Врагам суждено полюбить.

      По окончанию школы, отношения Димы и Эмиля не прерывались. Да, были мелкие, незначительные ссоры, которые забывались так же быстро, как и время, когда подошёл конец учебного года.       Иманов, решивший уходить после девятого, успешно сдал все экзамены и поступил в педагогический колледж. Да, он решил, что хочет стать учителем истории. Этот предмет ассоциировался классом с пятым, когда он со своим школьным другом пошёл на первый урок, и настолько в него влюбился, что решил внушить и другим детям любовь к истории.       Масленников же решил открывать свою карьеру и не поступать никуда, из-за чего отхватил не так много от матери, как от его парня, который переживал, что, если Диме не понравится, то и поступать уже будет поздно. Однако, заведя свой ютуб канал, уже двадцатилетний Дмитрий Масленников, стал известен, как «охотник за привидениями». Иманов, которому на тот момент только исполнилось восемнадцать, искренне был рад за любимого человека, который поборол свои страхи и значительно стремился к своей мечте стать ещё более популярнее.       Что мы скажем про Соню и Никиту? Из них вышла прекрасная пара. На девятнадцатое день рождения Квидчук, Морозов сделал своей девушке подарок, как предложение руки и сердца. Слышали бы вы крики, которые тогда были… И, честно сказать, их друзья были бесконечно счастливы за них — пусть они, вожможно, торопили события, но они счастливы вместе в этот момент, так почему бы не проживать его с неповторимыми эмоциями? Через неделю после того, как на безымянных пальцах наших героев блестели обручальные кольца, они сыграли пышную свадьбу, которая проходила где-то загородом, потому-что девушка категорически была против отмечать столь важный день в Москве. Если свадьба, то только интересная и не банальная — с кучей вещей, которых обычно не бывает на свадьбах.       Перейдём к некоторым изменениям в отношениях парней…       Теперь уже не было той неловкости, что возникала после каждого поцелуя или прикосновения. Теперь пара уже не стеснялась подойти друг к другу и поцеловать или обнять любимого на публике. Всё потому-что им было плевать на мнение окружающих. Они любили и были счастливы, и это самое главное.       Иманов, окончив обучение в колледже с красным дипломом, отправился на практику в свою же школу, договорившись с директором. Класс ему попался спокойный, не буйный и понимающий с одного взгляда. Да, Эмиль был молодым учителем, что давало ученикам старших классов надежды на мягкость, однако он был довольно строгим учителем, от чего иногда получал хмурые взгляды от Димы, который лежал на ногах своего горячо любимого парня, замечая, что он стал слишком серьёзным и вообще в последнее время мало смеялся и улыбался.       — Работа учителем плохо на тебя влияет, — вздохнул Масленников, поднимаясь с ног Эмиля, сел рядом, тут-же улавливая его недовольный взгляд. — Лицо попроще сделай, котёнок, — усмехнулся старший, отбирая у Иманова тетрадь с отчётами и убирая её на тумбу возле дивана. Младший лишь устало улыбнулся, положив голову на плечо Диме.       — Просто мне кажется, что я не справляюсь... то есть, нет, директор с меня в восторге, классы, которые я веду, только на моём уроке сидят спокойно. Но, когда дело касается различной возни с бумажками и всем этим, у меня будто весь образ учителя куда-то улетучивается... я просто не пойму, где и как ставить подписи и так далее... — тихо проговорил Эмиль, прикрывая глаза. Масленников, запустив пятерню в кудряшки парня, начал:       — Эми, послушай. Со временем ты этому научишься, даже не сомневайся. Возможно, у тебя в колледже не объясняли, как правильно разбираться с тем, что не понимаешь в этой возне, но, уверен, если ты будешь хоть иногда спрашивать у других учителей или директора то, что не понимаешь, тебе станет намного легче. У тебя уже не будет сомнений, что ты делаешь что-то не так, ведь ты спросил совета у специалистов. В крайнем случае, если рядом никого не будет, по возможности забирай документы домой, я тебе обязательно помогу. На то я твой парень, чтобы помогать с проблемами, — заботливо улыбнулся Дима, ласково целуя Эми в макушку.       — Ты знал, что ты лучший...? — отразив улыбку блоггера, спросил Иманов, пересаживаясь к Масленникову на коленки (да, теперь это было обыденным). Обвив руками шею старшего, Эмиль улыбнулся и уткнулся носом в плечо любимого. Да, он определённо должен хоть когда-то просить помощи у других, а особенно знающих людей.

