Аромат моей любви

      Чимин, если честно, никогда не был сторонником настолько жестоких методов, какими он собирался уничтожить несчастного гибрида. Конечно, он мог поиздеваться над кем-нибудь, или отпустить грубую шутку, но он всегда ставил для себя четкие границы, переступать через которые было нельзя. Он прекрасно осознавал, какие последствия могли быть у его действий, поэтому старался доводить своих жертв лишь до края обрыва, а не кидать их в эту пустоту без нотки сожаления. Но Чонгук стал тем самым исключением, которое сорвало все оковы, вытаскивая наружу всю злость, которой альфа только мог обладать. И то, что было вчера, когда он украсил этот стенд, было лишь началом ада, в котором гибриду предстояло очутиться. По словам отца, у них есть полгода, и если от желаний Чимина ничего не зависит, значит, он сделает так, чтобы Чонгук был настолько сломлен, что упал бы на колени перед мистером Паком, умоляя отменить эту никому ненужную свадьбу.       По плану, второй день должен был начаться с небольшого шоу, ради которого альфа даже пришел пораньше, чтобы подловить гибрида до начала пар. У Чимина не было никаких сомнений в том, что Чонгук обязательно придет даже после того, как его полили грязью. Пусть этот гибрид и был изгоем, но он никогда не был трусом. Чувство страха просто уничтожило бы его еще в школе из-за тех издевательств, которые свалились на его голову.       Как только знакомая макушка показалась в коридоре, двое парней подхватили его под руки и потащили в сторону туалета, грубо заталкивая внутрь. Чонгук едва смог удержать равновесие, чтобы не упасть на колени перед тем, кто такому повороту событий был бы только рад. В воздухе витал запах доминантного альфы, от которого после того случая в комнате, начало тошнить. Возможно, если бы такой аромат исходил от кого-то менее отвратительного, Чонгук бы смог даже им насладиться, потому что мята никогда не вызывала у него отвращение. Но факт смешивания ее с грязью менял многое.       —Так и будешь стоять? — с вызовом произнес Чонгук, которому уже надоело ощущать на себе этот прожигающий взгляд. Чимин хмыкнул, отталкиваясь от раковины, на которую все это время упирался своими ягодицами. — Я прекрасно понимаю, что сейчас будет происходить, но не думай, что я буду, как послушная зверушка терпеть это.       —А ты не боишься, что сопротивление может повлечь за собой очень серьезные последствия? — он подошел вплотную, кивнув двум парням, которые все это время стояли позади. Чонгук хмыкнул, сбрасывая рюкзак на пол. Видимо, без драки на этот раз точно не обойтись.       —Прекрати запугивать и начни действовать, потому что до начала пар не так много времени. Не хотелось бы из-за таких, как вы, — с отвращение произнес он, — опаздывать. Я, в отличие от вас, хочу получить достойное образование.       —Раз ты так этого просишь, — на его лице появилась хищная улыбка, а глаза загорелись так, будто в них были встроены два фонарика. — Вы же хотели его трахнуть, прошу, — обратился он к парням, которые только ждали разрешения, чтобы перейти к действиям.       Чонгук развернулся к двум, судя по запаху, альфам, крепко сжимая кулаки. Гибрид быстро окинул их взглядом, пытаясь продумать план действий. Нападать первым не было никакого смысла, потому что эти парни по комплекции были хоть и не сильно, но крупнее. Один из них был одного с гибридом роста, а второй немного выше. Но Чонгука не пугала эта разница, потому что он сталкивался с подобными альфами уже не раз. И если ему снова предстоит получить пару ссадин, то он не против, потому что так он, по крайней мере, сможет показать этим никчемным созданиям, что не все в этом мире решает природа. Хоть и с Чимином это не сработало. Но именно поэтому доминантный альфа и является вершиной пищевой цепи. Однако даже на него можно найти управу, нужно только копнуть немного глубже. И Чонгук обязательно найдет и его слабое место, сколько бы времени на это не потребовалось.       