Пэнси Паркинсон. Часть 2. Люблю

Последующие две недели слились в один долгий тяжелый день, полный забот, страха, волнений и работы. Необходимо было составить план действий, собрать по крупицам всю ценную информацию. Имена, роли, даты, намерения. Пэнси была главным информатором. Она исправно посещала сходки новых Пожирателей, запоминала все подробности и докладывала отряду Грейнджер. Сьюзен аккуратно собирала все добытые сведения воедино, методично записывая их в тетрадку своим крупным почерком и выделяя важные моменты цветными карандашами. В этом вся Сьюзен. Удивительно, что теперь ее манера делать записи перестала раздражать Пэнси и даже вызывала умиление. Поттер отвечал за боевую поддержку и готовился в нужный момент задействовать авроров. Он не торопился раскрывать коллегам информацию о заговоре, боясь лазутчиков, но обещал их содействие на заключительной стадии «операции». Рон очень кстати принес из магазина Уизли некоторые магические артефакты, которые могли бы быть полезными как Пэнси в ее шпионской миссии, так и остальным членам отряда, пока что остававшимся за кулисами. Например, маячок для слежения и подслушивания, который давал возможность кому-то из отряда практически присутствовать на собраниях Пожирателей вместе с Пэнси и в случае чего знать ее местонахождение. Также на плечи Рона лег и продовольственный вопрос. Во время «заседаний» команды в Норе он отвечал за еду и напитки, отчего периодически бегал по дому в фартуке со взъерошенными волосами и то и дело вынужден был переспрашивать важную информацию, пропущенную из-за частых отлучек к плите или чайнику. Роджер, как выяснилось, готовился к сдаче экзамена на аврора и вынужден был проводить большую часть времени в тренировочном центре. Он исправно появлялся на собраниях отряда, внимательно запоминал всю новую информацию, штудировал книги в поисках полезных заклинаний, но у него совсем не было времени поговорить с Пэнси после того утра. Их поцелуй закончился так же сумбурно, как и начался. Они не знали, что друг другу сказать. Роджер удостоверился, что девушка в порядке, и вежливо попрощался, будто бы ничего и не было. Пэнси не на шутку взбесило его поведение, но она не решилась его останавливать. Две недели они перебрасывались ничего не значащими фразами, кидали друг на друга долгие задумчивые взгляды украдкой и, наверное, оба мечтали и одновременно ужасно боялись поговорить откровенно. Никто из отряда, кажется, не заметил изменений в их взаимоотношениях, и это к лучшему. Все и так на пределе, не хватало еще любовной драмы… Его слова не выходили из головы. Это не было признанием в любви, так ведь? Он сказал, что как бы он ни боролся со своими чувствами, она всё равно будет для него одной из самых красивых. Значит, он боролся. Потому что ее внешность, очевидно, не играла решающей роли. Что же тогда? Чего он ожидал? Она ведь никогда не давала ему повода полагать, что он сможет изменить ее взгляды. Зачем тогда было начинать? Не смог сдержаться? Так ему и надо… – Пэнси? – голос Сьюзен отвлек от мыслей, крутившихся в голове на повторе, – Как ты себя чувствуешь? Почему она спрашивает? Всё настолько плохо? – Нормально… – она как-то об этом и не задумывалась. Так много дел, не до самочувствия. Сьюзен выглядела серьезней обычного. Сосредоточенный взгляд, руки скрещены на груди. Волнуется? Злится? С чего бы… – Нормально? – недоверчивый тон. Пэнси тяжело выдохнула и отвернулась. – Сегодняшнее собрание длилось дольше предыдущих. Что-то случилось? Изменились планы? – Сью говорила об очередной сходке новых Пожирателей, с которой Пэнси только что вернулась. Как только она оказалась дома, то сразу же направилась в Нору. Сьюзен встретила ее у камина. В Норе было подозрительно тихо. Наверное, остальные еще не подошли. Даже с кухни не доносилось привычного шума и ворчания кого-нибудь из Уизли. – Они потеряли след Малфоев и Гринграссов* и начали что-то подозревать, – устало ответила Пэнси, – Пока что не меня, но, возможно, будут дополнительные