бесконечные волны галлюцинаций

Антон, после вчерашнего, думал вообще прекратить общение с Арсением, но не мог. Ему нужно было это. Необходимо… Разговора с Эдом после этого не было, потому что Антон не хотел с ним разговорить. Но он сам же понимает, что прибежит к нему. Одному страшно… Эд следил за ним, за его действиями, за всем, что бы тот не встретился с Арсением. Но как-то Антону удалось встретится с ним. Эда тогда не было. И тогда появился шанс встретится. Антон приходит к Арсению, а тот спит. Спит как кот. Он садится рядом со старшим и смотрит. Такой красивый. Эти черты лица и множество веснушек. У него выпала прядь челки. Антон с этого лишь усмехнулся и начал поправлять эти мягкие волосы. Появилось желание просто лечь с ним рядом и сильно обнять, чтоб не потерять, но нельзя… Через какое-то то время просыпается Арсений, смотрит, а там Антон сидит, что-то пишет в своём блокноте. Почему он находился тут, предположений у старшего не было. — Привет, а что ты тут делаешь? — спросонья спросил Арс. — Пришёл поболтать, а то скучно как-то. — Я только за, а что ты пишешь? Покажешь? — Да конечно, только допишу. Спустя минут пять он закончил, подошёл ко Арсению и протянул блокнот со стихом.

Я так скучаю по твоим глазам, По взгляду, по улыбке твоей нежной... Ты только попроси, я всё тебе отдам... Я стану ветром. Утренним и свежим... Чтоб иногда касаться твоей кожи Чтоб разбудив, тебя поцеловать И губ твоих касаться осторожно "Люблю Тебя..." тихонечко шептать. Я стану солнцем. Ярким и шутливым... Чтобы лучами в волосах твоих играть Ресниц касаться... Медленно, игриво... С тобою просыпаться... Засыпать... Я стану тайной. Неразгаданной тобою... Чтоб ты ночами думал обо мне Чтобы носил всегда меня с собою... И чтобы я всегда была твоей... Я стану тёплым пламенем свечи... Чтоб ты сумел всегда со мной согреться... Не надо слов... Ты просто помолчи... Прислушайся, как бьётся твоё сердце... Я стану кем-то... Чем-то... И когда-то... В ладонях тебе счастье подарю... Ты мой родной, любимый и... желанный... Так безнадёжно... Больно... Я люблю...

— Это очень классно, правда, мне очень нравится, — Арс поворачивает голову в сторону Антона, а тот разглядывал его. Его глаза светились каким-то счастьем, но Арсений не на это сначала обратил внимание, а на синяки. Он взял руку Антона, приподнял кофту и увидел больше… Антону стало больно от того, что Арс поднял рукав кофты, он съежился и убрал руку от него. — Это кто сделал, Антон? Кто? — он не хотел, боялся опять проболтаться… — Мне нельзя… — Что нельзя? Антон, скажи, — Арсений был в недоумение, кто мог это сделать. Хотя был один человек, который, возможно, мог это сделать. — Это Эд так с тобой? — Что? Как ты узнал? Это он тебе рассказал? — он начал сильно паниковать, боялся, что я могу сделать что-то. — Антон, успокойся, всё хорошо. Расскажи, что случилось. Антон заплакал. Сильно заплакал. Арсений подполз к нему ближе и обнял. Обнял так, что если тот вздумает уйти, не сможет. Эта поддержка со стороны Арса Антону помогла, и он успокоился. Ему нужны были эти объятия. Необходимы. Через какое-то время Антон ему всё рассказал. Была одна проблема. Если об этом узнает Эд, ему не жить, тот то не осознаёт когда бьёт, может и убить… Арсений всячески успокаивал его, он боялся своего друга, не то движение или слово, то все… — А если я с ним погово… — Нет! Прошу, будет только хуже… — Хорошо, хорошо, всё будет хорошо…