***

      — Ди-и-им, — крикнул Эмиль с комнаты, закрывая, видимо, ящик. — Куда ты дел мой паспорт?       — Посмотри в коридоре в тумбочке, — ответил его парень, который собирал чемодан. Соня и Никита, стоящие у двери и ждавшие их, просто молча наблюдали за ними, потому-что были уже собраны.       — Нет его там!       — Получше посмотри, я помню, что клал его туда, — Масленников вышел полностью собранный, катя за собой тёмно-серый чемодан. — Если я его сейчас найду, я тебя им же отпизжу!       Как думаете, нашёл ли Дима паспорт? Да. Сдержал ли своё слово? Конечно, это ж Дима, поэтому вышли они только после того, как Масленников побил Эмиля его же паспортом. Забавно выглядело, кстати. Собирались они в Германию на три недели. Иманов взял отпуск, Дима планировал отснять там пару-другую роликов, а Соня с Сударем как раз таки ездили туда по работе. Правда, по работе туда нужно на два-три дня, но они решили, почему-бы и нет. Тем более, Дима хочет кое-что сделать...       Рейс на самолёт был в 18:20, и ждать оставалось десять минут. Эмиль не хотел признаваться, что жутко боится высоты, но напряжённые руки и нахмуренное лицо говорило за себя.       — Ты ведь никогда не летал в самолёте, так? — продвинувшись чуть ближе и сжав ладонь своего парня, спросил Дима. Иманов неуверенно кивнул, отводя взгляд в пол. — В этом нет ничего страшного, поверь. К тому же, я буду рядом, — улыбнулся Дмитрий, сильнее сжимая мягкую руку Эмиля.       — Да... да, хорошо. Спасибо, — с Масленниковым всегда спокойнее, это факт. Оставшиеся семь минут прошли будто за мгновенье — вот они вроде говорили о том, что Эмиль никогда не летал, а вот уже пристёгивают ремни безопасности, готовясь ко взлёту. Соня и Никита сидели перед ними, обсуждая что-то, что именно — никто не слышал. Когда транспорт начал взлетать, младший зажмурился и инстинктивно сжал руку Димы, который был спокойнее какого-нибудь океана в безветренную погоду. Последний лишь сжал руку в ответ, как-бы показывая, что он рядом и что всё будет хорошо. Спустя минут тридцать Эмиль решился выглянуть в иллюминатор, и, когда увидел вид из него, разинул рот в удивлении. Так как было далеко не лето, темнело рано, в шесть вечера уже начинало темнеть. Был ноябрь, поэтому было не слишком удивительным то, что пошёл снег, но это выглядело так... волшебно? Да, пожалуй, именно это слово могло описать. В небе кружили пушистые снежинки, а закат добавлял этой картине особый вайб. Это было прекрасно. И, как не странно, не так уж и страшно.       — Правда красиво? — раздался тихий голос над ухом, который принадлежал, кажется, самому дорогому на данный момент человеку. Повернув голову, Иманов расслабленно улыбнулся и кивнул, возвращая внимание к чудесному погодному явлению. Он наблюдал за кружащими снежинками, за медленно, как ему казалось, плывущей картины и наслаждался этим моментом. ***       По прилёту в Берлин Эмиль охуел ещё больше. Как только он вышел из аэропорта, он заметил кишащие людьми улицы. Тёмное небо, стемневшее окончательно, не было усыпано звёздами — оно было закрыто облачками, а снег всё продолжал падать, попадая парню на лицо. Он, наверное, был настолько восхищён, что не заметил подошедших сзади друзей и парня. Квидчук также озиралась по сторонам, разглядывая место, в котором никогда в жизни не была. Никита и Дима вели себя более сдержанно, но не менее обморожены пейзажем прекрасного города.       — Это просто... у меня слов нет! — радостно воскликнула Соня, на которую обернулось достаточно большое количество людей. — Что-ж нас раньше сюда не отправили?       — М-да уж, — хмыкнул её муж, приобнимая девушку за плечи. — Эми-и-иль, планета Земля потеряла соединение!       — А? — растеряно отмер парень, отврдя взгляд от этой красоты. — Всё нормально. Просто это шикарно...       — Так, прежде чем исследовать прекрасный Берлин, нужно поехать в отель и взять номера, — вклинился в разговор Масленников, который до этого записывал сторис о том, что они прилетели.       — Полностью согласен, пошлите, — взяв Соню за руку, согласился Морозов, направляясь в отель, который находился аккурат с аэропортом. Считался самым лучшим отелем в городе, и никто в этом не сомневался.       — Пошли, солнце, — тепло улыбнувшись Эмилю, сказал Дима, подталкивая парня в сторону здания. По дороге младший успел разглядеть всё, что находилось поблизости, с головы до ног. Всё-же Берлин — замечательный город.       