do you want to be ordinary?

Женщина сидела на кухне и уже несколько минут всматривалась в текст на помятом листке, написанный корявым почерком. Она молчала, не обращая внимания даже на напротив сидящего Феликса. Тот слышал, как спокойно бьется ее сердце, и видел, как грудь вздымается слегка и опускается, но не чувствовал ни боли, ни злость, ни ее уныния. Матери было словно… все равно? — Он снова ушел от нас, – это первое, что она сказала спустя пять минут, оторвав взгляд от письма. — Я знаю, – выдохнув, проговорил Ли, поднимаясь со своего места. — Ты зла? – решил спросить он, бегая глазами по маминому лицу. — Я… нет, – женщина поджала губы и устремила взгляд вверх на сына. — Наоборот, я рада, что он ушел, потому что… жить с тираном – то еще мучение, но и в одном мире с вампирами выживать не так уж и просто, – Феликс кивнул. — Но мне страшно за то, что он может снова вернуться и превратить нашу жизнь в Ад. Особенно твою, – мать поднялась со своего стула и подошла к блондину, кладя ладони ему на лицо. — Прости, – прошептала она и, положив голову на его плечо, обняла Феликса, поглаживая его по спине. — Можешь не переживать, мама, – прошептал Ли, ответно кладя свои руки на спину женщины. — Он больше к нам не вернется, – пообещал парень, вспоминая сухое и безжизненное тело отца. — А вампиры больше никогда не тронут нашу семью. Я им этого не позволю. Дождавшись, когда мать ляжет спать, Феликс направился в свою комнату, беря в руки телефон. На нем уже было несколько сообщений от Чанбина, на которые он не сильно-то и спешил отвечать. Да и что он может ему рассказать? Правду? Которую не способен сказать даже своей матери, потому что понимает, что она не готова это услышать? Ну уж нет... он расскажет. Обязательно расскажет о том, что он вампир, но когда-нибудь позже, не сейчас. Ему бы и самому привыкнуть к новым ощущениям. К слову о них, Феликс чувствует себя необычно, словно в нем очень много энергии для дальнейших работ, хотя сейчас за окном была уже ночь. В такое время он обычно спал и ни о чем не думал, но сейчас… Феликс: Чанбин, встретимся завтра, я обязательно расскажу тебе, с кем я был, окей? Спокойной ночи. Отключив телефон, Ли подумал о Хенджине, как его тело пронзила сладкая дрожь. Только от одного воспоминания об этих красных волосах и таких же глазах Феликсу становилось необычайно хорошо, а предвкушая сегодняшнюю ночь в его компании, парень и вовсе подорвался с места и тихо вышел из дома. На улице стояла мёртвая тишина. Оно и понятно, все в такое время находились дома, боясь быть съеденными вампирами, а Ли… теперь он мог не бояться и передвигаться в любое время, разве не чудо? Феликс, конечно, мог пройтись по улицам, вдыхая свежий аромат ночного ветра, только все это было ему ни к чему. Особенно сейчас, когда в нем проснулось непреодолимое желание выпить чью-нибудь кровь и трахнуть Хван Хенджина в его прекрасный зад. От этой мысли Ли облизал свои пухлые губы и в мгновение ока оказался возле дома парня, замечая, что в окне горел приглушенный свет. Значит Хван был дома и, по видимому, ждал младшего, как они и договаривались в подвале. Феликс, не издавая лишнего звука, вошел в чужую квартиру, хмуря брови. В нос сразу же ударил запах свежей крови, останавливая парня в дверях. В животе неприятно скрутило, вынуждая Ли оскалить клыки, как самое настоящее животное, а глаза налиться мыльной красной пеленой. Огромное желание, образовавшееся во всем маленьком молодом теле вампира, превращало Феликса в настоящего ненасытного монстра. — Оу, ты уже тут, – ухмыльнулся Хван, высовывая голову из-за дверей своей комнаты. На его губах были остатки сладкой манящей крови, на шее было несколько бордовых дорожек, а сам красноволосый был только в одних боксерах, выжидающе смотря на младшего. — Ну что, как там твоя мама? Спокойно пережила уход отца? – Феликс сглотнул, подходя ближе. — Вполне. А ты что тут делал? – глаза хаотично бегали по обнаженному телу, видя остатки крови. — Ел и без меня? – насупился Ли, слыша тихий смешок. — Хочешь, я тебя покормлю? – Феликс поднял глаза, смотря в другие, видя в них азарт. — О, да, ты сделаешь это. Только не так, как утром. Немного по-другому, – ухмыльнулся Ли, обнажая клыки. Когда Феликс говорил готовить свою задницу, Хван думал, что это какая-то шутка, потому что, ну… Ли был маленьким боязливым мальчиком, но как только он стал вампиром, сразу приобрел в себе уверенность и силу властвовать даже над таким многолетним вампиром, как Хенджин. Похоже, именно поэтому он сейчас лежит, утыкаясь носом в подушку, и стонет от проворных рук блондина. Феликс румянил рукой аппетитные ягодицы старшего, проталкивая