Дыхание танца

      Очнулась я, лежащая на траве, под головой у меня были свернутые хаори. З-забота.       Глаза, все еще слипаются, и ноги плохо ходят, однако скрепя зубами плетусь к компании, что, видимо, хоронила павших.       — О, Нерисса, ты уже проснулась? — Танджиро был весьма обеспокоен моим приходом, — Ты спала так крепко, наверное, это из-за яда. Может тебе еще отдохнуть?       Молча прохожу мимо, и беру лопату. Я не бесполезна.       Рука Камадо приземлилась на мое плечо и чуть его сжала.       — Ниса, прекрати сейчас же. Ты сильно пострадала, и мы еще до конца не знаем, что с тобой. — у меня нет сил, чтобы просто стряхнуть руку. Какая я жалкая.       — Танджиро. Ты считаешь меня слабой? — губы немного дрожат. Видно из-за яда я сейчас и эмоции контролирую плохо. Соберись, тряпка, не смей еще и плакать.       — А? Что? Вовсе нет! — парень панически замахал руками, — Прости! Прости, что обидел тебя! Я правда не хотел!       — Камадо, — он замер, — хоть я выгляжу и не очень внушительно, но я тоже на что-то способна. Я, знаешь ли, за все эти годы тренировок, не только чаи гоняла. Так что не надо оставлять меня позади. Я тоже могу быть полезна.       — Извини Нерисса. Я правда, слишком беспокоился, из-за того, что ты девочка, да еще и такая маленькая. Так что на мгновение и забыл, какая ты сильная, — ну, не сказала бы что, прям-таки силачка, но да.       — Мне пятнадцать, если что.       — Правда?! Тогда мы ровесники, а ты выглядишь моложе. Ну, думаю, это хорошо, — не сказала бы.       — Надеюсь, ты понял, что я хотела сказать, — разворачиваюсь и снова беру оставленную лопату. Однако парень все еще меня не отпустил.       — Да, я хорошо тебя понял. Однако я все еще настаиваю, что тебе стоит отдохнуть. Ты же плохо переносишь яды? Ты совсем не слабая, просто с противником тебе не повезло. Не пойми неправильно, но можешь просто посидеть рядом? — в его словах я не уловила ни капли превосходства или насмешки. Видно, он искренне беспокоится за меня.       — Ладно, если ты так настаиваешь, — немного понурила голову. Ненавижу жалость к себе, но в этот раз даже приятно немного.       — Вот и отлично! И да. — протянул мне кулак с оттопыренным мизинцем, — Мир?       — Мир, — не красней, не красней. Так по-детски — мириться на мизинчиках, но всегда работает.       Однако в совсем ничего не делать я не могу. Потому решила помогать детишкам раскладывать камни на могилах.       — Тетя, Нерисса, как хорошо, что вы в порядке. Мы так испугались, когда вы потеряли сознание.       — Прости, Теруко. И за то, что тогда, в доме, была такой резкой, тоже.       — Ну что вы. Мы с братиком, хоть и боялись, но видели, какая вы смелая, и нам становилось легче, — девочка улыбнулась.       — Правда? Но все же, мне следовало быть мягче.       — Ниса, Нисочка! Наконец-то ты проснулась! Я так за тебя волновался, с тобой все хорошо?!       — Спасибо, Зеницу, со мной все почти в порядке, скоро совсем оклемаюсь. Ты сам то как? Тебя хорошо так приложили, ничего не болит?       — Со мной все нормально, главное, что ты цела, — откуда такая забота? Ну ладно, все же приятно.       Кабанчик тоже уже проснулся и прискакал к Танджиро, чтобы заставить того драться с ним. От Зеницу я узнала, что того зовут Иноске Хашибира и он конкретно так тронулся умом. Хотя второе я и так уже поняла. Мне вот интересно, Камадо реально беспокоится за кабанью башку, или это намеренная провокация, чтобы тот помогал работать?       