Аромат моей любви

      Дверь в спальню Чимина с грохотом захлопнулась за Чонгуком, а его самого припечатали к деревянной поверхности, больно впиваясь пальцами в плечи. Он, конечно, не рассчитывал на теплый прием, но и к подобному готов не был абсолютно. А уж тем более к тому, что его так называемым “женихом” будет сам Пак Чимин, который всегда смотрел на него с презрением и усмешкой. И чем только Чонгук смог так обидеть вселенную, раз она продолжала его топить в этой пучине грязи и вечных издевательств? Есть ли вообще конец у черной полосы его жизни?       —Отпусти! — грубо произнес Чонгук, пытаясь убрать от себя чужие руки, под пальцами которых кожа начинала неприятно ныть и гореть. Но Чимин даже и не думал выпускать свою жертву, сверля его взглядом, наполненным отвращением и ненавистью. — Почему ты срываешь злость на мне?! Думаешь, я хочу эту свадьбу?! — нахмурив брови, прокричал Чонгук, не желая мириться с несправедливостью, с которой ему пришлось сейчас столкнуться.       —А что, разве это не так? Уверен, такой никчемный мусор, как ты, только и мечтает о том, чтобы заполучить себе благородного альфу и подставить ему свою дырку, — каждое слово отдавалось острой болью на сердце, от которого и так не осталось живого места. Люди вонзали в него осколки бесчисленное количество раз, поэтому Чонгук думал, что больно уже никогда не будет. Но, оказывается, у боли нет предела. — Почему я вообще должен связывать свою жизнь с грязным гибридом?       —Пошел ты нахуй! — выкрикнул Чонгук, чувствуя, как глаза начинает неприятно щипать. Он не сделал ничего плохого, но все видят в нем лишь отброса, в которого при желании можно и камень кинуть. Мерзкое общество, возомнившее себя настоящей элитой. — Тот факт, что ты доминантный, не означает, что тебя все хотят! Если честно, меня тошнит от тебя и таких, как ты! Самая настоящая шлюха тут не я, а тот, кто ебет все, что движется! — ткнув пальцем в грудь Чимина, выпалил Чонгук, сразу пожалев о своей несдержанности, потому что его закинули на плечо и бросили на кровать, больно сжимая одной рукой запястья над головой. — Ты совсем из ума выжил?! — и только сейчас, когда он поймал на себе этот хищный звериный взгляд настоящего альфы, Чонгук понял, в какую яму только что сам себя сбросил. Но сил молчать и терпеть весь этот яд, который распространялся по сердцу, уже просто не было. — П-погоди, остановись! — его лицо побледнело, а в глазах застыла самая настоящая паника, когда он почувствовал, как свободная рука альфы нагло блуждала по его телу, пробираясь под толстовку. — Прекрати сейчас же! — Чимин рыкнул, кусая его нижнюю губу. Капли крови отдавались неприятным привкусом железа во рту, пока в голове хаотично мелькали картинки того, что с ним могут сейчас сделать.       —Ты же сказал, что я ебу все, что движется, так почему я не могу сейчас взять своего жениха, м? — его грудь тяжело вздымалась, а зрачки будто горели огнем из-за ярости. Впервые в жизни кто-то посмел оскорбить его, назвав шлюхой. И это был даже не другой альфа или омега, которого Чимин когда-то отвергнул. Это был гибрид, в котором не было даже капли благородной крови. Никчемное создание, которое решило показать свои зубки не перед тем. — Наши родители предоставили нам такой шанс, оставив нас одних, чтобы мы познакомились поближе. Не упускай его, потому что такого, как ты, не захочет ни один альфа. Просто покорно прими мою щедрость и не раскрывай свою пасть, пока я тебе этого не позволю.       —Лучше я умру никчемным мусором, чем позволю тебе, овладеть моим телом! — и либо вселенная решила над ним сжалиться, либо удача решила ненадолго посетить его мир, когда послышался стук входной двери, оповещающий о том, что родители вернулись с прогулки.       —Ладно, сегодня тебе повезло, но не думай, что это конец, — он обхватил лицо Чонгука пальцами, больно впиваясь в нежную кожу. — Я разрушу тебя изнутри. Сожгу каждую частичку твоей гребаной души, оставив от нее лишь пепел. Если ты думал, что эта свадьба может спасти тебя, то ты глубоко ошибался, потому что я не стану с этим мириться. Я наполню каждый твой день болью и ненавистью. Поверь, лучше бы я трахнул тебя сегодня и выпустил свой пар, потому что то, что ждет тебя впереди, будет страшнее ада, — закончив свою речь, он поднялся с кровати, открывая дверь. — А теперь свали отсюда, пока я не решил продолжить начатое на глазах у твоей матери.       Стиснув зубы, Чонгук поправил на себе толстовку и спустился вниз, чтобы попросить маму вернуться домой, ссылаясь на плохое самочувствие. К счастью, Мина не стала задавать лишних вопросов, спешно прощаясь с хозяином дома. Конечно, она прекрасно понимала, что сын ей врет, но она слишком хорошо его знала, чтобы пытаться узнать правду. К тому же, не сложно было догадаться, что причина была в Чимине. Неужели она ошиблась, выбрав его в мужья?       