свой палец в уже смазанное отверстие между полушариями, выдавливая из Хвана глухой полустон. Вампир сжался вокруг пальца, стягивая постельное белье с матраса своей кровати, стараясь хоть за что-нибудь зацепиться руками. Он тяжело дышал и, кажется, не глотал, закатывая глаза от необыкновенного удовольствия. Пальцы у Ли пусть и были маленькими, но ощущения все равно давали те, что надо, в частности, когда он нажимал на простату. Член Хвана пачкал постельное белье собственным предэякулятом. Он потирался о матрас, получая такое нужное ему сейчас трение, пока Феликс все ещё растягивал его узкий проход для дальнейших утех. — Завтра мне нужно будет встретиться с другом, Хенджин. Он наверняка будет задаваться вопросом: кто этот красноволосый парень, что ходит вместе с моим другом? И что же мне ему ответить, м-м? Что, может быть, – Феликс достал свой член из штанов, принимаясь надрачивать свободной рукой, — это мой очень хороший друг? – послышался тихий скулеж. — Или, может, это просто моя новая шлюшка, которую я каждую ночь трахаю в задницу? – Феликс протолкнул член вперед, проникая внутрь смазанных и растянутых самим собой стенок сфинктера, вызывая у Хвана ошеломленный крик. — Как ты меня назвал, паршивец? – воспротивился Хенджин, удивленно приоткрыв глаза. Таких грязных слов от такого малыша он никак не ожидал услышать. — Ой, прости, кажется, ты не расслышал, что я сказал, из-за собственных стонов? – Ли ухмыльнулся, прижимая всем своим телом старшего в кровать, хватая небрежно его за красные волосы. — Я буду трахать тебя до изнеможения, Хван Хенджин, – прорычал блондин, прижимаясь своим торсом к спине Хвана. Мощными толчками Ли продолжал вбиваться в тело парня, приглушенно постанывая ему на ухо. Хенджин рвано дышал, сжимая руками бедную подушку, скуля через плотно сжатые губы, лихорадочно дрожа из-за чрезмерной стимуляции его простаты чужим членом. Феликс словно знал, как нужно двигаться, чтобы довести красноволосого до края, но делал он это не так часто, как хотелось бы, не желая так быстро довести его до оргазма. Феликс потянул Джина за волосы, отрывая его лицо от помятой подушки, слыша громкие мелодичные стоны, которые были усладой для ушей младшего, принуждая его работать еще более активно бёдрами для криков и всхлипов Хвана. Врываясь в податливый зад по самые яйца с ярким хлопком, блондин чувствовал, как стенки сжимаются вокруг члена, обволакивая его со всех сторон, давя на головку. Феликс прорычал, поворачивая голову старшего к себе для быстрого небрежного поцелуя. Хенджин смотрел затуманенными похотью глазами на парня, принимая его укусы на своих губах, активно качая задницей назад, насаживаясь на орган Ли самостоятельно. Заметив это, младший ухмыльнулся и привстал со спины Хвана, продолжая вторгаться в его тело. — Мне нравится твой зад, Хенджин, он так хорошо меня принимает, – послышался шлепок по одной из ягодиц, а следом стон с протяжным криком на конце. Хван встал в коленно-локтевую позу для удобства, качаясь назад в такт движениям Феликса. Блондин обхватил член красноволосого и принялся сжимать рукой головку, плавно опуская руку и поднимая ее обратно вверх, издавая хлюпающие звуки от обильной смазки. Хенджин опять издал стон удовольствия, закрыл глаза и наклонил голову к подушкам, не в силах терпеть эти сладкие пытки. Он словно вот-вот взорвется от переизбытка наслаждения в своем теле. Его как будто разрывали тысячи фейерверков, а мурашки так и не покидали его тело с тех самых пор, как Ли вошел в него своим членом. — Скажи ему, – всхлипнул Хван. — Скажи своему другу, что.. — Развернись, – прохрипел Феликс, покидая тело старшего. Хенджин лег на кровать, пытаясь вернуть дыхание в норму, перевернулся на спину и раздвинул ноги в разные стороны, изумленно смотря на темные, как ночь, глаза Ли, на его блядский оскал и такой же язык, гуляющий по его пухлым губам по кругу. Хван почти просвистел от этого вида возвышающегося над ним младшего, а его член показательно встал, дергаясь из-за новой порции природной смазки, что выходила каплями из уретры. — Тебе нравится, когда я нахожусь в тебе, м? – для достоверности спросил Ли, снова оказываясь полностью внутри. — О-ох… д-да, да, Феликс… продолжай, – прошептал старший, сжимая простынь под собой. Феликс небрежно приоткрыл рот парня, проталкивая два своих пальца туда, давая Хенджину попробовать на вкус собственную смазку. Старший нахмурился, с рвением посасывая чужие пальцы, получая быстрые толчки в задницу. Ли гладил одной рукой живот вампира, плавно двигаясь к стоящему члену, размазывая пальцами предэякулят по всему стволу. Хван простонал, ощущая по всему телу