По завершении работы мы молились об упокоении душ усопших. Кабан бился головой об дерево. Ему нормально вообще?       — Кар! Кар! Спускайтесь с горы! Спускайтесь с горы! И не отставайте!       — Ворон по-человечьи болтает!       — Он что-то вроде информатора, это нормально. — немного развею их любопытство.       Под вопли Иноске о драках мы подошли к середине горы, пришло время прощаться с ребятами.       — НИ ЗА ЧТО! НИ ЗА ЧТО, НИ ЗА ЧТОО! НЕ ПОКИДАЙ МЕНЯ, СЁИТИ, ПРОШУУУ! СЁИТИ ОЧЕНЬ СИЛЬНЫЙ, СЁИТИ ОТ ДЕМОНА МЕНЯ ЗАЩИТИЛ, НЕ УХОДИ СЕЙЧАС!       — Зеницу, ты серьезно сейчас? Отпусти ребенка. — Иногда его тяжело терпеть.       — Не видишь, как ему не ловко, а ну отпусти! — Танджиро со мной явно солидарен.       — ДРУГ МОЙ СЕРДЕЧНЫЙ, ОСТАНЬСЯ СО МНОООЙ!       — А НУ ПЕРЕСТАНЬ! — и вырубил Агацуму.       — Чет ты как-то радикально решил вопрос. Потащишь его сам. — я уж точно не подниму. Хотя у него же ребра…       Ворон Танджиро выплюнул оберег мальчонке редкой крови.       — Еще раз, большое вам спасибо. До дома мы уже сами доберемся.       — До свидания, тётя Ниса.       — Удачи тебе, Теруко! — такая милая девочка, я не могу.       — Ну же, за мной! Не отставайте!       Дело шло к закату. А кабан все еще не успокоился, господи, где у него стоп-кран?       — Дерись же! Я узнаю твою слабость и одолею тебя, лобешник! — как же прекрасно, что он меня в упор не видит.       — Никакой я не лобешник! Я Танджиро Камадо!       — Кампатро Кампоко, я одолею тебя!       — А это еще кто такой?       — Это ты!       — ААА, ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ УЖЕ ОБА! — Как же я тебя понимаю, Зеницу.       О, дом глицинии! Что-то я ни разу сюда не захаживала, хотя хотелось бы. Но как-то было не до этого.       — Здраштвуйте…       — Ам, простите, что мы так поздно явились…       — Это призрак! Приведение!       — Замолчи!       — Какая умилительная бабулечка, просто божий одуванчик! — Танджиро и Зеницу странно на меня взглянули. А, ой.       — А ты еще кто?! — а ну не быкуй на бабушек!       — Господа, охотники на демонов, я так полагаю.       — Выглядишь ты так себе. — и хотел уже было тыкнуть своей культей. Но я быстрее.       — Ткнешь в нее, палец оторву. — Сато Нерисса, на страже добрых стариков. Искренне считаю, что это лучшие люди на земле.       — А ты еще кто такой, сопляк?! — о, этот сладкий хруст костей.       — Ты что творишь?! А ну выходи драться!       — Прекратите оба! — как скажете, господин миротворец.       — Проходите. — мы вошли на территорию гостевого дома.       Нам выдали одежду и еду. Ну наконец-то, что-то съедобное.       — Ешь палочками, кабан, — Зеницу было явно неловко от абсолютного отсутствия этикета. Мне как-то нормально, хоть и мусора летит от него, как от измельчителя. Но тут Иноске решил, что у соседа всегда вкуснее и демонстративно своровал креветку Танджиро. Это провокация? Ты явно не на того напал.       Комнату мне выделили отдельно. Ну наконец-то тишина. Футон такой мягкий, как облачко, просто прелестно.       — Ваш личный врач, готов. — ах да…       После осмотра мне диагностировали анемию, вызванную ядом, трещины в двух ребрах и плечевой кости. Про ушибы и синяки даже говорить нечего. Но, в целом, сносно. За сим, доктор откланялся.       Парни что-то шумят в соседней комнате, им вообще спать не охота?       Спокойной ночи мне.