***

Антон тогда ушёл, сказав: «— Мне пора уже, а то Эд скоро придёт, он не должен знать, что я с тобой был. Спасибо большое за поддержку» Вот оно, вот какой Эд на самом деле, с самого начала он не понравился мне. Мы с Антоном обязательно что-нибудь придумаем, как это всё исправить, потому что это ненормально! Так нельзя… Самое странное что произошло, так это то, что я обнял его? Вопрос как? В прошлые разы, когда я касался его и Оксаны, они исчезали, а сейчас что? Он… не пропал.. Что со мной происходит, я не знаю, выпадаю из реальности окончательно. Возможно обнял из-за искренности, но глупая теория какая-то. Антон попросил Арса не разговаривать об этом с Эдом. Во-первых прилетит ему, за то, что рассказал всё Арсу. И ему прилетит, за то, что смеет дальше общаться ним. Страх потерял, раз решил с ним поговорить. Но всё же сомнения были, вдруг Эд врежет ему? Хотя как? Он же призрак, но он же смог обнять Антона, значит и тот сможет ударить его, но не точно. Ну, Арс на это надеялся, так как он не очень любил драки. Спустя часа 3-4 пришёл Эд. — И что опять? Я вроде просил, — Эд был какой-то раздражительный, не желая дальше разговорить, но надо было. — Хотел поговорить об Антоне… — говорить о нём было очень страшно, из-за того, что он сделал с ним.. — Он приходил? — Зачем ты его избил?! — Он тебе что, всё рассказал!? — в его глазах был гнев, он был готов придушить меня с Антоном одновременно. — Зачем ты так с ним!? Что он такого сделал, что ты его избиваешь до полусмерти?! За что он такое заслужил? — наворачивались слёзы, голос потихоньку охрип, из-за того, что кричал на него. — Тебя это не касается, и тебя я предупреждал, что будет, если ты с ним начнёшь общение. — Ты, блять, можешь ответить, что он такого сделал, что ты так с ним обращаешься? Эд был разъярённым, он не контролировал себя, из-за чего втащил мне кулаком по лицу. Из носа пошла кровь, было очень больно. — Ты... ты не нормальный! — начинаю вытирать кровь, но она не останавливается, текла без остановки. Хотелось хорошенько вмазать ему, но не выйдет. Дрался как девчонка какая-то. — Я то нормальный, в отличие от тебя, не я же лежу в психиатрической клике, — смеясь, говорил Эд. — Тебе бы тоже не помешало, ненормальный, — и ему прилетает сильный удар в висок, прилетает так, что тот аж отлетел, и походу отключился. Из височной части сочилась кровь без остановки. Арсений не ожидал от самого себя такого, что так может.

***

— У него ухудшается состояние, он начинает прям сходить с ума. Нам нужно переложить в другой корпус. Думаю там смогут это исправить. Состояние Арсения начало ухудшаться, таблетки, которые ему постоянно давали, перестали действовать, от них только побочки галлюцинаций. Он начал потихоньку отключаться от реальности, начинает жить у себя в голове, из-за чего сходит с ума. — Дмитрий, пусть он тут пару деньков побудет, мы должны понаблюдать за его состоянием, чтоб понять, куда ему точно нужно. — Да, хорошо, Ир. Тогда даю вам 3-4 дня, думаю хватит вам. — Да, достаточно.