проверки на верность. Сьюзен вдруг нецензурно выругалась и стала быстро ходить взад-вперед по комнате. – Не знаю ни одного зелья, маскирующего ложь от сыворотки правды… – бормотала она. – Не надо, – холодно отозвалась Пэнси, – Если ты не заметила, метка еще не прожгла мне руку насквозь, а значит, я пока что не предатель в полном смысле этого слова. Пока дойдет до меня, я успею что-нибудь предпринять. – Хорошо, – после паузы выдохнула Сью и подошла ближе, – Обсудим это позже. Как твое самочувствие? – Ты хочешь знать, ем ли я что-нибудь? – холодно отозвалась Пэнси. – Извини, я не хочу на тебя давить… Но если нужна помощь, я всегда рядом. Тяжелый вздох вместо ответа. Было очевидно, что Сью волнуется и искренне хочет помочь. Она не злорадствует и не издевается. Ей по-настоящему страшно и больно, и она не пытается это скрыть. Так непривычно… – Спасибо, – Пэнси пересилила гордость и повернулась к девушке, – Правда, спасибо. Благодаря тебе мне стало легче. Честно. Твое зелье работает. Меня уже почти не тошнит после еды. Ну… Почти… В памяти снова всплыл тот злосчастный вечер после получения метки. – Зелье помогает с симптомами, но с причиной ты должна разобраться сама, – серьезно произнесла Сьюзен, внимательно глядя Пэнси в глаза, – Все наши страхи в голове. – Я не боюсь, – с досадой прошептала Пэнси, отводя взгляд, – Это не страх. Это отвращение. Я… я не могу принять, что кто-то может считать меня красивой просто так, без всего этого, без маски… Зачем ты ей это рассказываешь?! Ты вообще никогда никому об этом не говорила! Прекрати сейчас же! Она будет считать тебя жалкой! – А какая разница, что думает кто-то? – как-то очень легко отозвалась Сью и даже улыбнулась, – Главное ведь, что ты любишь себя такой, как есть. Любишь ведь? Пэнси замерла и уставилась на девушку в недоумении. Что это вообще значит?! Любить себя? Как это? Да, она гордилась своей чистой кровью, своим образованием, фамилией, связями… Но что из себя представляет сама Пэнси Паркинсон? Можно ли ее любить просто так, со всеми ее недостатками и несовершенствами, заносчивым характером, жестокими шутками, толстыми щеками и короткими ножками… «Пэнси, ты одна из самых красивых девушек, что я видел», сказал он тогда. И он просто не мог врать, не так, не глядя ей в глаза. Он не мог принять ее взгляды и смириться с ее характером, но он по-прежнему считал ее красивой. Невероятно красивой. – Иди сюда, – Сью раскрыла руки. Пэнси шагнула ей навстречу. Сьюзен крепко сжала ее в объятьях и, будучи на несколько дюймов ниже, уперлась подбородком ей в плечо. – Ты сильная, очень сильная и такая храбрая, – твердо произнесла она, сильнее сцепляя руки на спине Пэнси, – Я бы так не смогла. Подумать только… Эта метка, эти страшные люди… Ты всё вытерпела. Ты мой герой, правда. Вся наша команда обязана тебе, Пэнси. Ты хоть понимаешь, какая ты смелая? Сью говорила что-то еще, что-то очень простое и доброе. Что-то, что Пэнси никто и никогда не говорил. Что-то, в чем она так нуждалась и что заставляло сердце плавиться от нежности и тоски. Эта девочка, кроткая, как домовой эльф, ласковая, как котенок, и такая мудрая… Ее зелья лечили тело, а слова смогли пробраться в самую душу. В глазах помутнело от слез. Но Пэнси плакала не от страха и жалости к себе. Она плакала от нежности и благодарности. За то, что Сью просто сдержала обещание. И они справятся, обязательно справятся. Вместе. И всё обязательно будет хорошо. Традиционное собрание в Норе с чаем и сладостями прошло спокойно. Тетрадь Сью пополнилась несколькими важными записями. Узнав, что семьям Драко и Дафны удалось ускользнуть, команда немного расслабилась. Атмосфера из нервно-напряженной постепенно становилась воодушевляющей. В этот вечер не раз прозвучали одобрительные слова в сторону Пэнси. Даже Гермиона отметила ее смелость и хладнокровие, отчего сама Пэнси только иронично хмыкнула. Похвала Грейнджер всё еще казалась ей слишком вымученной, между ними по-прежнему чувствовалось недоверие. Или Пэнси это только