Следующий день Морозовы провели в офисе — приехали они сюда, всё-же, по работе — до самого вечера. Димили, как их прозвали друзья, в это время гуляли по городу, заходя чуть-ли не в каждую улочку. Впечатлений Иманов набрался предостаточно — столько красивых мест и зданий он не видел. За ночь снега нападало довольно много липкого снега, поэтому они даже поиграли в снежки и вернулись в номер мокрые и счастливые. В галерее Иманова появилось ещё больше фотографий и пейзажов, а сторисов Димы было не сосчитать.       — Боже-е-е, это прекрасный день!! — завалившись на кровать, протянул Эмиль, прикрывая глаза.       — Да уж, он был очень насыщенным. Но, котёнок, вечером, как только придут Соня с Никитой, тебя ждёт сюрприз, — игриво ухмыльнулся Масленников, заметив неподдельный интерес в глазах парня.       — Мне уже интересно, — усмехнулся младший, поднимаясь с кровати и, подойдя к Диме вплотную, поцеловал его, обвивая шею руками.       Пришли Морозовы только спустя два часа, поэтому времени собраться было предостаточно. Они собирались в какой-то ресторан, название которого Эмиль так и не запомнил, но вот что его удивило больше всего — ресторан был арендован на вечер. То есть там настолько серьёзный сюрприз, что Дима тратит такие деньги на это?       — Ух-х-х, какая цаца, — засмеялся Иманов, разглядывая подругу в чёрном вечернем платье по колени. Поверх платья был чёрный пиджак, а на ногах такого-же цвета туфли на каблуках.       — Эта цаца занята, так что ротик прикрой, — так-же засмеялась подруга, переводя взгляд на Никиту.       — Ну так я тоже занят, поэтому ничего такого не собираюсь делать, — ухмыльнулся Иманов, проходя за столик. Он уже был накрыт, и, честно сказать, на вид это всё стоит не меньше пятидесяти тысяч рублей. — А нахрена вы арендовали на вечер и сколько это всё стоит?       — А вот это не важно, — лукаво улыбнулся Масленников, садясь рядом с Эмилем. Вечер начинался комфортно и приятно, проводить его в окружении друзей и любимого человека то ещё удовольствие. Правда Дима вёл себя как-то странно — нервничал, заламывал руки и выглядел напряжённым. Ровно в 19:00 Морозовы прекратили разговор с Имановым, который ничего не понимал и просто непонятливо пялился на друзей. Спустя минуту молчания Дима, прокашлявшись, поднялся и попросил Эмиля встать тоже.       — Эмиль, ты, наверное, знаешь, что я с тобой всегда и везде, — начал старший издалека, смотря в карие заинтересовавшиеся глаза. — И в огонь, и в воду... и я знаю, что ты, наверняка тоже. Я тебя люблю до дрожи в теле, я уже не представляю жизни без тебя, и... Эмиль, ты выйдешь за меня? — вытащив кольцо из кармана пиджака, закончил Масленников, глядя на ошарашенного парня. Соня снимала это на камеру незаметно для всех, а Сударь просто наблюдал и улыбался.       — Я... да, — улыбнулся Иманов, сделав шаг к парню. — Я согласен, — после этих слов они слились в поцелуе под радостные крики Сони и апплодисменты Никиты. ***       — Сонь, я пиздец как волнуюсь, — тихо сказал Эмиль, поправляя галстук бабочку и смотря на себя в зеркало. Белый пиджак, белая рубашка, белые брюки и чёрная бабочка — всё это смотрелось на Эмиле как на чёртовой модели. В зале сидит его мать, мать его мужа и много кто ещё, и от этого становится тревожно.       — Так, отпустить панику, всё норм! Назад поздно, всё, это финишная прямая, — нахмурилась Морозова, поправляя волосы друга. — К тому же, ты любишь его, он любит тебя, тут вы можете беспрепятственно пожениться, или, в вашем случае, помужиться, так почему же страшно?       — Не знаю... просто мне как-то неловко.       — Неловко тебе должно быть при лишении девственности, на остальное должно быть похуй, — "успокоила" подруга, и, заслышав музыку, играющую на свадьбах, выпихнула парня к священнику.       — Sind Sie, Dmitry Maslennikov, damit einverstanden, Emil Imanov als Ihren rechtmäßigen Ehemann zu nehmen? Immer bei ihr zu sein, sogar durch Feuer und Wasser für ihn?* — начал свою речь священник при начале церемонии. Половина гостей снимало этот момент, вторая половина просто следили за моментом.       — Ich stimme zu,** — сказал Дима, смотря в глаза Эмилю.       — Sind Sie, Emil Imanov, damit einverstanden, Dmitry Maslennikov zu Ihrem rechtmäßigen Ehemann zu nehmen? Unterstützen Sie ihn in jedem Szenario, lieben und bevorzugen Sie ihn?*** — спрашивал священник уже у Эмиля, который стралася унять дрожь в теле.       — Ich stimme zu, — сказал Иманов, всё-же не сумев унять дрожь.       — Du kannst küssen, — сказал священник, после чего Дима, сделав пару шагов к своему уже мужу, нежно поцеловал его, слыша апплодисменты.       Но сейчас все звуки вокруг были абсолютно не важны и не слышны.       В этот момент их было двое.       В этот момент они поняли, что жить друг без друга уже попросту не смогут.

Happy and!