаться неугомонная омега-сущность.       — Вовсе нет, это случайность, — мягко сказал Поттер, снова почесался и засмеялся, поскольку комичность ситуации выходила за все пределы возможного.       — Это не смешно, Гарри.       — Нет… — наигранно серьёзно согласился Поттер и тут же весело фыркнул: — Это очень смешно! — Гарри заливисто засмеялся и быстро почесал свою щёку. — Определённо самое запоминающееся свидание в моей жизни.       — Да уж… — горько изрёк альфа и, пристально изучая взглядом носки своих ботинок, добавил: — Такой катастрофы, пожалуй, ещё ни у кого не было…       Гарри ярко улыбнулся, поднявшись со стула, поплотнее укутался в куртку и тоже присел на пол. Он осторожно взял расстроенного парня за руку, на что омега снова недовольно фыркнула. Рик переплёл их пальцы, поджал губы и продолжил смотреть на свои ботинки.              — Я такой страшный, что даже не взглянешь на меня? — задорно спросил Гарри, всеми силами стараясь разрядить обстановку.       Омега в груди парня в ужасе замерла, ожидая ответа, будто приговора, и одновременно очень боясь услышать на сколько всё плохо.       — Нет! Конечно нет, что ты! — быстро запричитал Рик, бросив на Гарри расстроенный взгляд, — Малыш, я просто… так хотел, чтобы всё прошло идеально… и… Прости...       — Хватит извиняться, ты же не знал, — ответил Поттер, поближе подвигаясь к парню, — Эй, посмотри на меня. — Убитый взгляд серых глаз, встретился с нежными зелеными. — Всё хорошо, Рик, нет проблем. Это лечится за полминуты обычным Зельем от аллергии. — Попытался успокоить альфу Гарри, и не только альфу, но и свою омегу тоже, которая уже строила в его голове план, как максимально безболезненно покончить с собой, если они останутся такими страшными навсегда и их альфа найдёт себе другую пару. — Зато мне было очень вкусно и очень весело, — хмыкнул Гарри и снова, не выдержав, почесался. — Всё замечательно, правда. Просто не нужно так нервничать. — Поттер игриво толкнул альфу плечом. — Эй, я всё тот же Гарри, с которым ты ел печенье на верхушке Статуи Свободы, так что просто расслабься и будь собой.       Рик внимательно изучал лицо сидящего рядом парня.       — Спасибо, — сказал он негромко.       — За что? — спросил Гарри.       — За то, что ты – это ты, — ответил альфа и перевёл взгляд на пухлые губы омеги, а затем, будто решившись, осторожно потянулся за поцелуем.       Гарри замер, пытаясь понять, что он чувствует. Он определённо испытывал предвкушение и… непонятно. Поттер расслабился и прикрыл глаза, тоже склонившись слегка вперёд, как бы давая понять Рику, что он позволяет себя поцеловать. Гарри снова сосредоточился на своих ощущениях. Он очень надеялся почувствовать сейчас то сумасшедшее трепыхание сердца, которое он обычно испытывает при виде Малфоя, и разряды бегущего по венам тока, когда Малфой целует его, или хотя бы рой бабочек в животе, которым обычно сопровождались малфоевские касания… или хоть что-то отдаленно похожее на это!       Вот Гарри ощущает чужое дыхание на своих губах, а в следующую секунду его почему-то накрывает волна ярости. Поттер запоздало понимает, что это ярость его сущности, которая воспользовавшись расслабленностью носителя забрала себе контроль над телом. Гарри будто со стороны видит, как его руки сильно пихают Рика в грудь, отталкивая от себя, а затем с ужасом слышит собственное громкое шипение.       Рик растерянно моргает, и Гарри чётко видит на его лице боль, поэтому, собрав все свои силы, Поттер возвращает себе контроль над телом и тут же начинает извиняться.       — Прости, Рик, это не я! — виновато объясняет Гарри. — Это моя сущность, правда, я бы никогда…       Рик поджимает губы.       — Я так ей не нравлюсь? — срывается болезненный вопрос с его губ.       «Да!», — зло шипит в голове омега, пытаясь снова взять себе под контроль тело. — «Мы любим и хотим целовать только нашего альфу!».       — Нет, что ты! — начинает убеждать Рика Гарри, напрягаясь всем телом, чтобы не потерять контроль над сущностью, и опять не выкинуть чего-либо. Ему ещё не хватало друга из-за этой взбалмошной сущности лишиться. — То есть моя сущность не против тебя, — сбивчиво продолжил объяснять Поттер, — просто сейчас она очень расстроена из-за аллергии и переживает, что я таким пятнистым останусь навсегда, поэтому злится.       