чудилось… Посиделки у камина закончились далеко за полночь. Всех уже порядком клонило ко сну. Хорошо, что впереди выходные. Чувствуя подступающую дремоту, Пэнси попрощалась с командой и направилась в коридор, намереваясь прогуляться перед сном. Она даже предусмотрительно захватила с собой пальто. – Могу я тебя проводить? – девушка вздрогнула и обернулась. Роджер стоял у входа в прихожую, заслоняя спиной и без того тусклый свет из гостиной. Его выражение лица сложно было разглядеть в полумраке, но голос казался немного уставшим. Девушка помедлила с ответом, собираясь с мыслями. Она вроде бы и хотела пройтись в одиночестве, но где-то глубоко в душе надеялась, что он последует за ней. – Идем, – наконец кивнула она и направилась к выходу, пока Роджер надевал пальто и завязывал шарф. На улице действительно было почти морозно. Октябрь решил заявиться в Лондон вместе с промозглым ветром и первыми заморозками. Парень вышел следом и остановился рядом, вглядываясь в темноту. Он выдохнул облачко пара и поежился. – Не замерзнешь? – отстраненно спросил он, окидывая девушку взглядом. – Здесь недалеко, – так же сухо ответила Пэнси и направилась в сторону главной улицы. Роджер шел за ней, держась на небольшом расстоянии, словно опасаясь приблизиться. Пэнси сбавила шаг и обернулась. Парень нагнал ее и поравнялся, видимо, всё еще не решаясь нарушить назначенную им самим дистанцию. – Замерз? – девушка заметила, что у него покраснели кончики ушей. – Не люблю холод, – пробормотал Роджер, бросив на Пэнси быстрый взгляд, и тут же отвел глаза. – Тогда шевелись быстрее, – усмехнулась Паркинсон и протянула ему руку. Парень вопросительно уставился на ее ладонь. Пэнси нетерпеливо закатила глаза. – Давай уже, идем. Роджер почему-то с опаской вытащил руку из кармана. Девушка схватила его заледеневшие пальцы и потащила парня за собой, ускоряя шаг. Особняк был уже совсем близко. У ворот Роджер резко затормозил и почти вырвал свою руку из ее руки. – Я пойду, – твердо произнес он, сделав несколько шагов прочь. – Стой! – Пэнси тяжело дышала от быстрой ходьбы. Парень замер. – Зайди внутрь, отогрейся, вернешься домой через камин, – тоном, не терпящим препирательств, скомандовала Паркинсон и, толкнув створку ворот, быстро направилась ко входу в особняк. Не оборачиваясь, она знала по звуку шагов, что Роджер помедлил, но все-таки последовал за ней. Дверь захлопнулась с глухим стуком. Они стояли друг напротив друга у самого выхода, шумно дыша. Взгляд парня лихорадочно скользил по лицу Пэнси, щеки раскраснелись от мороза. – Черт, – вдруг резко бросил он и сделал несколько шагов по прихожей, прижимая ладонь к груди. – Эй, в чем дело?! – не выдержала Пэнси. – Не могу так, не могу… – бормотал он, заходя на второй круг. – Что ты не можешь?! – недоумение и раздражение. Роджер остановился напротив девушки, борясь с противоречивыми чувствами. – Я должен тебя оставить, а я не могу… – в отчаянии прошептал он, – Дурак! Пэнси замерла с открытым ртом, не зная, что ответить и как это понимать. Ей хотелось закричать. Даже не так, ей хотелось заткнуть уши руками и визжать что есть мочи. Попытаться заглушить дикую панику, поднимавшуюся откуда-то из глубин подсознания. Ее снова бросают. Он ее бросает. – За что? – одними губами произнесла она, стараясь унять всё усиливающуюся дрожь во всем теле. Роджер, кажется, не ожидал такой реакции. Он широко раскрыл глаза и попятился. – Пэнси, я ведь грязнокровка, – растерянный тон, почти изумленный, – Мы не можем… Ты же сама понимаешь. Я не смогу… Не смогу дать тебе то, чего ты желаешь. И не смогу быть для тебя забавной игрушкой. – Что?! – в ее голосе столько боли, что парень вздрогнул от неожиданности, – Ты отшиваешь меня, потому что боишься? Пэнси шагнула ему навстречу, закатывая левый рукав блузки. Роджер сделал еще несколько шагов назад, пока не уперся в стену. Девушка подошла почти вплотную и подняла руку так, чтобы метка на запястье была у него перед глазами. – Боишься меня??? – прошипела она, пряча