***

Они уходят. Ничего не понятно. Голова кружилась, из-за новых таблеток было очень плохо, в первый раз не так, как сейчас. Я уснул спустя только час. Когда проснулся, рядом был Антон, лицо было у него очень грустное. — Привет, что-то случилось, Антон? — Ты когда ударил Эда, он отключился, и он сегодня пришёл в сознание, но не помнит, что произошло. — В смысле? Он не помнит, как я его ударил? — Это, и вообще что с тобой связанно.. У него амнезия… Арсений не рассчитал свои силы. Ударил так, что у человека амнезия. С другой стороны, он заслужил, с другой стороны, как-то не по себе. — Прости, Антон, я не хотел, это случайно вышло… я не рассчитал силу… — Всё хорошо, не переживай, — на лице появляется незаметная улыбка. — Антон.. — Что? — Мое состояние началось ухудшаться, и… меня собираются перевести, — его лицо сразу меняется, было понятно, что тот не хотел этого. У обоих начало всё налаживаться, и всё. Всё закончилось. Всё закончилось из-за состояния Арсения. — Когда? — Я ещё не знаю, но думаю скоро. А ты можешь быть в других местах, или только тут? — К сожалению только тут. Арсений не мог поверить, что вот так сейчас всё закончится. Его просто переведут, и он останется один, без него. Они сидели по разным сторонам мягкой комнаты и смотрели друг на друга. Говорить даже было не о чем, голова пустая. Антон снова что-то писал в своём блокноте, что вызвало у Арсения улыбку, тот это заметил и улыбнулся ему тоже. Через минуту подошёл к нему, сел и прижался ближе. Он был тёплым, он согревал Арсения. В этой комнате иногда было прохладно, и его тепло согревало его. Антон уткнулся своим носом в шею Арса. Это вызвало снова улыбку, только у обоих. Им было комфортно обоим, именно так. — Его надо сегодня перевезти в другой блок, мы не можем ждать, состояние ухудшается,— проговорила Ирина. С момента встречи с Дмитрием прошло 5 часов, она заметила ухудшения состояния Арсения. Если не предпринять меры, то есть не перевести его сегодня, то будет очень плохо. — Что именно ухудшилось? — спокойным тоном проговорил Дмитрий. — За то время, что прошло, он уснул, во сне кричал сильно. Причём кричал не так, как раньше. Походу у него из-за других таблеток увеличились побочки. — В каком смысле? Это же хорошие таблетки, всем помогали, а с ним что? — Я о том же, эти таблетки очень странно влияют на него. — Так, — врач ненадолго задумался и продолжил, — значит сегодня вечером его переведём, проследи за его состоянием до этого времени, — Ирина кивает ему и уходит, врач тоже уходит. Он не понимал, как таблетки лучшего производства делали ему только хуже. Его анализы были подтверждены, чтоб употреблять эти таблетки, чтоб ему помогало. Но ничего. Возможно другие таблетки в другом блоке помогут ему. Там врачи более профессиональные. Тут тоже, но не так, как там.