Рик выдохнул с явным облегчением и кивнул.       — Прости, пожалуйста, ещё раз, я не хотел тебя толкать и уж тем более шипеть…              — Всё нормально, — мягко улыбнулся Рик. — И я от имени своего альфы прошу у твоей омеги прощения.       Сущность в груди Поттера, услышав это, лишь снова недовольно фыркнула.       — Эм, ну, она принимает твои извинения, но ей явно нужно время, чтобы успокоиться, — туманно ответил Гарри и тут же ярко улыбнулся. Он всё ещё чувствовал себя виноватым.       «Конечно, а нашего истинного альфу ты обзываешь, колотишь и проклинаешь без зазрения совести, глупый носитель!», — послышалась в голове злая реплика сущности.       И Гарри вдруг чётко осознал, что так оно и есть: он совсем не боится обидеть Малфоя, хотя это, скорее всего, выработанный иммунитет, ведь когда ты вступаешь с человеком в перепалки годами, то как-то отвыкаешь переживать о его чувствах.       «Просто с этим вредным Хорьком вообще невозможно нормально разговаривать!», — мысленно парировал Поттер.       «Просто с нашим альфой мы можем быть настоящими и он примет нас любыми, даже если мы будем злиться или шипеть», — уверенно заявила омега в ответ.       Рик молча кивнул и тоже улыбнулся. А затем достал из кармана свою волшебную палочку и через секунду Гарри почувствовал, как его кожи коснулись согревающие чары. Однако эти чары лишь усилили кожный зуд, и Гарри пришлось буквально закусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не зачесаться ещё сильнее.       «Мы чешемся! Чешемся!», — снова заметалась в груди сущность. — «Нам нужно в больницу!»       «Успокойся, Всё нормально!», — мысленно пытался угомонить сущность Гарри.       «Мы должны вернуться к нашему альфе! Он вылечит нас!»              «Ага, сейчас, разбежался!», — мысленно фыркнул Поттер и постарался незаметно почесаться, поскольку зуд на коже становился нестерпимым.       — Сильно чешется? — виновато спросил Рик, заметив, как Гарри ёрзает на месте.       — Нет, не очень… — пожал плечами Поттер. А затем, всё же не выдержав, достал свою палочку и невербально применил к себе Охлаждающее, надеясь, что Рик не поймёт, что именно это было за заклинание.       Раздражённой кожи коснулся приятный холодок, уменьшая зуд, и Гарри еле удержался, чтобы на застонать от облегчения. Сущность в груди продолжала метаться. Гарри призвал со столика тарелку с фруктами и заметил на ней вишню. Он быстро закинул одну в рот, очень надеясь, что любимый вкус немного отвлечёт его сущность. В конце концов, это всего лишь шампанское, а не яд – вряд ли оно сильно испортило фрукты.       Рик вдруг задорно улыбнулся и, тоже взяв с тарелки горсть мокрой вишни, стал уверенно закидывать её себе в рот.       — Так даже вкуснее, — заявил Гарри.       — Да, вкусно, — сдерживая смешок, ответил парень.       Гарри закинул в рот ещё пару вишен, действительно, шампанское ничем не испортило фрукты, а сущность слегка успокоилась от любимого вкуса и запаха.       — Обожаю вишню, — прокомментировал Гарри       — Я знаю, — ответил Рик, задорно улыбаясь, и закинул в рот ещё одну вишенку. Гарри посмотрел в его сторону и замер.       Губы парня на глазах опухали, становясь несуразно большими и, пожалуй, похожими на два вареника.       — Началось, да? — спросил Рик сквозь смешок, еле шевеля огромными губами.              — У тебя… — Гарри растерянно захлопал глазами.       — Аллергия на вишню, — закончил за него альфа.       Поттер прыснул, сдерживая смешок, а Рик весело фыркнул, заставляя свои отёкшие губы смешно дребезжать. Через секунду парни, смотря на лица друг друга, просто умирали от смеха…       

