Ведьмочка

Нейтральная Территория. Лагерь инквизиции. В то раннее туманное утро Морроу сидел на своей кровати с ужасными синяками под глазами. Ночной разговор с генералом не дал ему заснуть, так что до самого утра он просто сидел, пялясь в стену. Все остальные спали, а так как до подъема было ещё достаточно времени, Лоби решил прогуляться. Так как в тумане его рыжую голову было бы видно, он додумался повязать голову матушкиным белым платком, который все ещё пах домом. На секунду капитан замер, прижав платок к груди и вспоминая тепло материных рук. Хотелось домой. Но раз уж здесь оказался, то будь добр служить. Парень поднялся на ноги, повязал на пояс арбалет, закинул за плечо колчан, повязал на голову платок и тихо вышел наружу. Только начинающееся утро встретило его прохладой, от которой под плотной рубашкой мгновенно возникли мурашки и капельками холодной росы на высокой траве. Морроу смутно помнил маршрут, по которому в казарму должны были возвращаться ночные патрульные, а учитывая что там будет Бек, явно разозленный, то лучше с ними не пересекаться. Так что парень выбрал маршрут по полю желтой пшеницы, как раз за складом оружия. Инквизиторы не признавали магию. И богов тоже не признавали. Не положено. Опираться стоило только на новейшее оружие (то есть на разваливающиеся арбалеты и ржавые клейморы) и на маленький но довольно толстый том «Учений Инквизитора». Так и жили. Но чувствовал себя Лоби здесь чужим. Просто потому, что его вытащили из привычной среды обитания, потому что он не был выдающимся, просто…потому что. Он не мог никому рассказать о маленькой деревянной фигурке, которую носил на толстом шнурке под рубашкой. Не мог делиться своими мыслями, просто потому что они отличались от всех остальных. Он чувствовал, что что-то внутри него медленно тлеет. А вырваться не было никакой возможности. Морроу тяжело вздохнул, привалился спиной к деревянной стене склада и притих. Природа вокруг него просыпалась, входила в свой ритм, игнорируя людей вокруг. Правду говорили люди в городе о том, что нейтральная территория живет по своему, что люди просто букашки. Сейчас, глядя в светлое бескрайнее, бесконечное синее небо над своей головой Лоби улыбнулся. — Пусть я буду лишь песчинкой, ничтожной для тебя, но прошу прими меня, ведь я не желаю тебе зла, — прошептал он. Внезапно налетевший ветер сдул ему в лицо и волосы холодные капельки. Морроу засмеялся. Но раздавшийся за спиной шорох заставил его напрячься и потянуться за стрелой. На склад кто-то вошёл. Устало переставляя ноги пробрался между ящиков и сел у дальней стены. Прямо за Морроу. Парень сглотнул, чувствуя острое желание подорваться и броситься бежать. Но тут изнутри раздался хриплый голос Криса. — Да и малец этот, Грей, странный, да? Не считаешь так? — Верно, капитан! — вторил ему писклявый голосок какого-то юнца. — Странный такой…почему он вообще стал генералом в таком возрасте? — Да лижет всем все что можно. Вот скорее всего и королевской семье умудрился…дай закурить. Лоби сжал кулаки. Вот бы надавать ему по морде, этому… — Его нигде не любили, я тебе скажу. Заносчивый, такой весь из себя добренький. А знаешь, кто он на самом деле? — Кто? — Лоби мог четко видеть сквозь доски как парнишка от любопытства вытягивается в струнку, чтобы не пропустить ни единого слова от капитана. — Ведьмин любовничек. — Бек сплюнул на пол, парнишка немедля повторил. — Есть слушок, что его мальцом ещё ведьма пригрела. Изначально сожрать хотела, да косточки обглодать, и не съела. Оказался невкусный. А как подрос, так она его в койку затащила. И то ли ребёнка от него родила, то ли не успела. В общем нагрянула к ним стража, схватили ведьму, и предателя этого. Суку на