***

      — Танджиро. Раз никто не решается, тогда спрошу я…- договорить Зеницу не успел.       Из соседней комнаты раздался душераздирающий крик. Но прежде чем кто-то успел среагировать, источник прилетел сам.       — ТАМ ЗМЕЯ! ЗМЕЯ! ОНА БЫЛА ПРЯМО У МЕНЯ ПЕРЕД НОСОМ! — Нерисса влетела в комнату и приземлилась рядом с Камадо, — ТАНДЖИРО, ТАНДЖИРО, ТЫ ЖЕ МНЕ ДРУГ?! СПАСИ, СПАСИ МЕНЯ!

***

      — Успокойся, Ниса! Объясни, толком, что произошло, — парень был явно в шоке.       — Змея! — икнув, все же взяла под контроль свой голос, чтобы больше никого не оглушить, — Я лежала, никого не трогала, повернула голову, а там она! Сидит, смотрит на меня своими глазищами! — меня все еще трясет.       — Это точно была змея? — Зеницу заметно напрягся.       — Да! Еще языком своим такая «бл, бл, бл»! Так страшно!       — Мы умрем, мы точно умрем! — Агацума разделил мою панику, и мы сцепились в объятьях. Дружище, нас обязательно спасут!       — Ты так боишься змей Ниса? — Танджиро был несколько удивлен.       — Просто ужасно! Все что угодно, только не змеи! Танджиро, помогии, — почти плачу от ужаса.       — Хорошо, хорошо, я схожу посмотрю, — Камадо ласково улыбается и треплет мои волосы. Это типа поддержка? Но все же пошел проверять.       — Как думаешь он выживет? — Зеницу все еще был напряжен.       — Я верю в него, — немного посапываю носом, чтобы успокоиться.       Спустя пару минут, Танджиро вернулся. Цел и невредим.       — Все, я выпустил ее на улицу, все хорошо, ты можешь возвращаться.       — Я. Не. Вернусь.       — А, но я же ее убрал?       — А если там ее дом? А если она уже отложила свои мерзкие кожистые яйца и маленькие змеёныши съедят меня пока я сплю? А если это заговор? Вы Конан Дойля читали вообще нет? Там в рассказе «Пёстрая лента» преступник так людей убивал, слышали? — мне абсолютно плевать, какие у них аргументы. Если останусь, то меня хотя бы сожрут не первой.       — ЧТОО?! ЧТО ЗА УЖАСЫ ТЫ ЧИТАЕШЬ, НИСА? — это детективы, Зеницу.       — Ладно, тогда принесу твой футон, — долго уговаривать и не пришлось.       — Только осмотри его, пожалуйста.       — Хорошо, — ну прекрати так улыбаться, я не маленькая. Ну, фигурально.       — Зеницу, я больше никогда не буду осуждать тебя за твой ультразвук.       — А? Спасибо, — только не плачь.       Как Танджиро пришел, Агацума вернулся к теме, о которой они, по всей видимости, разговаривали. Кстати, странно, что от кабана не слышно ни звука. Наконец-то устал?       — Так скажи, почему ты носишь с собой демона в коробке? — Камадо явно был удивлен.       — Зеницу. Ты знал, что она демон, и все равно защитил? Ты и правда хороший человек. Спасибо тебе.       — Аааа?! А как иначе, если ты меня так хвалишь!       — Знаешь, у меня очень чуткий нюх. Я с самого начала понял, какой ты добрый. И сильный, — страшно представить, что ты про меня понять мог.       — Издеваешься? Я не сильный. Я еще не простил тебя за то, что не дал взять Сёити с собой.       — Повысь самооценку, Зеницу. Ты как минимум выжил, уже похвально.       — Ты обещала больше не смеяться надо мной.       Тут Незуко начала проявлять активность, чем напугала Агацуму. Кабанья башка все же подал признаки жизни и двинул блондину пяткой в челюсть.       — Привет, Незуко, — я уже соскучиться успела.       — Аааа?! — спокойно, только спокойно.       — Слишком много головой работал, — действительно, Иноске.       — Зеницу, знакомься, это Незуко, моя…       — Танджиро… Ах ты…       — А? Зеницу?       — Ах ты… ВЕЗУНЧИК ЭТАКИЙ! ПОСТОЯННО НОСИШЬ С СОБОЙ ТАКУЮ ПРЕЛЕСТНУЮ МИЛАШКУ, ПУТЕШЕСТВУЕШЬ ПО МИРУ БЕЗО ВСЯКИХ ЗАБОТ…- дальше я не слушала этот бред. Это четвертый раз за этот чертов день, когда меня оскорбляют в лучших чувствах. Все меня обижают, все меня недооценивают. Вот вырасту в роковую женщину и по мужикам пойду. Нет, никто не будет достоин такой красоты. Буду, как произведение искусства, недостижимый идеал.       Через какое-то время крики стихли.       — А, Нерисса, ты чего хнычешь? — мне уже не до тебя, Зеницу.       — Идите вы оба, — и Танджиро с тобой, за компанию.       — Аааа? — кажется до них доходит.       — Ниса! Ниса! Прости, пожалуйста! Я опять обидел тебя Нисочка?! — Агацума постарался исправить положение.       — Ниса, ты тоже очень симпатичная, не слушай никого! — я пока что только вас слушаю, Танджиро. Кажется, он считает своим кредо, чтобы всем было хорошо.       — Правда? — давайте, обманите меня красиво.       — Правда, у тебя волосы необычные. Слишком мягкие. И глаза большие, на море похожи, — не улыбайся ты так, чертов льстец Камадо, — а то, что ты худенькая, так это нормально. Ты же так стараешься, а ешь всегда как птичка. Тебе надо лучше питаться, — мама также говорит.       — Ладно, поздно уже, пора спать. — засмущали на ровном месте, никакого покоя с ними.       — Спокойной ночи.