Как только Чонгук оказался в своей комнате, которая сейчас казалась до невозможности уютной, он позволил холодной слезе скатиться по щеке. Он потратил столько лет, чтобы стать сильным, а сейчас так легко стал чьей-то игрушкой. Неужели все эти тренировки оказались бессмысленными перед лицом доминантного альфы, которому даже качаться не нужно было, чтобы вертеть Чонгуком так, как ему захочется? И что было бы, если бы родители не вернулись так быстро? Скорее всего, Чонгук лишился бы всего, что у него было. Если бы Чимин взял его силой, то шансов на восстановление уже не было бы. Но кто сказал, что этого риска больше нет? Чимин ведь обещал уничтожить его, и только от одной этой мысли по телу прошлась волна мурашек. Кто знает, что он решит сделать, чтобы достигнуть своей цели.       Все, чего Чонгук хотел, это быть принятым этим прогнившим изнутри обществом. Но всем было наплевать на то, каким человеком он был. Каждый смотрел на него, как на “грязь”, не замечая того, какой у него внутренний мир. Хоть кого-то волновало, что его интересует? Что ему нравится и чего он боится? Кому-то было интересно о том, какое у него прошлое и о чем он мечтает? Нет. Потому что таким, как он, не место в этом мире. И сколько бы Чонгук не старался бороться, жизнь все равно, подобно камню, тянула его на самое дно. А когда он смирился со всем этим, жизнь решила пробить это дно, сбрасывая его в пекло. В когтистые лапы монстра, который без сожалений разорвет его на куски. Конечно, он мог бы прийти к матери, и умолять ее передумать, но разве может он проявить слабость перед той, которая оставалась сильной все эти годы? Когда-то она, крепко сжав кулаки, стояла с гордо поднятой головой перед осуждающим обществом, принимая на себе все “камни”, которые летели в ее сторону. Чонгук просто не мог сдаться сейчас, даже если хотелось кричать так громко, чтобы весь мир смог прочувствовать его боль. Если его мама решила устроить эту свадьбу, значит, у нее на то были свои причины. Пусть будет трудно, но он должен выдержать все и не позволить Чимину разрушить его. Каким бы жестоким не был план альфы, Чонгук сделает так, чтобы тот пожалел о своем решении.       Стерев влажные дорожки от слез, он быстро принял душ и провалился в сон, решительно настроенный на завтрашнюю битву.

***

      Чонгук был готов к избиениям, к очередным насмешкам, даже к еще одной попытке изнасилования, но не к тому, с чем ему пришлось столкнуться с самого утра. Стоило ему только пересечь порог университета, как все, стоящие возле стенда студенты, обернулись, начиная шептаться. Конечно, он и раньше ловил на себе взгляды, наполненные отвращением, но сегодня в них что-то изменилось. И все встало на свои места, когда он дошел до того самого стенда. На самом верху посередине была надпись: “Шлюшка Чон Чонгук”. Громко сглотнув, Чонгук начал осматривать фотографии, на которых был изображен он с разными альфами и в разных позах. И самая ужасная фотография, где альф было больше, чем пальцев на руке, была крупнее в размерах, приковывая к себе взгляды. Конечно, как и на всех остальных, на этой в главной роли был Чонгук. Все эти снимки были обычной грязной ложью, в которую все поверили, просто потому что им так хотелось. Никто из присутствующих здесь не упустил бы шанса поиздеваться над несчастным гибридом.       Он потянулся к стенду, чтобы сорвать все это, но его схватили за запястье, а возле подписи появилась еще одна бумажка с номером телефона.       —Внимание все! — выкрикнул ненавистный Чонгуку голос. — Если кто захочет поразвлечься, то можете позвонить по этому номеру и он, — Чимин подтолкнул его вперёд к толпе, наслаждаясь своей работой, — прибежит к вам на задних лапках, чтобы удовлетворить ваши потребности. Он очень способный мальчик и любит острые ощущения, — с ухмылкой добавил он, замечая, как гибрид крепко сжимает кулаки, борясь с накатывающей злостью. — Ну как тебе шоу? — прошептал он на ухо, положив руки на его плечи. — Нравится?       —Сука! — сквозь зубы произнес Чонгук, разворачиваясь для удара. И он бы обязательно разбил Чимину нос, если бы не преподаватель, который пришел посмотреть на причину такого столпотворения.       —Что тут происходит?! — выкрикнул мужчина, поворачиваясь к злосчастному стенду. — Кажется, занятия уже начались, — холодно произнес он, заставив всех, кроме Чонгука, чья грудь тяжело вздымалась, разойтись. — Ты тоже иди, — уже спокойно обратился к нему преподаватель, начиная убирать весь этот ужас с доски. Минхек был единственным, кто не относился к Чонгуку с отвращением, но и не сильно препятствовал всем этим насмешкам. Он просто выбрал нейтральную сторону, не желая углубляться во все это.       