***

      Драко поморщился от жгучей боли в правом плече и перевёл затуманенный взгляд на свою белую рубашку, на которой уверенно проступало пятно алой крови.       «Пиздец, всё-таки расщепило», — подумал он отстранённо, а затем постарался сфокусировать взгляд и заставить пространство вокруг перестать вращаться. Хотя это вращался он сам, а точнее его вращал бушевавший в крови алкоголь.              Драко зябко поежился, сделал несколько нетвердых шагов вперед, видя перед собой единственную цель, и уперся руками о светлую входную дверь. Боль в раненой руке снова напомнила о себе, но Малфой лишь снова поморщился и в попытке заглушить боль сделал несколько больших глотков из недопитой бутылки огневиски, которую он предусмотрительно принес с собой.       Алкоголь помог слегка унять душевную боль и угомонить его сущность, от которой сейчас не доносилось ни звука, так может поможет и с физической болью справиться? Правда, чтобы угомонить яростные порывы своего альфы пришлось выпить…       Драко попытался подсчитать, сколько именно он выпил, но очень быстро бросил это глупое занятие, поскольку пить он начал ещё в отелях, в которых искал Поттера, а это было довольно давно. Малфой зажал пальцем звонок входной двери, и буквально облокотился на него, заставляя трель за дверью звучать, не замолкая. Но ему никто не открыл ни через минуту, ни через пять.       — Что, Поттера ещё нет дома? Ещё не нагулялся? — спросил он заплетающимся языком у входной двери, будто она могла ему ответить.       А затем буквально рухнул на бетонную ступеньку в старом подъезде, поскольку ноги наотрез отказывались держать его тело. Он уселся поудобнее, привалившись спиной к холодной подъездной стене, и комфортно, насколько это было возможно, вытянул длинные ноги. А затем отпил ещё немного горького пойла, поскольку осознание того, что сейчас примерно полшестого утра, а Поттер все еще не вернулся домой, снова заставило итак измученное сердце опять кровоточить.       — Ну, гуляй, Герой… Гуляй… — хмыкнул он негромко, — а я подожн… Подожду… Я ведь всегда тебя жду…       Вдруг в затуманенной алкоголем голове стала прорисовываться вся картина, которая почему-то показалась Драко очень комичной.       Он сидит как верный пёс у Поттера под дверью и ждёт, пока хозяин нагуляется и вернётся домой. Малфой рассмеялся в голос, и его мелодичный смех отразился эхом по пустому полутёмному подъезду.       Откинув голову слегка назад, Драко снова поморщился от боли: рука болела и было довольно холодно. Хотя, собственно говоря, на что он рассчитывал, сидя в тонкой рубашке на ступенях неотапливаемого подъезда, когда на улице январь месяц.       Драко тяжело вздохнул.       «Январь, первый день Нового года…», — думал Драко, расфокусировано смотря на лестничные перила. — «Новый год, новая жизнь. Жизнь, в которой я больше не умею жить без Гарри Поттера».       Малфой снова негромко хмыкнул своим мыслям, пытаясь понять, в какой момент он стал настолько зависим от своего личного наркотика по имени Гарри Поттер? Или он был так зависим всегда?       На самом деле Драко мог с уверенностью заявить, что зависимость усугублялась с каждым днём всё больше. В последнее время он не раз замечал, что ему как воздух требуется хотя бы раз в день просто видеть своего Героя. Он стал самым заядлым наркоманом, который буквально жить не может без своей дозы в виде хотя бы взгляда лазурных глаз Поттера. Глаз, которые сейчас где-то смотрят с нежностью на другого…       И вот он, великий наследник рода Малфой, сидит в старом подъезде маггловского дома истекающий кровью, помятый, пьяный и, по своим собственным меркам, абсолютно жалкий, продолжая преданно ждать своего хозяина, который своим появлением впрыснет в его вены новую дозу.       — Поттерррр… — позвал Драко негромко, намеренно растягивая последнюю букву, и всем сердцем надеясь, что Герой его услышит и сейчас же появится. — Где, блять, мать твою… тебя носит?       Малфой поставил полупустую бутылку на соседнюю ступеньку, и полез в карман брюк, а затем достал и покрутил в руке кулон в виде снитча.       На самом деле этот кулон был одной из причин, почему Драко сбежал от Панси и сидел сейчас под дверью Поттера. Вы, наверное, спросите, причём тут вообще Панси?       Всё просто: именно она носилась с ним и Блейзом по "Змеиному Древу" последние пару часов.       