отчаяние за яростью, – Или тебе противно быть рядом с фанатичкой? Роджер отвернул голову и зажмурился. – Смотри на меня!!! – заорала Пэнси, – Скажи мне это в лицо! Парень медленно открыл глаза и наклонился вперед. – Я тебя не боюсь и не ненавижу, – тихо, но четко произнес он, не отрывая от нее взгляда, – А ты? Губы задрожали. Пэнси прикусила их, сдерживая всхлипы. – Я… – да, а что ты?! – Я… Я не знаю!!! Не знаю… Слезы покатились по щекам. Девушка уткнулась в плечо Роджера, сотрясаясь в рыданиях. Парень тут же обнял ее, крепко прижимая к себе и утыкаясь лбом ей в макушку. – Прости, прости… – шептал он, понимая, что перестарался, – Я хотел оттолкнуть тебя сразу, пока мы еще не привязались друг к другу. Прости… Я не смог. Я пытался напомнить тебе о том, кто мы… Но, кажется, это я здесь оказался сумасшедшим фанатиком… Я только напугал тебя. Рыдания постепенно перешли в тихие всхлипы. Наконец, Пэнси подняла голову и заглянула в глаза парню. – Дай мне шанс, – еле слышно произнесла она, – Дай мне шанс измениться. Прошу. Я не хочу всю жизнь жить с ненавистью. Пожалуйста… – Боги… – выдохнул Роджер, – Конечно. Прости меня… Я правда дурак. Они усмехнулись почти синхронно и тихо рассмеялись сквозь слезы. Возможно, у них ничего не получится. А может, они проживут вместе всю жизнь. Главное, что они сделали первый шаг навстречу, борясь с предрассудками и страхом. Они открыто взглянули в лицо неизвестности и приняли ее как неизбежное. – Хочешь чаю? – улыбнулась Пэнси. – Не откажусь, – мягко ответил Роджер. – Я скажу Эльси. – Думаю, мы способны справиться с чаем сами, – подмигнул парень. Девушка поджала губы и хмыкнула. – Могу наколдовать, – пожала она плечами и потянулась к палочке, спрятанной за поясом. – Идем на кухню, – Роджер подал ей руку. Приглушенный свет от нескольких свечей под потолком, запах трав, шум закипающего чайника. Даже от заклинания воде требовалось время, чтобы достичь нужной температуры, и это равномерное шипение приводило нервы и мысли в порядок. – Мята с чабрецом или василек с мелиссой? – Роджер выставил на стол аккуратно подписанные баночки с травами. Видимо, он успел подглядеть за Эльси и выяснить, где она прячет ингредиенты для чая. – Всё вместе, – Пэнси пожала плечами. Зачем выбирать? Парень удивленно поднял на нее глаза. – Что? – девушка встретила его взгляд невинной улыбкой, скрывающей усмешку, – Я не очень разбираюсь в чае, предпочитаю кофе. Роджер покачал головой и послушно засыпал в заварочный чайник всех трав понемногу. – Возможно, сегодня ты изобрела новый чайный букет, – подтрунивал он. – Это было несложно, – усмехнулась Пэнси, убирая палочку от чайника с кипятком, – Заливать? – Давай, – кивнул парень. Запах трав усилился и наполнил кухню. Девушка прикрыла глаза и втянула в себя ароматный воздух. – Нравится? – голос Роджера стал ниже и тише. Пэнси распахнула глаза и встретилась с пристальным взглядом парня, на секунду потеряв нить разговора. – Очень… – улыбнулась она, прикусывая губу. – У нас есть пять минут, пока чай будет завариваться, – Роджер с хитрой улыбкой обогнул стол и приблизился почти вплотную. – Пять минут на ч… Она не успела договорить. Парень притянул ее к себе за талию и поцеловал. Сначала осторожно, нежно, но, не почувствовав сопротивления, полностью погрузился в поцелуй. Он пах печеньем, морозом и чабрецом. С ним было уютно и совсем не страшно. Рядом с ним, в его объятьях Пэнси впервые за очень долгое время почувствовала себя… дома. Она разорвала поцелуй, но не отстранилась. Вглядываясь в его синие глаза, затуманенные чувствами, она ощущала невероятное спокойствие и нежность, теплом разливающуюся по телу. Снова притянула его к себе, успев соскучиться по его губам. Он с готовностью ответил, мягко касаясь ладонью ее щеки. На мгновение в голове мелькнула мысль, что сейчас она не чувствует привычного превосходства, как тогда, когда ей удавалось заполучить внимание очередного симпатичного парня. Она не торжествовала и не праздновала победу над еще одним