Тот альфа, что был повыше, подошел поближе и попытался схватить Чонгука правой рукой за воротник рубашки, чтобы прижать к стене, но гибрид перехватил его за запястье, выворачивая руку парня влево и нанося несколько прямых ударов по лицу. Капли крови хлынули из разбитого носа, падая на белый кафель. Чонгук перевел взгляд на второго альфу, который с рыком набросился на него, сбивая с ног. Больно ударившись спиной и затылком о твердую поверхность, гибрид простонал, но тут же громко втянул воздух, когда его ударили ногой в бок. И если первый альфа действовал необдуманно, недооценив врага, то этот парень после того, как его другу разбили нос, был гораздо резче и жестче. Однако Чонгук не собирался просто лежать и ждать, когда от него не оставят живого места и в конечном счете изнасилуют, поэтому, когда его вновь попытались пнуть, он слегка откатился в сторону, быстро поднимаясь на ноги. В ушах слегка звенело, а картинка перед глазами иногда начинала мутнеть, но это не помешало ему увернуться от еще одного нападения, нанося удар уже по паху альфы. И Чонгук бы обязательно победил в этом сражении, если бы не упустил одну очень важную деталь: парня с разбитым носом, который все это время стоял позади, пытаясь остановить кровотечение.       —Зря ты все это начал, — грубо произнес альфа, прижимаясь своей грудью к спине Чонгука и окольцовывая его так, чтобы он не смог высвободить свои руки. — Мы хотели лишь немного с тобой поразвлечься, но, боюсь, теперь нам придется выебать тебя так грубо, что ты даже стоять не сможешь, — второй альфа, который явно не собирался прощать этот удар ниже пояса, подошел вплотную, ударяя Чона по лицу. Его губы расичнулись в злорадной улыбке, а запах дыма стал чувствоваться отчетливее.       —Сука, сначала тебе придется попробовать мой член на вкус, прежде чем твоя дырка сможет нас принять, — он грубо впился в губы гибрида, прикусывая его разбитую нижнюю, заставляя того зажмуриться и зашипеть от небольшой боли и неприятного привкуса железа. — Надеюсь, ты сосешь также хорошо, как и дерешься, — с ухмылкой произнес он, начиная расстегивать ремень собственных брюк.       —Хватит! — выкрикнул Чимин, почувствовав тошноту от всего происходящего. Он все еще хотел сломать Чонгука, но, почему-то видеть, как это делают другие, было неприятно. Если кто его и возьмет, то он сам. Он должен лично стать тем, кто разрушит этого парня. — Выйдите оба! — скомандовал он, заставив двух парней с неким разочарованием отпустить гибрида и оставить их наедине. Чонгук медленно перевел на него взгляд, пытаясь восстановить уплывающую от него реальность. — Понравилось? — полушепотом произнес он, стирая большим пальцем капельку крови, вытекающей из разбитой губы гибрида.       —Отличное представление, — выпустив смешок, ответил Чонгук. — Чего остановил их? Хочешь быть первым, кто попробует меня на вкус? — он тряхнул головой, когда почувствовал, что сознание собирается покинуть его. Сейчас никак нельзя было закрывать глаза. Только не перед Чимином, в чьей голове не было ни одной хорошей мысли. — Неужели даже с таким мерзким гибридом, как я, у такого доминантного альфы заиграло чувство собственности?       —Ты прав, — кивнув, произнес Чимин, прижимая гибрида к холодной стене. Он медленно провел рукой по чужому бедру, чувствуя, как Чонгук вздрогнул от таких действий. — Как же мне быть? Я мог бы прямо сейчас взять тебя, потому что сил на сопротивление у тебя все равно не осталось, — он наклонился поближе, оставляя невесомый поцелуй на гладкой щеке. — Но так будет совсем неинтересно. Гораздо приятнее чувствовать, как ты сопротивляешься, в итоге поддаваясь собственным инстинктам, — игриво прошептал он на ухо Чонгуку, опаляя его своим горячим дыханием. — Но знаешь, чего мне хочется гораздо больше секса?       —Разрушить меня, — спокойно ответил гибрид. — Но, скажи мне, когда ты разбиваешь кружку, ты можешь вновь сломать ее? — ответа не последовало, но он и не нужен был, потому что вопрос был риторическим. — Конечно, ты можешь разбить осколки на еще более мелкие. Вот только ломать ты уже будешь не саму кружку, а лишь то, что от нее осталось. И все мы понимаем, что смысла в этом нет никакого. Точно также и со мной. Я уже разбит изнутри, ты лишь пытаешься доломать остатки. Но разве можно заставить страдать того, кто и так не чувствует вкуса жизни? — оттолкнув от себя альфу, с чьего лица сошла улыбка, Чонгук поднял рюкзак и вышел из злосчастного туалета, направляясь в сторону медкабинета.       Голова все еще трещала от удара о грязный пол, а в ушах стоял невероятный звон, но он продолжал идти вперед. Было ли ему сейчас страшно? Нет. Было мерзко и неприятно, но не страшно. Он был готов к чему-то подобному, потому что те фотографии были сделаны как раз таки с такой целью. И если бы его сегодня все же попытались поставить на колени, он перешел бы к более жестоким методам, поставив на кон уже свою жизнь.       Ему оставалось сделать всего пару шагов до нужной двери, как ноги подкосились. Однако вместо жесткого пола он почувствовал чьи-то руки, которые бережно придерживали его за талию, не давая упасть. Чонгук несколько раз моргнул, пытаясь понять, кто это был, но картинка перед глазами потемнела, а сам он окончательно потерял связь с реальностью. Парень, который так вовремя появился возле медкабинета, подхватил его на руки и занес внутрь, укладывая на кровать, чтобы медсестра могла его осмотреть.       Чонгук не знал, сколько прошло времени с тех пор, как он потерял сознание, но по ощущениям не больше пятнадцати минут. И судя по едкому запаху лекарств, он сейчас находился в медкабинете, дойти до которого самостоятельно он так и не смог. Медленно раскрыв глаза, он повернул голову вправо, натыкаясь на того самого парня, который вчера заговорил с ним в парке. Джейс мирно сопел, положив голову на край кровати, на которой лежал гибрид. В голову приходила лишь одна мысль: это он донес его до кабинета. И, вроде, Чонгуку стоило бы обрадоваться, что есть хоть кто-то, кому на него не наплевать, но он не ощущал ровным счетом ничего. Даже небольшого трепета от чужой заботы. Он просто не привык к такому, поэтому его все это даже больше напрягало, чем заставляло улыбнуться. Кто знает, что скрывается за этой маской доброты?       Чонгук попытался аккуратно подняться, чтобы не разбудить парня, но стоило ему лишь немного пошевелиться, как тот резко выпрямился, хлопая полусонными глазами. Наконец, сфокусировав взгляд на гибриде, он с облегчением выдохнул, широко улыбаясь.       —Как хорошо, что ты проснулся, — он хотел взять Чона за руку, но тот сразу ее одернул, напрягаясь еще сильнее. Чужие прикосновения все ещё вызывали в нем отторжение.       —Сколько прошло времени с тех пор, как я отключился? — охрипшим ото сна голосом произнес он.       —Почти два часа, — посмотрев на наручные часы, ответил он, заставив гибрида широко раскрыть глаза от удивления. — К счастью, обошлось обычным сотрясением. Я боялся, что может быть что-то серьёзное, потому что выглядел ты очень плохо, — в его голосе слышались нотки беспокойства, но Чонгук продолжал их игнорировать. — Скажи мне…       —Это ты донес меня? — перебил его Чонгук, прекрасно понимая, какой вопрос Джейс хотел ему задать, но отвечать на это, если честно, не хотелось совсем. Это были только его проблемы, поэтому посвящать в это все еще и незнакомого человека гибрид не собирался.       —Да, — улыбаясь уже немного грустно, ответил он, поднимаясь с места и протягивая Чонгуку стакан с водой и небольшую таблетку, которые все это время были на тумбочке возле кровати. — Медсестра попросила меня проследить, за тем, чтобы ты это выпил.       —Спасибо, — он принял сидячее положение и закинул белую таблетку в рот, запивая ее. Поморщившись от горького привкуса, который осел на языке, Чонгук сделал еще пару глотков, прежде чем поставить пустой стакан на место. — Я не хочу тебя как-то обидеть, но больше не пытайся мне помочь, хорошо? Поверь, я могу и сам со всем справиться, а вот ты заработаешь себе кучу проблем.       —Нет! — резко выпалил Джейс, нахмурив брови. Он привык действовать от чистого сердца, не боясь последствий, и сейчас не собирался прятаться из-за первой возникшей преграды. Ему было все равно, кем по статусу являлись те, кто сотворил с Чонгуком такое. — Почему ты так яро отталкиваешь меня? Я лишь хочу стать тебе другом.       —Мне не нужны друзья, — как-то слишком грубо произнес он, отворачиваясь в сторону, чтобы не видеть этот грустный щенячий взгляд. — Просто игнорируй все, что происходит, иначе проблем у тебя будет гораздо больше чем у меня.       —Не хочу! — выкрикнул Джейс, расстраиваясь еще сильнее. Его всегда воспитывали сильным альфой, который должен защищать слабых. И пусть Чонгук и не выглядел слабым, но внутренние инстинкты так и кричали о том, что этот парень нуждался в его защите, хоть и сам признавать этого не хотел. — Если ты боишься, что я окажусь таким же, как и все те, кто тебя обижает, то я докажу тебе, что я не такой. Запомни, я не сдамся и обязательно стану тебе другом, — он достал из рюкзака банановое молоко и всучил его Чонгуку, прежде чем выйти из кабинета.       Нервно выдохнув, гибрид перевел взгляд на баночку, на которой была надпись “Поправляйся!” и небольшой улыбающийся смайлик под ней. Наверное, будь Чон омегой, он бы сейчас расплылся в нежной улыбке от таких милых действий. Но у гибридов в этом мире нет права на счастье.       Чонгук бы и рад подпустить кого-то близко, но он уже получал нож в спину, чтобы вновь слепо поверить кому-то, кто пытался стать ему другом. Все они сначала строят из себя добрых, пока на голове Чонгука не появляются кроличьи ушки, превращая его в объект для насмешек. Он слишком хорошо знаком с этим миром, чтобы давать людям шансы. Ему, действительно, не нужны никакие друзья, потому что быть одному гораздо проще. Потому что защитить его все равно не сможет никто. Даже если Джейс окажется хорошим, разве может он сделать хоть что-то с предстоящей свадьбой? Все уже решено двумя родителями, но, как сказала мама, у них есть полгода, и если за это время между ними не возникнет никаких чувств, то все отменят. А в том, что они никогда не смогут полюбить друг друга, Чонгук был уверен на сто процентов, поэтому осталось лишь подождать, когда это время пройдет, и тогда оковы с его шеи спадут, а он сам сможет вдохнуть с облегчением.       Поднявшись с кровати, Чонгук подошёл к урне, чтобы выкинуть то, что ему только что нагло всучили. Но разжать пальцы и отпустить баночку в полет он так и не смог, забирая её с собой. Всё же, банановое молоко он очень любил, поэтому не стоило так глупо разбразываться продуктами. К тому же, это не означало, что он принял предложение Джейса. Между ними никогда не будет дружбы, как бы сильно тот не старался.