Между строк

      Геральт.       Нет, это до безумия странное начало.       Боги, чувствую себя неимоверно глупо. Почему мне вдруг взбрело в голову, будто после письма станет легче? Пока что этот клочок бумаги, чёрт его дери, приносит одни только хлопоты. Половину дня я думала о том, как же мне стоит начать. Ещё несколько часов о том, что именно могу написать. Успела пару раз прийти к выводу, что всё это не имеет и толики смысла, ведь ты это не прочитаешь.       Хотя, суть, скорее всего, даже не в самом факте прочтения, как в создании видимости хоть какого-то порядка в жизни. Ведь хорошо же: сделаешь вид, будто всё идёт своим чередом и последних событий как и не было, вобьёшь это в голову и будешь жить себе счастливо! Никаких бед, проблем как ни бывало! Просто прелесть! Так жестоко я себя ещё не обманывала, Геральт, клянусь тебе.       Или, может, дело в том, что этот способ неплохо помогает отпустить скопившийся на сердце груз. Морально отпустить его, чтобы открыться новой жизни, которая только и ждёт, когда ты выкарабкаешься из того, в чём ежедневно себя топишь. Я устала бултыхаться на поверхности этого болота. Всё никак не могу сделать полноценный вдох, увидеть просвет. Мне было бы интересно узнать, что бы ответил на это ты, с какого ракурса взглянул бы на мои размышления.       Что ж, начну, пожалуй, с того, что я недавно прибыла в Каэр Морхен. Здесь ничего не меняется, разве что теперь все присутствующие ходят с грустными минами и довольно отстранённо себя ведут. Действительно, вы, ведьмаки, страшитесь смерти только тогда, когда она способна затронуть ваших близких. А если это происходит, то ваша ненависть обретает новую форму, прорастает стремительно и быстро в плодородной почве, носящей названия «непринятие» и «пустота». Ты был таким же. Твоя собственная смерть не имела значения, ты был готов подставиться ради тех, кем дорожишь. Ценой всего, Геральт, даже своей жизни.       Я каждый день по несколько раз прохожусь по главной зале, глядя на древо, хранящее память о погибших ведьмаках. Там огромное множество медальонов, каждый из них, я уверена, болью врезается в память Весемира, заставляет вспомнить всех тех, кто умер при нём. Но я знаю лишь о твоём. Знаю лишь о Волке на серебряной цепи, который висит почти что в середине, разве что совсем немного левее, если смотреть на него в упор. Рассматривая его, я каждый раз нахожу для себя что-то новое, отмечаю новые детали. И всё же не смею его касаться, Геральт. Просто не могу. Не из страха за свою чародейскую натуру, даже и не думай. Просто потому, что не верю, что ты не остановишь меня от этого. Не скажешь: «Не трогай, Трисс. Не стоит», ибо и сам не знаешь, как отреагирует медальон на чужое прикосновение.       Мы вусмерть рассорились с Йеннифэр. Не хотелось бы тешить твоё самолюбие, но да, из-за тебя. Она горюет, Геральт, и сильно. Я ведь знаю её, она моя лучшая подруга. Йенна никогда себя так не вела, что бы не происходило. Пропускала всё мимо себя, не считая достойным внимания и времени. Ничто не могло её сломить, каким бы серьёзным не было дело. Теперь же она отрицает всё, чего бы я не сказала, в особенности тогда, когда речь идёт о тебе. Впервые я совсем не знаю, как на неё повлиять, чтобы ещё больше не распалить огонь между нами.       У меня есть навязчивое ощущение, что я нахожусь в другом пространстве, где время потеряло любое значение и перестало иметь ценность. Всё будто одно, дни — большое серое пятно, отпечаток на моей жизни. Мне хочется быть уверенной в завтрашнем дне, в том, что меня ждёт за стенами Каэр Морхена или в том, что уготовила мне жизнь. Но я не могу думать о чём-то конкретном, все мои мысли неизбежно возвращаются к тебе. К тому, что я не успела тебе сказать, чего пообещать.       Я потеряна, Геральт. Не хочу этого таить. Особенно легко об этом писать, когда знаешь, что отложишь письмо в долгий ящик и не позволишь кому-либо прочесть.       Я чародейка. Жизнь заведёт меня в разные дебри, как вела и до последних событий, вне зависимости от того, хочу я этого или нет. Но надеюсь, что больше никогда она не заставит меня мириться с болью потери. Это кошмарно. Поистине кошмарно.       Ты не получишь это письмо. Знаю, что не прочитаешь и не будешь держать в руках плотный бумажный конверт. От этих мыслей груз у меня на сердце становится ещё тяжелее и тянет меня вниз, ко дну упомянутого где-то выше болота.       Не знаю, как закончить. Просто надеюсь, что ты в лучшем месте, Геральт. Очень на это надеюсь.

Трисс Меригольд.