Я был рожден, чтобы любить тебя

Ему двенадцать, он стоит между матерью и отцом на вокзале Кинг-Кросс и смотрит на пыхтящий красный локомотив. Они держаться подальше от толпы, Вальбурга не любит этого, по ее лицу на мгновение проходит судорога, но через секунду оно снова становится непроницаемым. Шум, от которого никуда не спрятаться. Гвалт многочисленных голосов, мяуканье кошек, что нагло снуют по перрону в разные стороны, уханье сов, которые в отличие от кошек сидят в своих клетках. Низкий гул локомотива, колесики тележек, что застревают на секунду, появившись из стены прямо под надписью платформа 9 и ¾, крики радости и даже кое-где плачь от скорого прощания. Вся эта какофония звуков, криков, ударов Она кладет руку на макушку младшего сына, что прижимается к ее ноге. Мальчик с восторгом смотрит на поезд и поднимает голову к матери: -Я тоже хочу поехать, мам. Можно и мне? Спрашивает он и она улыбается, поглаживая темные волосы. Ее улыбка совсем не такая, к которой все привыкли, к которой привык Сириус. Смотря на мальчика она становится мягче, ее пальцы пробегаются по его коротко стриженным вискам. -Еще год, мой дорогой. Он смотрит на нее долгим взглядом и кивает, а затем переводит его на брата. -Пиши мне каждый день, Сир. Она хмурится от этого сокращения, конечно, ей подобное не нравится. Регулус замолкает, глядя на нее снизу вверх. Сириус, что сейчас очень нервничает, а потому и ведет себя так тихо только кивает, он почти уверен, что будет писать длинные письма брату каждый день. Но сейчас его волнует не это. Он смотрит на старшекурсников, что с улыбками здороваются друг с другом. Он слышит похлопывания по спинам, радостные выкрики и даже звуки поцелуев. Мать морщится, для нее находиться здесь — испытание. Блэк никогда не проявляют чувств на публике. Да и за закрытыми дверьми они тоже не слишком эмоциональны. Сириус с трудом может вспомнить, когда она целовала его. А может все дело не в проявление чувств, а в их отсутствие? Он смотрит, как рука Вальбурги порхает по голове Регулуса и чувствует злость, что поднимается в нем, когда он с легкостью понимает — это ревность. Черная и вязкая, как смола. Регулус видит это и отходит от женщины, делая вид, что его крайне заинтересовал локомотив, отдавая свое место старшему брату без жалости. Он так юн, а понимает уже больше, чем их отец. Орион стоит в отдалении и попыхивает трубкой, он только улыбается, когда к нему подходит Сигнус с семьей, они обмениваются рукопожатием и парами фразами о том, что сегодня уж слишком много магглов на платформе. Рядом с Вальбургой обмениваются любезностями ее племянницы. Волосы Нарциссы уложены в высокую прическу, они отливают золотом даже в серое и промозглое Лондонское утро. Андромеда же улыбается и машет кому-то рукой в толпе, ее волосы заколоты красивой брошью на бок. Она переводит на старшую сестру быстрый взгляд и лишь пожимает плечами, Белла явно недовольно тем, что сестра машет какому-то магглорожденому. Взгляды старшей сестры Блэк очень строги во всем, что касается чистоты крови, Паровоз издает первый пронзительный гудок и Сириус дергается от неожиданности и сразу ловит на себе недовольный взгляд матери. Нарцисса кладет руку на его запястье и приближает к нему лицо, для этого ей приходиться наклониться. -Не волнуйся, все будет отлично. На секунду на ее лице появляется открытая улыбка, она поднимается раньше, чем Беллатриса успевает ей что-то сказать. -Пойду к своим. — Быстро говорит Андромеда и машет им рукой, исчезая в толпе. Вальбурга что-то недовольно говорит невестке, та выглядит пристыженной. Ее средняя дочь явно ведет себя совершенно не так, как полагается держаться Блэкам. Сириус внимательно смотрит, как его старшая кузина поджимает губы, в точности как Вальбурга, она переводит взгляд на Сириуса и очень серьезно произносит: -Не подведи нас, малыш. Мальчик лишь вскидывает подбородок. -Нужно идти, пока все купе не заняли. — Говорит Нарцисса, подхватывая клетку со своим питомцем. Вскоре, она как и сестра исчезает среди студентов. -Пойдем. — Говорит Вальбурга и по ее виду понятно, что она жаждет как можно быстрее убраться отсюда. Сириус послушно плетётся за матерью, он хочет побыстрее сесть в поезд и оказаться в Хогвартс. Проходя мимо пары маглов, что стараются быть как можно незаметнее, но их все равно выдает одежда, джинсы и яркие джемперы, они с расширенными зрачками оглядываются по сторонам и с облегчением замечают, что среди них много таких же, как и они сами. Сириус засматривается на них и не замечает девочку, в которую врезается плечом. -Ой, — она оборачивается и ее рыжие волосы хлещут его по лицу, девочка потирает плечо с гримасой боли на лице. Сириус останавливается, не замечая, что его родители и брат ушли далеко вперед. -Прости. — Машинально говорит он, не чувствуя себя виноватым. Не успевает она ничего ответить, как около рыжеволосой девочки появляется мальчик с грязными темными волосами, она оборачивается к нему и улыбается. -Привет, Северус. — Все еще потирая плечо, говорит она. -С тобой все в порядке, Лили? С лица Лили не сходит улыбка, мальчик Сириусу как-то сразу не нравится. -Он тебя обидел? Спрашивает тот, кого она назвала Северусом, но здесь Вальбурга замечает его отсутствие и Сириусу приходится уйти до того, как она ответит. Уже садясь в поезд он оборачивается и ищет в толпе рыжие волосы. Вальбурга даже не целует его на прощание, они стоят друг напротив друга и он ощущает неловкость и прежде чем она скажет то, что он совершенно точно запомнит на всю жизнь Сириус запрыгивает на подножку и машет брату рукой: -Встретимся на каникулах. — Кричит он, силясь перекричать гудок паровоза, что начинает свое движение прочь от Лондона. Младший брат силится бежать за поездом, но его останавливает рука с семейным кольцом на пальце, у Сириуса тоже такое, фамильный герб на черном ониксе.