Чонгук смахнул со щеки слезу и ушел, пытаясь сдержать внутренний крик. Все это раздражало до такой степени, что хотелось начать крушить все, что попадется под руку. Он ведь даже ни с кем не спал, чтобы его называли настолько грязным словом. И лучше бы его действительно избили, чем так жестоко прошлись по его душе. Слухи ужасны тем, что у них нет конца. Если за тобой закрепилось какое-то прозвище, то отмыться от него уже нельзя. Особенно, если ты один против целого мира.       Идти на занятия не было никакого смысла, поэтому Чонгук просто покинул эти ненавистные стены, желая немного пройтись. Он просто не был готов выдержать такое большое количество взглядов, которое, непременно, было бы направлено на него на протяжении всего дня. И не факт, что все эти люди ограничились бы только взглядами и словами. Кто знает, на что способны звери, которым бросили кость. И проверять, если честно, не хотелось совсем. Конечно, завтра легче не будет, но, по крайней мере, сам Чонгук успеет за это время хоть немного морально подготовиться к этому.       Дойдя до первой скамейки, которая была недалеко от университета, Чон опустился на слегка прохладную поверхность, прикрывая лицо руками. Все это сумасшествие разрушало его нервные клетки со скоростью света. Есть ли вообще хотя бы одна уцелевшая? Потому что по ощущениям, их не осталось вовсе. И сейчас он больше походил на бомбу замедленного действия, которая может рвануть в любой момент.       Он вздрогнул, когда почувствовал, как его плеча кто-то коснулся. И не грубо, как обычно, а аккуратно. Подняв голову, он наткнулся на два больших обеспокоенных голубых глаза, которые смотрели на него совсем не так, как все те люди, что окружали его. Но Чонгук понимал, что это лишь от незнания. Если этот парень поймет, что перед ним гибрид, то мягкость в его взгляде исчезнет моментально. И судя по его внешности, этот парень не был корейцем.       —У вас все хорошо? — его голос был таким успокаивающим, что Чон даже смог немного выдохнуть с облегчением. Давно он уже не разговаривал с кем-то вот так без осуждения и отвращения, направленного в его сторону. Это приятно, на самом деле.       —Все нормально, — приподнимая уголки губ, ответил Чонгук.       —Вы выглядите расстроенным, — продолжил парень, все еще беспокоясь о незнакомце.       —Откуда вы? — поинтересовался Чонгук, замечая, что у парня европейский разрез глаз.       —Я Джейс, — представился незнакомец, протягивая руку, но тут же убирая ее, не получая ответной реакции. — Студент по обмену. Приехал вчера из Канады, — не стирая с лица дружелюбную улыбку, продолжил он. — Я пытался найти университет и увидел вас. Мне показалось, что вы плохо себя чувствуете, поэтому решил узнать, может, вам нужна помощь, — Чонгук резко перевел взгляд с ровных губ на глаза, замечая небольшую родинку под правым.       —Я гибрид, — выпалил он, не желая тешить себя надеждами. — Поэтому не стоит волноваться обо мне, — он поднялся со скамейки, желая поскорее уйти отсюда, пока в его сторону не полетели оскорбления. Но Джейс поднялся следом, смотря с еще большим беспокойством.       —Так вот почему вы были грустным, — Чонгук застыл на месте, когда его сжали в теплых объятиях. Он не знал, как ему поступить, потому что такое случилось с ним впервые. К нему всегда боялись прикасаться, будто он какой-то заразный. — Я наслышан о том, как к вам тут относятся, — он отстранился, замечая на чужом лице замешательство. — Простите! — воскликнул Джейс, понимая, что перешел черту. — Я просто подумал, что вы были бы не против.       —Все н-нормально, — запинаясь, ответил Чонгук. — В вашей стране все не так?       —У нас равноправие и толерантность, поэтому подобного никогда не случается, — Чонгук и не думал, что хоть где-то есть люди, которые не издеваются над такими, как он. Не то чтобы он пытался найти информацию. Просто был уверен, что так везде. Однако стоит ли так слепо верить незнакомцу. Кто знает, может его прислал Чимин, чтобы ударить побольнее.       —Простите, но мне нужно идти, — быстро произнес Чонгук, срываясь на бег.       Жизнь всегда издевалась над ним, ударяя побольнее. Он провел в ненависти все свое время, поэтому поверить в то, что вселенная решила сжалиться над ним и сделать такой подарок, было нереально. Разве мог быть в этом мире хоть кто-то, кто встал бы на его сторону? Конечно, нет. И Чонгуку не нужна ложная надежда, которая разрушит даже сильнее, чем все эти унижения. Лучше он продолжит жить в своем мире, где свету нет места. И никогда не будет, потому что тьма уже давно не только вокруг, но и внутри.