***

— Я слышала, что тебя хотят перевести в другой блок, это правда? — с некой грустью спрашивала Оксана. Она не хотела прощаться со мной, как и я с ней. — Да, из-за ухудшения состояния… То, что мне дают, это делает только хуже. После этого девушка загрустила, я даже заметил, как она пустила слезу по щеке. Мне было жалко на это смотреть. Я подошёл к ней и обнял, пытаясь хоть как-нибудь поддержать. — Понимаешь, я даже к тебе туда не смогу попасть, — тараторя, пытаясь быстрей-быстрей сказать, что давно хотела, проговаривала Оксана, — я не хочу, не хочу… — Всё будет хорошо. Может быть что-нибудь изменится и меня снова сюда вернут, так что не надо паниковать, Окс, — после моих слов, она как будто засияла и прижалась сильнее ко мне. Она нашла поддержку во мне. Это хорошо. Расставание с ней я переживу, но с Антоном… — Ирин, зови Макара, Сабурова и Шеминова, они помогут нам его прицепить к кушетке. И не забудь про снотворное. — Да, хорошо, — Ира развернулась и пошла вдоль коридора, проходя кабинеты, звать тех, кого попросил Дмитрий. Спустя минут десять, Ира приходит со всеми, а врач стоял и наблюдал за Арсением через небольшое окошко в его комнату. Это окно Арсений за полгода ни разу не замечал. И да, он уже тут полгода. Врач подметил себе, что его состояние действительно ухудшается, нужно срочно это исправлять. — Пришли. Смотрите, — и Дмитрий начинает рассказывать, как и что они сейчас должны делать. Он привозит кушетку с ремнями, которая была здесь по близости. Дальше объясняет Илье со Стасом, что они должны зайти в комнату и вколоть ему снотворное. После уложить его на кушетку, привязать ремнями и отправить в другой блок. Все всё делают как сказал Масленников, вкалывают снотворное, привязывают ремнями и отправляют в другой блок. Сабуров помогал его держать, Арсений любил брыкаться с самого начала как он сюда попал. И опять же снотворное первый раз не подействовало, пришлось увеличивать дозу. Но в дальнейшем всё прошло хорошо. Его поселили в другую комнату, она отличалась. Даже очень. Во-первых, она не была вся мягкой, как та. Эта была обычной, как в больнице. Во-вторых, здесь была кровать. Арсений раньше спал на полу съёжившись, пытаясь хоть как-нибудь согреться. Там хоть и было тепло, но недостаточно. А тут на тебе, кровать, на тебе, одеяло. Арсений очнулся через два часа. Он не понимал, где находится. Всё новое, интересное. Полы на удивление были тёплыми, даже очень, это радовало его. Радовало, что наконец-то не будешь спать на нём, а на мягкой постели. Вот это кайф был. Комната была такой же белой, из-за хорошего освещения она была через чур белой, так думал Арсений. Так он заметил, что тут есть окно. Он не был на улице полгода. Он тупо даже не видел, что происходит там за это время. Просрал полгода… Жил бы сейчас в своей квартире, лежал на своей кровати, смотрел бы какой-нибудь фильм, и гладил бы своего кота Марса. От воспоминаний было очень больно. Хотелось домой… Потом из-за воспоминаний начал вспоминать Антона и расплакался. Он даже не попрощался с ним, да и со всеми, с кем был знаком. Все они ему очень дороги: Оксана, Серёжа, Дима и, конечно же, Антон. По которому он больше всех скучает и надеется, что скоро с ним встретится… — Здравствуй, Арсений, — как будто из ниоткуда появляется новый врач Арсения. Тот не заметил его, потому что засмотрелся в окно. Этот врач был высоким, почти с самого Арсения. — Я Павел Воля, можешь называть просто Паша, — и улыбается. На это всё Арс ему ничего не отвечает. Он за это время ни с кем не общался в живую, а только со своими галюнами, но он не осознавал этого. — Не хочешь говорить, хорошо. Если я тебе потребуюсь, рядом с твоей кроватью есть кнопка, нажми на неё и я приду через ближайшее время, — и уходит. Тому было непривычно на новом месте, всё такое необычное для него, хотя это обычно для людей. К тому же с ним из врачей ни разу никто не общался. А зачем? Зачем общаться с человеком, у которого в голове не всё в порядке? Весь оставшейся день он сидел на подоконнике и наблюдал, что происходит на улице. Ничего не хотелось кроме того, как встретиться с Антоном. Каким образом? Он не знал… Поворот ручки, и дверь открывается. Это был Паша с подносом еды и с чем-то ещё. Он ставит его на стол, который был рядом с кроватью, и говорит: — Я принёс тебе еды, поешь пожалуйста, — по-доброму улыбнулся мне, из-за чего тот немного засмущался, — ещё принёс тебе порисовать, если скучно будет. Это просто всё что есть, как я могу тебя развлечь, — он похож на ребёнка, который жаждет рисовать? Да, конечно можно было его понять, хочет помочь, но не рисование… — надеюсь ты поешь, — встаёт с кровати и уходит, на прощание снова улыбнулся. Арсений смотрел на еду, еда смотрела на него, и желания есть не было никакого. Он не ел нормально ну очень давно. Вместо еды ему давали таблетки и вкалывали что-то, это утоляло голод. На подносе была тарелка с супом, кусочек хлеба и стакан сока. Еда вызвала у него какое-то отвращение, поэтому он не стал даже пытаться есть и пошёл обратно к окну. Так он просидел до конца дня, в полном одиночестве. Таблеток никаких не давали, без них было немного лучше, но всё равно херово. Здесь были тоже какие-то люди, но не было желания с ними общаться. Хотелось обратно… Обратно к Тоше…