костёр, а этого выпороли тут же около дома. Вот с тех пор и…а ну тихо! Идёт кто-то! Лоби прижался к стене постройки, замерев. Внутри тоже все стихло, видимо те двое притаились. Кто-то вошёл на склад, осторожно, лишь слегка шурша постеленной на полу соломой, прошёл к одному из ящиков. Послышалась возня, потом ругательство. Крышка никак не поддавалась, поэтому неизвестный решил попросту унести весь ящик. Да только не получилось. — Нарушитель! — оказалось, пацан-новобранец мог орать не хуже попавшей в передрягу девушки, которая требует срочного и немедленного спасения. Лоби сорвался с места, огибая склад и, выбегая из-за угла, налетел на того самого нарушителя. Неожиданное столкновение повалило обоих наземь, ящик с грохотом откатился в сторону. Пока Морроу соображал, средних лет мужчина вскочил на ноги и попытался добраться до ящика. Парень хмыкнул, ловко подпрыгивая и цепляясь за чужую спину, точно клещ. Мужчина вскрикнул и попытался его скинуть, но наученный горьким опытом в схватках с капитаном Беком, Морроу немедля сцепил руки на его шее. Захват был проведён удачно, более чем, так что через минуту мужчина потерял сознание. Лоби вздохнул, отбрасывая тело в сторону и тут же запуская руку в карман. — Ты что тут делаешь, малец? Хриплый голос, раздавшийся как раз над ухом, был словно ушат ледяной воды на голову. Морроу резко развернулся. Крис стоял над ним, тяжело дыша. Зрачки у него были похожи на маленькие угольки. Лоби вздрогнул, отпрянул в сторону, но удрать не успел. Тяжелая рука опустилась на плечо, больно сдавила ключицу, прижимая парня к месту. — Что ты тут делал? — Прогуляться решил. — Ложь! — пискнул новобранец, наконец соизволив показаться. Судя по холёному круглому личику, жил этот парень в достатке и совершенно не понимал, куда он попал и что здесь требуется делать. — Шпионил он! Побежит потом ведьминому любовничку докладывать… И тут внутри у Морроу всколыхнулась злость. Это как маленькая волна, которую ветер гонит по морю и которая приходит на берег огромной разрушительной силой, сносящей все на своем пути. Вот так эта волна пришла и в эту тихую гавань, подняв из глубины самые дикие эмоции. Барьеры рухнули (да он и не сильно сдерживался, если честно), Лоби сорвался с места. Крис попытался его остановить, но получил удар в нос и отшатнулся, посыпав паренька ругательствами. И Беку очень повезло, что главной целью рыжего оказался не он. В два прыжка нагнав убегающего, Лоби ещё в воздухе развернул парня за плечо и швырнул на землю. Приземлившись сверху, он с огромным наслаждением нанёс первый удар по искривившемуся лицу. — Ещё раз ты скажешь что-то о генерале в таком тоне, и я убью тебя! Я клянусь тебе! — Да что ты вообще знаешь о нем?! Да ты вообще знаешь, за кем готов пойти?! Убери от меня руки, деревенщина! — Заткни пасть, псина! Иначе я сейчас сделаю клумбу из твоего рта! Опуская дальнейшие совсем неприятные диалоги и попытки Криса стащить Лоби с парня, которого тот не прекращал избивать, скажу следующее: нашли этих троих быстрее, чем можно подумать. Примерно через двадцать минут их обнаружили и растащили остальные. Лоби, который все ещё не вышел из состояния бешенства, трое утащили в одну сторону, орущего на все известные человечеству лады парня в другую. — Вы совсем с ума сошли?! Дайте честным людям поспать! Что тут вообще произошло? Множество вопросов сыпалось со всех сторон, пока Лоби вытирал кровь с разбитых костяшек. Крис растерянно и испуганно смотрел на Морроу, то переводил взгляд на избитого и верещащего богатенького сынка. Атмосфера стала только тяжелее. — Он оскорбил генерала. Я же просто защитил чужое имя. — Лоби, все также хмурясь, вырвался, нервно запустил пальцы в ёжик рыжих