Точно! Вы же ещё ничего не знаете о Блейзе. Короче, пьяный мозг Драко вас окончательно запутал. Начнём сначала.       Ну как с начала, с того момента, когда Драко вместо того, чтобы праздновать Новый год, под болезненные метания своей озверевшей сущности отправился искать Поттера и Уизли по магическим отелям Лондона.       Он посетил по меньшей мере двенадцать отелей, убив на это два часа времени, в каждом раздражаясь и злясь всё больше, а ещё заказывая себе порцию огневиски, поскольку полный негодования рык продолжал непрерывно звучать из его груди, пугая окружающих. И даже алкоголь ни на Драко, ни на его озверевшую сущность почти не действовал.              Пожалуй, до этой ночи Малфой никогда не ощущал настолько сильную ярость своей сущности, которая лишь усиливала его собственную злость и заставляла его продолжать аппарировать из отеля в отель. Когда Драко, прибыв в последний более-менее приличный отель, услышал, что никто по фамилии Эдисон или Райт не снимал сегодня номер, он наконец отправился обратно в "Древо".              В итоге Малфой, дико злой Блейз и не менее злой Тео, который так и не нашёл Гермиону, засели в VIP-ложе ночного клуба, которую Тео забронировал на эту ночь для себя и беглянки Грейнджер.       Было уже половина третьего, и Блейз который явно не мог больше выносить боль и злость своей сущности, передав полный контроль над “Древом” нескольким управляющим на оставшуюся часть праздничной ночи, видимо, решил утопить себя в алкоголе. В принципе, к этому же стремился и Драко, поэтому они с чистой совестью заказали практически всю коктейльную карту и сразу несколько бутылок огневиски.       Только Тео почти не пил, кажется, всё ещё рассчитывая, выловить Грейнджер. Всё крутил в руках списки и план здания “Древа”, что-то просчитывая, сверяя и высматривая.       Он объяснял что-то о том, как Грейнджер всё это провернула, но Драко был так занят мыслями где и как сейчас проводит время Поттер в компании этого американского ублюдка, что то и дело терял нить разговора.       Примерно после третьего коктейля Драко почувствовал, что его начинает потихоньку отпускать, сущность в груди уже не так активно металась, но всё ещё продолжала непрерывно рычать. Тело начало расслабляться, а мозг погружаться в приятную истому.       Тео куда-то ушёл и теперь они вдвоём с Блейзом, расстроенные и разочарованные несправедливостью жизни, поглощали алкоголь, смотря вниз на переполненный людьми танцпол. Было так странно видеть, что для кого-то эта ночь проходит вполне весело и беззаботно, когда ты сидишь с таким чувством будто тебя Хогвартс-экспресс переехал.              — Вот вы где, дорогуши, — послышался голос Паркинсон, а в следующую секунду брюнетка уселась рядом на кожаный диван. — Мне скучно! Я вас уже обыскалась.       — А куда делись Дафна и Асти? — спросил Блейз, попивая очередной коктейль. Кажется, его сущность тоже слегка угомонилась, потому что сейчас мулат выглядел более-менее спокойным. — Разве не они должны сегодня тебя развлекать?       — Асти с Пьюси у барной стойки зависает, а Дафна меня достала своим жужжанием о Тео – в итоге я отправила её его искать, — объяснила подруга, тоже беря себе со столика ярко оранжевый коктейль. — У вас такие кислые рожи, — наблюдательно заметила Панси, — Что, пока я смотрела новогодний фейерверк и пила белое полусладкое, Поттер с Уизли отошли в мир иной?       — Нет, просто свалили от нас, — ответил хмурый Блейз.       — Куда свалили?       И Драко с Блейзом, попивая коктейли, рассказали подруге всё об американцах, которые нагло забрали их омег и которые стояли у парней уже как кость в горле. Они так эмоционально изливали душу, что Панси не могла и слова вставить.       — Никто его не знает так, как я… Панс, понимаешь? — спросил захмелевший Драко и, не давая девушке и рта раскрыть, сам ответил на свой вопрос: — Не понимаешь! Он замечательный… Он жил с отвратными магглами, эти твари издевались над ним… Но Гарри всё равно остался добрым, смелым, честным… Он… Он…       — Святой? — иронично предположила Панси.       — Именно! — закивал как болванчик Драко, явно не заметив сарказма подруги. — Я же ради него на всё готов… А он только на этого американца смотрит!       — Согласен! — подключился Блейз. — Может эти сволочи им Приворотное подлили? Только и слышно от Уизли: "Итан то… Итан это…", — раздражённо передразнил мулат. — Я всё время с ним рядом! А не этот уёбищный загонщик! Стараюсь всё делать, как он хочет… И вот тебе отдача…       — Ну не знаю, что там за альфы такие, — спокойно ответила Панси, смотря на убитых горем друзей, — но уверена, вы круче, я бы выбрала вас.       — Спасибо, дорогая, — печально хмыкнул Драко и, откинувшись на спинку дивана, снова пригубил коктейль.       Его сущность наконец перестала рычать и теперь лишь негромко скулила от обиды и тоски по своему омеге.       — Хотите моё мнение, как человека, который наблюдал за вами со стороны? — спросила Панси, закидывая ногу на ногу. — Всё Золотое Трио без ума от вас, мальчики.       — Если бы, — печально фыркнул уже нетрезвый Блейз. — Мне кажется, чем больше я стараюсь понравится Уизли, тем больше он отталкивает меня. У него вообще настроение меняется со скоростью звука, со мной он вечно замкнутый и холодный.       — А Поттер вбил себе в голову, что я просто с ним играю, и теперь вообще в мою сторону не смотрит и говорит со мной сквозь зубы, — сказал хмурый Драко. — Хотя о чём это я, он всю жизнь со мной так разговаривал. Не по вкусу я Герою… — пьяно усмехнулся Малфой. — Зато флиртовать с американским ублюдком по маггловской херне и заливать ему, как он по нему скучает, Поттер всегда готов.       Сердце снова полоснуло болью, и Драко залпом допил свой коктейль.       — Уизли тебя ревнует, — пафосно фыркнула Панси, смотря на сидящего напротив Блейза. — Если бы ему было плевать, он бы не вцепился в твою руку, как в свою собственность, и не прожигал Асти ненавидящим взглядом, пока она не сказала, что вы просто друзья. Он точно к тебе неравнодушен, однако, похоже, старается подавить в себе свои чувства, — девушка поправила свои волосы и продолжила давать наставления: — Говорят, у всех рыжих дикий нрав, и, в случае с Уизли, это стопроцентная правда. Куда подевалась твоя слизеринская хитрость, дорогуша? — насмешливо спросила Панси у Блейза. — "Запретный плод сладок", слышал такое выражение? Используй это в свою пользу, расслабься и включи, наконец, мозг! Где, ради Мерлина, мои друзья, которые могли с холодным расчётом повернуть любую ситуацию в свою пользу? — возмущённо спросила Панси. — Заставь его проявлять свои эмоции и увидишь: в один день он не выдержит и взорвётся, как вулкан, выплеснув на тебя все свои настоящие чувства.       Казалось, Блейз задумался над советом подруги.       А Панси посмотрела на сидящего рядом Драко.       — А вот с тобой всё более запутанно, — задумчиво сказала она, — между вами двумя всегда творилось чёрт знает что. Хотя, судя по слюне, которой Поттер давился, когда только тебя увидел, и как он практически убил меня взглядом, заметив, что я держу тебя под руку, наш Избранный тоже явно не ровно к тебе дышит.       Драко бросил на подругу полный робкой надежды взгляд.       — Ты правда так думаешь? — завороженно спросил он.       — Мерлин, смотри не расплачься от счастья, дорогуша, — чисто по-слизерински поддержала подруга. — Интересно, все, когда влюбляются, становятся такими безмозглыми слепцами, как вы двое? — задумчиво спросила она.       Малфой лишь цокнул языком и стал открывать бутылку огневиски.       — За вами с Поттером я хочу ещё немного понаблюдать, прежде чем вынести свой окончательный вердикт, — заявила Панс, крутя в руках ножку бокала. — А теперь хватит киснуть, Новый год всё-таки! Давайте веселиться!       Друзья лишь синхронно бросили на неё грустные взгляды. Панси снова раздражённо фыркнула.       — Если вы так переживаете, что эти американцы сегодня ночью залезут Поттеру и Уизли в трусы, — на этих словах оба парня громко зарычали, не сдержав гнев своих сущностей, — то можете расслабиться: эти недотроги точно не позволят себе нечто подобное, — спокойно продолжила Панси. — Даже мне, человеку, который никогда и близко не считался другом Золотого Трио, это абсолютно понятно. Они из тех, за кем нужно чуть ли не годами ухаживать, прежде чем они позволят себя раздеть, — равнодушно проинформировала Паркинсон, отпивая из своего бокала. — Каждый из Золотого Трио верит в любовь, чистую, искреннюю, светлую, глубокую, и вся эта прочая чушь, — насмешливо фыркнула она. — Каждый из них должен быть до одури влюблён, чтобы позволить себе подобную вольность. А перепих по пьяни, по дружбе или, тем более, для снятия напряжения, – это точно не про них.       Почему-то, Драко от этих слов легче не стало. Ни о каком сексе Поттера он даже и близко думать не хотел. Ревнивый зверь в груди рычал и метался, лишь вспоминая, как его омегу обнимали грязные лапы этого американца, а стоило подумать, что эта тварь может посметь поцеловать его Поттера, как сразу же дико хотелось кого-нибудь убить. Поэтому мысль о первом сексе Избранного даже не закрадывалась в его голову. Это было слишком больно.       — Если верить твоим доводам, — пьяно фыркнул Блейз, тоже открывая огневиски, — то получается, что Уизли был влюблён в Грейнджер в школе, потому что они трахались целых восемьдесят раз! — мулат как-то совсем невесело рассмеялся, поморщился, будто от боли, а затем отпил прямо из горла.       Панс, смотря, с каким упорством Блейз присосался к бутылке, лишь поморщилась и благоразумно отодвинула свой коктейль подальше, прекрасно понимая, что именно на её хрупкие плечи и падёт ноша доставить невменяемых друзей домой.       «Нужно поскорее свести их с этими гриффами», — раздражённо подумала девушка, — «а то сопьются к чертям»       В общем, Панси не зря решила вести до конца ночи трезвый образ жизни, поскольку позже ей пришлось ой как не сладко.              Буквально минут через двадцать к ним в VIP-ложу подсели близнецы, которые были навеселе и в прекрасном настроении. Видя расстроенных парней, они начали выпытывать, что произошло, и поняв, что так это не работает, начали пить с ними на спор.              Панси лишь прищурила глаза, видя, как один из рыжих Уизли, кажется, тот, который Фред, то и дело подливает Блейзу огневиски, пока сидящий с другой стороны мулата Джордж ненавязчиво продолжает выпытывать у Забини, почему он так расстроен.       В итоге уже довольно пьяный Блейз начал изливать близнецам душу, распинаясь, как он со школы сходит с ума по их младшему брату, и жалуясь на то, что Солнышку на него плевать и что тот сбежал от него с, цитата: "уёбистым вонючим загонщиком, американским ублюдком, хреновым кривоногим танцором, любителем татуировок".       Кажется, близнецы сначала подумали, что это вообще четыре разных парня, а не один и тот же человек, однако, спустя ещё примерно минут десять, они всё-таки поняли, что Блейз имел в виду Итана.       Панси, не задумываясь, прокляла бы этих рыжих, если бы увидела на их лицах хоть тень насмешки в сторону своих сейчас раненых любовью и убитых алкоголем друзей. Однако близнецы внимательно слушали и, кажется, даже сочувствовали Блейзу, обещая вправить мозг своему нерадивому братцу.       Затем и Малфой, кажется, дойдя до кондиции, подключился со своим рассказом. И вот тут они уже улыбнулись, но вовсе не потому, что злорадствовали, а потому что, как сказал Джордж: "Никогда бы не подумал, что Его Величество Малфой может так нежно отзываться о нашем Гарри", "Или вообще о людях", — подхватил улыбающийся Фред, на что Драко лишь пьяно фыркнул и показал им в ответ средний палец.       Потом близнецы решили поднять всем настроение и потащили всю компанию в боулинг, абсолютно не обращая внимания на возмущение Панси, что для такой игры у неё неподходящая обувь. Малфой усмехнулся, вспомнив это.       Вы знали, что играть в боулинг, когда дорожка двоится у тебя перед глазами, оказывается очень весело.       Все действительно немного расслабились, и даже Панси, отбросив свои туфли, присоединилась к игре, а когда далеко не трезвый Фред запнулся об собственную ногу и буквально полетел по дорожке вместо шара, все сложились пополам от смеха.              Затем был бар, бильярд, снова клуб, и наконец кто-то предложил отправится в СПА.       