несчастным. Но и не подчинялась, не старалась угодить, как Малфою. С Роджером она ощущала себя равной, понятой, любимой… – Ну, что, попробуем, какой вышел чай? – прервав теперь уже совсем не неловкую тишину, спросил парень. – С удовольствием, – Пэнси нарочито медленно облизала верхнюю губу, не отрывая взгляда от его лица. – Коварная соблазнительница, – с придыханием пробормотал Роджер и отвел глаза, безуспешно пытаясь прийти в себя после поцелуев. – Не строй из себя скромника, – усмехнулась девушка. Роджер покачал головой и потянулся к чайнику. – Даже не собирался, – сдерживая улыбку, он разлил чай по аккуратным фарфоровым чашечкам с синей окантовкой. – Вот и прекрасно, – Пэнси взяла чашку и несильно подула на горячий чай, – Ты ведь еще в школе был известным дамским любимчиком. – Наглая ложь, – парировал Роджер, делая глоток из чашки. – Вот как? – девушка удивленно подняла брови. – Это всё из-за того бала во время турнира, – пояснил парень, – До сих пор теряюсь в догадках, почему Флёр согласилась пойти со мной. Может, пожалела. Я вел себя как полный идиот. Думал, что по уши влюбился, но на самом деле мы же вообще друг друга не знали, нам даже поговорить было не о чем. Я потом так каждую неделю «влюблялся» в разных девушек, которые обращали на меня внимание, пока не повзрослел. Пэнси с интересом наблюдала за тем, как менялось его выражение лица, когда он вспоминал о прошлом. Он то хмурился, то усмехался, то стыдливо опускал глаза. – А что ты думал обо мне? – с опаской спросила она, не в силах скрывать жгучий интерес. Роджер ответил не сразу. Он поставил чашку на стол и несколько мгновений сосредоточенно смотрел перед собой. – Я всё никак не мог понять, почему такая шикарная девушка, как ты, вьется вокруг Малфоя. Он ведь ни во что тебя не ставил, – сдавленно произнес парень, не поднимая взгляда, – Пока сам не влюбился. Тогда я тебя понял. Я влюблялся несколько раз, но, вероятно, не так сильно, как ты тогда, и меня быстро отпускало. Но я понял, что именно с тобой происходило, и мне поначалу даже было тебя жаль. Мне вообще было жаль слизеринцев. Вас ненавидели за то, на что вы не могли повлиять. За ваших родителей, происхождение, за выбор, который вы не делали… Пэнси напряженно слушала его исповедь, и ей хотелось его остановить. Его тон становился всё мрачнее. – Не надо, – перебила девушка, касаясь рукой его ладони, лежащей на столе, – Пожалуйста, не продолжай. Ее голос дрогнул. – Прости… – Роджер поднял на нее напряженный взгляд, – Я увлекся. Единственное, что я хотел сказать, это то, что перед встречей с тобой в Министерстве, я ужасно волновался. Спроси Гермиону. Я ее с ума свел, всё время про тебя спрашивал, почему ты решила сотрудничать, какие у тебя сейчас взгляды, что ты думаешь о магглах… – Ты меня боялся? – Пэнси лукаво улыбнулась. – Я боялся твоего осуждающего взгляда, – парень поежился, – Как тогда, когда ты действительно узнала, что я грязнокровка. – Прости, – выдохнула девушка, сильнее сжимая его ладонь, – Нельзя было так реагировать… – Ничего, переживу, – Роджер мягко улыбнулся, – Ты уже делаешь успехи. Я не требую от тебя мгновенного принятия и понимаю, как тебе тяжело. Главное, что мы на верном пути. – Мы? – Пэнси наклонила голову, – А ты что натворил? – Ну… Скажем так, я без должного уважения относился к девушкам, с которыми встречался… – Ты?! – Паркинсон недоверчиво прищурилась, – Да ты же сама тактичность! – Это всё Гермиона… Чего ей стоило выбить из меня всю подростковую дурь, – на щеках парня появился заметный румянец, – Считай, перед тобой улучшенная версия Роджера Дэвиса. Но я всё еще учусь. – Никогда бы не думала, что буду благодарна Грейнджер, да еще и несколько раз за месяц… – обескураженно пробормотала Пэнси. Роджер искренне рассмеялся. – Нравится? – он наклонился вперед с хитрым прищуром. – Есть еще над чем поработать, но чувствуется потенциал, – девушка окинула его придирчивым взглядом. – Ответ истинной слизеринки, – довольно хмыкнул парень. – Слизерину я буду предана