волос, подобрал с земли слетевший в драке матушкин платок и направился в сторону лагеря. Туман рассеялся и над деревьями вдалеке светило солнце. Моня бесил Алину. Бесил до ужаса, просто потому, что магия внутри девушки не собиралась отказываться от такой хорошей добычи в виде неиссякаемого источника. Магии внутри грешника и вправду было много. Алина бы утонула в ней, растворилась, но нужно было держать себя в руках. И именно потому, что он ее бесил, девушка сидела на полу в тронном зале и мрачно смотрела в пол, не отвечая на вопросы Венеи. — Что произошло? Алина! Ведьма отмерла, подняв глаза. Венея выглядела очень взволнованной, сидя на коленях около неё. Королева замерла чуть поодаль, нервно сжимая в руках подол платья, однако не слишком сильно. — Я…я почувствовала своего фамильяра. — Где? — девочка так сильно любила свою наставницу только за одну ее способность быстро ориентироваться в ситуации. — Где-то… — она сконцентрировалась на ощущениях, на том, куда тянула ее невидимая магическая нить. Указала на большое окно. — Там. — Ты знаешь, что давным-давно, когда первый король Фрилея опустил свою задницу на трон, на такой красивый, мягкий…наверное, каждый из нас хоть раз в жизни, хоть миг просидеть на этом троне. Ведь от сна на земле так болят кости…. Ах, о чем же я? Так вот, давно это было. Король, кажется его звали Ваниетас, был не шибко прекрасным правителем, скажу я. Он был довольно вспыльчив, и постоянно пытался развязать войну с соседними государствами. Но в итоге кончилось это войной гражданской. Простой люд, исхудавший от голода и уставший от холода и страха, что несла за собой война, снес этого богатенького идиота с трона. Дворец тогда сравняли с землей, а все, что можно было оттуда вынести досталось беднякам. Знаешь, эту историю множество раз говорят, каждый говорит по-своему. Но каждый говорит одну и ту же фразу. Только я могу рассказать тебе истину. На самом деле это ложь. Никто не сможет. Даже те, кто жили в то время, и кто уже мёртв не скажут как было. А почему? Правильно, потому что им отрезали языки. Под корешок, так что во рту остаётся только отросток, который неприятно шевелится, когда ты пытаешься говорить. Не ужасно ли? Так вот, если ты решил искать правду, то копай так глубоко, как только ты можешь. Но не слишком, не слишком! Иначе правды в твоей жизни станет так много, что ты не сдержишься и полезешь в петлю. Помяни потом мое слово. Ищи в книгах, говори с камнями, с природой. Не смей забыть про неё. Жизнь есть вокруг нас везде, но не в людях. Не ищи ее в людях. Только книги, звери и природа. Только природа. Для того, что ты будешь искать, искал, или уже ищешь есть своё название. Mortenn. Опустевший. Это может быть место, а может быть человеческая душа. Может быть все. Ищи, мой милый друг. Ищи. Только запомни: у тебя не так много времени. Пока с тобой говорит только земля, но когда заговорит небо, это станет концом для всего живого. Полуденное солнце лениво клонилось к горизонту, окрашивая небо в красивое сочетание красного, розового, оранжевого и желтого. Город заканчивал ещё один свой день, постепенно замедляя свой привычный темп и позволяя покою и толике лени одолеть себя. Выходили на улицу и те, кто работал в темное время суток. Как правило, легкодоступные женщины да те, кто пытался провернуть что-то нехорошее. Город жил, жил по своим правилам, охотно принимая тех, кто желал влиться в эту жизнь. Алина нырнула в поток людей, который заметно поредел, только ради того, чтобы позже, когда солнце уйдёт на ту сторону, вновь наполниться. Венея старалась не отставать от девочки, таща за руку следом за собой королеву. Мэлин настояла на том, чтобы покинуть дворец. Ее муж, будучи не в