Хотя Панси опять же была против, наверное, потому что она, как самый трезвый человек в этой странной компании, разумно опасалась, что плавать в бассейне, когда в тебе столько алкоголя, довольно плохая идея, но её опять же никто не стал слушать, и ребята, прихватив с собой несколько бутылок шампанского, отправились в СПА.       Пока взволнованная Панси бегала вокруг бассейна, в который Блейз и близнецы нырнули прямо в одежде, Драко, уже наученный горьким опытом, стал спокойно снимать с себя рубашку. Похоже, будучи даже настолько пьяным, он всё же понимал, что совсем не хочет потом опять полчаса сушить одежду.       Он расстегнул рубашку, правда, почему-то, не до конца, затем полез в карман брюк, чтобы вытащить волшебную палочку, и случайно зацепился рукой за прохладный металл.       Вытащив кулон, Драко, слегка покачиваясь, осторожно погладил пальцами окантовку. Он вдруг вспомнил, как хотел сегодня ночью заново подарить украшение своему Герою.       Неожиданно, хотя скорее вполне ожидаемо, в пьяную голову пришла шальная мысль, что он всё ещё может это сделать.       — Панси! — громко позвал Драко. — Сколько времени?       Паркинсон, даже не взглянув на него, наколдовала циферблат, который показывал ровно пять утра.       Драко засунул кулон обратно в карман и начал быстро, насколько это было возможно, застёгивать пуговицы на своей рубашке, а затем поплёлся на выход из бассейна, совершенно позабыв, что может воспользоваться браслетом.              — Стоять! — послышался громкий возглас Панси.       Драко послушно замер.       — Куда это ты собрался? — требовательно спросила подошедшая к нему подруга.       — Ко Львёнку, — улыбаясь ответил Малфой. Он наконец дошёл до той кондиции, когда сущность в груди полностью отключилась, выведенная из строя алкоголем, поэтому сейчас без болезненных метаний в груди и скулежа в голове Малфой чувствовал себя намного легче. Правда его слегка тошнило, в груди неприятно тянуло, Панси подозрительно двоилась перед глазами, а комната странно вращалась. Но это так, мелочи по сравнению с такой важной миссией, как доставить своему Герою кулон.       — Всё ясно – ты больше не пьёшь, — уверенно заявила Панси и попыталась выхватить у Малфоя полупустую бутылку огневиски.       — Да ладно тебе, Панс, — весело фыркнул Драко, с трудом уворачиваясь от девичьей руки, — не будь занудой.       — Малфой, — угрожающе проговорила она, — иди сядь на шезлонг и не смей двигаться. Не знаю, какую белку ты поймал и к какому львёнку теперь собрался отправиться, но тебя в таком состоянии расщепит, идиот! Сиди и жди, пока я достану Блейза из бассейна, а затем сама перенесу вас домой! Ясно?!       Драко снова рассмеялся и попытался обнять подругу. Сзади послышалось пьяное чертыхание и хохот близнецов.       — Забини! — закричала Панси и бросилась обратно к бассейну. — Кретин! Слезь с мостика, придурок!       Но сильно покачивающийся Блейз, похоже, был абсолютно в себе уверен. Он с громким криком "Ради Солнышка!" прыгнул обратно в воду под одобрительные выкрики Фреда и Джорджа.       Пока Паркинсон бегала вокруг бассейна и пыталась понять, не расшиб ли Забини себе голову, параллельно шипя не хуже змеи, что больше никогда не будет ничего с ними отмечать, Драко воспользовался моментом и с фантастической для настолько пьяного человека скоростью выбежал из бассейна, для конспирации параллельно крича: "Я в туалет!"       Он снова негромко рассмеялся, нарушая тишину подъезда. Панси всё-таки оказалась права: его слегка расщепило. Малфой спрятал кулон обратно в карман и насколько мог постарался согреть уже довольно сильно замёрзшие руки. Плечо продолжало кровоточить, и ткань правого рукава всё больше пропитывалась кровью.       Он дрожал от холода и понятия не имел, сколько сейчас времени, но почему-то его вдруг сильно начало клонить в сон. Поудобнее обняв раненую руку здоровой, Драко прикрыл глаза. На задворках сознания проскочила шальная мысль, что если он тут сдохнет от переохлаждения или потери крови, то Поттер, наверное, хоть немного расстроится, а затем Малфой окончательно провалился в сон.