накрывающую волну оргазма. Он вздрогнул, захныкал, продолжая грязно, с чмоками сосать два пальца, изливаясь на чужую руку белой жидкостью, поджимая бедра вплотную друг к другу, тем самым сжимая и член младшего. Феликс так же громко простонал, откинув голову вверх, продолжая яростно надрачивать Хенджину, получая еще больше спермы на свои пальцы, стекающей на нежную белую кожу живота. — Фел-икс, – с придыханием проговорил Хван, закрыв глаза. Ли выпятил недовольно губу, доставая член. Встретившись со взглядом красноволосого, к Феликсу неожиданно пришла новая идея для получения удовольствия. Хенджин же ведь хочет, чтобы блондину тоже было хорошо и он получил свою разрядку? Парень знает, что Хван этого хочет, так же, как и сам Феликс. — Открой рот, Хенджин, – попросил младший, оказываясь перед лицом лежачего парня, проходясь по пухлым красным губам своим членом. — Что ты..? — Хочу трахнуть тебя в рот, – улыбнулся Ли, заставляя старшего подавиться слюной. — Я потом на тебе отыграюсь, Феликс. Обещаю, ты забудешь собственное имя, – Феликс кивнул головой. — Я буду только рад сесть на твой член снова, а сейчас открой рот для дела, а не пустословия, – Хван приоткрыл губы, вбирая в себя член лишь на половину, смотря при этом вверх на лицо Ли. Феликс медленно покачивал бёдрами, видя, как губы Хвана окружили его плоть, и чувствуя, как он посасывал головку, кружа по нему своим языком, толкаясь изредка в уретру. Во рту, из-за предэякулята младшего, было сладко. Хенджин прикрыл глаза, затрепетав ресницами, чмокая губами, кладя свои руки на оголенную часть задницы, так как блондин по-прежнему был в штанах. Феликс глухо простонал, сжал волосы старшего и протолкнулся до конца, встречаясь головкой с горлом. — М-м.. – простонал Хенджин, что явно не был готов к такому резкому движению. Подавив кое-как рвотный рефлекс, красноволосый заглатывал член, подстраиваясь под нужный темп. Ли стал толкаться быстро, ударяясь мошонкой о подбородок. Сейчас он находился в какой-то прострации, где был только он и узкое горло, сжимающееся вокруг его члена. Тяжело дышащий Хван уже не контролировал поток слюны, из-за чего она грязно стекала с уголков его губ, разнося хлюпающие звуки фрикций по всей комнате. — Твой блядский рот так хорош, Хван… чертовски хорош, – руки Джина сжали ягодицы младшего, стараясь умерить его пыл, но Феликса было уже не остановить. Ощущая собственное приближение оргазма, блондин толкался резче во всю длину, слыша гортанные стоны Хвана. Его горло сильнее сжимало головку, распространяя по всему члену вибрацию не вышедших наружу звуков. Феликс издал вопль, прижимая старшего к своему лобку, обильно кончая прямо в горло, из-за чего, собственно, Хван начинает давиться. Достав член изо рта, Феликс лег рядом, слыша, как продолжает кашлять Хенджин, шепотом проклиная все на свете, пытаясь привести дыхание в норму. Ли тихо посмеялся над ним, поглаживая по красным волосам. Старший со строгостью метнул взгляд на мило лежащего блондина, будто бы тот только что не трахал его рот и не говорил всякие грязные слова, а спокойно лежал и ничего не делал. — Клянусь, я вытрахаю из тебя всю душу, – прошипел Хенджин, поднимаясь с кровати. — У меня ее нет, Хван, и, между прочим, по твоей вине, – хохотнул младший, слегка привстав, чтобы посмотреть, что будет делать Джин. — Не переживай, я найду, что вытрахать из тебя ещё. Ты, черт возьми, заставил меня подавиться спермой, – натягивая на себя боксеры, продолжал бубнить Хван, облизывая губы. — С утра начнем марафон, в котором ты не выживешь, это я тебе обещаю, – Феликс растянулся на кровати и сладко зевнул. — Буду ждать, Хван, буду ждать, – улыбнулся блондин, ни капельки не пугаясь таких угроз. Они были как раз-таки ему по душе. — А теперь, если ты закончил, будь добр, покорми меня, я хочу есть, – Хенджин вздохнул, резко успокаиваясь, видя розовый румянец на щеках младшего. Какого черта он выглядит так невинно после грязного секса? Невозможно. — Ага, хорошо, – заторможено ответил красноволосый, подходя к дверям, а затем, вспомнив то, что хотел сказать ранее, он обернулся, встречаясь с вопросительным взглядом Ли. — Скажи своему другу-придурку, что я – твой парень, понял? – Феликс хитро прищурил глаза и улыбнулся, как кот. — Ну-у, – протянул он, — хорошо, мой парень. А теперь неси мне еду, иначе я скажу своему другу-придурку, как ты стонешь подо мной, – Хенджин цокнул, закатив глаза. — Только попробуй хоть кому-нибудь об этом рассказать, ты больше никогда не выйдешь за пределы этой кровати, – пригрозил он, но на лице младшего ничего другого, как кроме усмешки, не отразилось. — Звучит как вызов. — Лучше заткнись.