восторге от энтузиазма своей супруги, приказал чтобы Венея не отходила от неё ни на шаг. И теперь процессия из несущегося вперёд ребёнка и едва поспевающих следом двух женщин свернула в тёмный переулок, где Алина резко замерла посреди дороги. — Что-то случилось? — Венея на на секунду отвернулась от девочки, чтобы проверить состояние королевы. Но на лице правящей особы было написано только желание продолжать путь. Ведьма улыбнулась. — Надо же, Мэлин, я и не знала что ты в такой хорошей форме. — Полно тебе. Куда дальше? — Я не знаю, — Алина пыталась перевести дыхание, упершись руками в колени. Ее ноги слегка подрагивали, учитывая что весь путь от дворца до переулка она неслась как угорелая. — Он здесь, где-то здесь. Я чувствую его. Но я не понимаю как мне найти его. Личико девочки скривилось, глаза стали влажными, вот-вот она заплачет. Венея быстро сделала шаг, заставила ее сесть на землю и сдавила плечи. Алина пришла в себя, моргнула. — Я чему тебя учила? Рыдать? Или думать? — Нет…совсем нет… — Ну так вот, будь добра не позорь мое честное имя и соберись. Сейчас твой фамильяр зовёт тебя. Так найди внутри себя его голос и ответь на него. Девочка кивнула, сделала несколько глубоких вдохов, положила руки на колени открытыми ладонями вверх. Найти…сказать было легче, чем сделать. Алина закрыла глаза, концентрируясь на потоках, проходящих через неё. Беспокойство Венеи и Мэлин, запахи, мысли…все было абсолютно не то. Алина искала что-то громкое. Трубы на соседней улице, разбившаяся секунду назад тарелка в окне над ее головой. Все это было недостаточно громко. Нужен был звук, который бы послужил связующим мостом между ней и Моней. В этот момент рядом что-то прошуршало и Мэлин коротко вскрикнула. Алина ухватилась за этот новый звук, который тоже занял место внутри неё, нарастая и заполняя все, упираясь в оболочку. И вот, крик постепенно начал менять форму, превращаясь из одного огромного звука в слово. Слово, которое в страхе и отчаянии кричал мужской голос. Ее имя. «Алина!». Ведьма распахнула глаза, в которых на миг всколыхнулось пламя и четко увидела золотую магическую нить идущую от своего солнечного сплетения и уходящую в стену дома напротив. Девушка невесело усмехнулась. — С разбегу об стену? — Шутить не время, надо искать вход. Обойти не успеем. — На этот раз островком серьезности стала королева, которая уже вела рукой по белой краске. — Кончики пальцев что-то нащупали, одно нажатие и проход в стене пропал, словно его и не было. Глаза королевы нехорошо сузились. — Что и требовалось доказать. Они все ещё проворачивают у меня под носом свои грязные делишки…. — Разберёмся, — бросила Венея, призывая маленький магический огонёк и впуская его внутрь комнаты. Комната в доме была одна, окон не было, также как и второго этажа. — Тут магический фон странный, — буркнула Алина, пролезая в проход, который тут же вновь закрылся. Дом изнутри был сделан ужасно, конструкция держалась на заклинаниях, беспорядочно наложенных друг на друга с девизом «Лишь бы держалось!». Второго этажа не было вовсе, хотя окна под крышей были. Две балки крест на крест там, где должен был быть пол навевали какую-то жуть. — Фон…да, все верно. — Венея держала одну руку чуть на отлете, открыв ладонь для заклинания. — Вот я только не могу понять, что не так. — Пыточная? — отозвалась Мэлин, указав в угол. Там со стен свисали ржавые обрывки цепей, на едва держащихся таких же ржавых кольцах. Было ощущение, что они стоят на трупах. Алина поежилась и сделала шаг назад. — Нет, это глупо, пыточная посреди города, где легко все это увидеть…бессмыслица. Должно быть что-то ещё. Алин, ничего не чувствуешь? — Это странно. Ощущение, будто здание ненастоящее.