до смерти и даже после, тут уж ничего не поделаешь, – не без гордости произнесла Пэнси, – А с чего ты вообще решил измениться? Роджер замялся и отвел взгляд. – Поверишь, если отвечу, что потому что последняя моя девушка назвала меня бесчувственным грубым уродом? – смущенно проговорил он. – Что же ты такое сделал?! – Пэнси округлила глаза. – Очевидно, был бесчувственным грубым уродом, – парень пожал плечами, – Но я работаю над этим. Кстати, как тебе чай? – На удивление неплохо, – призналась девушка, делая еще глоток из чашки, – А тебе? – Необычно. Ты действительно изобрела новое сочетание, – улыбнулся Роджер. – Ты хорошо разбираешься в чае? – Он напоминает мне о доме, – задумчиво ответил парень, допивая уже вторую чашку. – Вы часто пили чай? – в голосе Пэнси промелькнула едва заметная горечь. – Да, все вместе, да и сейчас иногда собираемся. А вы? – спросил было Роджер и осекся, – Ох… Прости, я не подумал. – Не бери в голову. Мы мало что делали вместе, – девушка отвернулась в сторону и прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания, – Помню, как мы с папой мастерили кормушки для черных дроздов и вешали их в саду. Да и всё, пожалуй… – Черный дрозд… Твой патронус, верно? Пэнси кивнула. – Для этого заклинания нужно самое светлое и счастливое воспоминание, так нам объясняли в школе, – девушка положила голову на руки, – Я больше не смогла ничего придумать. – Понимаю… Это достаточно сложная магия… Но ты блестяще справилась, – абсолютно серьезно произнес Роджер, – Далеко не всем вообще удается вызвать патронуса. – Особенно слизеринцам, – мрачно добавила Пэнси. – Вовсе нет, на Когтевране тоже было немало студентов, которые не справились с первого раза или вообще не научились, про Слизерин это, вероятно, стереотип. Девушка задумчиво хмыкнула. Не похоже, что Роджер пытается ее успокоить, его тон был абсолютно будничный, без тени жалости. Возможно, в его словах был смысл. – А на какой факультет ты хотел попасть? – Пэнси придвинулась ближе. – Я до последнего колебался, – признался парень, – Я прочитал в домашней библиотеке всё, что смог найти о четырех факультетах, сравнивал их, находил общее и различия, даже составил таблицу, но выбор шляпы всё равно стал для меня неожиданностью. Роджер поймал насмешливый взгляд девушки и усмехнулся в ответ. – Если так подумать, то всё было очевидно. Но, похоже, я оказался не самым догадливым ребенком, – парень рассмеялся, – А ты никогда не сомневалась? – Ни секунды. Я была уверена, что попаду на Слизерин, у шляпы просто не было выбора, – Пэнси хитро прищурилась, – И я никогда об этом не жалела, кто бы что ни говорил. Про нас ходит множество противоречивых слухов, но никто не может оспорить тот факт, что Слизерин – великий факультет, а его выпускники – легендарные волшебники. – Значит, и тебе не чужд пафосный слог, – насмешливый тон Роджера вызвал у девушки легкое раздражение. Она несильно ткнула его пальцем под ребра, и он тут же перехватил ее руку и притянул к себе. Дыхание сбилось. Они неотрывно смотрели друг на друга. Между ними повисло ощутимое напряжение. Мгновение, и желание захлестнуло с головой. Терпкий вкус чая на кончике языка, запах трав в волосах, вспышка, страсть. Они сжимали друг друга в объятьях, погружаясь в поцелуй с головой. Пэнси зарылась пальцами в его волосы, проводя ногтями по нежной коже. Роджер в ответ громко втянул в себя воздух, прикрыв глаза. Часы на стене пробили два часа ночи. – Кажется, мне пора… – нехотя пробормотал парень. Пэнси возмущенно фыркнула и обняла его крепче. – Не перестарайся, джентльмен, в этом доме я хозяйка, – насмешливо, но без издевки произнесла она. – Нет… – в притворном ужасе ахнул парень, почти касаясь губами ее губ, – Ты теперь меня не выпустишь, верно? – Ни за что, – прошептала она, угрожающе сверкнув глазами. – Возможно, таков и был план… – Роджер загадочно улыбнулся, но тут же стал серьезным, – Пэнси, ты ведь точно уверена? Вместо ответа девушка притянула его к себе и продолжила прерванный поцелуй.