Иллюзия

Добраться до спальни Гарри удалось лишь под вечер — внеплановая тренировка по квиддичу затянулась. Как капитан, он ощущал груз ответственности: нужно было убедиться, что команда готова к субботней битве с Пуффендуем. Рон отправился в душ, а Гарри, подхлестнутый любопытством, устремился к таинственному дневнику Реддла. Но здесь его ожидало разочарование — дневник был пуст. Ни строчки на пожелтевших листах. — Что за чертовщина… — досадливо цокнул он, в который раз пролистывая дневник до конца. — Видимо, одной загадки ему показалось мало. Гарри уже махнул рукой и собрался запихнуть дневник в чемодан, когда его посетила внезапная мысль. Нашарив в сумке письменные принадлежности, он вытащил их. Обмакнув перо в чернила, Гарри распахнул первую страницу и размашисто вывел:

«Меня зовут Гарри Поттер».

Слова замерли на бумаге. Прошло несколько томительных мгновений. Затем чернила вдруг поблекли, словно впитываясь вглубь, и бесследно исчезли, оставив страницу чистой. Гарри замер, завороженный, но с каждой секундой искра надежды гасла. Он ждал — минуту, две, пять — но ничего так и не произошло. Повертев дневник в руках так и этак, Гарри почувствовал, как знакомое раздражение накатывает с новой силой. С яростью, он швырнул дневник в чемодан и ушел в душ.

***

Короткий душ притупил раздражение. Пар и тепло воды успокоили, и он вернулся в спальню с более ясной головой. — Слушай, а тебе не кажется, — Рон резко стащил покрывало с кровати, — что с начала года Малфой не устроил ни одной своей мерзкой выходки? — Хм… — Гарри замер посреди комнаты, пижамные штаны застряли на одном бедре. Он задумался. — Знаешь, ты прав. Ничего не припоминаю. Может, Крэбба не хватает? Трудно гадить, когда потерял правую руку? — Но Гойл-то тут, — с сомнением протянул Рон, запрыгивая на одеяло. — И Паркинсон с Ноттом. Мало, что ли? Гарри подтянул штаны и принялся за рубашку. — Хрен его знает, — пожал он плечами. — Видимо, Крэбб был ему ближе, чем Паркинсон или тот же Гойл. А Нотт для его пошлых шуточек слишком солидный. — И то верно, — согласился Рон. — В любом случае, рад, что придурок наконец отвалил. — Аминь, — поддержал Гарри. Перед тем как уткнуться в подушку, он еще раз перелистал страницы дневника. Но надежда была тщетной: пожелтевшие листы упорно оставаясь пустыми.

***

Спускаясь к завтраку, друзья нервничали, ожидая новой лавины дурных вестей. Однако в «Ежедневном Пророке» оказалось лишь пара сухих строк о поисках пропавших. — Затишье перед бурей? — Гарри быстро пробежал глазами по заголовкам. — Останемся оптимистами… — Гермиона нахмурилась. — Оптимистами? — фыркнул Рон, наливая себе сок. — Накануне матча с Пуффендуем? Ни за что! — Ты преувеличиваешь, — Гермиона закатила глаза. — Это всего лишь игра. Меня куда больше пугают экзамены. — Всего лишь игра?! — Рон багровея, чуть не опрокинул кувшин. — Как ты можешь! — Гарри, как насчет потренироваться после уроков? — проигнорировав взрыв Рона, Гермиона повернулась к другу. — Найдем пустой класс. Мне нужно отработать пару сложных заклятий, а ты в последнее время просто виртуоз по всем предметам. Гарри кивнул и вернулся к тосту. — Кстати, — Гермиона внезапно прищурилась. — Ты давно не занимался с Люпином. Что-то случилось? — Хм… — Гарри задумчиво провел пальцем по подбородку. — В общем-то, нет. Заходил к нему пару раз, но мы решили пока приостановить занятия. Учеба, квиддич, да и, честно, я уже неплохо подготовлен. Удовлетворенно кивнув, Гермиона углубилась в «Пророк», милостиво предоставив друзьям пространство для обсуждения пуффендуйской угрозы.

***

День растворился в череде уроков и подготовки, пролетев незаметно. Вечером Гарри и Гермиона легко отыскали пустой класс, где час усердно практиковали заклинания, пока Рон корпел над дополнительным заданием Снейпа. К удивлению Гарри, за все время тренировки Гермиона ни словом не обмолвилась о Реддле, хотя его собственные мысли постоянно возвращались к дневнику. Поэтому, стоило ему появиться в спальне, как он сразу направился к чемодану. Дневник выглядел точно так же: черная обложка отсвечивала в тусклом свете лампы. Гарри мгновенно его открыл. Когда взгляд скользнул по знакомым витиеватым буквам, он не сразу поверил глазам.

«Рад, что загадка с перевоплощением дневника оказалась тебе по силам. Пусть и после небольшой подсказки».

Одна-единственная фраза внезапно пробудила в душе Гарри бурную радость. Он осознал, что тосковал по Реддлу. И от этой мысли стало не по себе. Что это? Влечение? Привязанность? Пока мысли Гарри блуждали в лабиринте чувств к Реддлу, чернила на странице начали терять силу. Буквы блекли, истончались, пока не растаяли без следа.